Наверх
Порно рассказ - Шашлыки
То, что я сейчас собираюсь Вам рассказать, может быть, кому-то покажется сущим пустяком. На меня же это приключение произвело в своё время весьма значительное впечатление. До сих пор я порой с большим удовольствием вспоминаю события минувших лет.

Дело было в первой половине августа. Тогда я ещё только что окончил первый курс нашего Политеха и перешёл на второй. В разгаре были летние каникулы, сопровождаемые беззаботной жизнью, дружескими компаниями, большим количеством пива и многочисленными вылазками на природу. И вот однажды мой друг детства Алексей вместе со своей девушкой Ириной, которая училась со мной в группе (кстати, и познакомились они тоже через меня), пригласили меня на шашлыки в посёлок Прибрежный.

Лёха был моим ровесником (нам тогда было по 18), до этого мы с ним несколько лет вместе учились в старших классах. Крепкий, высокий, спортивного телосложения, коротко стриженый блондин, с серьёзным подходом к жизни, он умел пользоваться успехом у девушек, и к тому времени успел поменять уже не менее четырёх подруг. Надо сказать, никакая девчонка не задерживалась с ним более чем на полгода, все это знали, но, тем не менее, он как магнитом тянул к себе очередную «жертву». Вот такой вот краткий портрет.

Что же касается Ирки, то она была вполне ему чета. Высокая, стройная, с чертами лица фотомодели, красивыми ногами, хорошо выраженной грудью, светлыми, слегка рыжеватыми волосами, которые она остригала в достаточно короткую, но очень стильную стрижку, она всегда тщательно следила за собой, и была, можно сказать, украшением нашей институтской группы. Добавьте к этому то, что особа она была весьма серьёзная, умела себя держать на высоте и уже тогда имела привлекательные перспективы на будущее. Ирина жила в Прибрежном вместе со своим младшим братом, её родители вот уже несколько месяцев как работали в Венгрии, и, ясное дело, домашнее хозяйство целиком лежало на ней. «Проходимец» Лёха сумел-таки отхватить себе такую девушку, познакомившись с ней на моём дне рождения, куда я пригласил многих ребят и девчонок со своего института. И вот теперь она с ним... Но, впрочем, это их дело.

Итак, мы планировали в субботу утром вместе заехать к Ирине, так как от неё рукой подать уже до Красавки (это приток Камы), взять у Ирины всё, что нам будет нужно (мангал, шампуры, дрова и иже с ними), и «зависнуть» на речке до самого вечера.

К нашей компании должны были также присоединиться Иринкина подруга со своим парнем, которых я не знал, но с ними уже был знаком Лёха, а также ещё какая-то девчонка, которую я не знал и в помине. Я же в то время был ещё один.

... И вот, наконец, мы встретились ранним субботним утром у Лёхиного дома. Я прихватил с собой из дома удочки, ещё кое-какую мелочёвку, и прибыл на назначенное место встречи. Лёха меня уже ждал. Вместе с ним была Катя — Иркина подруга детства, её парень Артур, и Юля — однокурсница Кати (как выяснилось потом, они учились в педагогическом на музфаке). Вот такая вот компания.

Меня представили новым знакомым. Сперва я протянул руку Артуру: это был среднего роста, слегка полноватый, с чёрными волосами, смуглый парень, года на два постарше нас, в красной открытой майке, болотного цвета широких шортах до колен и коричневых сандалиях на босу ногу. Он оказался весьма простодушным, и в то же время изворотливым человеком, заводилой и юмористом, который может запросто стать «душой» любой компании. Его девушка Катя представляла собой миловидное, хрупкое с виду создание, весьма небольшого роста, миниатюрная, с чёрными слегка вьющимися волосами и доверчиво-наивным выражением лица. На ней была яркая узкая мини-юбка и светлый вязаный, сетчатый «в дырочку» топик с коротким рукавом, а на ногах — бежевого цвета босоножки на небольшом каблуке. Катя также протянула мне руку в знак знакомства, при этом как-то загадочно улыбнувшись. Со словами «очень приятно» я мягко пожал её ладонь.

Юля была весьма симпатичной, весёлой, заводной девчонкой, среднего роста, со светлыми прямыми волосами, на вид она выглядела заметно моложе нас, хотя, по всей видимости, мы были с ней одного возраста. Она была в белой летней майке, обнажавшей живот, и очень коротких джинсовых шортиках, дерзко обрезанных значительно выше нижнего края ягодиц. Спортивные кроссовки с белыми носками подчёркивали загар её полностью открытых ног, а красивая загорелая попка, кокетливо выступающая из-под шортиков, определённо оставляла у многих прохожих труднопреодолимое желание оглянуться ей вслед. Мы также познакомились с Юлькой, и, обменявшись любезностями, отправились в путь.

... Путь до Прибрежного представлял собой примерно час езды на автобусе. Это отдельно стоящий посёлок, в стороне от города, хотя административно он и входит в городскую черту. Ввиду того, что было ещё достаточно раннее субботнее утро, автобус, к счастью, оказался достаточно свободным, и мы все впятером разместились на сидячих местах. Катя села рядом с Артуром, я занял место сзади них возле окна. К моему удовольствию, Юлька села рядом со мной, а Лёха — на свободном сиденье через проход. По дороге у нас постепенно завязалась непринуждённая беседа с моей новой знакомой. По правде говоря, мне бывает достаточно трудно быстро найти общий язык с незнакомым человеком, а тем более — с девушкой. Однако Юлька оказалась просто подарком судьбы: инициативу в разговоре она быстро взяла на себя, так что мне в основном оставалось только слушать и вставлять отдельные замечания. Она мне без устали плела о своих подругах, о любимых артистах и музыкантах, концертах, на которые она ходила, и всякое такое. В принципе, она ведь была совершенно права: в подобной ситуации важна не столько смысловая ценность твоих рассказов, сколько умение избегать неловкого молчания с малознакомым попутчиком. Ну и, наконец, нельзя не упомянуть, что общество Юльки я нашёл очень даже приятным. Я даже на какой-то момент позволил представить себе, что она моя девушка...

... Природа в Прибрежном была красива. Весь посёлок находился как бы в лесу. Раньше здесь была самая настоящая деревня, теперь, правда, понастроили целый массив белых панельных пяти — и девятиэтажек, но, тем не менее, в Прибрежном всё-таки как-то не ощущаешь, что ты в городе. Небольшая лесопосадка отделяет ряд девятиэтажек от берега речки Красавки, с дебаркадерами и песчаными пляжами. Чуть подальше расположились турбаза и санаторий.

Ирина жила в одной из новых пятиэтажек, чуть в стороне от основного массива. Её двухкомнатная квартира находилась на втором этаже. Мы позвонили в дверь. Ирка уже была готова и ждала нас. Она открыла дверь в светлом, чуть выше колен, сарафане, на тонких бретельках и с открытой спиной. Мы предложили подождать её внизу, но она пригласила всех зайти в квартиру и вместе позавтракать. Я зашёл внутрь, до этого мне ещё ни разу не приходилось бывать у Ирины в гостях. В квартире было прохладно и уютно. Иркин брат был дома, но собирался куда-то уходить по своим делам. Я увидел ещё одну девушку — Наташу. Сначала я подумал, что это подруга Иркиного брата, но оказалось, что Наташа — ещё одна подруга Ирины, и она также собиралась с нами на шашлыки. «Весёлая у нас получается компашка, — подумал я, — три парня, и четыре девчонки, причём две из них свободны».

