Наверх
Порно рассказ - Чудо природы
ЧУДО ПРИРОДЫ

(рассказ)

Николай Максимович, пятидесятилетний, высокого роста, голубоглазый блондин, известный в своей округе бизнесмен, ехал в Москву в вагоне СВ, в отдельном купе. Вместе с ним был и его любимый телохранитель Василий, двадцатипятилетний, рыжеволосый парень, весельчак, недавно отслуживший контрактную службу в десантных войсках. Васька был сыном его друга детства, погибшего от руки бандита, и Николай Максимович стал для него за место отца. У этого с детства шаловливого, но очень смышленного пацана, Николай Максимович еще так и не выиграл ни одной партии в шахматы, поэтому в любую свободную минутку, которая так редко выпадала у занятого человека, они отчаянно резались в эту захватывающую индийскую игру, что не мешало Василию порой разгадывать самые замысловатые финансовые уловки конкурентов своего боса и вовремя предупреждать его об этом. Где он этому научился Николай Максимович так и не смог понять, и порой снисходительно принимал его советы, удивляясь таким способностям, но его советчик ни разу не ошибся, что мудрый бизнесмен очень ценил. Вот и сейчас, когда Николай Максимович с ужасом взирал на шахматную доску, где его королю явно грозил мат, тихий голосок его телохранителя нагловато возвестил:

— Не туда смотрите, босс!

— А куда же надо смотреть? — поднял нахмуренные брови бизнесмен и с ожесточением посмотрел на надменно улыбающегося Ваську.

— Тут дело гиблое, — кивнул тот на доску и повел глаза в сторону открытой двери.

Николай Максимович проследил его взгляд и обомлел: в коридоре вагона, слегка прогнувшись спиной к его стенке, стояла потрясающей красоты стройная блондинка в красной жилетке поверх белой кофточки, немыслимо короткой мини-юбке и красных босоножках на высоченных каблуках. Ее изящные тонкие пальцы сжимали длинную сигарету, засаженную в мундштук явно из слоновой кости, которую она небрежно курила, нагловато пуская колечки дыма прямо в сторону открытой двери купе. На первый взгляд ей было не более двадцати пяти, но ее наряд и вальяжные телодвижения, намекали на то, что у девушки уже изрядный сексуальный опыт. Такие красотки сразу же берут на абордаж самую глухую и неприступную мужскую крепость, о чем девушка, видимо, отлично знала и явно использовала в настоящий момент.

— Мат! — тихо возвестил партнер по игре, приперев короля противника к краю доски.

— Точно! — подтвердил проигравший, продолжая лицезреть на богиню красоты, заманчиво раздвигающей коленки.

Покрасневший, как сваренный рак, босс, наконец, оторвал глаза от опьяняющей фигуры девицы и тихо спросил:

— Что за птица?

— А фиг его знает. Едет с каким-то хахалем в третьем купе.

— А чего это она у нашей двери нарисовалась?

— Вот и я думаю чего? Не зря же она тут задницей крутит, — тихо пробормотал охранник, — напоминая шефу, что надо быть осторожным.

Девица же, повернулась к обитателям купе задом и уставилась в открытое окно. Ее миниатюрные ягодицы, плотно обтянутые юбкой, так аппетитно поигрывали, что у Николая Максимовича стало сводить скулы, не говоря уже о том, что делалось у него в штанах. Девица же, постояв минут пять, выбросила в окно догорающую сигарету и опять повернулась. Васька, хмурясь, снова расставлял шахматы, а босс, словно невзначай, глянул на девицу и увидел улыбку на ее губах, ярко накрашенных красной помадой.

— А вы не хотите ли сыграть? — вдруг к своему собственному удивлению сказал Николай Максимович, поднявшись и выходя в коридор. Он вынул из пачки «Кемел» сигарету и тут же чиркнул зажигалкой, которая имела форму голой женщины, выбрасывающей между ножек язычок пламени, если ей надавливали на аппетитную грудь.

— Занятно, — усмехнулась красотка, кивнув на зажигалку. — Купили?

— Подарок от друзей по работе, — смутился бизнесмен, пряча зажигалку в карман пиджака.

