Наверх
Порно рассказ - Детство Никиты Петровича
Небольшая эротическая повесть

Глава 1. Маленький барич

Дашка сомлела от услады. Размашисто раскинувшись на сене, она лежала под Андрюшкой с высоко задранным подолом, ее платье на груди было развязано.

Вывалив ее большие, тугие груди, парень с жадностью сосал их, одновременно всаживая член в ее набухшую от желания, влажно чмокающую щель. Мотая багровым от возбуждения лицом, она со стоном елозила задом, стремясь как можно глубже вобрать в себя его ускользающий член. Это была их пятая любовная встреча, и Даша уже вошла во вкус приятных бабьих услад. Приводя в любовное исступление, огромный писец Андрюшки, доставал до самых глубин ее нутра.

— Ах, ты грех-то, какой! Господи! То-то, я все не могла понять, где это так шебаршит. А они, срамники, креста на Вас непутевых нет, здесь пристроились! Ну, погодите! — Неожиданно возникнув перед ними, закричала экономка Лукерья.

Бессердечно выдрав кнутом, Андрюшку отправили в пастухи, а когда наступила ее очередь, пылая от сорома, Дашка пошла к козлам и легла животом на козлы, выставив кверху крутые булки раздвоенных ягодиц. Они были столь аппетитные, что даже Степан, которому предстояло безобразить эти белоснежные холмы, исполосовав их кнутом, с сожалением погладил девку по упругим ягодицам. Рубцы ведь, все одно останутся.

После первого же несильного, но звонкого удара, Дашка зарыдала, привлекая своим плачем внимание проходившего по двору барина.

— Что здесь происходит? — строго спросил он, с любопытством взирая на соблазнительный зад раскоряченной на козлах девки.

— Девку порем, барин. За ейное блудодейство. Кузьма Ерофеич приказали примерно наказать ее. Чтоб другим неповадно было. Прелюбодействовала она с парнем деревенским, Андрюшкой. Того выдрали уж, и отправили скотину пасти, а эту только раз прутом перетянул, — охотно отвечал Степан.

— Пошел отсюда! Я сам с ней разберусь.

— А девка, как же, барин? Ай ты помилуешь ее? Отвязать что ли?

— Оставь! Девку, я сам, накажу. И отвяжу сам. Ступай!

— Барин, не казните. Пощадите Христа ради! — Жалобно взмолилась Дашка.

— Как он тебя исполосовал, — посочувствовал Петр Аркадьевич, проведя пальцем по алеющему рубцу, пересекающему наискось ее полную ягодицу.

— Ты вот что, девица, если будешь, послушна мне, не станешь кричать, обещаю, пороть тебя не будут, — вкрадчиво произнес он, ласково водя пальцами по ее ягодице.

Скользнув ниже, его пальцы потеребили волосатые складки ее срамных губ, после чего, раздвинув их, поворошили мгновенно набухший росток клитора. Девушка, отзывчиво затрепетала и закрутила задом, но веревки, некрепко обвивающие ее тело, ограничивали его свободу. Она лежала, опустив по бокам козел ноги, из-под толстых ягодиц выпячивались наружу пухлые складки ее соблазнительной половой щели. Проворно сдернув панталоны, Петр Аркадьевич ловко вставил в нее член и резким рывком вогнал в повлажневшую после его ласк щель девки.

— Ах, хороша! Ах, прелесть, какая! — возбужденно бормотал Петр Аркадьевич, засаживая член в приятную для него щель девки.

Вдоволь насладившись ее телом, он развязал ее, и она пылко припала к его руке, благодаря его за то, что избежала экзекуции. Стыдливо посмотрев в его лицо, она вспыхнула. Барин очень понравился ей как мужчина. Сначала, когда он овладел ею, она ничего не почувствовала, так как ее чувства притупились от стыда. Но, вскоре ее начало здорово разбирать. Его член двигался в ней непрерывно, пробуждая в ее теле женские чувства. Она кончила раз, другой третий, а потом вообще потеряла счет своим возбужденностям. С Андрюшкой у нее такого не было.

