Наверх
Порно рассказ - Десять лет спустя
Дверной звонок оторвал меня от напряжённого наблюдения за котом, который медленно приближался к стае кормящихся под окном голубей. Чёрно-белый кот моей соседки по лестничной клетке, которого звали Красавчик, уже несколько минут плавно подкрадывался к пирующим птицам, замирая каждый раз, когда кто-нибудь из сизых отрывался от еды и начинал внимательно поглядывать в его сторону. Лёгкий летний ветерок периодически волнами пригибал траву, из-за чего кот становился похож на акулу, медленно, но целеустремлённо подбирающуюся к своей жертве.

Эх, похоже, окончания этой интригующей истории я не увижу. Мысленно пожелав маленькому хищнику удачи, я отправился узнавать, кто же решил побеспокоить меня утром в выходной.

Через глазок я увидел девушку, нетерпеливо переступающую с ноги на ногу. Она не была мне знакома, но вряд ли она пришла узнавать, верю ли я в бога, или, например, продавать косметику для собак, так что я решил открыть.

— Вам кого?

Девушка, чьё лицо вдруг начало казаться мне смутно знакомым, пару секунд напряжённо вглядывалась мне в глаза, а затем, расплывшись в улыбке, радостно затараторила:

— Андрей? Андрей Яковлев! А ты изменился, тебя так сразу и не узнаешь! В последний раз, когда я тебя видела, ты был щупленький такой, а сейчас вроде ничего, подкачался, что ли? И очки уже не носишь?

Во время её монолога в моём туго соображающем с утра мозгу как будто начали крутится ржавые шестерёнки. Да, я определённо знал эту девушку, но откуда? И тут меня осенило:

— М-марина? Стреколовская?
— Ага! А чего так неуверенно? Неужели так сильно изменилась? В лучшую сторону, я надеюсь? — засмеялась она.
— Ну, хуже точно не стала. И энергии у тебя не поубавилось, как я вижу.
— Жизнь такая, Андрюш, нужно всегда держать себя в тонусе. Пригласишь войти?
— А, да, конечно. Извини, ты меня немного ошарашила своим визитом, — я посторонился, позволяя этому сгустку энергии просочиться в прихожую.
— Не тебя одного! Вообще, ты у меня в списке последний. Ну, не потому что ты мне меньше всех нравишься, а по алфавиту. Как в классном журнале, помнишь? — Маринка уже разулась и, интуитивно верно выбрав направление, отправилась в ванную.
— Помню. Я и на выпускном аттестат последним получал. Чай, кофе?
— Кофе, — в её ответе я почему-то не сомневался. — Вообще, я не могу долго у тебя рассиживаться, но уж больно интересно посмотреть, как ты живёшь.
— Я?... — кружки с кофе заняли своё место на столе. — Да как все я живу. Не лучше, не хуже.
— Ну не скажи. Квартирка у тебя уютненькая, евроремонт вот вижу, светло, чисто. А вчера была у Димки Харитонова, так даже заходить страшно. Обои облезлые, грязь везде, воняет ещё чем-то... — она изобразила на лице брезгливость. — Честно говоря, я даже рада, что он не придёт.
— Куда не придёт? Ко мне? — выдал я очередной перл в стиле «утренний тупняк».
— Не-ет! — Маринка засмеялась. — На встречу выпускников! Я за этим сюда и пришла — тебя пригласить.
— А-а. Так с этого начинать следовало. Слушай, а сколько лет-то прошло? Ба, целых десять!
— Почти десять, Андрюш, — она выделила первое слово. — Сегодня 18 июня, а наш выпускной был 21, помнишь?
— Смутно. Я про тот день помню только то, что был рад наконец покончить со школой.
— А я вот даже скучаю иногда. Тогда жизнь как-то проще была, определённее. Да и моложе мы были, наивнее, что ли.
— Не знаю, Марин... Тогда были одни проблемы, сейчас другие. Может сейчас те времена и кажутся старыми-добрыми, но нет, трава тогда вовсе не была зеленее.