— Что-то вам не везет в игре, — загадочно глянула на мужчину красавица и повела глазами в сторону шахматной доски.

— Зато мне везет в любви! — вдруг осмелел мужчина, и его пронзительный взгляд тут же утонул в синеве ее бездонных глаз.

— О! Вы — ловелас?

— Казанова, — снисходительно ответил он.

— Смелое заявление. Но оно требует доказательств, — загадочно улыбнулась блондинка.

— А на слово мы теперь не верим?

— Нет. Прошли те времена, когда верили...

— А у меня к вам тоже есть вопрос. Вы же из третьего купе, так чем же наше вам так понравилось?

— Мне не купе понравилось, а то, как играет в шахматы ваш сын.

— А вы тоже играете?

— Нет. Только учусь...

— Может быть, сразимся?

— С вами — нет. Проиграете. А вот с вашим сыном, пожалуй, попробую, — согласилась девушка, и ее чудо-ножка переступила через порог купе.

Василий, к великому удовольствию Николая Максимовича, проиграл ей с треском три партии подряд. Его лицо из розового стало бураковым.

— И где это вы так научились ловко играть в шахматы? — спросил Николай Максимович.

— А я с детства такая. Чудо природы, — усмехнувшись, ответила она.

— И в какой сфере действуете? — не отступал он.

— Специалист по внедрению нано технологий...

— О! — мужчины перемигнулись, — похоже, что на ловца и зверь бежит, — начал было Васька, но по строгому взгляду хозяина, тут же осекся. Николай Максимович взял женщину за острый локоток и вывел в коридор, захлопнув дверь перед Васькиным носом.

Они познакомились, обменявшись визитками.

— Я тоже занимаюсь этим делом. Вы не хотели бы поработать у меня? — в упор на Наденьку посмотрел мужчина.

— А почему бы и нет? Но в данный момент у меня в Питере много работы. Вы, случаем, не туда путь держите?

— К сожалению, нет. Мчусь в столицу, — ответил он.

— К новой невесте? — кивнула она на его левую руку, на одном из пальцев которой было обручальное кольцо.

— Нет. Это в память об умершей жене...

— Извините, — она нахмурилась, кляня себя в душе за такую бестактность.

— Ничего. Меня часто об этом спрашивают. А вы, случаем, не замужем? — указал он подбородком на ее правую руку, на которой было два колечка с блестящими камушками, но не было обручального.

— Разведена...

— Не сошлись характерами?

— Просто он не оценил Чуда природы...

— И никого до сих пор не выбрали?

— Нет. Как-то попала к Гузеевой в программу «Давай поженимся», но так никого и не выбрала...

— Не нашлось достойных?

— Не люблю нарциссов...

... Они еще бы долго болтали, ощущая растущую симпатию друг к другу, но их милую беседу прервал ее коллега по купе.

— Надежда Петровна. Вы не забыли, что наш столик в ресторане уже ждет вас?

Она извинилась и скрылась в купе.

— Нет. Какая женщина! — всплеснул руками босс перед высунувшимся из купе Васькиным любопытным носом.

— Мне б такую, — иронически пропел тот.

— Цыц! Пацан. У тебя еще женилка не выросла, — щелкнул пальцем по его носу босс.

— Может быть измерим?! — нахально ухмыльнулся тот.

— Зачем. Я и так знаю, что не более восемнадцати... , — усмехнулся хозяин.

— А вы откуда знаете? — покраснел Васька.

— Чудак! В туалете видел...

— Да. Конечно. Мне до ваших двадцати пяти еще далековато, — обреченно махнул рукой Василий и пошел по коридору в сторону туалета.

... Множество дел в столице окончательно закружили нашего бизнесмена, но как-то вдруг в гостинице, когда он уже собирался броситься в объятия Морфея, его взбодрил резкий звонок мобильника.

— Кто это? — не мог понять он, услышав далекий, словно с другой планеты, нежный женский голос.

— Это я. Негоже, Николай Максимович, забывать попутчиков, — кольнула она.

— О! Наденька?! Извините. Очень рад вас слышать...