— Я постараюсь взять тебя в дом, но за это ты должна наслаждать меня своей чудесной щелкой. Я так хочу.

— О! — С восторгом воскликнула Дашка. — Я согласна барин. Ты только кликни меня и я с радостью прибегу к тебе!

— Кто же спрашивает о твоем согласии, дурочка? — Потрепав ее грудь, усмехнулся он.

— Кажется дорогая, я нашел достойную няньку нашему Никитушке. Это молодая, здоровая, чистая девка. Лучше для него нам няньки не сыскать.

— Но, я уже позаботилась о няне, Петенька. За ним ухаживает Настя.

— Значит, я искал ее напрасно, — нарочито нахмурясь заметил Петр Аркадьевич.

Ему очень хотелось иметь при дворе пышную обольстительную девку, которая очень понравилась ему.

— Что ты, друг мой! Если ты уверен, что выбранная тобой няня, будет для нашего Никитушки лучше, пусть будет она. Я, не возражаю.

Так, Дашка неожиданно для себя, попала в господский дом. Нянчить младенцев, ей не привыкать, как ни как, на ее руках две сестры и брат выросли. Барыня была ею всегда довольна, и Дашка стала жить без забот, катаясь, будто сыр в масле.

Ее чисто и хорошо одевали. Она, как настоящая барыня носила только новое платье. От сытой жизни она еще больше раздобрела, обрела завлекательные формы.

Время от времени, в ее покои наведывался барин. И, наконец, доходился. Однажды Даша почуяла, что затяжелела. Ее большая грудь, сильно набрякла, живот стал круто выпячиваться.

Узнав об этом, Елена Сергеевна вопросительно посмотрела на мужа.

Он, беззаботно пожал плечами.

— Ничего страшного, дорогая. Она родит младенца и с прежней старательностью будет ухаживать за Никитушкой. Не хорошо часто менять прислугу, ведь он очень к ней привык.

— Он будет задавать ей разные вопросы, дорогой. Ведь ее фигура меняется. Это вызовет у мальчика много вопросов. Почему она стала такая? Откуда берутся в животе дети? Это, не хорошо.

— А ты поясни ему, что у женщин так бывает, когда они ждут ребеночка. Что ты, когда ждала его, тоже ходила с круглым животом.

Вскоре Дарья родила хиленького недоношенного младенца, который появился на свет мертвеньким. Его похоронили и тотчас забыли о нем.

Глава 2. Юность Никитки

Никитка рос резвым, очень любознательным мальчиком, любил забираться в такие места, что Даше порой стоило большого труда, чтобы вызволить его из очередной западни. Его любознательность распространялась на все, без исключения, даже на саму Дашу.

Считая его еще дитем, несмышленышем, она не слишком остерегалась его глаз. Однажды застав ее за переодеванием, он подошел к ней и обойдя вокруг нее, протянул руку и коснулся ее половой щели.

— Какая, чудная у тебя пиписька. У меня она иная, длинная, как колбаска. А титьки, я знаю для чего, чтобы их сосать. Я их у мамы сосал. У тебя в них есть молоко?

— Нет. Кончилось уже. Моему малышу уже больше года. Я его давно отняла от груди.

Мешая ей одеваться, он оттолкнул ее руку и раздвинул половые губы.

— Отчего она у тебя такая? Большая и вся в волосах. Объясни, мне — потребовал он.

Даша даже пожаловалась барину на чрезмерную прямоту вопросов Никитки, но он лишь усмехнулся, после чего потрепав ее по груди, приказал ей откровенно отвечать на любые его вопросы, если она, знает на них ответ.

Понимая, что от его вопроса увильнуть ей уже не удастся, она вздохнула, потом сев перед баричем на низкую скамейку, коротко и просто рассказала о назначении мужских и женских органов.

— Ах, вот они, почему такие разные.

Расстегнув штанишки, он вытащил свой членик. Заметив, что он возбужденно торчит, она подивилась.

