Наверх
Порно рассказ - Военное приключение. Часть 3
Кто из противников взорвал ядерный заряд в стратосфере, так и осталось непонятным. Серегин пропаганде не верил и считал, что это сделали наши, как сторона слабейшая. В итоге над всем северным полушарием разом кончилась вся микроэлектроника, исчезло «умное» оружие, а заодно и средства связи. Война стремительно деградировала по способам и средствам ведения к стандартам времен Вьетнама.

Серегин думал об этом, стоя на пирсе «своего» острова и наблюдая за приближавшимся посыльным катером. Катер прилично болтало. Служба на острове была легкой, и Серегин шкурой чувствовал, что его «балтийские каникулы» скоро закончатся. Связывал он это именно с этим вот катером, только что зашедшим в рыбацкую гавань. Катер проигнорировал пирсы и уткнулся носом в песок пляжа.

Первой из катера появилась девушка с нашивками связиста. Форма на ней смотрелась нарядно, даже несмотря на то, что курьер выползла на четвереньках. Ее длинные волосы полностью закрывали ей лицо, перемазываясь песком. Чем еще была измазана ее форма и прическа, Серегин высматривать не стал, а перевел взгляд на пакет, который протягивал ему шкипер катерка. Шкипер был злой:

— Заблевала мне все. А выжрала литр рому. Одна! Кэп, можно я сразу назад? А то свежеет.

Серегин кивнул вместо ответа и распечатал конверт.

Когда ты себе заведешь человека, помнящего морзянку? — Письмо начиналось с наезда.

К острову приближается группа судов, возможно с десантными целями. Точный состав неизвестен. Утром будут у тебя. Задача — продержаться как можно дольше.
PS. Девушку верни этим же катером.

— Опаньки! — крякнул Серегин, глядя, как катер скрылся за молом.

— И что мне теперь с ней делать? — сам себя спросил он, обнаружив, что его подчиненных уже сдуло с берега, словно ветром, великодушно оставив командира разбираться с укачавшейся курьершей самому.

К этому моменту девушке надоело бодать землю, и она попыталась приподняться. Откинула волосы назад...

— Света! — Серегин не смог сдержать удивления.

— Я! — она удивилась не меньше, но хмель заставлял ее сдерживаться.

Серегин мысленно вернулся в атмосферу довоенного кафе в Праге. Тогда они сидели за столиком втроем, и Света весь вечер не отрывала влюбленных глаз от Влада, их общего друга. А на Серегина и внимания не обращала. Это была их единственная встреча, и Светлана не должна была Серегина вспомнить. Но почему-то вспомнила.

— Идем, я помогу, — Серегин подхватил ее под руку и направил в сторону приземистых рыбацких сараев, там у него был оборудован самодельный душ и землянка. Попутно он окликнул своего начальника штаба и отдал несколько команд, смысл которых был: рассредоточиться, усилить посты наблюдателей, спать по очереди...

Света на ногах не стояла и позволила себя раздеть равнодушно. Ей пришлось подставить табурет. Оставаться одетым в душе Серегин тоже не захотел, разделся до трусов. И принялся купать девушку. Намыливал ей голову, словно дочке, рассматривал ее замерзшие сосочки и удивлялся полному отсутствию собственных биологических реакций. «Неужели, я ее не хочу? Она же мне так нравилась, и я завидовал Владу!» Не дрогнув, Серегин переместил свои ладони ниже, еще ниже. Света вела себя как кукла. Никакого смущения она не испытывала.

Горячая вода стала кончаться, Светлана застучала зубами от холода и начала трезветь.

— Ты, — всхлипнула она, — почему не отправил меня обратно?

— Шторм... — констатировал он, — а ты в курсе, что было в конверте?

— Да.

Помолчала некоторое время, соскользнула на пол и обхватила колени Серегина.

— Возьми меня — потребовала она. Серегин попытался отстранить ее руки:

— А Влад?

— Его больше нет...