Марина глянула на настенные часы и быстро, как она делала всё на свете, засобиралась.

— Обсудим это на встрече, хорошо? Ты ведь придёшь? Свободен в этот день? — не дав мне ответить ни на один вопрос, она сунула мне в руку какой-то буклетик, чмокнула в щёку и выскочила и квартиры.
— Наверно, — ответил я закрывшимся дверям лифта.

Конечно, буклет оказался приглашением. Даже не поленились фоном фотографию фасада школы поставить. «21 июня 2015 года, улица Грибоедова, дом... Да, адрес я и так помню», — прочёл я. Странно, время выбрали довольно раннее, явно много кто на работе будет. Впрочем, плевать, я всё равно никогда не любил большие компании, да и одноклассников своих не очень любил. Они ассоциировались у меня с годами, потраченными на приобретение знаний, которые мне никогда не пригодились и не пригодятся. Но всё же интересно, как сложилась их судьба, так что стоит сходить, пожалуй.

Отложив буклет, я выглянул в окно. Ни кота, ни голубей. Похоже, результат этой охоты так и останется для меня тайной навеки.

***

В назначенный день я закончил с рабочими делами пораньше и отправился на встречу, проходившую в пустующей в это воскресенье школе. Паркуясь, я обратил внимание на полицейскую машину, стоящую рядом со школой. Неужели нас охранять приехали? С чего бы? Нет, скорее кто-то из моих бывших одноклассников подался в силовые структуры. Прочие автомобили интереса не представляли, сплошной ширпотреб или старьё. С некоторой гордостью припарковав свой новый и, что важнее, не кредитный джип, я лёгкой походкой отправился к крыльцу.

О, а вот и он! Рядом с крыльцом спиной ко мне стоял мент в парадной форме. Три звезды и одна полоска, старший лейтенант, значит. О, о, а эти оттопыренные уши я узнаю из тысячи! Тихо подойди сзади, я рявкнул как можно более грозно:

— Смри-ирна! Потушить сигарету в присутствии старшего по званию!

Механически бросив сигарету под ноги, старлей вытянулся по струнке и лишь затем развернулся в мою сторону. Выражение удивления на его лице сменилось... ещё большим удивлением.

— Андрюха, ты? Твою мать, ты нахера так пугаешь?! — громко возмутился мой школьный приятель Васька Никитин. — Я тут при исполнении, знаешь ли!

— А, то есть пока ты вместо дежурства прохлаждаешься здесь, отморозки грабят банки, угоняют тачки и насилуют девушек в тёмных парках? — я расплылся в улыбке и протянул ему руку. — Да ладно, не обижайся, гражданин начальник! Или у вас в ментуре чувство юмора хирургическим путём удаляют?

Посмеиваясь и тыкая друг друга то в плечо, то в бок, мы вместе отправились в кабинет, где должна была проходить встреча. Наверно, это странно, но возвращение в знакомые стены не произвело на меня впечатления. Я никогда не любил школу, а в последние годы обучения так и вовсе терпеть не мог.

Не знаю, почему многие так романтизируют школьную пору. Беззаботность? Едва ли. Ты каждый день занят шесть часов в школе, потом ещё хотя бы час-полтора убьёшь дома, а в конце года экзамены и т. п. Первая любовь? Может быть, но лично для меня она закончилась, даже толком не начавшись. Молодость? Вот самое вероятное объяснение. Когда тебе 17 лет, весь мир кажется лежащим у твоих ног. Бесконечные возможности, разные страны и города, разные люди — всё это ждёт тебя, только руку протяни. Наивная детская иллюзия. Тебя никто и нигде не ждёт с распростёртыми объятиями. Мир суров, он не прощает ошибок и очень редко дозволяет тебе самому выбирать свой путь. С возрастом приходит понимание того, что кроме себя самого, ты особо никому и не нужен. Люди встречаются и расстаются, находят работу и теряют её, входят в чужую жизнь, а затем покидают её навсегда. И всё это никого не волнует, потому что это и есть жизнь. Наверно, я не смотрю в своё прошлое через розовые очки, потому что уже в школьные годы осознавал то, что многие начинают понимать лишь с опытом — мир не вертится вокруг тебя. Скорее уж он сожрёт тебя, пережует и выплюнет.