— Раздвинь ноги, — потребовал он.

— Зачем мне раздвигать их барич?

— Проверить хочу, так ли все, как ты мне говоришь.

— Но, так же нельзя, — растерялась Даша. — Ты барич, а я девка.

— Мне, все можно. А не будешь слушаться меня, я пожалуюсь папеньке. За твое непослушание, он прикажет выпороть тебя на конюшне.

Она, покорно расставила ноги. Войдя между ними, он направил свой членик в ее срамную щель. Его малюсенький кончик коснулся торчащего клитора. Даша едва не охнула от внезапного прилива, пронизывающе возбуждающего ощущения. Инстинкт подсказал ему куда втыкать, и она снова едва не ахнула, ощутив упругое касание его напряженного членика.

— Это, приятно. Но у тебя она слишком большая для меня. Мне нужна маленькая пиписечка. Скажи, у тебя есть младшая сестра?

— Есть, и даже примерно твоих лет. Ей десять лет, недавно исполнилось.

— Малявка еще! — Презрительно заметил Никитка. — Ты забыла, что мне скоро будет двенадцать. Приведи ее сюда завтра, я хочу опробовать это с ней.

— Никитушка, это делать никак нельзя. Тебе еще рано любить баб, а она девочка, и ты непременно испортишь ее. Опосля тебя, ей уже будет нельзя выйти замуж.

— А, зачем ей замуж выходить? Если она хорошенькая, да понравится мне, пока я не женюсь, она будет спать со мной. Мне ведь, тоже будет нужна женщина. Я, быстро расту.

Дарья подумала, что в его словах есть кое-какой смысл. Если Лиза придется ему по душе, он привяжется к ней, а что испортит ее, не так уж страшно. От этого не умирают.

— Хорошо, завтра я приведу Вам барич свою сестренку.

Она, не стала жаловаться Петру Аркадьевичу. В ее голове родился план приручения Никитки при помощи сестры. Научив Лизу, объяснив ей, что надо делать, она привела ее в свою комнату.

Прибежав к ней, мальчик увидел симпатичную крестьянскую девочку, крепкую, как боровичок. Это была уменьшенная копия самой Дарьи.

Никитка зря столь пренебрежительно отозвался о ней, обозвав малявкой. Лиза была крупная, ранней спелости девочка. У нее даже, наметилась грудь.

— Я буду с Вами, — решительно заявила мальчику Даша, — а то ты сделаешь что-нибудь не так и сделаешь ей больно.

Увидев Лизу обнаженной, Никитка восхищенно расширил глаза. Какая у нее красивая попка, какие толстенькие ножки, у нее даже эдакая маленькая грудка появляется! Заставив ее лечь на постель, забыв обо всем, он стал ласково гладить ее тело, скользя ладошками по голой спинке, тугим холмикам ягодиц, вздрагивающим от удовольствия ножкам.

Лизе его ласки были очень приятны. Позволяя ему ласкать себя, она смирно лежала на животе. Послушно перевернувшись, она целомудренно прикрыла ладошками свою щелку, но Никитка решительно отодвинул ее руки. Когда он вопросительно и непривычно робко посмотрел на Дарью, словно испрашивая у нее дозволения забраться на ее сестру, она макнула палец в подсолнечное масло, потом раздвинув губки, тщательно смазала миниатюрный влагалищный вход девочки.

Быстро сбросив одежду, Никитка возлег на Лизу и, приподнявшись над ней, дрожащей от волнения рукой, направил в ее щелку свой напряженный член. Глядя в испуганное лицо, он принялся налегать на нее, чувствуя, как он медленно влезает в ее тесную щелку. Лиза вздрогнула, и Даша поняла, что ее сестренка, потеряла невинность.

