Наверх
Порно рассказ - Пятерки по черчению и немецкому языку
На втором курсе техникума к концу первого семестра у меня возникла проблема. По оценкам у меня выходило 2 тройки: по черчению и по немецкому языку. А значит, я не буду получать стипендию в следующем семестре, и мне просто не на что будет жить.

Я честно прилагал все силы к тому, чтобы добиться хотя бы четверок по этим предметам, но все безрезультатно. Черчение вела очень вредная, истеричная баба, которая постоянно ко всему придиралась. Звали ее Тамара Евгеньевна. Чертежи приходилось переделывать раз по 10—15, и я сидел над ними ночами напролет. Однако на четверку нечего было и рассчитывать.

Немецкий вел противный лысый старикан, Евгений Федорович. В школе я изучал французский, но в техникуме его не было, и меня направили на немецкий. Естественно, что я здорово отставал от группы.

Поскольку стипендия была мне необходима, а получить четверки по данным предметам у меня не было шансов, необходимо было придумать что-то другое. У меня даже не было денег, чтобы предложить преподавателям взятку. Что здесь можно придумать? Мне казалось, что ситуация безвыходная.

Я обратил внимание на нечто общее между этими двумя преподавателями. Они оба были очень раздражительны и негативны, грубы со студентами. Думаю, одной из причин была сексуальная неудовлетворенность. Тамара Евгеньевна иногда кричала: «вас надо наказывать!», а старый лысый Евгений Федорович вообще как-то раз заявил одному из студентов нашей группы: «Вот разложить тебя на этой парте голого и выпороть!». При этом его можно было заподозрить в явной симпатии к молодым парням.

Я решил попробовать сыграть на этом. Подойти к каждому из них и заявить что-то типа: «Мне очень нужна пятерка по Вашему предмету. Пожалуйста, накажите меня, я на все согласен, только поставьте мне пять». Ну чем я рискую в этом случае? Возможно, мне откажут, да еще всем расскажут о моем предложении? Думаю, это вряд ли, да к тому же всем на это наплевать, это все забудут уже через 15 минут. Возможно, я буду выпорот. Но за стипендию я готов был потерпеть. Возможно, Евгений Федорович возбудится и захочет меня трахнуть? Но это вряд ли, у него скорее всего уже давно не стоит. Короче, я решился.

Из расписания я узнал, что у Тамары Евгеньевны сегодня 3 пары, а у Евгения Федоровича — четыре. Поэтому я решил начать с черчения. Я пришел к кабинету Тамары Евгеньевны к концу третьей пары, дождался когда все вышли, постучался и вошел в кабинет. Она что-то писала в журнале. Подняв на меня глаза, она как обычно закричала своим противным визгливым голосом:

— Я ничего пересдавать не разрешала, надо было все вовремя делать!

— Тамара Евгеньевна, простите меня, но мне очень нужна пятерка по Вашему предмету. Пожалуйста, накажите меня, я на все согласен, только поставьте мне пятерку! Пожалуйста!

Она явно удивилась. Во всяком случае, возникла пауза, она молча смотрела на меня полминуты..

— Это интересно. И как же тебя наказать?

На этот раз удивился я, так как не был готов к такому вопросу.

— Ну... это... выпорете меня..

— Как выпороть?

— Ну ремнем... или указкой... по голой попе..

— И ты за это хочешь пятерку по черчению?

— Да! Пожалуйста! Мне очень нужна пятерка!

Однако я уже почувствовал, что она согласна. Причем интерес с ее стороны проявился при словах «по голой попе».

— Что же, ты — лодырь, и наказать тебя давно пора. Только учти, что за пятерку я тебя буду наказывать очень сильно!

— Да, конечно, я согласен!

— И ты согласен на любые наказания?

— Да, Тамара Евгеньевна, все как Вы захотите!

— Хорошо. Но ты должен делать все, что я скажу. Сразу! Если не будешь подчиняться, — можешь идти, но о пятерке забудь.

— Да, конечно.

— Возьми ключ и закрой дверь!