— Я не знал... А кто тебе... ?

— Дядя! — перебила Светлана срывающимся голосом и заплакала.

Но я ее точно не хочу! — думал Серегин...

— Посмотри на меня! — девушка подняла вверх мокрые глаза.

— Я знаю, что будет дальше. — сказала она, — Читала, как они высаживают десант. Сюда подойдут линкоры, устроят лунный пейзаж большим калибром, а потом высадятся и без боя возьмут уцелевших... Эта ночь у нас — последняя... Потом ничего не будет. Ничего! — закричала она.

— Постой, какие линкоры? Здесь же мелководье...

— Возьми меня! — снова сказала Светлана, теперь в ее взгляде сквозила ненасытность, — Я знаю, что нравилась тебе! И сейчас нравлюсь!!

Член в трусах предательски шевельнулся.

Света заметила это и, сорвав трусы, поймала член губами... Она принялась ласково с причмокиванием сосать его, не отрывая взгляда от лица Серегина. Теперь она ничего не могла сказать, но в глазах ее был вызов и уверенность в своей власти над ним...

«Подорвет мне весь боевой дух такими разговорами... « — вяло подумал он и уступил окончательно. Поднял девушку с пола, завернул в одеяло, служившее в данный момент полотенцем, и отнес в землянку.

Увидев топчан, Света толкнула на него Серегина и хищно запрыгнула сверху.
Выгнула спинку в пояснице, устроилась оптимальным углом и уперлась обеими ладонями в его ключицы. И понеслась. Сначала Серегин опасался, что подобная бесцеремонность собьет пыл, но член стоял внутри светиного лона уверенно.

«Странно, впервые я вот так трахаюсь» — и Серегин принялся рассматривать потолок землянки.

Света получила свое и мечтательно зависла с закрытыми глазами, закусив губу.

Серегин шевельнулся.

— А ты? — девушка попыталась прижать его своим весом к топчану.

— Я в другой раз — Серегин перевернулся на бок так, что Свете пришлось сползти.

— Нет! — она уцепилась обеими руками за его бедра, — Нет! Я хочу вместе!

— Не понял? — если бы у его члена были глаза, то он бы сейчас смотрел удивленно.

— Кончи в меня! Пожалуйста!

Член Серегина попытался спастись бегством.

Он задумался со спущенными штанами.

— Нет, это — лишнее, — но Света снова взяла в ротик его член. Тот быстро снова стал чугунным, но мужчина и солдат уже принял решение.

— Светлана! — он обратился к ней официально, — впереди — бой. Мы его выиграем, и после боя... — Серегин говорил настолько уверенно, что удивился своей самонадеянности, — я обещаю закончить и кончить.

Ее глаза стали темными, она смотрела недоверчиво, но член изо рта не выпускала.

— И в ротик тоже! — пообещал ей Серегин для солидности.

В дверь землянки раздался спасительный стук.

— Переоденься во что-нибудь! — потребовал он, застегиваясь.

**

Высадившиеся на остров десантники противника бегло осмотрели заброшенный ДОТ. ДОТ представлял собой пару железобетонных круглых куполов без вооружения, которые соединялись тоннелем. Весь дот был замаскирован грунтом, но его местонахождение не было тайной для разведгруппы противника. Изюминкой позиции группы Серёгина был «брошенный» совершенно «ржавый» Т-55, стоявший прямо у кромки воды с беспомощно опущенным вниз стволом. Осмотреть совсем не ржавый двигатель вражеские десантники не догадались.

Не обнаружив потайного глубокого подвала, спрятанного под холмом несколько в стороне от дота, их разведчики оставили пару радистов доложить, что «объект чист» и выдвинулись наружу осматривать остров.

Радистов сняли бесшумно, едва десантники отошли шагов на десять. Им следом Серегин выдвинул свой спецназ, вооруженный АКСУ с глушителями, приказав действовать не на виду залива и не возвращаться.