Лизе очень нравилось чувствовать внутри себя тугие размеренные движения то входящего, то выходящего члена мальчика. Он не причинял ей боли, напротив, нежно ласкал ей щелочку. Выученная сестрой, в ответ ему девочка тоже водила бедрами. У смотрящей на них Даши, было полное впечатление их согласованного слияния, словно они были давно привычны друг другу. Каждый толчок члена, доставлял Никитке неслыханное телесное наслаждение. Вскоре, его дыхание пресеклось, лицо исказилось, сильно покраснело. Чувствуя необычность своего состояния, с изумлением и испугом обернувшись к ней, коротко вскрикивая, он судорожно задергался.

— Что это было со мной? — Справился он.

— Ты уже стал настоящий мужчина милый барич, — восхитилась Даша. — Ты кончил, как это делают взрослые мужчины!

Лиза, лежала покрытая испариной. Она осознавала, что необычайно понравилась баричу. Не смотря на то, что ей пришлось изведать стыд, ей было хорошо.

Никитка с благодарностью поцеловал девочку в пухлые губки. Она лежала перед ним, бесстыдно и раскованно разбросив ножки, и смотрела на него потемневшими глубокими глазами.

Он влюбился в нее мгновенно и крепко. Узнав про это, барыня приказала удалить девочку из усадьбы, Никитка, который обладал над ней почти мистической властью, настоял, на своем мнении, заставив мать не только оставить ее, но и поселить дома.

Наблюдая за проделками любимого сына, Петр Аркадьевич лишь весело посмеивался. Он не видел ничего плохого в том, что мальчик, спешит стать взрослым мужчиной. Ему это, вскоре пригодится. Да и эта крестьянская девчонка, штучка очень соблазнительная. Крепенькая такая, ладная, словно сбитая.

Встретив ее в коридоре, он молча сжал ей плечо, а потом повел обмершую от страха, в свой кабинет.

— Я должен знать, с кем играет мой сын. Ты должна быть благодарна, что он оказывает тебе такую милость. Ты умеешь ласкать его?

— Нет барин, не умею.

— Ты должна это уметь, чтобы очень нравиться Никитушке. Я сейчас тебя научу, как это делать.

Расстегнув панталоны, он извлек из них свой большой член.

— Сними одежду, девочка.

Обмирая от ужаса, она послушно сняла платье. Петр Аркадьевич с удовольствием осмотрел ее крепкую фигурку, пощупал попку и пухлые складочки половой щелки.

— Встань передо мною на колени, и открой рот.

Послушно открыв рот, она едва не задохнулась, когда барин глубоко засунул в него свой член. Держа ее за голову, он подвигал ею.

— Ты должна это уметь. А сейчас, делай сама. Давай! Ласкай его!

Стоя на коленях, Лиза долго ласкала его толстый член, скользя по нему сомкнутыми губами. Странно замычав, барин схватил ее за волосы, и она едва не захлебнулась от потока его семени, наполнившего ее рот и горло. Ей пришлось проглотить его.

Подняв ее с пола, барин сел в кресло, затем посадив ее лицом к себе, на свои ноги, принялся трогать мокрой от ее слюны сизой головкой члена ее щелочку. Не смотря на то, что она боялась барина, прикосновения упругой головки члена возбудили ее.

У него был толстый член, но барин не спешил. Поласкав ей щелочку, он запихнул его между губками и, отыскав вход, стал вталкивать в него головку, после чего, мелкими, осторожными толчками начал в нее входить. Свесив по бокам его бедер ножки, распяленная Лиза смотрела, как, распирая ее, под животик постепенно входит член барина. Он даже удивился, когда он все-таки без остатка в нее вошел.

Подхватив девочку за крепенькие ягодицы, он принялся раскачивать ее. Облегающая большой член, маленькая, как перчатка, щелочка Лизы, туго заскользила по его бугристому стволу и это, было необыкновенно приятно. Барину тоже нравилось.