Я взял ключ и пошел к двери. Сердце сильно стучало. Сейчас меня будут наказывать! Меня некогда раньше не пороли. Очевидно, будет больно, на ради стипендии я готов был терпеть все. Я закрыл дверь, вернулся, положил ключ на стол, и встал перед ней.

— Снимай штаны!

Я снял брюки и положил их на парту.

— Трусы тоже снять?

— Да

Я снял трусы. Теперь я был голый по пояс снизу не считая носков.

— Подойди ближе и повернись!

Я выполнил приказ. Ее руки сразу стали ощупывать мою попу, гладить ее.

— У тебя хорошая попа, я это давно заметила. Но сегодня ей крепко достанется!

У меня и в самом деле были развитые ноги и попа, так как я качался, приседал со штангой и увлекался футболом. Сами поглаживания были бы приятны, если бы не была так неприятна сама эта визгливая баба. Я решил воспринимать это как наказание и терпеть до конца.

_ Повернись!

Я повернулся. Мой член находился прямо перед ее лицом. Она обхватила его одной рукой и оголила головку, другой она крепко сжала мои яички. Ее движения были очень уверенными и точными, и я подумал, что она делает это не далеко не первый раз. Она начала дрочить мой член, уверенно, не торопясь. Держала она его очень твердо.

Ее рука то оттягивала кожу до конца, полностью оголяя головку, то оттягивала кожу до конца в другую сторону. Мне было немного противно, и мой член не реагировал на ее движения, однако постепенно я начал возбуждаться. Другой рукой она так твердо держала меня за яички, что я не мог двигаться.

Не прекращая она стала задавать мне странные вопросы:

— Ты женат?

— Нет.

— У тебя есть постоянная девушка?

— Нет.

— Когда ты последний раз трахался?

— На прошлой неделе..

Ее движения делали свое дело, мой член начал увеличиваться..

— Ты не голубой

— Нет

— У тебя никогда не было секса с парнем?

— Никогда

— Тебя никогда не трахали в попку? Может быть тебя страпонила женщина?

— Нет, никогда..

— Значит, твоя попа еще девственница?

Я был удивлен таким странным вопросам, и не сразу нашелся что ответить

— Ну... да

Она отпустила меня

— Хорошо, повернись, ноги шире, нагнись и руками раздвинь ягодицы, я хочу посмотреть твою дырочку

Я принял эту унизительную позицию.

— Ясно. Когда тебя последний раз пороли?

— Никогда..

— Интересно получается, — такую попку и никогда не трахали и не пороли. Но ты же хочешь чтобы тебя пороли и трахали?

— Только пороли!

— Но ты же сам говорил, что ради пятерки готов на все?

— Да, но я не имел ввиду это, я и подумать не мог..

— Ты сказал, что согласен на все! И я тебя накажу! Запорю до смерти и оттрахаю как сучку. Тебе все ясно?

Да..

Я не представлял, как она может меня трахать? Указку что ли введет мне в попу? И потом там же грязно. Я читал, что перед анальным сексом обычно делают клизму..

— И ты хочешь, чтобы я тебя оттрахала как следует?

— Да, Тамара Евгеньевна, все что Вы захотите..

— Тогда проси меня об этом

— Трахните меня пожалуйста!

— Не так. Повтори: «Тамара Евгеньевна, я Ваша сучка. Оттрахайте пожалуйста мою девственную попку!»

— Я повторил этот бред. При этом я уже устал стоять «Раком» с раздвинутыми ягодицами.

— Хорошо. Но сначала порка. Ложись на живот на парту попой вверх!

Я лег. Она взяла указку.

«Сейчас начнется, — подумал я, — мой план воплощается успешно, только я это придумал, и вот уже лежу перед ней с голой попой. Надо радоваться». Но отчего-то мне было немного страшно.