Наташа выглядела весьма «ничего». Она была примерно одного роста с Юлькой, буквально чуть-чуть полноватая, что, на мой взгляд, нисколько не портило её фигуру, смуглая, с тёмно-русыми волосами до плеч и выразительными большими глазами, в джинсовой рубашке без рукавов, завязанной у пупка, и джинсовых же шортах (только не таких коротких, как у Юльки). Представившись друг другу, мы оставили девчонок на кухне, а сами вышли на балкон покурить.

Балкон выходил во двор, вид которого был достаточно «домашний» и уютный: тенистые яблони, аллея и детская игровая площадка. Перекурив по одной, мы услышали, что девчата уже зовут, и проследовали к ним на кухню. Девушки организовали лёгкий завтрак: яичницу, и чай с яблочным пирогом. Правда, всемером в весьма небольшой кухоньке оказалась тесновато, но мужская часть компании, быстро разделавшись с завтраком, вскоре собралась и отправилась в магазинчик за «горячительным», с тремя пятилитровыми канистрами и большой сумкой. Я, естественно, примкнул к Лёхе с Артуром.

Добыча пива и ещё пары бутылок водки в придачу заняла у нас почти целый час. На улице уже начиналась жара. Поэтому, вернувшись в дом, мы быстренько захватили всё шашлычное «снаряжение», и вместе с девчонками, покинули гостеприимную Иринкину квартиру и отправились в путь. Мы решили выбрать себе место подальше от посёлка, там, где река делает поворот, чтобы можно было спокойнее расслабиться и отдохнуть «вдали» от цивилизации. Это оказалось не так-то и просто, потому что все ближайшие пляжи были уже достаточно заполнены местными отдыхающими, и нам пришлось остановиться между турбазой и санаторием, а это — минут сорок ходьбы под солнцем и «с полной выкладкой». Тем не менее, мы нашли себе достаточно тихое место на берегу. Хотя и оно было не таким уж пустым, но всё же народу здесь было заметно меньше, что позволяло развернуться нашей компании на весьма широком пространстве.

— Давайте сразу разложимся и пойдём искупаемся, а костром займёмся потом, а то невозможно уже дышать, — предложил Лёха. Возражений не последовало, мы быстренько бросили сумки, рюкзаки, расстелили три покрывала и стали раздеваться. Парни сразу разделись до плавок, Ирина с Катей тоже уже стояли в купальниках-бикини. Юлька первым делом скинула с себя майку... и тут у меня отвисла челюсть: на ней не было лифчика. Потом она тут же сняла свои обрезанные шортики, оставшись в одних синих плавках. Её груди были покрыты таким же ровным лёгким загаром, как и всё тело, острые тёмно-коричневые соски зазывающе смотрели вперёд. Очевидно, она чувствовала себя вполне комфортабельно топлесс, не испытывая ни тени смущения. Я, конечно, иногда видел девчонок, загорающих без лифчика, но чтобы это было в нашей компании — такое случилось со мной первый раз. Минуту назад я ещё не мог и предположить, что одна из наших девчонок будет отдыхать с обнажённой грудью! Но дальше произошло не менее интересное — Наташа к тому времени уже сняла свою джинсовку, тоже раздевшись до купальника, и, глядя на Юльку, обратилась к ней:

— Ты прям так будешь?

— Да, а чё?

— Да я думаю, тоже, что ли, лифчик снять, хоть загореть нормально?

— Снимай, конечно, проблем-то!

— Стрёмно только.

— Да ладно, ты брось, я всегда так загораю.

— Ну ладно...

Наташка расстегнула сзади застёжку своего бюстгальтера, и, зачем-то сначала отвернувшись, сняла его с себя и убрала в сумочку. Было видно, что её белые груди заметно выделяются на фоне всего остального тела. Преодолевая смущение, она обратилась к Ирине и Кате:

— Ну, кто следующий?

Было очевидно, что для того, чтобы обрести уверенность, она хотела раскрутить остальных девчонок на предмет загорания топлесс.

Пацаны уже, затаив дыхание, с всё большим интересом наблюдали за разворачивающейся сценкой. Однако на этот раз больше смелых не оказалось. Единственная из девушек, которая была мне давно знакома, — Ирина, по моему мнению, не оставляла никаких надежд на добровольный «стриптиз». «Она ни за что на это не пойдёт, не в её духе», — подумал я про себя. Но день вырисовывался явно интересный. «Да, не зря я поехал, совсем не зря, — судорожно пронеслось в голове, — надо же, как повезло».

Тем временем, в другой половине коллектива, то бишь в женской, страсти явно накалялись. Юлька тоже подключилась к агитации:

— Ну что дрейфите, девчонки! Раздевайтесь, да побежали купаться! Пацаны ждут...

Фраза «пацаны ждут» могла бы быть истолкована двусмысленно. Хотя имелось в виду, конечно, то, что пацаны ждут купаться.

— Давай, Ирин, снимай верх! — это подключилась Наташа.

— Да вы что!

— Что у тебя, грудь некрасивая?

Ирину это, похоже, весьма задело. Она махнула рукой, и со словами «Да ну вас, блин!», тоже освободилась от верхней части купальника. Этого я не ожидал!!! Никак не ожидал!!! Иринка, моя сокурсница; Иринка, которая знает себе цену, которая считается мечтой каждого студента в моей группе, и к которой не так легко подступиться; — вся эта Иринка, — тоже обнажает грудь! Я первый раз в жизни вижу груди своей сокурсницы во всей их красе! Об этих грудях мечтали, наверное, многие. Но я никогда не мог предположить, что мне случится хотя бы лицезреть их наяву! Её грудки на самом деле были очень красивы. Хотя и видно, что она стеснялась, но очевидно, ей было и чем похвастаться, и это тоже чувствовалось. Иринины соски были похожи на небольшие вишенки на ровных, светло-розовых, правильной формы, небольших кружках. Я не мог оторвать глаз от грудей своей сокурсницы, и она, очевидно, это заметила, но, чтобы не ударить в грязь лицом, продолжала невозмутимо стоять.

Теперь оставалась только Катька. Но та оказалась безнадёжной скромницей.

— Катюх, ну что ты стесняешься, будь как мы! Все уже, кроме тебя, разделись.

— Нет, девчонки, нет, хватит вам! — она уже чуть не плакала, наверно, начиная уже жалеть, что добровольно попала в такую «передрягу». Катька была миниатюрной, но формы её, очевидно, были хороши. Ей мешал только комплекс.

— Ну, успокойся, хватит тебе... — стала спокойно внушать Юлька. Вдруг она неожиданно добавила: — Ну, хочешь, я сейчас и плавки сниму? Нет, в самом деле?

— Брось ты, Юль.

— Не веришь? Сниму! А что такого?