Как она не крепилась, все равно не смогла сдержать невольных стонов блаженства. Медленно краснея, барин ускорил движения, затем глухо застонав, быстро натянул на член Лизу. Она пукнула, и барин с громкими хрипами задергался. В это мгновение она ощутила, что внутри ее выстрелил обильный поток выброшенного им семени. Жалостно стеная, извиваясь, девочка конвульсивно затрепыхалась в объятиях барина. Затем сорвавшись с его члена, описала его горячими струями мочи. Но он, не рассердился. Даже поцеловал за это.

Увидев бледную, будто выпитую до донышка сестренку, Даша все поняла и приведя в свою комнату, тщательно подмыла ее влагалище.

Памятуя об уроке барина, Лизочка решила поласкать Никитку. Когда они разделись, она встала перед ним на коленки и всосала до яичек его торчащий член. Он вздрогнул, вытянулся и едва не умер от наслаждения.

— Кто тебя научил этому?

— Даша, — солгала ему Лиза.

Играя его членом, она не испытывала брезгливости. Он нравился ей. Да и сам маленький барин, который относился к ней с все возрастающей нежностью, полюбился ей. Через год, у Лизы на груди появились две упругие округлости, увенчанные спереди круглыми ягодками розовых сосков.

Барин продолжал обучать ее искусству любить, но это было не в тягость ей. Сытая почти барская жизнь сотворила чудо с ее быстро расцветающим телом. Обретя женскую завершенность, еще недавно детские бедра девочки, еще больше округлились, попка раздалась шире, а крепкие ножки, налились в ляжках жирной плотью.

Она очень нравилась Петру Аркадьевичу, своей молодостью, свежестью крепкого тела, покорной готовностью послушно выполнять любые его приказы. Его излюбленным занятием, было усадить ее себе на ноги и, до лобка насадив на член, тискать ее тугие грудки.

Научившись целоваться, Лиза сводила Никитку с ума своими нежными и пылкими поцелуями. Насадившись на его член, она прилипала к нему, и обжигая прикосновениями твердых сосков ему грудь, всасывалась в его губы, крепко, до тумана в голове.

Глава 3. Возмужание Никитки

За три года Никитка обратился в милого юношу. Прислуживая ему, Дарья не поспевала уклоняться от его вездесущих рук.

Для удовлетворения телесного пыла в его распоряжении было несколько молодых девушек, главное место, среди которых, занимала ее сестра Лизочка, превратившаяся в очень пригожую, упитанную и гладкую девицу.

Дарье было известно, что с ней также сожительствует барин, но делает это тайно от сына. Недавно, в круг постельных девочек Никиты вошли также, еще три ее молоденькие сестры.

Наталка, Настя и Поля, купались голышом на озере. Это было господское озеро расположенное в глубине огромного барского парка, поэтому девочки безбоязненно плескались в нем, не опасаясь, что на них будут глазеть деревенские мальчишки.

Никита знал об этом укромном озерке, и будто предчувствуя что-то, отправился к нему.

Он вышел к нему и увидел в воде трех прелестных голых нимф.

Увидев вынырнувшего перед ними юношу, девчонки завизжали от страха. Им показалось, что это водяной. Но водяной, должен быть зеленый и страшный, весь покрытый водорослями, а перед ними возник красивый юноша. А чуть позже, они признали в нем молодого барина и остолбенели от страха. Даша и Лиза рассказывали им, что он делает с ними в постели.

Пользуясь их замешательством, он бросился к ближайшей девчонке, а остальные с визгом бросились на берег. Стремясь вырваться, она забилась в его руках. Будь он обычным крестьянским юношей, она без особых церемоний надавала бы ему оплеух и безжалостно оцарапала, но ее держал юный барин, которому подвластна их жизнь. Преодолев сопротивление, он крепко сжал девчонку и начал щупать ее. Это было легко, потому что на ней не было никакой одежды.

Поняв, что все равно не сможет вырваться из его объятий, Наталка смирилась. Дрожа от стыда, она закрыла глаза, потому что он бессовестно щупал ее везде. Почувствовав внизу его руку, она все-таки, попробовала оттолкнуть ее, но он уже держал ее за срамные губы. Волнующие прикосновения его возбужденного естества лишали ее сил. Внезапно почувствовав его прикосновение к своей девственной щелочке, она снова дернулась, но он дернул ее к себе и, выгибаясь в тонкой талии, насаживаясь на член, она с силой прижалась к нему бедрами. Резкая боль пронзила ее бедра. Она лишилась невинности.