Василий, с которым я поделился своими думами, ничего не ответил. Может его обуревали воспоминания и он вовсе меня не слушал, а может он просто не нашёл, что добавить. Я не очень-то и ждал его ответа, если честно. «Стоп, Андрюха! Сегодня какой-никакой, а праздник, даже юбилей! Никому не будет интересно смотреть на твою кислую мину, так что натяни улыбочку и думай о хорошем», — внушил я себе, уже видя открытую дверь в конце коридора, из-за которой раздавались звуки оживлённой многоголосой беседы.

***

Как я и ожидал, из выпуска в 23 человека присутствовало меньше половины. Некоторые покинули этот провинциальный город, но большинство отсутствующих он просто проглотил. Кто-то спился, кого-то не отпустили с работы, а кто-то просто не захотел приходить. Возможно, и мне не стоило? Хотя нет, один приятный момент во всём этом всё же был. Моя первая и неудавшаяся любовь. Тогда, больше 10 лет назад, она уверенно отвергла мои робкие ухаживания, мотивируя это тем, что ей нужно готовиться к экзаменам, а не романчики крутить. Наверняка сучка врала. Наверно, я просто был не в её вкусе — тихий и спокойный, временами даже нудный. Но зато я искренне хотел тогда сделать её счастливой. Тогда ей это оказалось ненужным, а сейчас... Сейчас она — мать-одиночка, внезапная беременность которой поставила жирный крест на всех жизненных перспективах. Она работала бухгалтером на местном цементном заводе, доживающим последние дни, в отсутствие инвесторов и государственной поддержки. Настя — так её звали — пыталась показательно бодриться, но наверняка все понимали, что в одиночку тянуть ребёнка на зарплату в 15 тысяч едва ли возможно.

Когда наступила моя очередь говорить о себе, я поведал бывшим одноклассникам историю о том, как после института я вернулся в родной городок и открыл свой таксопарк, ныне обслуживающий процентов 80 пассажирооборота в районе. Было трудно, но силы и средства, вложенные в дело, не только окупились, но и по сей день приносят доход, позволяющий не только на хлеб заработать, но и икрой его намазать. Объективно, жизнь у меня удалась больше, чем у кого-либо из присутствующих.

Но что радовало меня больше всего, так это лицо моей неудавшейся зазнобы, когда я рассказывал свою историю. Да, милая, ты отвергла не тихого лошка, а перспективного бизнесмена. Интересно, каково это — собственными руками задушить своё будущее?

Когда я окончил свой рассказ, Настя ещё пару минут пялилась в парту, за которой сидела, а потом вышла из класса, неразборчиво буркнув что-то про «пойду покурю». Усмехнувшись, я отправился следом.

Она стояла у окна в дальнем конце коридора, пуская клубы дыма дешёвых сигарет. «А что, если...», — остатки плана сложились у меня в голове и я уверенным шагом направился к ней.

— Здравствуй, Анастасия.
— Пришёл посмеяться надо мной? Я помню, как ты сильно обиделся на меня тогда. И я видела, как ты на меня смотрел сейчас.
— Вовсе нет. Дело прошлое, Насть. Да и не пристало мужчине насмехаться над дамой, даже если она однажды ранила его душу.

Она ничего не ответила, лишь продолжала смотреть в окно. Я мог себе представить, какие мысли роятся у неё в голове. Надо было ковать железо, пока горячо.

— А знаешь, я ведь не забывал о тебе. И ты, несмотря на все выпавшие на твою долю испытания, всё ещё прекрасна.

Нельзя сказать, что я врал. Она и правда выглядела потрёпанной, но не побеждённой. Средняя грудь, узкая талия, сочная большая попка и полноватые ноги — всё, что мне нравится. На личике появились первые морщинки, но оно было всё так же привлекательно. А её пышные и длинные рыжие волосы сейчас, как и тогда, так и манили зарыться в них лицом.