Тут до меня постепенно стало доходить, что может сейчас произойти. «Неужели и вправду?» — подумал я. «Да нет, не может быть, это она просто рисуется». Я заметил, что Артур с Лёхой тоже заинтересовались Юлькой.

Юлька тем временем взялась руками за резинку своих синих плавочек, и... смело потянула вниз, освободив сначала одну ногу, потом другую. После чего, как ни в чём не бывало, подошла к подстилке, достала свой пакет, и убрала туда свои плавки. Трудно передать то ощущение, которое я в тот момент испытал! Конечно, я был шокирован таким поворотом событий. Моё сердце сразу же забилось учащённо, а дыхание спёрло. Юлькина смелость, конечно же, вызвала у меня непередаваемое восхищение, которое я пытался затаить в себе. Такой смелости и раскрепощённости у неё я и предположить не мог. В тот момент, когда Юлька убирала плавки в пакет, она нагнулась, стоя к нам попкой. Её попа была почти вся загорелая, лишь небольшой треугольник между половинками ягодиц в самой верхней части попки был чуть-чуть светлее, но тоже слегка покрыт загаром. Это ясно говорило о том, что она нередко загорает без трусиков.

В этот момент меня посетила ужасная мысль: я понял, что мой возбуждённый пенис не находит себе места под плавками, и резко увеличившийся бугорок сейчас заметен всем девчонкам. Мне стоило не мало трудов внушить себе, что это не есть беда. Да, я не один такой, и у Лёхи, и у Артура, наверняка, те же проблемы. Это раз... И с другой стороны, почему должен чего-то стесняться я, если девчонки не постеснялись раздеться, а Юлька даже и плавки сняла? С этими мыслями мне немного полегчало.

Тем временем Юлька уже направлялась к нам. Я увидел... , точнее нет, не так... Я не увидел того, чего ожидал увидеть в данный момент — небольшого чёрного треугольничка в месте схождения ног. Юлькин лобок был гладко выбрит, и, вместо треугольничка волос, в самой нижней части её живота виднелась неприкрытая маленькая расщелинка, разделяющая низ Юлькиного лобка на две восхитительные дольки. На месте узкой полоски от плавок кожа была также ненамного светлее, чем вокруг.

Вдруг я почувствовал, что на какой-то момент потерял ощущение реальности. Неужели это всё правда со мной происходит?

— Ну что, Кать, снимаешь верх? — весело подбежала Юлька.

Катька, видно, тоже немного ошалела, но ответила:

— Нет, Юль. Ты как хочешь, я — нет.

— Ну ладно, тогда, всё. Хочешь, — ходи в лифчике, — остановилась Юлька. Ну, пошли купаться!

Мы плюхнулись в речку. В холодной воде мой член успокоился. Отплыв метров двадцать от берега, я развернулся, и поплыл назад. Пока я плыл к берегу, я увидел, что справа от нас тоже расположилось несколько компаний, они играли в карты, пили пиво, разводили костры. Две девушки недалеко от нас тоже были топлесс. Ещё одну девчонку без лифчика я увидел чуть подальше на берегу. Но без трусиков... — только разве что маленькие дети, что резвились у берега... Нет, я был всё ещё под впечатлением от происшедшего!

Мы вылезли на берег и принялись за костёр. Установили мангал, достали топор, начали колоть дрова, — в общем, чисто мужская работа. Девчонки разлеглись на покрывалах греться под солнцем. И вышло так, что первое время Юлька, сама того не желая (или, может, наоборот, желая?), стала центром внимания меня, Артура и Лёхи. Мы занимались своим делом, но я видел, что каждый периодически косится на Юлю. Она лежала на животе, головой вверх, непринуждённо раскинув ноги в стороны. Капли воды аппетитно стекали с её ягодиц по бритой промежности. Непередаваемое зрелище! Мне вдруг стало как-то весело, когда я увидел, что какой-то мужик, выйдя из воды напротив нас, заметил Юльку, и теперь медленно идёт от берега по кривой, засмотревшись на голую девчонку. Дрова тем временем были уже готовы, и мы пошли в лес собирать хворост.

— Ну что, мужчины, шашлыками-то нас будете кормить? — это подошла Наташка.

— Терпение! — ответил Лёха, — и весь мир у Ваших ног!

Наташка кокетливо нагнулась, опёршись ладонями о колени, при этом её груди во всей красе свесились сосками вниз. Очевидно, она уже совсем освоилась, и стала смело применять своё женское «оружие», поражающее мужчин.

— У моих ног? — спросила она, смотря в низ, на ноги, — я это учту! Ждём!

Тем временем Юлька перевернулась на спину, подложив под голову пакет с одеждой, и, подставив солнцу и без того загорелые груди, глядя на то, как мы разводим огонь, закурила сигарету. Одну ногу она согнула в колене, а другую свободно откинула в сторону. Её голенькая пися была светло-розовой, между раздвинутых ног отчётливо вырисовывались немного неровные складочки Юлиных половых губ. Теперь нам (я имею в виду пацанов) предстояла нелёгкая задача — разрываться между приготовлением шашлыка, с одной стороны, и настолько манящей, ничем не прикрытой Юлиной писькой, с другой стороны, на которую, ну никак нельзя было не засмотреться. Даже голые груди Наташки и Иры как-то всё равно уже «блекли» на фоне вульвочки Юли, совершенно без тени смущения предоставленной на всеобщий обзор.

Но мы всё же справились со своей задачей, на то ведь и мужики! Первая порция мяса была уже насажена на шампуры и мерно дымилась над тлеющими углями. Мы с девчонками решили пока искупаться ещё раз.

После купания Артур открыл канистру с пивом. Каждый налил себе по бокалу. Шашлыки были уже почти готовы.

— Молодцы, мужики! Вот это я понимаю, — это похвалила нас Юлька, закуривая очередную сигарету.

— А ещё мир у ног обещали, не забыли? — подхватила Наташка.

— Ну что, готовы? — Ирина отложила в сторону книжку, которую она читала, лёжа на покрывале, и подошла к нам. Она уже тоже совершенно не смущалась своих обнажённых грудей, которые, к тому же уже немного стали покрываться загаром.

Мы всемером расположились на корточках вокруг мангала. Артур открыл бутылку водки, и разлил по чуть-чуть по тем же бокалам, из которых мы пили пиво (других у нас не было). Ирина с Катей от водки отказались, согласившись только на пиво. Каждый взял в руки по шампуру, предварительно полив его кетчупом. Слева от меня сидел Лёха, справа — Юлька, напротив — Артур с Катей, и чуть в сторону — Наташа. Я вдруг обратил внимание, что Артур, как-то неловко смущаясь, всё время косит взгляд в одну точку... Я тут же сообразил, в чём дело: как я уже говорил, мы все сели вокруг мангала на корточках. А Артур оказался аккурат напротив Юльки. Вы понимаете, к чему я?

Мне вдруг нестерпимо захотелось оказаться на месте Артура. И я решился:

— Я щас, — с этими словами я встал, и отошёл к своему покрывалу, якобы за сигаретой. Достав сигарету, и прикурив, я обнаружил, что Лёха уже придвинулся к Юльке, а рядом с Артуром есть достаточно пространства, где бы я мог разместиться. Артур, наверняка, мог догадаться о моём манёвре, но мне это было не так уж и важно.