Серёгин прильнул к окулярам стереотрубы: транспорт встал на разгрузку к пирсу, загородив обзор эсминцу эскорта. У другого края залива к волнорезу швартовалась грузовая баржа, и с нее спускали трап для разгрузки техники. Вторая баржа ждала своей очереди, ей места уже не хватило.

— Быстрее! — Крикнул Серёгин своим бойцам, разворачивавшим в куполах ДШК.

Убедившись, что его команда исполнена, он снова прильнул к стереотрубе.

Десантники противника, бежавшие колонной по два по пирсу, подозрительно ускорились и стали подымать стволы своих автоматических винтовок. Им оставалось порядка 5 метров до берега, когда Серёгин негромко скомандовал:

— Огонь!

ДШК буквально смели десантников с пирса, когда Серёгин отбросил ненужную уже стереотрубу, чтобы видеть сразу все факторы начавшегося боя.

Мелькнули рукоятки гранат, брошенные кем-то в мертвую зону ДОТа — на всякий случай, вдруг солдаты противника успели прорваться к берегу.

Звонко ударила пушка Т-55. Серёгин азартно считал глухие удары — танк гвоздил снаряды в ватерлинию транспорта:

— Пять! Шесть! Семь!

Транспорт начал опрокидываться на левый борт, по его палубе карабкались не успевшие высадиться на пирс «счастливчики». Теперь им предстояло купание в балтийской воде. Но бойцам Серёгина было не до них.

Танк перенес огонь на баржу, с которой уже успели сойти на берег трофейная в НАТОвской окраске БМП-2 и французский БТР «Саладин». Обе вражеские «брони» не имели ПТУРов и со злостью принялись поливать из 20мм автоматических пушек ДОТ и неуязвимый для них Т-55.

Танк, не обращая внимания на огонь противника, всадил в корму баржи два снаряда, и та стала стремительно погружаться ею в воду, словно цепляясь трапами за волнорез.

Танк перенес огонь на следующую баржу, выходившую из залива баржу.

— Блин! Сохранить бы «бэху»! Хотя бы! — подумал Серёгин, но озвучить мысль приказом не успел. Первая противотанковая ракета ударила БМП в гусеницу, разворачивая машину бортом под удар второй ракеты. Траектории третьей ракеты Серёгин не видел, но «Саладин» взорвался.

— Отходим! — крикнул он в наступившую гулкую тишину, и его солдаты затопали ботинками к выходу.

— Все на баржу! — Приказал Серёгин и тут же уточнил, — По своим они бить не будут.

Сам он замешкался у амбразуры.

Т-55 уже не было на берегу. Не дожидаясь его команды, экипаж уводил машину вглубь острова, надеясь спасти танк от неизбежного артобстрела и возможного авианалета.

Его солдаты бежали сквозь дым горящих БТР и БМП к вражеской барже. Баржа легла на дно, оставив половину корпуса над поверхностью, и в этой «надводной» половине группа Серёгина должна была укрыться.

Транспорт уже затонул. Его торчавший из воды борт был густо облеплен людьми, которые, тем не менее, смотрели не на берег, а в море.

На рейде уже разворачивался бортом к ДОТу пренебрегший спасательной операцией эсминец. И стволы его 125 мм универсалок хищно сверкнули на солнце.

— Не успеваю! — понял Серёгин, но все-же бросился к люку потайного подвала. Он никогда еще не был под обстрелом корабельной артиллерии и не мог оценить его мощь.

От нескольких одновременно взорвавшихся снарядов Серёгин едва не оглох, но внезапно успокоился. Раз я не погиб сразу, — решил он, — значит «стодвадцатьпяток» недостаточно для ДОТа. Янки облажались.

И Серегин уселся на пол там, куда не могли залететь шальные осколки, Он посмотрел на часы, бой длился всего шесть минут, и закрыл глаза. Ему мучительно захотелось под одеяло. — Бля, я сексом дольше занимался!