Увидев, как барич прижимает Наталку, целует ее, стоящие на берегу девочки поняли, что он с ней делает. Они не могли оставить ее, потому что мамка предупреждала, что шляясь сюда, они накличут себе беду. Вот и накликали. Он испортил ее и продолжает мучить.

Понимая, что без Наталки им все равно лучше домой не возвращаться, они стали ожидать ее на берегу. Но, барич все не отпускал сестренку. До пояса обнаженные они стояли в воде и от их колеблющихся тел расходились частые волны. Временами Наталка томно стонала и, вот бессовестная, обнимая барича, бесстыдно висла у него на шее. Видно шибко сладко было ей. Потом, они пошли к берегу и девчонки видели, как идя за ней, он то и дело гладит ее голую попку, а она, не стесняясь, принимает его ласки. Чего уж им бежать, барич, ежели пожелает, заставит их вернуться к нему, или пришлет за ними старосту. Они лишь накинули на голое тело сарафаны. А под ними, у них больше ничего не было. А барич, вот бесстыдный, идет к ним, и при этом даже не прячет свой большой член, который отчего-то торчит. И все время трогает за попку идущую рядом с ним Наталку.

Когда сестренка подошла ближе, девочки заметили, что соски ее торчат и набухли, а срамные губы, налились розовым цветом.

— Как тебя звать? — спросил он, показывая на Полинку.

— Полей меня кличут барич.

— Не трогай ее барич, — тихо попросила Наталка. — Лучше сызнова возьми меня. Все одно ты уже испортил меня.

Девчонки насторожились. Заметив это, барич пригрозил им пальцем: — Сидеть! А то скажу, чтобы Вас выпороли за непослушание.

— Вот ты, Поля подойди ко мне, сказал он, присаживаясь на платье Лизы. Она видела его член, висящий между ногами. Большой какой! Как он им Наталку портил? Ей, бедной, наверно очень больно было? Страх! Хотя вон она как смотрит на него. Глаза даже сияют.

Густо покраснев от срама, Полинка покорно приблизилась к баричу.

— Сядь. А, Вы идите домой. Да готовьтесь, завтра я Вас заберу сюда, будете моими девушками.

Ой как хорошо! У барича работать сытно и не трудно. Ну и что же, что он будет с ними спать, на то они и девки.

— Поля, ты не противься баричу, — тихо посоветовала Лизка. — Так лучше будет.

Полинка и сама поняла, что ей лучше ему уступать. Барич, если захочет ее, все одно добьется чего хочет, а ей, если будет артачиться еще хуже будет.

Сестры ушли, а она осталась с ним. Обняв девочку за плечи барич притянул ее к себе. Затаив взволнованное дыхание, Полинка приникла к нему. Его теплая рука легла на ее ногу и заскользила вверх. Туда, где у нее сходятся ноги, к срамным губам. Но он не спешил трогать их, а начал гладить ляжки. Ей стало приятно и по ее телу начали невольно растекаться волны возбуждения. Не ограничиваясь ими, он стиснул ей грудь и нащупав маленький твердый сосок, начал тихонько тискать его.

Девушка горела, словно в огне. Тревожа ее юное тело, ласковые руки барича проникали всюду. Когда он, коснулся наконец ее срамных губок, они были уже мокры. Он, долго теребил их. Полинка даже не заметила, что уже лежит на спине, а ее сарафан поднят до пояса.

Перекинув через нее ногу, барич навалился сверху, она застыдилась, инстинктивно попыталась оттолкнуть его, но он уже заправлял член в ее мокрую возбужденную щелку.

Не обращая внимание на короткую боль, Полинка крепко прижала к себе барича. Как это сладко. В низу живота быстро заскользил его член и девушка начала страстно отвечать ему.