— Ну, как шашлык, Юль? — обратился я к ней, глядя вперёд прямо на неё.

— Великолепно! Я же сказала — вы просто молодцы!

Теперь вся Юлькина красота была прямо перед моим взором. Она всё ещё сидела на корточках, её пися была полураскрыта, между половыми губками в верхней части вульвы отчётливо выделялся бугорок клитора. Было похоже, что Юлькин клитор был слегка возбуждён, очевидно, ей очень нравилось выставлять себя напоказ. Юлька чуть наклонилась за стаканом — в этот момент длинная сухая травинка попала ей прямо между половых губ. Юлька протянула свободную руку вниз, к своей писе, и убрала эту травинку, при этом с усмешкой произнеся вслух: «Ух, куда, забралась! Тебе там нечего делать», глядя при этом на меня, так как я, вполне ясно, эту сценку видел. Я понимаю, если бы она сделала это молча, по возможности, незаметно; но она ведь умышленно акцентировала на своей письке внимание!"Во даёт!» — только и мог подумать я.

После первой порции шашлыков мы снова пошли купаться. «Ребята, давайте переплывём на тот берег» — предложила Катюшка. Все, кроме Лёхи с Ириной, её поддержали.

Надо сказать, что скромность скромностью, а плавала Катька очень хорошо. Она первой из всех нас успешно форсировала Красавку, и, когда мы только приближались к берегу, Катюшка уже махала нам рукой с крутого склона. Второй приплыла Юлька, я — предпоследним, Натали замкнула наш круг. Мы поднялись на высокий берег. Вдоль него также шла лесопосадка. Мы пересекли её, и оказались на пустыре. Вдоль берега шла грунтовая дорога, по которой изредка проезжали автомобили и мотоциклы, а через дорогу простиралась степь, уходящая вдали вверх по пологим склонам холмов.

— Красотища! — сказала Наташка. Давайте прогуляемся?

Мы пошли вдоль дороги, и вскоре она нас привела к небольшому озеру. Там рыбачили несколько человек. Мы немного постояли возле озера, любуясь пейзажем. Тут один из рыбаков обратил на нас внимание. На его лице было ясно написано выражение неожиданности и лёгкое смятение, когда он увидел абсолютно голую симпатичную девчонку, которая совершенно спокойно стояла и смотрела на озеро. «Бедный, наверно, забыл о клёве», — подумал я.

— Всё хорошо, только вот босиком неудобно, ноги колет, — сказала Катька.

— Это уж точно. Ну что, пойдём назад, наши уже, наверное, заждались. Куда, скажут, пропали? — предложил Артур.

— Да, а прогуляться лучше потом по тому берегу сходим, чтобы обуться было можно, а то битое стекло попадается, — продолжила Катя.

— Сейчас, только пописаю, а то после пива уже не могу, — ответила Юлька.

— Пойдём, я с тобой, — подхватила Наташка.

— Да я прям здесь могу, — Юлька присела под деревом, возле которого стояла, и из неё потекла жёлтая струйка мочи.

«Да, вот чем удобно без трусиков — писай, где хочешь, ничего снимать не надо», — почему-то подумалось мне.

Юля пописала, и мы отправились назад. У дороги нас догнала Наташка — она всё-таки сходила в кусты. Правда, пока мы шли, навстречу попались две какие-то бабки с корзинами. «Совсем обнаглела молодёжь! Голые вон по дороге идут!» — всё никак не угомонялась одна из них. «А вам завидно, что ли?» — ответила им Юля. Это оставило слегка неприятный осадок, но Юльку, по-моему, особо не задело. Мы дошли до Красавки и благополучно вернулись на свой берег. Как-то постепенно все парни более-менее привыкли к обнажённым грудям своих спутниц, и к совершенно голому телу Юльки, это было видно, и относились мы к этому уже весьма спокойно. Чего не скажешь о соседях: к нам то и дело как бы случайно наведывались мужики с пляжа, то вроде бы проходя мимо, то чтобы попросить огонька... Сначала это казалось смешно, потом уже просто надоело. Но определённо могу сказать: многие ребята, отдыхавшие на берегу, наверняка завидовали нашей компании. Когда мы очередной раз спускались по берегу купаться, у некоторых парней из соседних компашек даже «слюнки текли» при виде девчонки без трусиков...

Мы ещё наготовили шашлыков, попили пива, искупались. Я и Лёха успели даже порыбачить. Поймали, правда, штук десять маленьких карасей, которых сложили в пакет с водой, и приготовили взять с собой. Нормального клёва здесь, конечно, не было, так как было много купающихся по всей длине берега. Иринка обещала накормить нас у себя дома ужином, и жареные карасики могли бы стать неплохим дополнением.

Многих уже порядком на жаре развезло от выпитых пива и водки.

— Давайте, прогуляемся до санатория? — предложила Наташка. — Только обуться надо, а то босиком можно ноги поранить.

— Вы идите, мы здесь, — Лёха с Ириной опять «откалывались» от нас. (С другой стороны, кто-то должен же вещи сторожить).

Остальные нас поддержали.

Мы взяли с собой пакет, куда сложили сигареты, огурцы, и бутылку водки.

— Сейчас, только надо хотя бы лифчик надеть, — сказала Наташка.

— Да ладно, кого боишься? — ответила Юлька.

— Ты что, вообще так пойдёшь?

— Нет, я обуюсь, конечно, — с этими словами Юлька отряхнула ноги от песка, надела свои носки и кроссовки.

— Ну, ты даёшь! — произнесла Наташка, но всё же лифчик решилась не надевать.

Мы вышли на тропинку, которая вывела нас к дороге. Дорога шла через лес. Кроны раскидистых деревьев защищали от палящего солнца, и в лесу казалось немного прохладнее. Лишь щебетанье птиц нарушало идиллическую тишину. Людей почти не было, только отдельные отдыхающие в одних плавках порой пересекали дорогу, очевидно, чтобы справить в лесу малую нужду. Вскоре мы оказались около глубокого оврага, по дну которого протекал ручей. Через ручей был перекинут небольшой мост, вернее даже, не мост, а пара полусгнивших досок рядом друг с другом.

— Ну что, перейдём, — спросил я, или будем искать обход?

— Что, боишься? — возмутился Артур.

— Да нет, я за девчонок беспокоюсь.

— Блин, страшновато, — сказала Юлька, подойдя к мосту.

— Не бойся!

Я подал ей руку, и, идя впереди, помог перейти овраг. Артур перевёл Катьку, и вернулся было за Наташкой.

— Не надо, я сама, — гордо сказала она.

— За это надо выпить! — предложил после перехода Артур и достал из пакета бутылку.

— А как обратно переходить будете, вы подумали? — возмутилась Катерина, — вы итак уже порядком пьяны!