— Я тоже. Но у меня к вам предложение. Послезавтра у нас симпозиум. Как раз по вашей теме. Я достала вам пригласительный. Очень рада была бы увидеть вас...

... Поезд мчал нашего героя в Северную Пальмиру. На вокзале его ждали. Не успел он ступить на первую ступеньку, как к нему навстречу, словно на крыльях летела в красном плаще и широкополой шляпе очаровательная женщина.

— Наденька! Ну, что вы!? Я и сам доберусь до гостиницы, — всплеснул он руками, едва она приблизилась к нему.

— Какая гостиница! Вы — мой гость и мой долг — встретить вас на высшем уровне...

— Это как же?

— Едем ко мне. Там уже все собрались. Заодно и с мамой познакомлю. Она у меня — замечательный человек...

... Надя лихо крутила рулем, уклоняясь от неожиданных ударов в потоке машин. Наконец они помчались прямо на Васильевский остров.

— А где ваш паж-оруженосец? — глаза у Надежды, казалось, сгорали от любопытства.

— Столица закружила. Пошел в ночной клуб и влип в одну бизнес-вумен. Пришлось отпустить парня...

— Эх! Молодость! — с наигранной грустью вздохнула она.

— М... да. Только не вам жалеть об этом. Вам, поди, только двадцать пять?

— Берите больше. Мне уже аж тридцать один...

— Я бы не дал, — решил он подыграть ей.

— А я бы и не взяла, — хохотнула она и притормозила у одного из домов.

«А это мы еще посмотрим. Не было случая, чтобы женщина не дала, увидев моего «мальчугана», — самодовольно подумал он и положил руку на ее ладонь, оторвавшейся от руля.

Она повернулась к нему, и в этот миг его могучая рука притянула ее к себе, и она ощутила прерывистое дыхание мужчины на своем лице. Его губы тут же нашли ее, и, замерев на миг, впились в них долгим, высасывающим поцелуем. Она никак не ожидала от него такой прыти, но, вспомнив, как он еще в поезде назвал себя Казановой, поняла, что он тогда был недалек от истины. Так целоваться, высасывая изо рта женщины все соки, мог только настоящий профи. Сначала она, замерев, терпеливо ждала, когда же он оторвется от нее в поиске глотка воздуха, но он и не думал отрываться, сопя носом.

«Хитрец. Небось, ныряет, как дельфин, что так долго не отрывается», — подумала она и, задыхаясь, заколотила кулачками по его могучей спине. Он тут же запустил руку между ее ног, но был сразу же отброшен сильной пощечиной.

— Что-то не так? — растеряно спросил он, потирая щеку.

— Все не так...

— А как?

— Мы едва знакомы, а ты уже под юбку лезешь. А казался таким порядочным... — перешла она на ты.

— А что порядочные святые? Им разве не хочется?

— Хочется всем. Но не так же сразу. У нас еще вся ночь впереди...

— Извини. Мне показалось, что ты сейчас хочешь...

— В машине?

— А что? Это так романтично...

— Вылезай, романтик. Господи, ты только там, при всех, что-нибудь подобное не отколи!

— Совсем уже за невежду считаешь?

... Семейный раут был несколько старомоден. Его приняли приветливо, но с некоторой настороженностью. За столом, кроме прочих, сидела девушка, как две капли воды, похожая на Надю.

— Это кто? — шепнул он на ухо Надежде.

— Моя родная сестра Вика...

— Так вы близнецы?

— Как видишь. Но я на пятнадцать минут старше...

— Гм... ! Солидная разница, — насмешливо глянул он на настороженные глаза Надежды, но тут же осекся под ее осуждающим взглядом.

... Обед близился к концу. По приглашению хозяйки гости прошли в гостиную. Вика уселась за рояль, и под ее нежными пальцами он заговорил тихими, нежными звуками старинного медленного танго. Сразу нашлось несколько охотников плотно прижать к своему телу соблазнительных вумен, тут же обнявших шеи своих партнеров. Они медленно покачивались в танце, поглаживая оголенные женские плечи, постепенно опуская жадные ладони к пленительным ягодицам своих дам. А те, делая вид, что ничего не замечают, все сильнее вжимались в плотно прижатые тела мужчин. Наметанный глаз Николая Максимовича сразу определил, что эти дамы явно не относились к категории супружеских пар, отчего ноздри у него расширились и прерывисто задышали в предвкушении азартной охоты за столь соблазнительной, и как ему казалось, легко доступной дичью.

