Наверх
Порно рассказ - Миса. Продолжение
Миса давно так крепко не спала. Она даже затрудняется вспомнить, когда такое вообще было на её памяти, чтобы она проспала добрую половину дня после вполне привычного для неё даже не секса, а всего лишь предварительных ласк. Что очень странно.

Открыв слипшиеся глаза, она огляделась. Всё было в точности, как было до того, как она заснула в объятиях прекрасной Канны. Только в лесу уже стемнело, и эльфийки рядом не было. Видимо, она же и заботливо накрыла Мису своим плащом и подвинула её вещи к ней как можно ближе, чтобы никто не заметил голую охотницу, спящую под деревом. Также рядом с собой полукровная дренейка заметила скрученную записку, подвязанную тонкой лентой.

Миса, немного подумав, взяла свиток и раскрыла его. Вглядевшись в аккуратный и мелкий подчерк, она начала читать.

— «Доброго времени суток, моя дорогая.

Никогда не забуду то время, которое я с тобой провела. К сожалению, смогу только изредка пересекаться с тобой, но ты на такое будешь не согласна. Я ведь толком тебя и не знаю, хотя после нашего соития, даже такого ненастоящего, я почувствовала, как тебя люблю. Всем сердцем, всей душой.

Не волнуйся по поводу того парня, к которому я желала отправиться — я никуда не уплыву, после времени с тобой мне кажется, что женское счастье могут дарить не только мужчины. Поэтому я попытаюсь как можно скорее закончить контракт с моим наёмником и накопить как можно больше денег. А после...

Я даже не продумала как с тобой встретиться заново, может мне пройти мимо тебя?

Наверное, лучше всего если я передам несколько посланий в эльфийском городке и пройду мимо этого места. Если, конечно, ты не найдёшь меня раньше, ты же ведь опытная охотница и не захочешь сидеть на месте, ведь так?
Я очень жду нашей встречи, словами не передать как.»

Миса улыбалась после прочтения письма некоторое время, ей было очень приятно. Она даже ощутила румянец на своих щеках.

Она ещё немного полежала под деревом, а после начала одеваться.

Тут надо заметить, что своё «хозяйство» она укладывала в штаны весьма хитрым образом. Ведь она охотник, при чём девушка, и не надо давать никому повода думать иначе. Поэтому необходимо обеспечить полную свободу передвижения даже там. Хотя её просторные штаны из кожи позволяли ей прятать своё мужское начало без особых усилий, но наша чувственная героиня могла не к месту покраснеть, завидев нечто красивое, задуматься о чём-то плохом и не заметить, как у неё уже будет эрекция. Кроме того, у Мисы была некоторая особенность: у мужчин всех рас в обычной ситуации половой орган в длину всего лишь несколько сантиметров и, собственно, ничем не мешает, а вот у нашей героини такого не было. Её член был всегда максимально растянутым и, когда хозяйка возбуждается, он лишь поднимается вверх.

А делала охотница всё проверенным способом: под её штанами вокруг правого бедра была обвита тонкая ткань, надёжно подвязанная с внешней стороны — именно туда она просовывала свой половой орган и далее ощущала себя более спокойно. Были в её жизни моменты где эта уловка срабатывала как нельзя кстати и спасала её положение. Про охоту и говорить нечего: когда на тебя несётся кабан или когда ты пытаешься прицелиться луком в движущуюся жертву — «стояк» приходится очень не вовремя. Хотя такие глупости получались крайне редко, только в самом начале её отшельнической жизни, а чуть позже, как и сейчас, отточив свои навыки, Миса научилась себя держать в руках и позволять себе расслабляться только в подходящие моменты.

Одеваясь, девушка не забывала про грудь, пусть и не очень большую, но мешающую при быстром беге своим весом. Бюстгальтеры носили только городские жительницы, а таким особам, как Миса, приходилось обходиться своими поделками. В принципе, девушку это особо и не волновало, её устраивала туго обвитая ткань вокруг своей груди — дешёво и сердито. Кроме того, легко снимается и абсолютно не чувствуется.
Охотница носила необычную обувь: облегающие полусапожки из водостойкого войлока. Их требовалось подвязать на ступне, на щиколотке и немного выше для того, чтобы обувь практически не чувствовалась на ноге. Далее Миса надела просторную тёмно-зелёную рубашку с рукавами до кистей, а сверху тонкую и плотную кожаную куртку. Затем она подвязала свои никогда не высыхающие волосы в хвост.

