Наверх
Порно рассказ - Присмотреть за племянницей. Часть 2
Глава 7. Жизнь прекрасна
Я проснулся от того, что было душно и жарко. Солнце светило ярко, но уже не мешало спать, как бывало рано утром. Оглядевшись, я увидел, что чемодан с игрушками исчез, а сам лежу в постели голый под покрывалом.

Чтобы хоть как-то смыть с себя пот и освежиться, я взял полотенце и пошел в ванную. В ванной у брата была как душевая кабинка, так и ванна. Не желая морочиться с ванной, мой выбор пал на душевую кабинку. Вода в кабинку грелась в бочке, что стояла на крыше. Её можно было смешивать с холодной водой из скважины, если бочка раскалилась от солнца и вода превратилась в кипяток.

Прохладный душ в жаркий летний день — что может быть лучше? Неземное удовольствие моему телу доставляли освежающие струи прохладной воды, которые стекали по мне на пол душа, смывая пот. Я намылил мочалку, а потом свое тело — освежающий душ бодрил лучше всякого кофе и я понемногу стал приходить в себя.

Сполоснувшись после утренних шалостей, я мысленно прокрутил, что мне нужно было сделать сегодня. Дел было не в проворот — упустив утреннюю прохладу для комфортного покоса, оставалось только запастись водой и кепкой от солнца, чтобы накосить травы для коров и не оставить их голодными.

Вытеревшись насухо полотенцем, я спустился вниз. Алёна сидела на диванчике и смотрела телевизор. На руках у нее покоилась тарелка со свежими фруктами, которые она макала в сметану и с удовольствием ела. Увидев меня, она взяла самую большую клубничку и окунув её почти полностью в сметану, стала язычком слизывать белую массу с ягоды.
— Не хочешь фруктов? — с невинным лицом спросила племянница.

Я сглотнул, сдавленно улыбнулся и пошел на кухню. Меня смущало то, что моя племянница взяла инициативу в свои руки и при любом удобном случае напоминает мне о том, что между нами произошло. Мой член уже стоял как ненормальный, когда я выпил стакан холодной воды вместо секса.

В холодильнике были заранее припасены бутылки с водой, как раз для работы в палящий зной. Взяв парочку из них, я вышел из комнаты, поцеловал Алёну в губы и пошел в сарай за косой. На улице стояла палящая жара, да такая, что птица попряталась в сарай и вообще отказывалась куда-то выходить. Корм стоял нетронутым, а вот утки пытались свои поилки использовать как водоем — несколько из них залезли в миски с водой и барахтались там как малые дети.

Коса стояла там же, где я её вчера бросил — рядом с мешками. Хоть стояла адская жара, но делать было нечего — подхватив весь необходимый инструмент и запасную ковбойскую шляпу моего брата, что висела на гвозде в сарае — я пошел на покос. Всего в нескольких метрах от забора начинались моря травы, которая без всяких вредителей и животных выросла мне по пояс, а то и выше.

Бросив бутылки с водой и мешки под дерево в тень, я взялся за косу. Каждый взмах давался тяжело, коса вгрызалась в траву, но последняя росла слишком плотно. Давно я не видел такого буйства травяного покрова. Медленно но верно я продвигался вперед, оставляя за собой ворох будущего коровьего корма. В воздухе, несмотря на жару, витал непередаваемый аромат свежескошенной травы. Давно забытый запах.

Я остановился, чтобы оценить объем заготовленного корма — казалось, что должно хватить. Оставалось только собрать его весь в мешок и отнести назад. Я уселся в тень под дерево, достал одну из бутылок прохладной води и жадно начал пить. Литр освежающей влаги мгновенно исчез в недрах моего желудка.

Немного прикорнув, я очнулся, когда на небо уже набежали серые тучи — нужно было спешить, чтобы успеть до дождя. Быстро рассовав всю траву по мешкам, я бросился носить их в сарай. Только мне удалось разложить скошенную траву по кормушкам коров, как тут же хлынул дождь — крупные дождевые капли врезались в землю, поднимая небольшие облачка пыли. Я поспешил в дом, чтобы успеть не намокнуть.

Глава 8. Семейный уют.
Сбросив с себя грязную и потную одежду, я опять пошел в душ. Всё тело ныло от покоса, щемили царапины от травы, но я был доволен, что успел всё сделать до дождя. Накинув на себя халат брата, я пошел вниз, где уже готовился или обед, или ужин.

Племянница была в своих любимых ультракоротких шортиках и футболке на босу грудь. На плите что-то кипело, что-то шкварчало. Я, не желая мешать, уселся за стол и стал наблюдать, как Алёна носится и суетится вокруг пищи. Объем приготовленной еды поражал. На первое она приготовила суп с яичной лапшей со здоровенными кусками мяса, на второе — рагу и даже успела сварить компот.