И тут она нанесла первый удар указкой. Я не ожидал, что это настолько больно, и чуть не вскрикнул от неожиданности. Попу будто обожгло огнем. Я почувствовал, как она погладила меня по попе, ощупала мои ягодицы. Боль немного отступила. Затем она нанесла второй удар. Я молчал сцепив зубы, и только иногда вертел попой от боли. Она нанесла мне 20 ударов. Попа горела. Я уже был не рад, что решился на все это. Она похлопала меня рукой по попе.

— Встань на четвереньки!

Я встал. Она продолжила, но теперь в перерыве между ударами она ласкала рукой мой член и яички.

После десятка ударов она велела мне слезть с парты, достать свой ремень из брюк и встать лицом к доске. В этой позиции я получил еще 20 ударов на это раз ремнем. Я уже почти ничего не соображал от боли, когда она отложила ремень, подошла к раковине.

— Иди сюда, вставай спиной к раковине, нагнись и раздвинь руками ягодицы пошире.

Я встал, как она сказала. Наклонившись, я между своих ног видел, что она взяла резиновый шланг, один конец надела на кран, второй уперла мне в дырочку, и открыла кран. Вода хлынула мне в попу, но она уже закрыла кран.

— Одевай брюки и иди в туалет. Затем тщательно помой попу с мылом и приходи. Трусы оставь здесь, они тебе не нужны.

Когда я вернулся и закрыл дверь на ключ, она приказа мне раздеться полностью голым. Я сложил одежду на парту и встал перед ней. Она смотрела на меня так, что я чувствовал стыд и возбуждение. Член встал. Я испытывал странное чувство. Мне хотелось подчиняться ей, хотелось продолжения наказания, даже хотелось секса с ней. Я не мог этого объяснить. Просто я стоял перед учительницей совершенно голый, с выпоротой попой и торчащим членом, полный возбуждения и желания.

Она молча подошла ко мне и стала ощупывать мою шею, грудь, плечи, живот, спину, ягодицы, пах и бедра... На этот раз ее ласки возбуждали меня, головка члена стала мокрой от смазки. Одной рукой она взяла меня за член и стала дрочить. Другую руку поднесла к моему рту и ввела мне в рот 2 пальца. Я стал жадно сосать их. Сам не знаю почему, но в тот момент мне этого хотелось.

Вскоре я почувствовал, что приближаюсь к оргазму, и застонал. Она тут же отпустила мой член и вынула пальцы из моего рта.

— На колени!

Я опустился перед ней на колени. Она медленно начала поднимать юбку, и я подумал, что сейчас мне предстоит ласкать ее ртом... Однако я ошибся. Когда она подняла юбку достаточно высоко, я увидел на ней искусственный член, не знаю как он называется в секс-шопах — дилдо, страпон или др. Он был черный, при этом он был немного длиннее и толще моего собственного.

— Ну что смотришь? Соси!

Я начал сосать. Однако я уже понял, что дальше она будет трахать меня этим членом. Этого я никак не хотел! Однако остановиться сейчас означало что тройка по черчению останется. В конце концов можно потерпеть, это же не голубизна... Но мне было страшно за мою попку, ведь он не войдет! Пока я думал это и сосал этот инструмент (что не доставляло мне никакого удовольствия), она заговорила.

— Ну вот твоя попка и получила свою первую порку, а сейчас потеряет и свою девственность. Ты хорошо терпел порку, как настоящий мужчина. Но теперь тебе предстоит превратиться в женщину, настоящую сучку. Будь умницей. А если будешь упрямиться, я тебя еще выпорю и оставлю без пятерки. А также расскажу всем, как я порола тебя сегодня голого.

Я молчал, но решение уже принял, будь что будет.

— Ну хватит! Иди к парте, расставь ноги пошире, ложись грудью на парту и раздвинь руками ягодицы. Я посмотрю, как чисто ты вымыл дырочку.

Я по-прежнему молча выполнил приказ. Парта мешала мне видеть, что происходит сзади. Я почувствовал, как ее скользкий, видно смазанный кремом, палей проник мне в попу. Боли не было. Ее палец вертелся у меня в попе, добавляя смазку, массируя и растягивая сфинтер. Я чувствовал прохладу смазки внутри и снаружи, она даже стекала между ягодиц. Затем она видимо ввела сразу 2 пальца, я почувствовал, что растяжения сфинктера стало больше, но боли все равно не было.