Когда обстрел закончился, первое чему удивился Серегин, — обилие света внутри дота. Один из куполов все-таки был сорван. Серегин прошел туда и, опасаясь тишины, высунулся наружу.

Эсминец уходил, уцелевшей баржи уже не было видно. Под прикрытием артобстрела противник эвакуировал с корпуса транспорта своих людей.

И хорошо! — решил Серегин. Мне еще с пленными не хватало возиться.

Он прошел по пирсу навстречу выбиравшимся из полузатопленной баржи своим солдатам и обернулся оценить внешний вид ДОТ. Больше им пользоваться было нельзя. (я всех) Помимо сорванного бронекупола, артобстрел начисто снес грунт, обнажив бетонную конструкцию ДОТа во всей красе. Теперь тот напоминал выползшее на пляж чудовище.

Серегин принялся отдавать распоряжения подбежавшим сержантам. Следовало расставить дозоры вокруг острова, вернуть группу спецназовцев, спрятать танк и развернуть РЛС как для надводного так и для воздушного слежения — больше не имело смысла скрывать от «натовцев», кто именно контролирует остров. По зубам они только-что получили, и Серегин верил, что умевшие считать баланс потерь и результатов враги крепко подумают, стоит ли остров второй попытки?

— А теперь дотрахать Свету! — скомандовал сам себе Серегин, но начавшаяся канонада отвлекла его. На этой стороне острова ничего видно не было, и пока командир взбирался на ближайший холм, все уже закончилось. Пара вооруженных противокорабельными ракетами скоростных катеров прокралась в тень острова и попыталась добить конвой с десантом. Но ПВО американского эсминца сработала на все триста процентов, уничтожив сверхзвуковые ракеты с приличным запасом точности. Артиллеристы восстановили свою репутацию. Один из катеров успел выброситься на берег, от второго не осталось ничего кроме обломков.

**

А когда оказание помощи раненным закончилось, Серегин позволил бойцам расслабиться. Подшерстком он чувствовал, что уже на рассвете он не будет главным на этом острове. Света суетилась в задымленной землянке. Она отыскала десантный прыжковый комбинезон, который очень шел ее стройной фигуре. Ее глазки задорно горели, когда она бочком протискивалась среди бойцов, высоко подымая над головой фляги со спиртом. Комбинезон красиво подчеркивал вздымавшуюся грудь.

— Это она для меня? — облизнулся Серегин, глотнул спирта из кружки, — Надо бы за слова ответить.

Последняя мысль прозвучала в голове как-то медленно и растянуто. Воспоминания «перед боем» мешали, отвлекали, но член словно потянул Серегина вперед за собой.

Света увидела взгляд Серегина, устремленный в открытую дверь его личной каморки с недопользованным топчаном, и неуверенно заозиралась по сторонам. Никто не заметил ее взгляда, и так ничего не сказав, Света прошла за ним, проскочила мимо топчана и, сложив руки на животе, прижалась спиной к «штабному» столу.

— Может не надо... — Света хотела произнести его имя, но осеклась, когда увидела глаза мужчины.

Серегин рывком за плечо развернул ее спиной к себе. Одной рукой придержал за талию, второй надавил на плечи, уложил девушку на стол лицом вниз. Света не сопротивлялась и не издала ни звука.

Прыжковый комбинезон оборудован специальным карманом на попе на двух пуговицах, так сказать «для технических целей».

Серегин расстегнул обе пуговицы одновременно и обнажил вкусные тугие ягодицы девушки. Белые шелковые трусики символизировали целомудрие. Все также действуя двумя руками, Серегин стянул трусики вниз на столько, чтобы увидеть обильное мокрое пятно Светиного желания.

Он зарычал, Света всхлипнула.

Серегин загнал член до самого конца — внутри Светы было горячо, член стал еще тверже. Еще, еще дальше и глубже.

— Всссссе! — закусил губу и влил в Свету обещанную «тонну» спермы...