У него уже и член вдруг встал, обозначив бугорок в известном месте брюк, но Надеждино укоризненное покачивание головой тут же несколько охладило пыл нашего Казановы.

— Шампанского хочешь? — прошелестел ее голосок возле его уха.

— С тобой я всего хочу, — ухмыльнулся он и попытался поцеловать ее в шею, но девушка ловко увернулась.

«А она, видимо, из серии недотрог. Придется от «штурма» перейти к длительной осаде этой крепости», — подумал он, любуясь ее походкой. Надя шла впереди, играя бедрами и ягодицами так, что у него от вожделения сводило скулы. Ему до боли в члене хотелось наброситься на нее сзади, схватить за эту пышную копну волос на голове, с силой потянуть на себя, как уздечку на морде строптивой кобылы, повалить на пол и в присутствии всей честной компании тут же овладеть этой недотрогой. А она шла впереди, увлекая его в неведомое царство любви, обещанное, но пока так и не подаренное ею.

... В спальне, куда они пришли, царил полумрак. В центре большой комнаты, словно аэродром, стояла огромная кровать, на которой могли запросто разместиться две пары. В большом зеркале, висящем на одной из стен, он сразу же увидел ее отражение. Ему стало ясно, что зеркало висело здесь не зря. Видимо посетители кровати жаждали видеть себя в самых разнообразных позах и смаковать это. Рядом с кроватью стоял столик из красного дерева, на котором красовалась бутылка марочного шампанского в кадочке со льдом. Два хрустальных высоких фужера стояли рядом. Откуда-то сверху, из-за люстры, струилась тихая музыка, располагающая к сердечному разговору. Чуть поодаль стояли два глубоких кресла, развернутые к широченному экрану, висящему на стене.

— Хочешь поразвлечься? — спросила она, подавая ему шампанское. Он привычным движением вскрыл бутылку, и холодная пузырящаяся жидкость потекла в фужеры.

— Охотно, — кивнул он, подавая фужер.

— Тогда первый сюрприз, — сказала она и нажала на кнопку на столике.

Экран тут же вспыхнул синим пламенем, и на нем замелькали фигуры. Это был известный и изрядно нашумевший в свое время кинофильм «Калигула». На экране шли фрагменты, ярко показывающие, как римский император овладевает одной из самых красивых и развратных женщин Рима.

— Тебе нравится? — глаза ее лихорадочно блестели, на щеках заиграл яркий румянец.

— Класс! Но это я уже видел, и это было так давно...

— Хочешь чего-нибудь поострее, посовременнее?

— Не мешало бы...

— Тогда раздевайся...

— И что будет? — он снял пиджак и повесили его на спинку кресла.

— Будет все, чего ты захочешь. И даже больше. ..

— Гм... И что же это?

— Сейчас ты увидишь танец живота?

— А я думал стриптиз...

— Это будет вторым сюрпризом...

Она встала, поставила на столик недопитый фужер, подошла к стене и нажала на кнопку. Дверь спальни тут же распахнулась, и он увидел на пороге Вику. Она таинственно улыбалась, медленно направляясь к сестре. Они сблизились, обнялись и тут же слились в страстном, продолжительном поцелуе.

«Ба! Это становится занятным. Передо мной явные лесби. Интересно, чем же они попытаются удивить меня?», — недоумевал он, снимая рубашку, а затем и брюки. Он хотел уже лечь на атласный белого цвета шелк кровати, как девушки, подмигнув друг другу, приблизились к нему и одним махом сорвали с него трусы.

— Ах! Это же настоящий самец! — воскликнула Вика, ухватив гостя за торчащий член.

— Оставь его. Танцуем, — потянула ее за руку сестра.