— Вы как хотите, а мы выпьем — мы с Артуром сели на толстенное бревно, отпили «из горла» по глотку, и закусили огурцом. Юлька тоже решилась выпить, и села рядом со мной. Потом мы втроём достали сигареты, перекурили, отдохнули, и я спросил:

— Ну что, дальше пойдём, или как?

— А зачем тогда переходили овраг? — Артур встал, и мы отправились дальше.

Вскоре лес кончился, и мы оказались на пустыре. Мы подошли к небольшому холму, и Наташка закричала:

— Смотрите, что я нашла!

В самом склоне холма, поросшего зелёной травой, оказалась массивная с виду, железная дверь, чуть приподнятая от земли. Она была закрыта на мощный амбарный замок.

— Что это может быть?

Находка нас заинтересовала. Мы стали наперебой предлагать разные версии относительно назначения данной двери, Артур даже попытался открыть чем-то замок, что ему, естественно, не удалось. Внизу, под дверью, была небольшая узкая щель. Юлька с любопытством встала на колени, опёршись локтями о землю, и принялась разглядывать эту щель, пытаясь рассмотреть, что же там внутри. Мы с Наташкой стояли чуть поодаль, и я, конечно, не упустил возможности рассмотреть повнимательнее ничуть не менее интересную для меня щель, ту, что сейчас была приоткрыта и прекрасно видна между Юлиных ног, чуть пониже её выставленной вверх голой попки. О, сколько бы я отдал за то, чтобы она мне позволила прикоснуться к этой щёлке рукой!"Нет, темно, ничего не видно», — сказала Юлька, встав и отряхнув колени с локтями. Артур продолжал возиться с замком. Мы не заметили, как к нам подошли двое каких-то ребят и девушка:

— Ребят, что, сломать хотите?

Я обернулся:

— А вы не знаете, что здесь?

— Да что — склад какой-то. На случай войны, наверно. А вы откуда сами-то?

— Да на Красавке отдыхаем.

— А... Ясно...

— До санатория далеко, не скажете?

— Минут тридцать ходьбы.

Юлька нагнулась и подтянула шнуровку на кроссовках:

— Ну что, может быть, тогда, назад пойдём?

Подумав, мы решили, что лучше возвращаться. На обратном пути мы всё ещё обсуждали интересную находку, высказывая самые уже фантастические предположения. Наконец-то дошли до нашего оврага.

— Поможешь мне опять перейти? — обратилась ко мне Юлька.

Я предложил ей руку. Но она вдруг испугалась:

— Сюда шли — ничего, а обратно что-то страшнее стало. Ноги дрожат, не могу...

Артур перенёс Катюху на руках. Я тоже предложил Юльке взять её на руки, и она безоговорочно согласилась. Я поднял её, обхватив под коленями и подмышками, а она схватилась рукой за моё плечо. Мой член, было успокоившись, опять поднялся у меня под плавками. Пока я переносил Юльку через этот хилый мост, от моего страха никакого следа не осталось. Я чувствовал себя эдаким романтическим героем. Она же зажмурила глаза, и боялась их открыть, даже когда я уже поставил её на землю. На моём плече остались следы от Юлькиных ногтей.

Мы перевели девчат и благополучно вернулись в наш «лагерь». После чего налили себе пива и стали наперебой рассказывать ребятам о своих приключениях. Ирина, несмотря на то, что жила в посёлке, оказывается, даже и не подозревала о существовании того склада в холме.

Мы с Артуром после пива сходили отлить в кусты, и, когда вернулись, присоединились к остальным, которые уже сидели на лужайке в тени деревьев, чуть повыше пляжа, и играли в карты. Тут и Юлька опять захотела писать, и, сидя на корточках, стала мочиться прямо на месте. Небольшой ручеёк слегка увлажнил сухую землю возле неё и оросил зелёную травку. Она была уже достаточно пьяна. Наташка произнесла, глядя на Юльку:

— Я тоже хочу (Наташку также весьма развезло от пива с водкой).

— Писай прям здесь, — предложила Юлька.

Неожиданно для всех, Наташка привстала, и, уже никого не стесняясь, слегка приспустила плавки и пописала. Лужица под ней оказалась больше, чем от Юльки, но она довольно быстро впиталась в сухую землю, оставив от себя только чёрное влажное пятно.

— Да сними ты их совсем, не мучайся! — вдруг предложила Юля.

Наташка огляделась по сторонам, и, убедившись, что посторонних нет, согласилась с предложением Юльки, и со словами «Ладно, уговорила!» сняла с себя плавки, и повесила их на ветку. У Наташки оказались густые чёрные волосы на лобке и в промежности, выделяющиеся на фоне абсолютно белой кожи под плавками. Когда она сидела на корточках, из-под её густых волос едва проглядывала розовая полоска вульвы. Наташкино раздевание здорово оживило наш коллектив, внеся в него приятное разнообразие. Все пацаны, не сговариваясь, наградили девушку аплодисментами, как только та освободилась от последнего элемента купальника. У меня заново разгорелся интерес к нашей «новенькой» обнажённой миледи, и я с большим удовольствием уже безо всякого смущения пялился на Наташкину волосатую промежность. Мой член стал напрягаться с новой силой. Честно говоря, у меня возникло сильное желание тоже снять с себя плавки и присоединиться к нудистской компании девчонок. Но мысль о том, что мой голый член увидит моя однокурсница Ирина, меня остановила. «Да и перед Катькой стыдно будет», — подумалось мне. Я не смог решиться раздеться. И мысленно я ещё раз поразился смелости наших девчонок, которые обнажились перед одетыми пацанами, не испугавшись осуждения или насмешек. В тот момент я осознал, что такая смелость достойна моего преклонения перед ними.

Мы доиграли кон в «дурака», и побежали к реке, чтобы освежиться в прохладной воде. Наташка остановилась, сдёрнула с ветки свои плавки, и, надев их, догнала нас. Идти по берегу среди посторонних, она без плавок всё же не решилась.

Когда мы вылезли из воды, Лёха вдруг вспомнил:

— Я же взял фотоаппарат, давайте сфотографируемся все вместе, пока ещё солнце не зашло!

— Что же ты раньше молчал? — возмутились Катя с Артуром.

Мы встали в полукруг на фоне воды, обняв друг друга за плечи, и Лёха стал наводить объектив.

— Подождите, я хоть лифчик надену, а то на фотографии стыдно всё-таки, — заволновалась Ирина.

— А я в одних плавках буду, что тут такого, — ответила ей Наташка.

Ирина побежала за лифчиком, и, одевшись, присоединилась к нам, а Наташка так и осталась без него. Юлька же заявила, что будет фотографироваться как есть, без плавок.

— Ты только о себе думаешь, а я же тоже буду эти снимки друзьям показывать, — возмутилась Ирина, — надень хоть плавки для приличия.

— А я хочу, чтобы как мы отдыхали, так и было всё запечатлено, не хочешь — не показывай. Только это же я буду без трусов на фотографии, а не ты, какая тебе разница?