— Правда? — она повернулась ко мне.
— Конечно. Так и съел бы эту ягодку, — я пошёл в наступление.
— Неужели остались какие-то чувства ко мне? — смущенно спросила она, пряча глаза.

Пора действовать! Я резко обхватил её за талию, притянул к себе и впился поцелуем в её пухлые губки. Настя напряглась, но не отпрянула, а наоборот, положила руки мне не плечи. Мой язык проник в её рот и встретился с её язычком. Продолжая страстно засасывать бывшую одноклассницу, я обеими руками крепко сжал её попку. Оторвавшись от ротика Насти, чтобы набрать воздуха, я прижался лбом к её макушке и шёпотом начал плести чушь о том, что только её всегда любил, только её хотел, и даже с другими женщинами всегда думал только о ней. Моя рука тем временем залезла ей под кофту и мягко сжала грудь.

— Я хочу тебя, Настюш, прямо сейчас... Не могу больше терпеть, десять лет терпел...
— И я хочу тебя, Андрей. Я скучала по тебе... — бессовестно врала стерва, потираясь твердеющим соском о мою ладонь.
— Жди здесь, я вернусь через минуту, — напоследок ещё раз поцеловав её, я быстрым шагом отправился на поиски сторожа.

Поиски не заняли много времени, а дедок, выполняющий роль воскресного сторожа, без проблем выдал мне связку ключей от кабинетов, получив взамен пару сотенных купюр. Так же молниеносно я вернулся к Насте, схватил её за руку и увлёк в другое крыло здания, подальше от бывших одноклассников.

— Минут сорок у нас есть, — пояснил я Насте, поворачивая ключ в замке. — А там видно будет.
— Ты хочешь сделать это здесь? Может лучше к тебе поедем? Или ко мне?
— А как же твой сын?
— Он летом у бабушки живёт, в деревне.
— Потом можно и к тебе, а сейчас заходи. Я ещё десять лет назад мечтал трахнуть тебя прямо на учительском столе!

Не теряя больше времени, я затащил Настю в класс и усадил на тот самый стол. Прижавшись к её губам, я мягко повалил её на столешницу и вслепую стянул с неё джинсы вместе с трусиками, а затем расстегнул кофту и задрал футболку. Сосочки так и притягивали взгляд — розовые, аккуратные, стоят торчком. Выбрав левый, я провёл по нему шершавым языком, а затем впился в него долгим поцелуем. Левая рука сдавила другую грудку, а пальцы правой проникли между влажных половых губ моей неожиданной партнёрши и начали мягко ласкать клитор и вход во влагалище. Настя тихо постанывала, явно наслаждаясь процессом.

Наигравшись с грудями, я спустился ниже, к её плоскому животику. Небольшие складочки — последствия родов — ничуть его не портили. Сложив указательный и средний пальцы, я плавным, но непрерывным движением ввёл их во влагалище. Настя судорожно вдохнула.

— Пожалуйста, будь нежен... У меня давно не было мужчины.
— Насколько давно? — в медленном темпе я трахал её мокрую киску пальцами.
— Ах-х-х... Уже несколько лет.
— И как у тебя новая целка не выросла? — усмехнулся я.

В очередной раз вытащив пальцы по самые кончики, я добавил к ним мизинец — в попку. Тонкий палец, на который уже перетекло немало смазки, вошёл в расслабленный анус легко и почти без сопротивления. Настя напряглась, но промолчала. Новые ощущения, похоже, нравились ей. А я всегда любил делать девушкам «вилочку», прежде чем впервые трахнуть их. Три пальца чувствовали себя как дома, то погружаясь в тугие дырочки, то на мгновение покидая их. Припав языком к затвердевшей горошинке клитора, я зарылся носом в короткий светлый пушок на лобке. Настя довольно постанывала и отчаянно текла. Приятно, что даже поставив своей целью меня захомутать (а в её намерениях я не сомневался), она получала наслаждение от моих ласк.