— А теперь вспомни как и проси меня!

— Тамара Евгеньевна, я Ваша сучка. Оттрахайте пожалуйста мою девственную попку!

— С удовольствием!

Пальцы исчезли, и я почувствовал как огромный член уперся мне в дырочку, растягивая сфинктер до предела. Одновременно она схватила меня за яички и крепко, почти больно их сжала.

— Если ты, блядь, будешь увиливать, я тебе яйца оторву! Тебе ясно?

— Да, Тамара Евгеньевна, ясно, я не буду увиливать.

Давление усилилось, но он не входил. Она убрала его, и мне в попу снова проникли ее пальцы. У меня вся попа уже была в этой смазке. Пальцы исчезли, и член снова уперся мне в дырочку. Он погладила меня по спине.

— Расслабься. Тебе понравится!

Ее скользкая рука нашла мой член и стала его дрочить, стало немного легче. Но мне все-равно казалось, что сфинктер сейчас не выдержит и лопнет. Вдруг стало больно, я дернулся вперед, но она отпустила член и схватила меня за яичи. Сжала их так, что боль в яичках стала гораздо сильнее, я тут же подался попой назад.

— Не дергайся, и все получится.

Ее рука отпустила яички и яростно дрочила мой член. Дилдо по-прежнему растягивал мне сфинктер. И тут я почувствовал, что он пошел вовнутрь. Боли не было, но распирание изнутри вызывало какое-то новое сексуальное возбуждение. Наконец он вошел весь, я почувствовал как ее лобок уперся мне в ягодицы.

— Ну, вот и молодец. Лишился девственности. А теперь я буду делать из тебя настоящую сучку.

С этими словами она начала меня трахать. Член то двигался у меня в попе, то полностью выходил и входил на всю длину. Оттрахав мня в этой позиции, она заставила меня встать на парте на четвереньки, и снова трахала. Потом я лежал на парте на спине, положив ноги ей на плечи. Потом на боку — и на левом, и на правом. Попа горела огнем, но на этот раз внутри. Затем я лег голым на пол на живот. Она легла на меня, при этом ловко введя мне член в попу. Оттрахав меня в этой позиции, она приказала мне перевернуться на спину.

Когда я перевернулся, она накрыла мне лицо моими трусами и велела так и лежать, не снимая их с глаз. Я не видел что она делает, но затем она стала дрочить мой член. Я догадался, что сейчас произойдет. И не ошибся. Она села на меня, введя мой член себе во влагалище, и стала скакать на мне. При этом она громко стонала. Я был близок к оргазму и очень хотел кончить сам. Наконец, мы кончили одновременно.

Она сидела на мне еще минут 5, приходя в себя. Затем встала, и какое-то время наверное одевалась (трусы по прежнему лежали у меня на лице). Затем она сняла с трусы с моего лица и приказала мне встать лицом к доске, упираясь в нее руками. Она обтерла меня всего моими трусами, а затем медленно, кусочек за кусочком, полностью затолкала их мне в попку. Затем нанесла мне 10 горяченьких указкой.

— Это тебя за то, что ты кончил туда, куда нельзя! Одевайся и давай зачетку!

Я начал было вытаскивать трусы из попы, но она закричала, чтобы я шел так. Я оделся (брюки одел на голое тело) и подал зачетку. Она поставила «отлично» и расписалась.

— Тамара Евгеньевна, огромное Вам спасибо!

— Черчение будет у вас еще год, и вести его буду я. И за ошибки в каждом чертеже теперь будет расплачиваться твоя попа. Тебе ясно.

— Да, Тамара Евгеньевна, до свидания!

— До свиданья.