В общем, Юлька не стала одеваться. Мы сделали несколько снимков на берегу и потом зашли по колено в воду, также сфотографировавшись вместе. Потом стали фотографироваться отдельно парами: Лёха с Ириной, и Артур с Катей. У меня пары не было, и мы решили сфотографироваться втроём с девчонками — с Наташей и Юлей. Мы также сняли несколько кадров. Сначала я встал посередине и обнял девчонок за плечи. Потом Юлька решила изобразить девушку с обложки: она встала прямо, поставив правую ногу на пенёк и выставив её вперёд, левую руку она подняла вверх, а правую ладонь завела за затылок, слегка наклонив голову. Вышло очень красиво. Наташка встала чуть в стороне, расставив ноги и подняв обе руки, а я — с другой стороны, вытянув руку в сторону Юльки и как бы жестом показывая на неё. После этого Юля предложила сфотографироваться по-другому: она присела передо мной, широко разведя колени в стороны и заложив обе руки за голову, а я, стоя за её спиной, положил ей ладони на плечи. Наташка немного подумала, как бы к нам пристроиться, и, тоже уже начиная немного «заводиться», встала сбоку от меня, обняв меня рукой за талию, а другой рукой Наташка немного оттянула резинку своих плавочек вниз, частично приоткрыв свой чёрный треугольник. Лёха нас «щёлкнул».

— Потом кто посмотрит, скажет — порнушку там наснимали, — посмеялась Наташа.

— Разве это порнушка?... А давайте, правда порнушку снимем, — оживилась вдруг Юлька.

— В смысле, как?

— Ну, как в журналах эротических, интересно ведь! Я так давно об этом мечтала!

С этими словами Юлька легла спиной на покрывало, и подтянула ноги вверх, разведя их в стороны, и обхватив руками выше колен, выставив, таким образом, на передний план свою письку. Было видно, как возбужден и напрягся её клитор, а из влагалища стали проступать капли смазки.

— Сними меня так, попросила она Лёху.

— Ты что, дура что ли, — возмутилась Ирина. Кому ты потом показывать-то будешь?

— Кому захочу, тому и буду. Предкам, конечно, не покажу. А знакомым — можно. Пусть посмотрят, как мы тут с вами подурачились классно.

Алексей сфотографировал Юльку в этой позе. Потом она опустила ноги, и, продолжая лежать на спине, развела их в стороны. Лёха сделал ещё один снимок, после чего она, оставаясь в той же позе, пальцами обеих рук широко раздвинула половые губы и стенки влагалища: «А теперь — так», — попросила Юляшка.

Мы с Артуром стояли рядом и с обалдевшими глазами следили за тем, что вытворяет Юля.

Затем Юлька села на попу, закурила сигарету, одной рукой сжала себе сосок, а указательный палец другой руки зазывающе ввела себе во влагалище на всю длину. Лёшка сфотографировал. После чего она попросила, чтобы кто-нибудь подал ей стакан пива. Я пошёл за стаканом, наполнил его божественным напитком и галантно протянул нашей юной развратнице. Юлька взяла стакан, отхлебнула глоток, и достала из банки огурец. Держа во рту дымящуюся сигарету, а в руке — поднесённый к губам стакан, она свободной рукой погладила себя между ног, и... медленно, наполовину, ввела в свою вагину огурец. Её руки при этом дрожали от волнения, было видно, что он даже сама поразилась своей наглости, но, тем не менее, Юля закатила глаза и изобразила выражение блаженства на лице. Надо сказать, из неё бы вышла неплохая актриса. Не даром она на музфак поступила!"Щёлкни ещё раз!» — милым, но слегка неуверенным голосом попросила она Лёху.

— Ну как, теперь получилась порнушка? — обратилась она к Наталии, вынимая влажный огурец из своей писечки.

— Ну, ты даёшь, Юлька! — вдруг восхитилась Наташа, — во, даёшь! Я бы только позавидовала твоей отвязности.

— Давай тоже, присоединяйся! Щас мы тут наснимаемся, будет что вспомнить!

Наташку это завело. Она повернулась к нам спиной, и спустила плавки так, чтобы полностью обнажить попу. Лёха передал фотоаппарат мне: «На, теперь ты снимай этих порнозвёзд! Я устал уже». Я с удовольствием сфотографировал Наташку со спины с голой попкой. Потом Наташка спустила плавки ниже колен, и, слегка расставив ноги в стороны, чтобы плавки совсем не слетели, повернулась к нам лицом. Я опять нажал на спуск, запечатлев на Наташку с болтающимися под коленями плавками и чёрным треугольником волос на лобке. Затем она одной рукой взяла себя за сосок, а другую завела себе между ног. Когда я «щёлкнул» её таким образом, Наташка решилась-таки снять плавки совсем прямо на пляже, и легла животом на покрывало, повернув голову в нашу сторону. Юлька легла с ней рядом в точно такой же позе. «Под этой фотографией будет подпись: Так мы с подругами загораем», — шутя, добавила Наташка. После того как я запечатлел их со спины, обе девчонки перевернулись на спину, слегка разведя ноги в стороны, Юлька закинула свою ногу на Наташкину.

В этот момент Наташка заметила, что, несмотря на то, что люди с берега уже стали расходиться, несколько человек стоят на берегу и с неподдельным любопытством смотрят на эту игру. На Наташке появилась краска смущения.

— Нет, больше не буду! Хватит с меня!

— Ладно, finita la comedia, — согласилась с ней Юлька, обращаясь как бы к зевакам на берегу.

Я всё же успел их сфотографировать в последний момент. Наташка резко поднялась и пошла было за своими плавками, но потом, глядя на Юльку, передумала и, оставив плавки на покрывале, побежала голышом в воду.

— Мочить не хочу, уже собираться надо, — оправдалась она перед нами.

Юлька присоединилась к ней.

Когда сеанс фотографирования был закончен, мы все тоже пошли искупаться по последнему разу, и стали собираться домой.

Мы стали собирать свои вещи: нести оказалось гораздо меньше, чем когда мы шли сюда, и идти стало намного легче. Кроме того, стало смеркаться, и воздух наполнился прохладой. Назад решили идти в одних купальниках, чтобы не надевать одежду на мокрое тело. Ирина уже была в лифчике с того момента, когда мы делали фото, Наташка тоже быстренько надела плавки и лифчик, и обулась в свои туфли. Юлька достала из пакета плавочки, натянула их на себя, надела носки с кроссовками и, так как лифчика у неё вообще не было, больше ничего надевать не стала, а просто взяла в руку пакет и собралась вместе со всеми уходить.

— Одевай майку, Юль, — сказала Ирина.

— Не хочу пока. Вы же все в одних купальниках! Тем более всё равно, темнеет уже.

Мы отправились в путь. Выйдя из лесопосадки, вышли на дорогу, ведущую в посёлок. Когда мы добрались до девятиэтажек Прибрежного, во многих окнах уже был зажжён свет. Пройдя несколько дворов, дошли до Ириного. Наверное, интересно ходить по посёлку с голой грудью. Так как я не женщина, мне не суждено это понять. Я-то и так был в одних плавках, — вроде бы, что такого? Народу на улице, действительно, было не много, тем не менее, казалось, что за нами (точнее, за Юлькой) многие с интересом смотрят. Но это мне казалось. Ей — не знаю. Она держалась настолько естественно, что её груди, хотя и были обнажены, смотрелись просто как гармоничный атрибут её экстравагантного купального костюма.