... Они медленно раскачивались перед ним, словно две великолепные кобры на своих хвостах, не сводя с него пристальных глаз. Ему даже стало казаться, что это действительно две змеи, снимающие с себя кожу, когда девушки сбрасывали на пол лифчики и их небольшие, но торчащие аппетитными бугорками белые груди с розовыми пятачками сосков, были направлены прямо на него. Их стройные ноги, узкие талии с великолепными пупками, и эти пьянящие бедра, закрытые плотно облегающими миниатюрные ягодицы голубого цвета шортиками с блестящими «молниями» на боку, могли свести с ума любого мужика, имеющего представление о той страсти, которая таится между ног подобных красавиц. Девушки медленно приближались к мужчине, застывшему в кресле, и прямо смотревшему в их неотразимые глаза, словно кролик на удава.

Они были уже совсем близко, он даже ощущал их прерывистое дыхание на своих губах, когда их губы коснулись его пылающих щек. Он хотел обнять их за бедра и обоих притянуть к себе, но какая-то колдовская сила продолжала удерживать его в кресле, налив в мышцы его рук и ног непосильную тяжесть.

«Неужто это шампанское так развезло меня?» — недоумевал гость, глянув на свой пустой фужер и едва пригубленный Надеждой. Но анализировать обстановку было уже поздно. Две белые, тонкие руки-змеи уже ухватили его за член, и пока чьи-то губы затыкали его рот высасывающим поцелуем, губы другой — уже отсасывали влагу из «ротика» его «Бойца». Он не мог выронить ни единого слова, ощущая только работу страстных губ и вертких язычков. Девушки работали так профессионально, что вскоре довели мужика до буйного оргазма. Едва белая струя забила из него брызгающим фонтаном, как они обе упали перед ним на колени и стали старательно слизывать ее с ног мужчины. Но Вике повезло больше: значительное количество спермы ударило прямо в ее алчущий рот, которую она, икая, страстно глотала, размазывая ладошкой по лицу.

— А теперь сюрприз номер три, — объявила Надежда, поднеся к его рту опять налитый до краев фужер с шампанским. Он хотел было отвернуться, чувствуя подвох, но руки Вики, ухватив его голову сзади за уши, словно капканом, прижали к изголовку кресла. Он чувствовал, как сладкий напиток бежит по его горлу, и его тело становится необыкновенно легким, словно собирается взлететь, но проклятые ноги пудовыми гирями проковали его к ковру. Он даже улыбнулся, вспомнив, как еще в далеком детстве он видел в одном детском фильме старающийся взлететь ковер-самолет, которого удерживали гири. И удивительное дело: голова была светлой и все соображала, но тело явно вышло из повиновения.

«Что же они задумали, чертовки? Факт, что в шампанское подсыпали какое-то зелье. Но зачем?... « — скакали мысли в его голове. А девушки, оставив его, снова продолжали свой колдовской танец, извиваясь перед ним и вдруг, переглянувшись, ухватились за «молнии» шортиков мигом расстегнули их, сбросив этот последний элемент их одежды прямо у ног мужчины.

« Ба! Что же это?!» — пялил он безумные глаза на то, что торчало между их ног. Он никак не мог сообразить, что же это, пока Вика не приблизилась к нему, а Надя, став сзади, ловко пригнула его голову прямо к торчащему длинному и довольно толстому мужскому члену. Тот, казалось, раздувал губы и сам просился в рот. Гость хотел было увернуться, но было уже поздно: член уже властно раздвинул его губы и вошел в рот до самого конца.