Наконец-то она могла лечь спать. Нет Даша не устала, просто ей трудно быть в постоянном напряжении, угождать и прислуживать всем. А сестренки безмерно довольны. Барыня, хоть немного поворчала на любимого сына, но безропотно дозволила ему взять их в дом. Но он все равно посматривает в ее сторону.

Дверь за ее спиной тихо скрипнула и Даша потянулась за рубахой, которую не успела еще надеть. На ее тяжело отвисшую грудь легли ладони барича, а между ягодиц, ища вход, торкнулся его торчащий член. Вздохнув, Даша покладисто раздвинула ноги и поведя задом, поймала щелью его член. Все равно ведь пока он не сделает свое, не отстанет от нее.

Ох, а все же, он очень хорош! Ишь, как он пылко старается. Даша взволнованно задышала. Хорошо! Еще немного повзрослеет и всех девок в округе перепортит. И так уже много девчонок под ним перележало. Ох! Ох! Ох! Как приятно!

Сжимая ляжки, она принялась помогать ему. Она его понимает. Девки конечно завлекательны, а баба, все одно, в этом деле лучше. Куда приятней, чем девки. Что они в этом понимают? Лежат только и все, а ему подмахнуть нужно, чтоб, как следует, почувствовал он бабу.

— Я хочу с тобой полежать. Дай мне титьку пососать.

Улегшись на бок, Дарья придвинула к себе голову барича и сунула ему в рот набрякший сосок груди. Пусть пососет.

— Что ж девки то мои? Ай не нравятся тебе? Или не распробовал еще?

— Слов нет, Даша, хорошие девушки. Только я увидел тебя и захотел только тебя. Ты такая уютная и все умеешь. Отвечаешь так хорошо, что потом снова хочешь.

Польщенная похвалой барича Даша, ласково погладила его по голове.

— Еще, хочешь?

— Хочу, только пока, не могу.

— А то давай, я его тоже тебе пососу, он и вскочит.

Сев Даше на грудь, он сунул член в ее рот. Обхватив его губами, легонько перебирая пальцами яички, она умело задвигала головой. Ощутив прилив желания, Никита засопел, но ему не хотелось прерывать это приятное удовольствие.

Зайдя к сестре, Наталка стыдливо покраснела. Она сосала член барича.

— Наташа, подойди ко мне, дай титьку. Обхватив девку одной рукой, он принялся сосать ее большую грудь, теребя губки половой щели.

Петр Аркадьевич впервые увидел сына в столь интимной обстановке. Увидев большой великолепный отставленный зад молодой девки, он умоляюще посмотрел на сына. Никита кивнул.

— Ай!

Атакованная сзади, Наталка испуганно обернулась и увидев барина, густо покраснела. Она не смела противиться ему. Раздвинув ей ноги, Петр Аркадьевич мгновенно вставил девке. Умоляюще смотря на Никиту, она размеренно закачалась, отставляя зад.

Более крупный, чем у сына, член барина живо возбудил ее.

Томно постанывая в такт его толчкам, круто выгнув спину, она выставила ему раскоряченный зад. Крепко стискивая за бока, распаленный Петр Аркадьевич с силой вбивал член в ее пухлую, влажно чмокающую скважинку. Застонав, словно подраненная птица, девка упала грудью на постель и громко ахая, задергалась в упоении. Его залп до краев наполнил ей животик. Вытащив член, барин признательно погладил ее по полненькому заду.

— Подари мне эту девицу, Никита — попросил Петр Аркадьевич. — Она мне нравится. А себе, если хочешь выбери другую.

— Разумеется, папа, возьми ее себе.

Поклонившись Никите, девушка послушно пошла за барином.

— Ничего барич, Наталка будет приходить к тебе. Ты только кликни ее.

— Как я могу любить ее после папы?

— Меня же ты любишь? Ведь я тоже была девушкой твоего папы.