Через несколько минут дыхание моей любовницы стало частым и прерывистым, а любовного сока из её вагины натекло уже столько, что под попкой на столе образовалась маленькая лужица. Нет, дорогая, кончить прямо сейчас я тебе не дам.

Я оставил в покое клитор и вытянул блестящие пальцы наружу. Настя открыла глаза и недовольно замычала, но я уже расстегнул брюки и выпустил на волю заждавшийся этого момента член. Приставив его ко входу внутрь этой похотливой сучки, я вопросительно глянул на неё. Распалённая страстью женщина закивала:

— Да, сделай это уже наконец!

Я навалился на член всем весом, разом вгоняя его на всю глубину. Влагалище не оказало сопротивления, жадно заглотив в себя твёрдый член.

— А-а-а-ах... — Настюша впилась пальцами в мои бёдра, пытаясь нанизаться как можно глубже. Тщетно, несколько сантиметров моего «богатыря» всё же остались снаружи.

Я наклонился к ней, запустил одну руку ей под поясницу, другой опёрся на крышку стола и быстро задвигался вперёд-назад, пронзая киску своей первой любви. Член летал туда-сюда со всей возможной скоростью, тараня матку и натирая клитор. Шлепки тел, настины стоны и моё утробное рычание слились в симфонию страсти, кульминацией которой стал оргазм. Моя одноклассница судорожно согнула ноги и, буквально взвыв, начала судорожно сжимать мой член внутри себя. Трудно было удержаться, но я всё же смог не кончить так быстро.

По моей просьбе Настя повернулась набок и подползла к краю стола. Я с нетрпением снова вогнал покрытый вздувшимися венами ствол обратно в горячую писечку. После оргазма мышцы влагалища расслабились, так что его стенки чувствовались хуже. Впрочем, мне это только наруку, люблю потрахать девушку подольше. Но вечно это продолжаться не могло, стоны Насти всё сильнее раззадоривали, и вскоре оргазм настиг и меня. В несколько толчков я излился внутрь своей женщины. Тяжело дыша, я навалился на неё сверху, прижимаясь к тёплой бархатистой коже.

На какой-то миг я даже забыл, что прошли годы, что Настя отвергла меня, что у нас обоих уже совсем другая жизнь. Несколько секунд я будто снова был семнадцатилетним юнцом, осуществившим, наконец, заветную мечту.

— Было здорово, правда? — хрипло прошептал я.
— Да, классно... Похоже, я многое потеряла за эти годы, — она ласково поглаживала меня по волосам.
— Зато сейчас можно компенсировать. Ты ведь не думаешь, что я могу всего один раз?
— Мне сейчас вообще трудно думать, — Настя улыбнулась мне, и я почти влюбился.

Постояв так в молчании ещё с минуту, я вытащил расслабившийся член. Вслед за ним потекла сперма, смешиваясь с влагалищной смазкой, разлившейся по столу. «А ведь она ни слова не сказала по поводу того, что я кончил в неё. Правда плохо соображает от пережитого или планирует забеременеть и женить меня на себе? Первое лестно, но второе более вероятно. Что ж, минские хирурги и вазэктомия передают привет», — не без удовольствия подумал я.

— А что ты сделал с моей попой? — Настя сидела на краю стола и собирала растрепавшиеся волосы. — Никогда не думала, что мне такое может понравиться.
— Но понравилось же? Я видел, что понравилось. Не стоит стыдиться того, что твоё тело может получать удовольствие многими способами. Наоборот, тебе стоит радоваться, что у тебя такая чувствительная попка.

Настя не ответила. Хотел бы я знать, что происходит у неё голове. Сегодня с утра она явно не представляла, что её бывший одноклассник отымеет её прямо на столе, разбросав по полу ручки, карандаши и тетради. Впрочем, не предполагал этого и я. Однако я был на удивление спокоен, как будто происходило что-то, чего я ждал и к чему готовился.