« Странно! Член есть, а яиц нет. Чудо природы, да и только», — недоумевал гость, тараща удивленные глаза на тела необыкновенных существ. «Никак инопланетянки!», — заключил он и принялся энергично отсасывать воткнутый по самое горло гибкий, толстый, теплый шланг. Он хотел было куснуть его, но пальцы сзади тут же предупредили его, давая понять, чтобы он не делал этого. Они с такой силой потянули его за уши, что гость замычал от боли. Но это не остановило Вику, которая работала во — всю. Нет. Это нельзя было назвать минетом. Она просто трахала мужика в рот, что было силы. Он задыхался, отплевывался, но девушка была безжалостной и грубо насиловала мужчину. Наконец она кончила, заливая его рот спермой. Он стал отплевываться, но тут же получил сильный удар по затылку. Поняв, что с ним не шутят, он глотал эту белую пену, глотал и думал: «Боже! До чего же я докатился. Меня насилуют бабы. Стоп! Какие же это бабы с мужскими членами и женской грудью? Интересно. А что же у нее под членом?» — подумал он и попробовал проверить пальцем. Проверил. Там была обыкновенная женская щель, покрытая редкими волосами.

«Ба! — еще больше удивился гость, — так это же «Трансы»! Теперь мне форменный копец!», — подумал он, наслышанный об издевательствах этих людей над себе подобными. Но его страх оказался ложным. Существа не стали издеваться над его непослушным телом. Они просто опустили его на пол, положили на спину. Надя легла ему на голову, вставив в его рот свой член еще более солидного размера, а Вика легла губами прямо на его «Мальчика», все еще жаждущего любви.

— Поехали! — махнула рукой Надя и усердно заработала тазом. Она видела с каким удовольствием ее сестра только что сношала в рот ее кавалера и решила наверстать упущенное.

«Они затрахают меня до смерти!» — всполошился Николай Максимович, но было уже поздно. Как говорил когда-то известный политик: «Процесс пошел». Девушки трахали его с каким-то нечеловеческим остервенением, словно мстили за то, что он нормальный мужик, а они где-то посередине. И тут он почувствовал, что существа не думают его убивать, они просто наслаждаются его могучим телом, способного выдержать такой буйный сексуальный марафон.

Страх прошел, на смену ему пришло дикое вожделение и удалое желание так удовлетворить, чтобы им мало не показалось. И тут его тело, словно по команде свыше, перестало быть аморфным и неподвижным и стало сначала медленно, а затем все быстрее отвечать им на их старание. Теперь он помогал Наденьке загонять ее член все глубже и глубже в свой рот, прижимая к себе ее таз руками, а Вике так поддавал тазом, что у той, казалось, глаза вот-вот вылезут из орбит. «Девки» пыхтели, роняя на его тело капельки пота, но это тело, словно тело поверженного великана, окропленного живой водой, стало просыпаться, явно забирая в свои руки сексуальную инициативу.

«Захотели бешеного секса, жалкие «трансухи», так вы его получите. Тоже мне «Чудо природы!». Рановато вы записали меня в слабаки! Сейчас я вам покажу, что такое «Московский Казанова»! — злорадно думал он, убыстряя темп.

Через пару минут «Трансы» поняли, что их подопытный кролик перехватил инициативу и теперь не они, а он господин положения. «Казанова» словно спящая царевна, очнулся от волшебного сна. Его тело стало упругим, мышцы налились силой и стали вздуваться буграми тела Геркулеса.

— А теперь поехали! — крикнул он, — на мгновение вытащив Надюхин член изо рта и тут же «проглотив» его снова. Он так заработал тазом, что Вика мигом скисла, выпустила изо рта его член и, ухватившись руками за свой, откатилась в сторону, оказавшись на спине, и с силой в какой-то бешенной ярости стала додрачивать его. Ее «Мальчик» этого не выдержал и вновь брызнул волшебными капельками.

«Ага! Одну мы сделали. Сделаем и другую!» — решил он, приподнялся, схватил свою ненаглядную, опрокинул ее на спину, задрал ее член, прижав к пупку» и в открывшуюся щель засадил свой. «Щель», на удивление, оказалась мелкой. Член только наполовину вошел в нее и, сделав несколько качков, хозяин его понял, что весь ее «женский» аппарат настолько слаб и ненадежен, что лучше перевернуть ее на живот, что он тут же и сделал.

В ее теплый и нежный анус член вошел до самого отказа, и Казанова приступил к работе. Но не тут-то было. Если Наденька, измученная его зубами и языком, приятно отдыхала, слегка поддавая задом, отвечая на каждый его качок, то Вика оказалось более требовательной. Казалось, что ей всего этого мало. Она пригнула тело кавалера вплотную к телу сестры, пристроилась сзади и стала вводить в его анус, изрядно уставший, но еще не потерявший боевого мастрества свой мужской орган.