Чтобы чувствовать себя лучше и бодрее охотница размялась: с удовольствием потянула все свои натренированные мышцы с помощью простых упражнений и несколько минут глубоко дышала утренним влажным воздухом.
Она огляделась в поиске первого следа, который оставила Канна после себя. Миса смогла обнаружить его только в пяти метрах от дуба, под которым всё произошло — это были едва надломанная веточка низкого куста и вполне различимый отпечаток подошвы обуви на влажной земле. Когда курс был определён, Миса повернула в сторону своей лачуги на дереве: она направлялась туда за луком и стрелами, может быть ещё за своим любимым кинжалом, ибо, пусть это и будет очередной поход в город, девушка не собиралась идти без оружия. Мало ли что.

Пока девушка шла к своему дому, в её голове то возникали, то сменялись новые мысли о Канне: она желала её во всех позах, о которых знала, вспоминала её мягкие губы и горячий язык, её упругие груди, её розовый цветок меж прекрасных ног. Всё это, вкупе с ещё не померкшими воспоминаниями о сегодняшних оральных утехах, завели Мису и на верху её штанов стали отчётливо виднеться контуры набухшего члена.

Тем временем солнце уже спряталось за кронами деревьев и в лесу стемнело. К счастью, охотница превосходно видела в темноте, ибо в её роду были ночные эльфы. Это были её последние мысли, ведь теперь её голова была занята только желанием кого-нибудь трахнуть.

— Надо срочно расслабиться, а то эти мысли будут преследовать меня и не дадут мне спокойно отследить Канну — решила охотница и как раз подошла к своему дереву.

Ловко подтянувшись на толстой и высокой ветке, Миса уверенно вскарабкалась на пару метров выше и добралась до деревянной двери в дом. Открыв её, она забралась в дом и тут же пошла на крошечный балкон. Сев на стул, девушка сглотнула густую слюну и начала стягивать с себя штаны. Дойдя до колен, она бросила это дело и тут же схватилась правой рукой за свой член. Тот был влажным от выделений и источал характерный аромат. От последнего у девушки пробежали мурашки по коже.

Миса несколько раз медленно оттянула плоть вниз и вновь вернула её в исходное положение. Такой незамысловатый онанизм доставил ей неповторимое удовольствие: она даже откинула голову назад и поневоле участила своё дыхание, продолжая мастурбировать.

Вся её рука уже основательно увлажнилась, и на каком-то моменте футе захотелось облизать кончики пальцев, обхватывающих основание её мужского начала. Вкус собственной смазки раньше ей так не нравился, всё каким-то образом изменилось в лучшую сторону после Канны. Такого не было во все прошлые разы, что крайне удивляло Мису.

Фута не спешила как можно быстрее испытать оргазм, ей хотелось смаковать этот момент, наслаждение разливалось по телу с каждым взмахом её крепко сжатого кулачка по стволу члена. Подсознательно ей хотелось, чтобы это никогда не кончалось.

Дабы усилить нарастающие ощущения, Миса начала постепенно погружать конец своего хвостика себе в попку, разрабатывая туго сжатое анальное колечко. Зайдя достаточно далеко, Миса медленно вытащила свой хвост из своей попки. Благо она следила за гигиеной и от того извлечённая часть хвоста была лишь влажной и горячей. Сразу после этого бёдра охотницы налились жаром и приятной немотой, от накатившей волны удовольствия она закрыла глаза и прикусила нижнюю губу, продолжая вгонять в сжатый кулачок свой окаменевший член. Она вновь ввела хвост себе в попку и на этот раз ввела его глубже, учитывая то, что вытаскивать его не собиралась. Охотница извивалась хвостом в своей попке, одновременно трахая себя им поступательными движениями. Настолько увлеклась Миса этим чудесным занятием, что оставила свой член в покое и начала уделять всё больше внимания анальному сексу с собой. Она помогала себе руками вводить хвостик вглубь себя, получая от этого неописуемое удовольствие. Фута делала это до тех пор, пока не подобралась практически вплотную к мощному оргазму. Едва не достигнув пика, она остановилась и дала себе передышку, стараясь не кончить.