Я уселся на парту и минут десять мы болтали ни о чём, в основном, вспоминая прошлые деньки. Я наконец-то закрыл дверь, а затем мы по обоюдному желанию разделись догола. О, Настёна была в самом соку. Округлые формы, где они нужны, но не больше необходимого. Похоже, она была из тех женщин, фигуру которых роды делают только лучше. «А ведь я никогда до этого дня не трахал влагалище, из которого когда-то вылез ребёнок. Ощущения как обычно, врут, похоже, когда говорят, что это как сосиску в окно выбросить», — отстранённо думал я, получая эстетическое удовольствие от созерцания шикарного тела моей подружки. Забавно, но она, кажется, стеснялась. По крайней мере, ноги были плотно сведены, а руки она положила так, что сосков не было видно. Ах, женщины... Я только что драл её на столе, под аккомпанемент стонов и шлепков, а теперь она стесняется показывать мне свои половые признаки. Впрочем, верно говорят, что мужчин больше возбуждает то, чего они не видят, чем выставленное напоказ. И мой инструмент снова начал подавать признаки жизни.

Настя встала и подошла ко мне, прельстившись видом встающего члена. Она взяла его в руку и начала медленно надрачивать, стараясь ускорить моё возвращение в строй.

— Возьми его в ротик.
— Я не умею, — после короткой паузы смущённо ответила моя пассия, — Да и большой он очень, я не представляю, как он должен во рту поместиться?
— А целиком и не нужно. Всё равно самые чувствительные места близко к концу находятся. Ну давай, — видя её нерешительность, я слегка надавил ей на плечи. — Я же не стеснялся тебя вылизывать.

Настя, такая неопытная в свои 28, встала на колени передо мной. Эта поза доставляла мне не меньшее удовольствие, чем то, что должно было сейчас произойти. Начав с неуверенных поцелуев, которыми покрыла член от кончика до основания, затем она робко лизнула головку.

— Ну же, любимая, не томи...

И член погрузился в её рот. Приятное влажное тепло обволокло головку, а затем пришло в движение. Недостаток опыта Настя восполняла нежностью и старательностью. Помогая себе рукой, девушка принялась активно скользить ротиком по члену, туго сжимая его губами. Я положил руку ей на затылок, чтобы помочь поймать нужный темп.

— Ты скоро кончишь? — Настя выпустила член изо рта. — Челюсти очень устают.
— Тогда вставай раком у стола.

Мы быстро сменили позу и вошёл в её киску сзади. В этот раз я тоже хотел продлить удовольствие, поэтому член ходил вперёд-назад по её разгорячённому влагалищу размеренно и глубоко. Настя тихо постанывала каждый раз, когда член начинал движение наружу, и немного напрягалась, когда он входил обратно. Чтобы добавить остроты ощущениям, я смочил слюной палец и плавно ввернул его в анус партнёрши. Та почти не отреагировала, только замурчала довольно, когда я начал двигать пальцем в такт, дополняя двежения члена.

— Так приятно... Кажется, я ещё раз кончу скоро, Андрюш, — Настя разомлела и уже не опиралась на стол, а лежала на нём. — Не останавливайся только...
— И не подумаю!

Член и палец задвигались быстрее — я выжимал из себя последние силы, а из Настёны оргазм. Вдруг она просунула под себя руку и начала теребить клитор, давясь стонами и взвизгивая. Её ноги затряслись и покосились, из-за член выскочил из вагины, а вслед за ним вылетела струйка прозрачной жидкости. Затем ещё одна, послабее. Настя, не сдерживаясь, кричала в голос. Я едва успел подхватить её, чтобы она не упала на пол. Кажется, эта похотивая сучка потеряла сознание. Ну и отлично, мне проще будет совершить задуманное.