— Ты иное дело Дашутка. Ты мне очень нравишься.

— Я приметила тебе наша новая кухарка Груша приглянулась?

— Даша, она очень соблазнительная девушка. У нее такая большая, прекрасная грудь, широкие уютные бедра. Прикажи ей явиться сюда и снять одежду.

— Меня что ли тебе не достает барич? — Недовольно спросила Дарья, коря себя за несдержанность.

— Хватает, Даша. Еще немного и я кончу, как тогда.

— Ты кончаешь барич уже каждый раз когда услаждаешься мной.

— Сейчас тоже хочу. Но ты все равно покличь Грушу.

Подставляя юному баричу свою большую срамную щель, в которой двигался его член, Даша крикнула: «Полиночка, поди к нам милая!»

Увидев бесстыдные забавы барича, который не стыдясь ее, лежит на боку возле голой старшей сестры. Тесно прижимаясь к нему, она лежит, подняв на обнаженных бедрах рубаху, а барич методично вонзает в ее срамное место член. Вспомнив, как он лишил ее непорочности, девушка почувствовала, что тоже хочет его и смущенно вспыхнула.

— Ты меня звала Даша? — Спросила она, стараясь не смотреть на то, как сося ее полную грудь, барич двигает в сестре членом.

— Сбегай, покличь Грушу Степанову, скажи ей, что ее призывает к себе барич, Никита Петрович.

— Сию минуту исполню.

С сожалением оторвав взгляд от волнующего зрелища, девушка бросилась к недавно взятой господами кухарке Груше. Она осуждала их за то, что барич часто использует как женщин.

Оберегая невинность, Груша собиралась пойти под венец с конюхом Гаврилой.

Не скрывая злорадства, девушка приказала ей немедленно явиться к баричу. Смертельно побледнев Груша пошла к нему и отворив дверь его покоев, увидела непристойную картину прелюбодеяния барича и дворовой девки Дашки. Мерно всаживая в нее член, он пылко сосал ее большую, полную грудь.

— А пришла, наконец? Разденься, я хочу пососать твою красивую грудь. Мне хочется узнать, так ли она хороша, как мне кажется?

— Барич милый! Не губи! — Завопила обмершая от стыда девка. — Я ведь девушка еще, не то что эти!

— Вот как?! Значит ты осуждаешь их?

— Как же их не осуждать барин, коли они бесстыдно заголяются перед тобой и соблазняют тебя своими прелестями.

— Приказываю тебе немедленно раздеться!

— Барич, не погуби!

— Дарья, покличь ко мне конюшего Гаврилу, пусть положит ее на козлы и всыплет за непослушание двадцать розог!

Представив, как ее жених прилюдно привязывает ее к козлам, заголяет зад и сечет розгами, девушка поняла, что это будет ее концом. Он ни за что не женится на ней после такого позора. Беззвучно плача, она сняла одежду и предстала перед жадно взирающим на нее баричем во всей красе великолепно развитого крестьянского, больше женского, чем девичьего, тела.

— Поди ко мне.

Отстранившись от Даши, он извлек из нее член и похлопав по постели, приказал девке лечь.

Подрагивая полной грудью и толстым задом, она медленно подошла к кровати и дрожа от унижения, легла на спину. Подчиняясь его рукам, она подогнула ноги, затем подняв колени, развалила их в стороны.

Взгромоздившись на нее, барич взял член, потом подвигав им между срамными губами девки, решительно его воткнул. Она вздрогнула и издав короткий вскрик невольно по-матерински крепко и нежно обняла его.

— Отныне, ты будешь каждый вечер приходить ко мне и услаждать меня своими ласками, — шумно дыша, произнес юноша. Его окрашенный девственной кровью член размеренно скользил в ее половой щели.

Инстинктивно отвечая ему, Груша невольно почувствовала прилив желания. Прошлого не вернешь. Без сожаления расставшись с ним, она мгновенно смирилась со своим новым положением.

8 мая 2006 г.

E-mail автора: severin809@rambler.ru