Многочисленные капельки пота скатывались по её коже, Миса тяжело дышала из-за пережитых ощущений. Она облизнулась свои пухлые губы и стала пускать тугие струйки слюны на головку своего члена, которые скатывались по твёрдому стволу вниз, к яичкам, а после чего скапливались в тяжёлые капли и падали на пол.

Отдышавшись, Миса решила закончить начатое очень необычным способом.

Девушка была очень гибкой и постоянно тренировалась, её мужское начало было весьма длинным и как-то так получилось, что она однажды решилась сделать минет самой себе. После частой практики этого вида самоудовлетворения она достигла определённых успехов и частенько ввиду отсутствия пойманных девушек уединялась у себя в домике на дереве. Прямо как сейчас.

Сев поудобнее, охотница, привычно взявшись руками за свои бёдра, аккуратно потянулась ртом к головке своего пениса. Спустя пару мгновений она достигла своей цели и начала сосать член с превеликим удовольствием. Ведь она знала, как ей самой будет приятно: как правильно работать языком и губами, как быстро это делать и прочие нюансы.

Смазка всё выделялась и выделялась, смешиваясь со слюной футы, а после очередного погружения пениса в тёплый и липкий ротик своей хозяйки и последующего выхода, оставалась стекать вниз. Наращивая темп, Миса уже доставала головкой себе до горла, оставляя всё меньше и меньше сантиметров своего любимого инструмента, которые ещё не были обработаны её умелым языком.

Следует учесть ещё то, что она не выудила свой хвост из попки, а лишь перестала им двигать. И как только анальный секс, вкупе с оральным, возобновился, по телу Мисы разлилась сладкая истома, предвещающая сильнейший экстаз.

Чувствуя приближение кульминации, охотница, наконец-то, смогла спрятать весь свой член у себя во рту, зайдя дальше горла. Ритм ускорялся, мышцы начинали неметь от ощущений, член стал спокойно проходить на полную длину в рот своей хозяйки, хвост погружался и выходил из анального колечка уже на половину своей длины.
И вот он, долгожданный бурный оргазм.

Дабы не терять желанного, Миса на короткое мгновение освободила свои уставшие губы, глубоко вдохнула, и, как только она ощутила, что сперма уже направилась из пухлых яичек к выходу из головки, тогда она успела охватить свой член ртом и тут же погрузила его себе в горло. Это были потрясающие ощущения: горячая сперма покрыла собой часть задней части горла и потекла вниз, заставляя закатывать глаза свою хозяйку от испытываемого удовольствия. То произошло только после двух выбросов молока Мисы, даже не собираясь заканчиваться. Сразу же после извержения внутрь, фута освободила свой пенис только до середины, позволяя тому выбрасывать густое семя себе в мокрый и липкий ротик. После нескольких сокращений члена, девушка поняла, что её рот полон, и что необходимо проглотить хотя бы часть накопившейся спермы. Смазав своё горло солидной порцией густого семени, Миса приняла последнюю столовую ложку своего густого «нектара» и решила не спешить её сглатывать, так и не проронив ни одной капли драгоценной жидкости на пол балкона.

Отпустив губами обмякший пенис, выудив мокрый хвост из своей попки и выпрямившись на заскрипевшем стуле, Миса откинулась на спинке и закрыла глаза от приятной усталости, ощущаемой практически во всех мышцах тела. Смакуя последнюю порцию своего молока, фута улыбнулась и поняла, что для полного счастья необходимо поселить Канну у себя. Ведь только из-за неё она смогла достичь такого умопомрачительного оргазма, даже как-то и не представлялось, чего можно добиться именно с ней.

Проглотив, Миса облегчённо выдохнула и расслабилась. Переведя дух, она начала собираться в небольшое путешествие за своей любовницей. Оделась точно так же, как была одета до произошедшего, за исключением оружия. А именно: длинный и наточенный донельзя кинжал в ножнах на правом бедре, колчан со стрелами и лук, оба закреплённые за спиной. Последние два атрибута вооружения были самодельными и в некотором роде были лучшими для Мисы. Ведь только она одна знала, что ей на самом деле нужно.