Я вышел за дверь и посмотрел на часы. Четвертая пара закончилась полчаса назад. Евгений Федорович, наверное, уже ушел. Но проверить стоило. Сначала я пошел в туалет и вытащил трусы из попы. Они были в таком состоянии, что я их сразу выбросил. Затем умылся, и пошел в кабинет немецкого. Постучавшись, я дернул дверь. Она открылась, Евгений Федорович был на месте, один. Его потная лысина блестела. Он вопросительно посмотрел на меня.

— Евгений Федорович, здравствуйте. Простите меня, но мне очень нужна пятерка по Вашему предмету. Пожалуйста, накажите меня, я на все согласен, только поставьте мне пятерку! Пожалуйста!

— И зачем тебе пятерка?

— Стипендия горит..

— Но ведь ты не тянешь на пятерку.

— Я очень стараюсь, но мне труднее, так как я раньше не учил немецкий язык.

— Ну и что?

— Пожалуйста, накажите меня, я на все согласен, только поставьте мне пятерку!

— И как тебя наказать?

— Выпорете! По голой попе! Разложите голого на парте и выпорете. И еще — как Вы захотите..

— Ну и ну..

Казалось, он удивился. Но я уже видел, что он согласится. Причем снова основным аргументом выступила «голая попа».

— А ты не передумаешь? Рука у меня крепкая..

— Нет, Евгений Федорович, пожалуйста, бейте в полную силу, я это заслужил..

— Ну что же, хорошо. Но я сейчас занят, мне надо еще минут 10—15. А ты снимай штаны и вставай на колени лицом в угол, постоишь пока так, в трусах.

— Разрешите, я дверь на ключ закрою, а то сюда могут войти.

— Ну и что?

— На мне нет трусов, я буду стоять на коленях с голой попой, и мне не хочется, чтобы кто-то это увидел..

— Как это нет трусов? Ты шутишь?

Я быстро снял брюки и встал на колени лицом в угол.

Евгений Федорович подошел и закрыл дверь на ключ.

— Вставай, иди сюда. Повернись. Что это у тебя на попе? Следы порки?

С этими словами Евгений Федорович погладил меня заду..

— Да, это моя девушка меня выпорола.

— И тебе это нравится

Поглаживания и ощупывания моей попы стали более настойчивыми..

— Мне не очень, это ей нравится.

— И давно она тебя так наказывает?

— Уже 2 месяца. Она меня еще и страпонит.

— Т. е. трахает тебя в попу искусственным членом?

— Да

— И тебе не больно?

— Нет, она обычно смазывает мне попу..

— Нагнись, раздвинь ягодицы, я хочу посмотреть твою дырочку..

Я нагнулся..

— А что это у тебя попа в смазке?

— Я перед тем как идти сюда вымыл и смазал попу..

— Зачем?

— Ну, я не знал как Вы будете меня наказывать..

Неожиданно я почувствовал, как толстый палец преподавателя уперся мне в дырочку.

— А если я тебе палец введу?

— Конечно, Евгений Федорович, вводите. Вы можете делать со мной все что захотите..

Его палец легко проник в меня. После большого искусственного члена Тамары Егеньевны он не мог доставить мне никаких неприятных ощущений. Я чувствовал, как Евгений Федорович трахал меня пальцем. Затем, не вынимая из меня пальца, он попросил меня выпрямиться и повернуться к нему боком.

Я сделал как велено. Тогда второй рукой он стал ощупывать мой член и яички. Затем принялся мять их. Мой член не реагировал, так как я кончил у Тамары Евгеньевны совсем недавно, и не успел восстановиться. Евгений Федорович вдруг остановился.

— Раздевайся до гола!

Второй раз за день я снял всю одежду, сложил ее на парту, и стоял перед преподавателем абсолютно голым.

— Ты хорошо сложен.

— Спасибо

— Занимаешься спортом

— Занимаюсь

— Это заметно

Евгений Федорович ходи вокруг и ощупывал меня своими противными старческими руками. Лысина его вспотела. Он хватал меня за грудь, как будто она женская, гладил по спине и животу, мял мои ягодицы и бедра, снова ощупывал член и яички. Было заметно, что он очень возбужден.