Мы дошли до Иркиного подъезда, и поднялись к ней домой. Иркин брат был уже дома.

— Ну, как оттянулись?

— Замечательно! — сказала Ирина. — Даже стриптиз устроили.

— Я вижу, — ответил ей брат, покосившись при этом на Юльку.

Мы пожарили карасей, Ирка наскоро нарезала салат, и сварила картошки на всю нашу ораву. После активного отдыха любой ужин казался просто райским. Немного отдохнув после еды и посмотрев кусочек какого-то фильма по «ящику», мы все, кроме Наташки, которая, так же как и Ирина, жила в посёлке, надели на себя «верхнюю» одежду, попрощались с хозяйкой и поехали в город. Юлька надела только майку, а шортиков надевать не стала, решив идти на автобус просто в своих узеньких, блестящих, ярко-синих плавках, которые не плохо сочетались с её короткой белой маечкой и белыми же носками. И вот мы, выйдя из дома, направились на автобусную остановку.

Автобуса еле дождались. Причём он оказался последним и почти пустым. На обратной дороге я опять оказался рядом с Юлькой. В пути мы с ней обменивались впечатлениями о нашей поездке, теперь уже и мне было о чём с ней говорить, и я с трудом умудрялся вставлять слово между её репликами. Юлька сидела, элегантно закинув свои красивые загорелые ножки друг на друга, и разговаривала со мной и с Артуром, сидевшим напротив. Её плавочки были настолько узкими, что красивые бёдра были тоже полностью обнажены с боков. Я вдруг сообразил, что Юлька сидит на сиденье, касаясь его практически голыми ягодичками. Эта мысль уже в который раз в этот день вызвала у меня приток крови к моему «мужскому достоинству».

В общем, всё бы хорошо, если бы не одно обстоятельство. Примерно на половине дороги Юльке вдруг снова захотелось в туалет. Количество выпитого пива давало о себе знать, и ничего поделать с этим было нельзя. Сначала она просто молча терпела, я лишь заметил, что она не может найти места своим ногам: то поставит их прямо, то сожмёт, то снова закинет одну на другую. Потом Юлька вполголоса сказала мне, что ей уже совсем невмоготу, и она не представляет, как сможет дотерпеть до дома. Я всячески старался её успокоить и приободрить, начал даже рассказывать историю, как однажды сам переживал подобного рода проблему. Но Юлька, уже напрягшись, видимо, из последних сил, сильно сжала ноги и стала ладонью, через плавки, надавливать себе на лобок и промежность. Мне стало искренне жалко Юльку. Она всё же несколько успокоилась, видно, желание писать её несколько отпустило. Но не надолго. Внезапно Юлька снова резко сдвинула ноги, и стала рукой судорожно тереть у себя между ног. Терпеть она больше не могла. Юля запустила руку себе прямо под плавки, и начала уже тереть себя ладонью под плавками. Несмотря на то, что я ей очень сочувствовал, вид того, как она трёт себе промежность, держа руку под плавочками прямо в автобусе, привёл меня в сильное эротическое возбуждение. К большому счастью, когда нам оставалось ехать уже немного, Юльку вновь отпустило, и она вздохнула с облегчением. Очевидно, она перетерпела. «Главное, чтобы сильное желание не застигло её вновь, пока она не доберётся до дома», — подумали, наверняка, мы оба. Но она пока держалась вполне нормально.

Наконец-то, долгожданная, столь заветная, столь желанная наша остановка! Я, казалось, сам весь проникся Юлькиной проблемой. Мы сошли с автобуса первыми, и я подал ей руку.

— Ну ладно, я сразу домой, а то мне надо бы поторапливаться, — сказала она, сойдя со ступеньки, — правда пока я ещё особо и не хочу в туалет, но в любой момент могу снова сильно захотеть, а тогда уже придётся бежать.

— Да ты зайди за остановку, — предложил я, — там темно и никого нет.

— Тогда пошли со мной, постоишь на стрёме, — попросила Юля.

Мы вдвоём зашли за остановку и остановились возле небольшого газончика. Я огляделся: рядом никого нет. Юляшка присела на газоне под деревьями, спустив свои плавочки почти до колен. Примерно секунд через пять из неё полилось. Она с улыбкой облегчения взглянула на меня, я одобрительно кивнул головой ей в ответ. Понятное дело, она меня нисколько не стеснялась, тем более что там, на берегу Красавки, она пару раз без смущения писала при всех. И вот теперь она сидит за остановкой со спущенными плавками, а я её «охраняю». Лилось из неё весьма долго. Наконец, пописав, Юля встала, подтянула плавочки, и мы подошли к нашим ребятам, ждавшим на остановке.

— Вот бы ещё раз здорово было всем вместе так съездить, — сказала она, когда мы переходили дорогу.

Я хотел проводить Юльку домой, но она, поблагодарив меня, ответила, что живёт рядом и дойдёт до дома сама. Я не стал настаивать: мы дошли вместе со всеми до следующего перекрёстка, потом Юлька попрощалась с нами, пожав каждому руку своей небольшой девичьей ладонью, и я пожелал ей благополучно дойти до дома. Она, отойдя немного, вдруг остановилась и, повернувшись и махнув нам рукой на прощанье, вновь развернулась и, уже не торопясь, пошла по улице домой.

Мы попрощались также с Лёхой, Артуром, Катькой и Юлькой.

Я посмотрел на уходящую вдаль Юльку. В темноте летней ночи её красивые загорелые ягодицы, между которыми оставалась лишь узенькая синяя полоска плавок, оставляли у немногих оставшихся на улице прохожих труднопреодолимое желание оглянуться ей вследS. Со всеми своими вновь приобретёнными знакомыми я не раз ещё встречался потом, кроме Юльки. Её я больше так и не увидел.

Все герои и события реальны. Имена героев, по определённой причине, изменены.

И ещё одно замечание. Заранее предвидя возможный вопрос, убедительно прошу не присылать мне заявок с просьбой выслать фотографии с того пикника. Я не имею на это никакого права без разрешения всех наших ребят и девчонок. А, так как со многими из них я связь уже потерял, такое разрешение получить не представляется возможным.

было за своими плавками, но потом, глядя на Юльку, передумала и, оставив плавки на покрывале, побежала голышом в воду.

— Мочить не хочу, уже собираться надо, — оправдалась она перед нами.

Юлька присоединилась к ней.

Когда сеанс фотографирования был закончен, мы все тоже пошли искупаться по последнему разу, и стали собираться домой.

Мы стали собирать свои вещи: нести оказалось гораздо меньше, чем когда мы шли сюда, и идти стало намного легче. Кроме того, стало смеркаться, и воздух наполнился прохладой. Назад решили идти в одних купальниках, чтобы не надевать одежду на мокрое тело. Ирина уже была в лифчике с того момента, когда мы делали фото, Наташка тоже быстренько надела плавки и лифчик, и обулась в свои туфли. Юлька достала из пакета плавочки, натянула их на себя, надела носки с кроссовками и, так как лифчика у неё вообще не было, больше ничего надевать не стала, а просто взяла в руку пакет и собралась вместе со всеми уходить.