Уж в кулинарных навыках, как и в некоторых других, моя племянница была восхитительна. Я взялся за ложку и приступил к супу, как вдруг заметил что Алёна куда-то пропала. Внезапное ощущение чьего-то ротика на моем члене под халатом, дало ответ, куда она пропала. Есть я, честно говоря, не смог. Остренький язычок облизывал головку моего члена меняясь с нежными губками, которые облизывали и обсасывали весь член и яички.

Потом я почувствовал что-то прохладное на члене — взглянув под стол, я увидел как племянница щедро обмазывает его сливками. Она подняла на меня свои невинные глазки и стала не спеша слизывать. Медленно, сантиметр за сантиметром, от самых яичек до головки. И еще раз, и еще, и еще... Я закрыл глаза и только стонал.

Язычок сменился ротиком, который проверенным движением насадился на мой член, заглатывая его по самые яички. И замер. Это было неземное чувство, но это было начало. Глотка начала понемногу подрагивать, доставляя еще большее удовольствие, после чего племянница вытащила мой член из глотки, потом опять заглотила, и еще раз.

— Да, да, д-а-а-а!!! — кричал я, насаживая своей рукой голову Алёны на свой член. Она умудрялась еще и подрачивать мой член, когда доставала его из своей глотки. Я не сдержался и полностью разрядил свой член в ротик моей любимой племянницы.

— М-м-м-м, — сказала Алёна, глотая остатки спермы, — а со сливками она вкусненькая.
Я сидел несколько минут в шоке, заставляя племянницу заливаться смехом, глядя на меня. После десяти минут ступора, я наконец-то стал есть. Боже мой, где эта девочка всему этому научилась? За столько лет своей жизни я никогда не чувствовал ничего подобного.

Разобравшись с ужином, я достал баночку пива и улегся на диван у телевизора. Алена шуршала посудой, убирая после трапезы.
— Я побегу, подою коров и закрою птицу! — крикнула мне племянница с порога. — Я — быстро.
Расслабившись после жаркого дня, я уже почти клевал носом, когда Алёна вернулась с ведром молока — вся мокрая и всклокоченная.

— Что же ты мне не сказал, что там ТАК льет! — заворчала она на меня. После чего быстро перелила молоко в бидон, где оно скисало на творог. Пулей улетела на верх, а вернулась в махровом халатике и улеглась со мной на диван.
За окном стучал дождь, телевизор что-то бубнил себе под нос. Я обнял племянницу и мы заснули.

Глава 9. Возвращение брата

Я проснулся на заре, когда Алёна еще мирно спала в моих объятьях. Осторожно, чтобы её не разбудить, я выскользнул из комнаты и начал собираться на покос. Время было раннее, солнце только начинало всходить, а значит — покос должен быть приятным и несложным.

Только дверь сарая приоткрылась, как меня чуть не смели гуси и утки, которым не терпелось выбежать на влажную прохладную погоду. Привычным движением я подхватил мешки и косу и пошел в травяные джунгли. Земля была влажной после дождя, а трава — мокрой. Поэтому очень быстро моя одежда намокла и прилипла к телу.

Меня даже немного пробрала дрожь. Но после первых нескольких взмахов косой, я почувствовал как тепло разливается по моему телу. Каждый взмах давался тяжело — сказывались мозоли и мокрая одежда, но с другой стороны — мне, действительно, было хорошо на утренней прохладе.

Влажная свежескошенная трава была для коров чем-то типа лакомства, иначе я не мог объяснить почему они смели её в считанные минуты. Я как-то не рассчитывал на то, что травы может не хватить и задумался — идти еще раз в мокрую и грязную траву, или подбросить сена.

Второе импонировало больше, поэтому я пошел в сарай. Мокрая обувь усложняла подъем по лестнице на чердак сарая, поэтому осторожно, чтобы не сорваться, мне пришлось почти на четвереньках ползти туда. Только я поднялся на чердак, как обомлел — как и днем ранее там лежала моя любимая племянница. Абсолютно голая и манила к себе пальчиком:

— Дядь Миш, мне кажется, я уколола пальчик. Может, это даже заноза, — сказала она нарочито плаксивым тоном. Я сбросил с себя всю мокрую и грязную одежду и плюхнулся рядом с ней на сено.

Мои губы впились в её пухленькие губки, которые еще вчера ублажали мой член. Алёна погладила свои соски, которые тут же затвердели и призывно манили к себе. Я не мог терпеть дальше — я начал целовать её ниже и ниже — мои губы покрывали поцелуями её шею, грудь, соски. Я несколько минут не мог оторваться от этих великолепных бутончиков. Всё ниже и ниже шли мои губы, когда я дошел до пупка — племянница задрожала и начала слегка постанывать.