Добравшись рысцой до первого следа Канны, охотница просчитала направление ушедшей эльфийки и начала двигаться по её пути, опираясь на редкие подсказки, оставленные по неосторожности. До лесной неглубокой реки оставалось совсем недолго, и героиня поняла, что придётся перебираться через воду. Вброд идти никак не хотелось, поэтому вскоре придётся искать нечто наподобие старого дерева, упавшего на противоположный берег. Как же повезло юной охотнице, что преследуемая ею эльфийка большую часть своей жизни провела в городе, на самом высоком дереве Тихого леса. Да, бытует мнение: все эльфы дети природы. Только вот получается, что, проводя много времени среди себе подобных, даже эльфы немного отучаются от общения с природой. На то указывали следы, оставленные Канной: сломанные ветви, протоптанная земля, ниточки от одежды и прочее-прочее.
В пяти-шести метрах от берега отчётливо различались отпечатки подошв, принадлежавших не только Канне. Именно с этого места начиналась влажная земля, ведь немного дальше начиналась река. Поэтому пройти незамеченным по такой поверхности крайне затруднительно. Череда следов эльфийки вела прямо к воде, как и предполагала Миса. Как говорилось, было ещё три неизвестных персоны, следы которых появились с разных сторон, которые тоже тянулись к реке.

Тут Миса начала вглядываться в найденные улики и думать.

Это были явно не друзья Канны, ибо они прятались и, видимо, долго сидели в засаде, ожидая кого-либо проходящего мимо. Вполне вероятно, что они знали, кто здесь будет проходить, ведь об этом пути к городу мало кто догадывался. Вдобавок, следы эльфийки с этого места становились размашистыми и отдалялись друг от друга в длину — она побежала, завидев тех же незнакомцев. Эти три охотника были именно мужчинами, ведь размер обуви заметно отличался от размера Канны. Больше ничего Миса понять не смогла, поэтому, оглядываясь по сторонам, начинала припоминать этот участок Тихого леса. А именно она хотела вспомнить, где находится естественное подобие мостика через реку, так как идти вброд охотница не хотела ни под каким предлогом.

Найдя искомое и перебравшись на другую сторону реки, Миса подобралась к вполне свежим следам убегавшей Канны и преследовавших охотников, продолжив искать.

Четыре пути тянулись вглубь леса, видимо, погоня до некоторых пор не была успешной для охотников. Эльфийка имела весьма хорошие данные для продолжительного бега по пересечённой местности, так то.
Как только кончилась влажная земля, начались многочисленные лопухи, которые следопыт крайне любила ввиду того, что путь жертвы определялся сходу. (Специально для — секситейлз.орг) Так получилось и с четырьмя путниками, которых преследовала Миса. Пройдя около ста метров, она не нашла доказательств того, что Канна была поймана — хрупкие растения и здесь надломаны от беспощадных ботинок.

И вот, наконец, через дюжину шагов пройденный жертвами путь сузился, а совсем близко виднелось место, где как будто кто-то упал. Рядом было весьма тонкое дерево, на коре которого отчётливо различались застывшие капли крови. Видимо, Канна упала и погоня окончилась. Не понимая, что заставило проворную эльфийку вот так вот банально упасть, Миса быстро осмотрелась.

На земле смутно определялись отпечатки небольших ладоней Канны, что подтверждало её падение. Падала она на живот, причём самого падения бежавшая не ожидала. А после ещё пыталась встать и продолжить побег от врагов.
Миса практически догадалась, почему именно здесь охотники смогли остановить эльфийку: этот небольшой пятак в лесу был относительно просторным и от того позволял совершить нечто, которое среди многочисленных стволов деревьев сделать не получилось бы, кроме того, почему рядом именно с этим молодым деревом?
— Точно — вслух догадалась Миса.

Она и сама пользовалась таким трюком для ловли убегающей добычи. Использовалась прочная длинная верёвка с двумя концами, которые в свою очередь имели ещё по два конца, при чём четыре окончания веревки имели небольшие грузики. Охотница размахивала ею над головой, а как только появлялся нужный момент — бросала в ноги жертве. Этого, в принципе, достаточно и без дерева: убегающее животное или человек просто запутываются и падают. Но вполне может быть, что жертва окажется проворной и вовремя подпрыгнет, а может и после того, как запуталась в веревке, просто распутаться и убежать. А вот если рядом окажется подходящее дерево, то выбраться без ножа будет практически невозможно, ибо достаточно длинные путы закрутятся вокруг ног и вокруг дерева. Одним словом, пиши пропало, если за тобой гонится охотник, знающий такой трюк.