— Одевай майку, Юль, — сказала Ирина.

— Не хочу пока. Вы же все в одних купальниках! Тем более всё равно, темнеет уже.

Мы отправились в путь. Выйдя из лесопосадки, вышли на дорогу, ведущую в посёлок. Когда мы добрались до девятиэтажек Прибрежного, во многих окнах уже был зажжён свет. Пройдя несколько дворов, дошли до Ириного. Наверное, интересно ходить по посёлку с голой грудью. Так как я не женщина, мне не суждено это понять. Я-то и так был в одних плавках, — вроде бы, что такого? Народу на улице, действительно, было не много, тем не менее, казалось, что за нами (точнее, за Юлькой) многие с интересом смотрят. Но это мне казалось. Ей — не знаю. Она держалась настолько естественно, что её груди, хотя и были обнажены, смотрелись просто как гармоничный атрибут её экстравагантного купального костюма.

Мы дошли до Иркиного подъезда, и поднялись к ней домой. Иркин брат был уже дома.

— Ну, как оттянулись?

— Замечательно! — сказала Ирина. — Даже стриптиз устроили.

— Я вижу, — ответил ей брат, покосившись при этом на Юльку.

Мы пожарили карасей, Ирка наскоро нарезала салат, и сварила картошки на всю нашу ораву. После активного отдыха любой ужин казался просто райским. Немного отдохнув после еды и посмотрев кусочек какого-то фильма по «ящику», мы все, кроме Наташки, которая, так же как и Ирина, жила в посёлке, надели на себя «верхнюю» одежду, попрощались с хозяйкой и поехали в город. Юлька надела только майку, а шортиков надевать не стала, решив идти на автобус просто в своих узеньких, блестящих, ярко-синих плавках, которые не плохо сочетались с её короткой белой маечкой и белыми же носками. И вот мы, выйдя из дома, направились на автобусную остановку.

Автобуса еле дождались. Причём он оказался последним и почти пустым. На обратной дороге я опять оказался рядом с Юлькой. В пути мы с ней обменивались впечатлениями о нашей поездке, теперь уже и мне было о чём с ней говорить, и я с трудом умудрялся вставлять слово между её репликами. Юлька сидела, элегантно закинув свои красивые загорелые ножки друг на друга, и разговаривала со мной и с Артуром, сидевшим напротив. Её плавочки были настолько узкими, что красивые бёдра были тоже полностью обнажены с боков. Я вдруг сообразил, что Юлька сидит на сиденье, касаясь его практически голыми ягодичками. Эта мысль уже в который раз в этот день вызвала у меня приток крови к моему «мужскому достоинству».

В общем, всё бы хорошо, если бы не одно обстоятельство. Примерно на половине дороги Юльке вдруг снова захотелось в туалет. Количество выпитого пива давало о себе знать, и ничего поделать с этим было нельзя. Сначала она просто молча терпела, я лишь заметил, что она не может найти места своим ногам: то поставит их прямо, то сожмёт, то снова закинет одну на другую. Потом Юлька вполголоса сказала мне, что ей уже совсем невмоготу, и она не представляет, как сможет дотерпеть до дома. Я всячески старался её успокоить и приободрить, начал даже рассказывать историю, как однажды сам переживал подобного рода проблему. Но Юлька, уже напрягшись, видимо, из последних сил, сильно сжала ноги и стала ладонью, через плавки, надавливать себе на лобок и промежность. Мне стало искренне жалко Юльку. Она всё же несколько успокоилась, видно, желание писать её несколько отпустило. Но не надолго. Внезапно Юлька снова резко сдвинула ноги, и стала рукой судорожно тереть у себя между ног. Терпеть она больше не могла. Юля запустила руку себе прямо под плавки, и начала уже тереть себя ладонью под плавками. Несмотря на то, что я ей очень сочувствовал, вид того, как она трёт себе промежность, держа руку под плавочками прямо в автобусе, привёл меня в сильное эротическое возбуждение. К большому счастью, когда нам оставалось ехать уже немного, Юльку вновь отпустило, и она вздохнула с облегчением. Очевидно, она перетерпела. «Главное, чтобы сильное желание не застигло её вновь, пока она не доберётся до дома», — подумали, наверняка, мы оба. Но она пока держалась вполне нормально.

Наконец-то, долгожданная, столь заветная, столь желанная наша остановка! Я, казалось, сам весь проникся Юлькиной проблемой. Мы сошли с автобуса первыми, и я подал ей руку.

— Ну ладно, я сразу домой, а то мне надо бы поторапливаться, — сказала она, сойдя со ступеньки, — правда пока я ещё особо и не хочу в туалет, но в любой момент могу снова сильно захотеть, а тогда уже придётся бежать.

— Да ты зайди за остановку, — предложил я, — там темно и никого нет.

— Тогда пошли со мной, постоишь на стрёме, — попросила Юля.

Мы вдвоём зашли за остановку и остановились возле небольшого газончика. Я огляделся: рядом никого нет. Юляшка присела на газоне под деревьями, спустив свои плавочки почти до колен. Примерно секунд через пять из неё полилось. Она с улыбкой облегчения взглянула на меня, я одобрительно кивнул головой ей в ответ. Понятное дело, она меня нисколько не стеснялась, тем более что там, на берегу Красавки, она пару раз без смущения писала при всех. И вот теперь она сидит за остановкой со спущенными плавками, а я её «охраняю». Лилось из неё весьма долго. Наконец, пописав, Юля встала, подтянула плавочки, и мы подошли к нашим ребятам, ждавшим на остановке.

— Вот бы ещё раз здорово было всем вместе так съездить, — сказала она, когда мы переходили дорогу.

Я хотел проводить Юльку домой, но она, поблагодарив меня, ответила, что живёт рядом и дойдёт до дома сама. Я не стал настаивать: мы дошли вместе со всеми до следующего перекрёстка, потом Юлька попрощалась с нами, пожав каждому руку своей небольшой девичьей ладонью, и я пожелал ей благополучно дойти до дома. Она, отойдя немного, вдруг остановилась и, повернувшись и махнув нам рукой на прощанье, вновь развернулась и, уже не торопясь, пошла по улице домой.

Мы попрощались также с Лёхой, Артуром, Катькой и Юлькой.

Я посмотрел на уходящую вдаль Юльку. В темноте летней ночи её красивые загорелые ягодицы, между которыми оставалась лишь узенькая синяя полоска плавок, оставляли у немногих оставшихся на улице прохожих труднопреодолимое желание оглянуться ей вслед...

PS. Со всеми своими вновь приобретёнными знакомыми я не раз ещё встречался потом, кроме Юльки. Её я больше так и не увидел.

Все герои и события реальны. Имена героев, по определённой причине, изменены.

И ещё одно замечание. Заранее предвидя возможный вопрос, убедительно прошу не присылать мне заявок с просьбой выслать фотографии с того пикника. Я не имею на это никакого права без разрешения всех наших ребят и девчонок. А, так как со многими из них я связь уже потерял, такое разрешение получить не представляется возможным.

Категории: Студенты