Я знал куда я направляюсь, и Алёна это знала тоже. Это заводило нас обоих. Наконец я опустился к её киске: гладковыбритая и уже влажная, она манила к себе еще больше, чем соски. Я осторожно смочил языком её клитор, хотя это уже было и не нужно — киска вся исходила соками. Мой язык начал плавно массировать клитор, приводя Алёну в экстаз — она вцепилась в мои волосы и заставляла меня лизать и сосать её клитор еще и еще.

— Да, вылижи свою сучку! — кричала Алёна. — Вылижи и трахни!

Два раза меня обычно просить не нужно было — я отвлекся от её киски и перешел ко второй части нашего общения. Резким толчком я вошел в сочную киску, которая изнывала от недостатка члена. Входя и выходя из этой восхитительной киски я чувствовал шлепки от того, что мои яички бились о попку племянницы, возбуждая нас всё больше и больше. Алёна вцепилась мне в спину ногтями и царапала её в экстазе.

— Глубже, глубже, еще, пожалуйста, миленький! — захлебывалась она. — Я кончааааааююююю!

Мы кончили в унисон и свалились рядом на сено. Алена слегка раздвинула ноги, чтобы я мог любоваться её прелестями. Из киски моей племянницы сочилась сперма, которая, похоже, её заводила.

Алёна потянулась пальчиками чуть ниже клитора, окунула пальчики в сперму и стала тереть свой клитор.

— О-о-о, да-а-а-а, — протянула она, мастурбируя у меня на глазах. заводила мысль о том, что она мастурбирует на глазах у кого-то. Её шаловливые пальчики мастурбировали клитор быстрее и быстрее. Еще пара минут — и она кончила второй раз.

Не знаю сколько мы пролежали вместе, но сквозь щели в крыше было видно, что солнце уже высоко. Мы не спеша оделись, поцеловались и спустились по лестнице в сарай. И в очередной раз вовремя — во дворе фермы уже парковался джип моего брата.

Глава 10. Второе дыхание

— Сколько лет, да сколько зим, — пошутил я, протягивая руку брату.

— Ух ты, — сказал брат, глядя на меня, — ты всю грязь собрал по двору или нет? А то на твоей одежде чистого места нет.

Алёна бросилась на шею родителям и весело щебетала, какой я оказался хозяйственный и как я ей помог. Я, в свою очередь, поспешил в дом, чтобы переодеться и отмыться от грязи. Горячая пенная ванна была как раз кстати. Я добавил туда еще морской соли, которая идеально расслабляет тело после тяжелого дня. Идеальная ванна была готова.

Я так провел около получаса и, наверное, задремал, так как меня разбудил стук в двери и голос брата:

— Ты там живой вообще? Другие-то тоже хотят выкупаться.

— А чтоб тебя, — пробурчал я и вылез из ванны. Насухо вытершись полотенцем, я выполз в коридор, где стоял мой брат. В руках у него была бутылка рома и пара стаканчиков.

— Ну что, брат, будем общаться? — спросил он.

Мы спустились на кухню, где уже две хозяйки готовили нам еду. Чтобы не терять времени зря, брат уже разливал ром по стаканам со льдом.

— Ну с боевым крещением тебя! — произнес тост брат. — Ты выдержал два дня на моей ферме и вырос в моих глазах.

Мы выпили по паре стаканов рома, и мне стало хорошо и тепло на душе. Мы непринужденно болтали о том, и о сём. Под шумок брат достал какую-то статуэтку, подаренную ему, как меценату. Мы выпили и за это.

Женщины ушли с кухни, а я с братом еще долго сидел и разговаривал о семье, о проблемах, о политике и так далее. Вспомнили родителей, вспомнили детство. Разговор уже начинал переходить в стадию пьяного базара, поэтому я быстро допил бокал рома, хлопнул брата по плечу и собрался идти спать.

— А где я буду спать? — спросил я, стоя уже на выходе из кухни. И действительно, до этого я спал в хозяйской комнате, а теперь хозяева вернулись.

— А спи, где спал — мы поспим в гостиной на диване, — сказал Серега и крикнул в коридор, — Лена, мы спим сегодня в гостиной.

— Хорошо-хорошо, — в ответ крикнула Лена.

— Что-то я подустал, — сказал брат. — Пойду тоже вздремну.

После чего он завалился на диван в гостиной и спустя пять минут уже храпел. Я пошел на второй этаж к себе в комнату. День выдался тяжелый — нужно было отдохнуть. Плюс морская соль превратила меня почти в овоща — глаза слипались, тело обмякло, мозг уже отключился.

Я зашел в темную комнату, закрыл дверь, включил свет и... на постели лежали голые Лена и Алёна.

— Проходи, милый, — сказала Алёна, становясь раком и показывая мне среди своих аппетитных булочек драгоценный камешек своей любимой анальной пробки.

Продолжение следует.