Стало быть, Канну поймали, о чём подсказывал достаточно широкий путь из разбитых лопухов, идущий дальше. Он отличался от предыдущего тем, что был более «аккуратным», если можно так выразиться. Здесь путники уже шли размеренным шагом и никуда не спешили.

Когда поле с лопухами кончилось, след различать становилось всё сложнее и сложнее. Но Миса умудрялась находить направление и идти дальше.

Наступила глубокая ночь, весь лес заснул крепким безмятежным сном. Был слышен лишь редкий шелест листвы и сопение спящих поблизости животных. Миса, как только почувствовала этот «глубокий сон» всего своего окружения, стала очень медленно шагать, стараясь вообще не издавать звуков. Это было её табу: когда все спят, то они не должны просыпаться по твоей неосторожности, даже если их сон по твоей вине станет вечным.

Около часа охотница блуждала в поисках пойманной Канны, пару раз отклоняясь от пути, теряясь по вине наступления полночи. Но всё-таки Миса ощутила присутствие людей и не сдалась, ведь оставалось совсем немного. Наконец, она ощутила едва уловимый запах костра, а вскоре и смогла увидеть среди крон деревьев тлеющие угольки.

Охотница передвигалась настолько неслышно, что её присутствие смогло бы заметить меньшинство самых опытных воинов. Подкравшись вплотную к лагерю, Миса спряталась за деревом и стала оценивать то, что она видела на данный момент.

Лагерь был разбит напротив старого и могучего дуба, за которым и стояла охотница. Площадка для костра была предусмотрительно расчищена, сам костёр был огорожен булыжниками. Рядом с кострищем рядом друг с другом расположились потрёпанные спальные мешки, на них двое противников спали, третий не двигаясь смотрел на костёр и, видимо, находился в дозоре. К счастью, последний не обладал зрением ночных эльфов и не видел край головы притаившейся гостьи. Посмотрев на лагерь с другой стороны ствола дуба, Миса увидела связанную по рукам и ногам Канну, кажется, преспокойно спящую. Она видела её со спины, так что не осмеливалась думать о её полной невредимости.

Рядом со спящими наёмниками лежало три пузатых рюкзака с чем-то интересным. В охотнице проснулся мародёр, и она еле удержалась, чтобы не усмехнуться.

Теперь Мисе надо было решить: необходимо ли убить этих троих или же лучше их «обезвредить». Разумеется, второе сложнее выполнить, зато сегодня никто не умрёт. Плюс Канна может проснуться и увидеть свою недавнюю любовницу и три окровавленных трупа рядом. После этого эльфийка точно не захочет поселиться рядом с охотницей.

Но как претворить такую идею в жизнь, когда со стороны врага всё предусмотрено? Ведь даже в глубокой ночи есть практически не моргающий дозорный, который держит в руках заряженный арбалет. Кроме того, со спины к нему подобраться не получится: он то и дело оглядывается по сторонам, сзади него нет укрытий, и подкрасться просто так не получится. Попытаться его приманить его сюда шорохом? Может быть, он разбудит соседей и тогда станет ещё труднее. А даже если он поведётся на шорох и подойдёт к притаившейся Мисе, то пусть ловкая и проворная охотница кое-что умеет в ближнем бою, да выстоять ей против здорового опытного охотника не выйдет.

Испытывать судьбу темнокожая эльфийка не любила, поэтому решила воспользоваться своим положением.
Неслышно достав лук и зарядив его, она прицелилась прямо в голову противника.

Застряв на половину в черепе охотника, стрела мгновенно убила его и заставила лечь на свой спальник. Один из потенциальных врагов уснул навсегда. Остальные как спали, так и продолжали спать.

Миса, по-прежнему очень тихо передвигаясь, вышла из-за дерева и подошла к свежему трупу. Издавшийся звук треснувшей кости был достаточно громким, но, кажется, никто не смог его разобрать во время глубокого сна, к счастью. Найдя лист пергамента и перо с чернилами в сумке Канны, она написала: «Больше не ищите её, иначе вас станет ещё меньше».

Скрутила листок в трубочку и сунула его в куртку умершего.