«Интересное кино. Кто же кого дерет? Мы — это точно, но и нас дерут. Вот картинка! Рембранту далеко до ней со своей жалкой голой бабой на полотне, которую чуть не угробил дебильный дурак», — подумал Николай Максимович и вдруг расхохотался. Девки вздрогнули и, удивленные его смехом, тут же скисли. Но Казанова на этом не остановился. Он классно оттрахал свою любимую, затем так отделал ее сестричку, что та на карачках еле до кровати доползла. Наденьку же пришлось отнести в постель на руках. Оказавшись в кровати, сестрички прижались друг к другу и тут же отключились. Но Николай Максимович, почувствовав себя победителем, принял душ, который обнаружил за дверью в соседнюю комнату, затем помечтал какое-то время в туалете, и вернулся в спальню. Его девочки спали, разметав ручки и ножки в разные стороны. Он стал внимательно разглядывать их тела.

«Действительно Чудо Природы», — думал он. «Надо же было так постараться Творцу, соединив в одном теле мужчину с женщиной. И тут он почувствовал не только жалось и сострадание к этим необыкновенным существам, но и какое-то щемящее чувство нежности и любви. То, что они были талантливы не только в сексе, но и в других областях, не было сомнения. Он улыбнулся, вспомнив, как его Васька так лихо продул Надюхе те три партии в шахматы в вагоне и улыбнулся:

«А кто же продул сейчас? Неужто я? Нет. Не похоже. Я же в усмерть укатал их обоих. Вон как рассыпались их волосы на подушках, и губки вздулись, словно их обожгли горячей кружкой с чаем», — думал он, внимательно разглядывая лица сестер или братьев?

... Через три месяца Николая Максимовича видели на одном из светских раутов в компании двух очаровательных блондинок, державших под локоть его сверхмодного пиджака. На девушках были сильно декольтированные платья, шею украшали одинаковые ожерелья с бриллиантами, пальцы на руках поблескивали перстнями. А у Николая Максимовича на правой руке золотилось два одинаковых обручальных кольца.

— Ты что это Коленька двух красоток отхватил и никого к ним не подпускаешь? — слащаво улыбнулся один из его коллег по бизнесу, фамильярно целуя ручки его дам.

— Вас только подпусти. Мигом в кусты уведете, — отшучивался Николай Максимович. Откуда любопытному глазу было знать, что тем памятным утром после проведенной столь бурной сексуальной ночи, он предложил обеим девушкам стать его женами. Сестры сначала вспыхнули от возмущения, предпочитая каждой в отдельности владеть этим сексуальным «бугаем», но встретив его решительную позицию и упорство, решили смириться. На семейном совете все согласились посчитать их союз гражданским браком, и счастливая мать благословила своих дочерей-сыночков на этот ратный подвиг, довольная тем, что никто из них не обижен. Молодожены же решили, что всегда и везде будут вместе, даже в постели и трахаться с мужем всегда и везде по обоюдному желанию без всяких ограничений.

— И что он в них нашел? — допытывались Васькины друзья, донимая любопытными вопросами верного охранника.

— Все... , — мудро отвечал тот.

Но такой ответ, видимо, не всех устраивал. Вокруг красоток стала возникать зона таинственности, которую многие пытались разгадать, подозревая видного бизнесмена, и как говориться, «персону, принятого ко двору», в двоеженстве, в чем они не ошибались, но и доказать не могли. Поразмыслив и по — деловому оценив ситуацию, Николай Максимович вскоре пригласил на совет троих четвертую персону в лице своего верного телохранителя. Было принято Соломоново решение: «Разрешить младшей сестре спать с названным сыном без отрыва от «Основного производства». Васька был счастлив получить в подарок эту красотку. И когда его друзья стали видеть их вместе и засыпать вопросами, наподобие: «Ну, что же ты в ней нашел?», Василий невозмутимо отвечал: «Чудо природы!».