— Так что мне с тобой делать? Выпороть или трахнуть?

— Пожалуйста и выпорете, и трахните, только поставьте мне пять!

— Хорошо, пусть так и будет. Если выдержишь все, получишь свою пятерку.

— Спасибо!

— Давай сдвинем эти 2 парты вместе.

Я помог их сдвинуть.

— Теперь ложись на них попой вверх!

Он достал откуда-то веревки и привязал мои руки и ноги к ножкам парт. Затем похлопал меня по заду.

— Отличный вид, мне нравится!

Он вытащил ремень из своих брюк и начал меня пороть. Бил он сильно, но после порки у Тамары Евгеньевны болевой порог изменился, мне было уже не так больно. Он нанес мне 20 ударов и отложил ремень. Я почувствовал, как мне в попу снова проник его толстый палец. Затем он копошился, видно снимал штаны, и залез на меня. Я почувствовал как мне в сфинктер уперся его член, но он был какой-то вялый, и никак не мог войти.

Евгений Федорович слез с меня, обошел парту, и взяв меня за волосы, поднял вверх мою голову. Я увидел перед своим лицом его сморщенный стручок. Меня чуть не стошнило.

— Соси!

— Но я не умею!

— Сейчас я тебя научу!

Он взял ремень и снова начал меня пороть. На этот раз он бил изо всех сил. Боль был адская, попа загорелась огнем. Я закричал и завертел попой от боли. Такая порка была гораздо сильнее, чем на черчении.

— Я буду пороть тебя, пока не отсосешь! А если я не трахну тебя и не кончу тебе в попу, пятерки ты не получишь.

Я пересилил себя и вежливо сказал:

— Что Вы, Евгений Федорович, я и не отказывался. Просто я никогда раньше этого не делал. Я буду сосать Ваш член, и моя попа полностью в Вашем распоряжении.

Он отложил ремень и снова поднес свой стручок к моему рту. Я обхватил его ртом и начал сосать и ласкать его языком. К счастью, он был чистоплотен, его лобок был побрит, и член был вымыт, никаких неприятных запахов не было.

Под моими ласками его член стал увеличиваться и твердеть. Он взял меня руками за голову и стал насаживать ее на член. Он яростно трахал меня в рот. Когда его член стал совсем твердым, он снова залез на меня и попытался ввести его мне в попу. Однако он опять уперся и не входил, а затем его эрекция снова упала. Он слез ругаясь и взялся за ремень.

Было очень больно, попа горела. Я был привязан, и только теперь понял, в какую ловушку я попал. Этот импотент так и будет трахать меня в рот и пороть по заднице, и это может длится до бесконечности. Он отложил ремень, и снова вставил свой стручок мне в рот. Я сосал, стараясь возбудить его как можно лучше. Мне хотелось только одного, — чтобы он скорее кончил мне в попу и развязал меня.

Однако его стручок еще дважды опадал перед моей попой, он еще дважды меня порол и заставлял сосать. На третий раз его член вошел мне в попу. Его член был гораздо меньше искусственно члена Тамары Евгеньевны, и вошел легко, боли я не почувствовал. Он тут же начал яростно меня трахать, но кончил уже через несколько движений. Он лежал на мне минут 5—10, пускал слюни и постанывал. Затем слез, но развязывать меня не стал.

— Хорошо запомни это положение: ты лежишь на парте голый и связанный, с выпоротой и оттраханой попой. Запомнил?

— Да, Евгений Федорович.

— Немецкий язык у вас будет еще полтора года, и за любое отсавание, невыполненное домашнее задание и т. п. ты снова будешь лежать передо мной в этой позе. Тебе ясно?

— Да, Евгений Федорович, конечно, спасибо Вам!

Он наконец развязал меня.

— Одевайся, и давай зачетку.

Так я получил пятерки и по черчению и по немецкому. Теперь мне полагалась не просто стипендия, а повышенная. Попа болела еще пару дней (и анус, и ягодицы), но в целом я был доволен.