Прокравшись к спящей заложнице, Миса осмотрела её: рана на щеке, синяк на шее. Аккуратно подняв порванный свитер, она увидела крупный кровоподтёк — после внезапной остановки из-за того охотничьего трюка.

Положив ей ладонь на рот, ночная гостья начала будить Канну. Та проснулась быстро, не крикнула, но долго всматривалась в Мису. Охотница приложила палец к губам и приказала пленнице молчать. Она послушно кивнула. Зайдя к ней за спину, охотница по умолчанию тихо достала кинжал и, не спеша, перерезала оба узла. После чего помогла встать эльфийке на ноги и жестами сказала ждать.

К сожалению, унести три рюкзака без шуму не получится, поэтому Миса взяла только один, с торчащей рукоятью, искусно обделанной кожей.

На удивление, Канна не издала ни единого шороха, следуя за спасительницей. Обе девушки прошли так около ста метров, дальше ускорились, начав диалог.

— Кто эти наёмники? Почему они тебя поймали? — шёпотом спросила Миса.

— Они... — замялась Канна — я тебе не всё рассказала о своей работе

— Тебе никто не мешает это исправить

— Хорошо. Я несла письмо от одного дозорного, несущего службу на границе Тихого леса, с предупреждением о наступающей шайке людских разбойников. Я необычный курьер, я связующая между дозорными и городом ночных эльфов.

— А что эти трое хотели с тобой сделать?

— Кажется, они что-то говорили о моём будущем рабстве у людей. Но по твоей воле такому не суждено случиться. Я обязана тебе своей свободой.

Наступило неловкое молчание.

— Я... — замялась Миса — хотела, чтобы ты была со мной — и отвела взгляд в сторону, боясь ответа эльфийки.
Опять молчание.

— Я не могу просто так бросить свою работу, понимаешь? На меня надеются, ждут.

— Ты не можешь вообще что-либо предпринять? — расстроилась Миса

— Могу, я хочу этого. Но меня не поймут.

— А какая тебе будет разница на мнение кого-либо, если ты будешь жить со мной?

Снова пауза.

— Ты права, — решилась Канна — я могу отказаться от своей работы, но мне нужно по крайней мере доставить послание и предупредить о своём уходе. Ты отпустишь меня?

— Прямо сейчас?

— Конечно, нет. Может, переночуем у тебя? А после я уйду выполнить обещанное и обязательно вернусь к тебе. — Ладно, я верю тебе.

Оставшийся промежуток времени они провели в молчании. Дойдя до реки, охотница остановила Канну и отмыла её лицо от засохшей крови.

Добравшись до жилища Мисы, они забрались в дом. Охотница скинула рюкзак и показала Канне, где кровать. Раздевшись до нижнего белья, девушки легли спать на просторную кровать и накрылись одеялом.

Хозяйка дома не могла долго уснуть и смотрела в потолок. Она не могла поверить, что Канна лежала рядом с ней.
— Почему не спишь? — нарушила ночную тишину эльфийка

— Думаю о тебе, не верится, что ты будешь со мной.

Она по-доброму усмехнулась.

— Хочешь, я тебе помогу уснуть?

Канна приблизилась к Мисе и нежно поцеловала её в губы. Та с желанием ответила. Поцелуй с каждой минутой становился всё жарче и жарче: вход пустились языки, дыхания обеих участились, Канна легла поверх Мисы.

Наверное, прошло достаточно времени, а поцелуй всё не прекращался. Тогда любвеобильная эльфийка стала тереться трусиками о пах партнёрши, разжигая её пыл и страсть.

Долго ждать не пришлось — сквозь ткань нижнего белья Канна почувствовала напряжённый и горячий член, который она очень хотела ощутить внутри себя, всей своей похотливой сущностью.

Канна сняла трусики, развязала лифчик, в то время как Миса проделала то же самое. Сев на лежащий член, эльфийка с удовольствием начала тереться об него своей киской. Фута, закусив губу, начала активно массировать свои груди и изнемогать от подобной пытки, взглядом прося пощады у своей любовницы. Последняя смилостивилась: чуть приподнялась, направила рукой влажный от выделений член к себе в истекающую дырочку. За одно мгновение он вошёл на полную длину, и обе девушки сладко простонали. Канна начала буквально скакать, постепенно ускоряя темп. Когда она поймала нужный ритм, на котором уже постепенно теряла контроль над телом, Миса подтянула её к себе и впилась в её губы ещё одним страстным поцелуем.