Невольно размахивая так и не кончившим членом, я водрузил лёгкое тельце одноклассницы на стол, попкой кверху. Смочив уже два пальца в вагине, я легко ввёл их в расслабленное очко подруги. Она лишь тихо замычала, будто во сне. Я немного подвигал пальцами внутри, убедился, что эта тугая дырка готова меня принять, сделал несколько фрикций в только что кончившей киске, чтобы член был хорошо смазан её соками, и приставил головку к сморщенному колечку ануса, блестящему от нанесённой смазки. Настя, кажется, начинала приходить в себя, поэтому я решил не терять времени. Без церемоний надавив головкой на очко, я легко провалился в него. Мышцы ануса напряглись, а Настя издала стон боли и окончательно пришла в сознание. Но меня уже ничто не могло остановить, а член подобен грызуну — если пролезла голова, то и всё остальное тело пролезет без проблем. Всем своим весом прижав партнёршу к столу, я продолжил погружение.

— Что ты делаешь?! Я не хочу, я не готова, я... Ау! — мой половой орган до конца вошёл в сжавшуюся попку.
— Потерпи немного, тебе понравится, я обещаю.
— Вообще... это не так уж и больно, скорее необычно и неожиданно. Оу-у... — я слегка потянул член назад, а затем вернул обратно. — Даже приятно, когда ты не двигаешься.
— Тогда давай пока так полежим, ты попривыкнешь, а потом продолжим?
— Хорошо. Но стоило тебе всё же спросить меня, прежде чем лезть мне в жопу, — от этих слов я хохотнул. — Чего смеёшься? Знаешь, что в ней иногда бывает?
— Знаю. Я тебя когда пальцем имел, почувствовал, что у тебя там всё чистенько сейчас.
— Повезло тебе, что я сегодня всё утро на наведение красоты убила, даже позавтракать не получилось.
— Ага... — я крепко сжал её грудки и поцеловал в плечо. — Я вообще везучий парень.

Так мы и лежали ещё несколько минут. На учительском столе, друг на друге, мой член в её заднице, а руки ласкают её сексуальное тело. Пикантная ситуация и тугая горячая попка Насти не давали члену опасть, даже несмотря на отсутствие движения.

Наконец, мне это надоело, и медленно, но уверенно я начал долбить Настю в зад. Девушка сперва тихо поскуливала, но затем вошла во вкус и даже начала подмахивать мне. Мои бёдра шлёпалсь о её ягодицы, а стоящий как никогда член всё быстрее бурил эту ненасытную сучку. Тугое очко летало вперёд-назад по члену, наслаждающемуся глубоким проникновением в горячие и тесные недра попки моей школьной любви. «Я делаю это! Я реально имею её в задницу, хотя ещё пару часов назад даже не знал, как она сейчас выглядит!». Что ни говори, а спонтанный секс круче любого другого. Что может быть приятнее, чем забыть обо всём на свете и отдаться охватившей страсти?

— Ух. Как. Круто, — делая паузы между фрикциями, поделился я впечатлениями. — Давно не занимался анальным сексом.
— М-м-м, да, очень сладко, — Настя беззастенчиво вставила два пальца в киску, — У меня уже давно было предчувствие, что ты не оставишь мою попу в покое. Ещё когда ты мизинец туда вставил.
— Перед такой задницей невозможно устоять, — я резко вытащил член, помог Насте перевернуться на спину, развёл ей ноги пошире и снова вошёл в её анус.
— А-ах! Ох! Уф-ф! — похоже, ей так нравилось даже больше.

А мне просто нравилось смотреть женщине прямо в глаза, когда я сношаю её в запретную дырочку. Я обхватил её ноги для большей устойчивости, и продолжил утолять десятилетнюю жажду оттрахать эту красотку. За что я люблю анал, так это за возможность полностью погрузить мой немаленький член внутрь партнёрши. И сейчас я пользовался этой возможностью по полной, при каждом движении вперёд упираясь лобком в мокрую киску Насти. Сама хозяйка этой чудесной попки расслабилась, положила ноги мне на плечи и занялась сжиманием своих сосков.

Удивительно, что наши стоны никого не привлекли, потому что мы уже не сдерживали себя. Загоняя член внутрь по самое основание, я не мог удержаться от стона удовольствия, Настёна же мычала и вскрикивала почти непрерывно. Стол под нами скрипел и шатался, так что ещё через пару минут этой страстной ебли я всерьёз забеспокоился за его сохранность. Точнее, на стол мне наплевать, но вот уронить на пол свою «любимую» я не хотел. Мы снова сменили позу. Настя опёрлась об раковину и выгнулась, призывно смотря на меня зияющей дырой в попке. Я пристроился сзади и уже в который раз принялся раскурочивать Настину задницу.