Девушки работали слаженно, как будто делали это тысячу раз: наездница с каждым скачком целиком насаживалась на член, пошло ударяясь об мокрые бёдра своей любимой, та, в свою очередь, охотно подмахивала бёдрами и от того билась яичками об ягодицы Канны. Миса чувствовала, как головка её члена упирается в матку эльфийки, утопая в собственной смазке и соках гостеприимной дырочки. Это ощущение доставляло ей неописуемое удовольствие, которое она передавала обратно Канне через непрекращающийся танец языков в её рту.

Миса вспомнила про свой незаменимый хвостик и решила подарить своей любовнице ещё больше блаженства. Она аккуратно подобралась кончиком к анальному колечку Канны и начала его разрабатывать. Ненадолго оторвавшись от поцелуя, она бросила ей:

— Тебе понравится, не бойся.

Она встретила утвердительный взгляд и тут же продолжила на чём остановилась. Разработав упругую попку, хвостик продвигался внутрь до тех пор, пока его хозяйка не сочла остановиться. Далее фута начала заниматься помимо вагинального секса, ещё и анальным с одной и той же особой.

Канна поднялась и заметно ускорила темп «скачек», прекратив поцелуй. Вот здесь она уже неприкрыто начала стонать в голос, казалось, что она вот-вот кончит и обессилит. А ведь Миса была только на полпути к оргазму. Ей было очень обидно: испытать экстаз вместе не получится, а ведь так хотелось.

Канна простонала и на мгновение замерла, сжав член Мисы так сильно, что та ощутила иллюзию того, что тоже кончает. Футе было даже немного завидно. Хотя солидная порция удовольствия всё же была получена, и время достижения своего оргазма у охотницы заметно сократилось. Чувственная эльфийка без сил опустилась на роскошную грудь своей возлюбленной и устало посмотрела на неё: в её глазах читалась благодарность. В глазах Мисы читалось нечто иное: ей поскорее хотелось испытать то же самое.

— Используй меня — сорвалось с губ чуткой Канны, и фута тут же поняла, что надо делать.

Она положила девушку так, чтобы её голова чуть-чуть свисала с края кровати, а сама приготовилась сношать эльфийку в её горячий рот.

Как только член вошёл на половину своей длины, он упёрся в горло. Но тут Канна сама подалась вперёд, и тот послушно соскользнул дальше в глотку. Так Миса начала оральный секс с Канной в весьма грубой, но жизненно необходимой форме. Частенько фута вынимала мокрый член изо рта эльфийки до головки, чтобы дать бедняжке подышать. Как только недостаток кислорода восполнялся, Канна сама подтягивала руками бёдра Мисы к себе, вновь встречая пенис мягкими губками.

Футе чудилось, что язык любовницы просто обвивается вокруг ёё члена, это сводило с ума и заставляло её закрывать глаза от получаемого восторга. Казалось, вот-вот накатит волна безумного оргазма, и эльфийка вполне может захлебнуться в извергаемой сперме. Поэтому, как только Миса почувствовала, что момент практически настал, она высунула член изо рта, дала совершить вздох и тут же вошла в глотку Канны.

Мощные, тугие и горячие струи семени ударили в горло эльфийки, затопляя её желудок белой густой жидкостью. Слив всё своё молоко в горлышко любимой, фута даровала ей свободу. Но та взяла член ладошкой и облизала головку, подобрав пару не успевших излиться капелек спермы. Мисе крайне нравилось то, что делала её любовница. Далее она умело взялась за основание члена двумя ручками и, немного сдавив горячую плоть, потянула на себя, скользя по стволу. И тут прямиком в её открытый ротик упало ещё пару капель терпкого семени. Канна сомкнула губы, просмаковала вкус, проглотила, и устало улыбнулась, глядя снизу вверх на утомлённую Мису.
Спустя минуту, они уже лежали на кровати в нормальном положении, под одеялом. Теперь было по-настоящему тихо, даже две самые неспокойные особы теперь обрели необходимое для сна изнеможенное состояние и от того благополучно сомкнули глаза. К обнажённой груди футы прижималась нежная эльфийка, чувствующая себя невероятно счастливой, сладко спя в унисон со своей возлюбленной.