— Оу-у-уф... Андрей, у меня уже вся задница пылает, не могу больше. Ты скоро кончишь? — жалобно спросила она через несколько минут.
— Да сам вот удивляюсь, что никак кончить не могу. Может нечем? Я тебя так накачал в первый раз, что из тебя аж лилось.
— Что же делать? Я и так ещё неделю сесть не смогу...

Я призадумался, не переставая вонзаться в раздолбанное очко бывшей одноклассницы. Что сможет меня так возбудить, чтобы я кончил тем немногим, что осталось в яйцах? Ответ пришёл быстро.

— Отсоси мне!
— Что, сейчас?! Ты же меня этим хуем в жопу дерёшь уже минут двадцать! Он грязный наверняка.
— Ты хочешь, чтобы я и дальше уничтожал твою шикарную попку? Хорошо, — и я с особой силой начал насаживать Настю на налившийся кровью половой орган.
— Нет, нет, хватит! Я сделаю!
— Так давай быстрее! — вовсе не грязный член покинул гостеприимню попу, в котрой уже почувствовал себя как дома.

Настя быстро развернулась, присела на корточки и с некоторой брезгливостью взяла член в рот. Видимо, он и на вкус не был противен, потому что девушка быстро погрузила его в рот так глубоко, как могла, и принялась усердно отсасывать. Да, именно этого мне и не хватало! Сильно контрастирующий с горячей и сухой прямой кишкой, влажный ротик быстро заставил меня почувствовать томительную и сладкую судорогу в промежности.

— Кончаю, любимая... — прохрипел я, закатив глаза к потолку.
— Мхм, — согласилась Настя, и через секунду в горло ей полетели остатки бывлей во мне спермы.

Я придерживал её голову, пока последняя судорога оргазма не отпустила меня. Тогда уставший «боец» покинул сладкий плен и с облегчением начал терять твёрдость. Я привалился к стене и сполз на пол, абсолютно довольный и расслабленный.

— Насть, дай сигарету, а?
— Говорил же, что не куришь, — Настюша утёрла рот салфеткой и дала мне пачку.
— А я и не курю. Сейчас что-то захотелось.

Через пять минут мы вышли в коридор, наскоро убрав образовавшийся беспорядок. Я заскочил к сторожу, прервав его сон, и вернул ключи. Обратно к бывшим одноклассникам мы не пошли, а отправились пешком гулять по окрестностям, наслаждаясь летним теплом и свежим воздухом. Потом я подвёз её до дома, но сам заходить не стал, несмотря на уговоры. Настя дала мне свой номер, попросив позвонить, как только я соскучусь. Я пообещал так и сделать.

***

Конечно, я не позвонил. В этот день прошлое окончательно стало прошлым, и эту главу книги своего бытия я закрыл с чистой душой навсегда. Настя не пыталась меня найти. Наверно, когда она поняла, что не беременна, ей хватило мудрости осознать, что это маленькое приключение никого из нас ни к чему не обязывает. Как я уже говорил, с годами начинаешь понимать, что мир не делится на чёрное и белое. Не знаю, как дальше сложилась её судьба. Но после тех минут, что мы провели наедине, я больше не держал на неё обид. Надеюсь, она ещё встретит мужчину, который по достоинству оценит её.

А что же до меня, я не создан для семейной жизни, продолжения рода и прочего в этом духе. Я предпочитаю жить так, как в глубине души хотел бы жить даже самый семейный мужчина в мире — свободно, самостоятельно делая выбор, не привязывая себя ни к местам, ни к людям. Возможно, я ещё поведаю вам пару историй, а возможно, оставлю их только для себя.

Живите так, как хочет ваше сердце, отпускайте прошлое и не бойтесь перемен! Спасибо за внимание и бурных вам оргазмов!