Наверх
Порно рассказ - Размножение черных рабов. Глава 6
— Тихо вы! Сначала я.

Сэм показал Франсэ и Джиму кулак и выйдя из кустов направился к дому. Вот и гостеприимно распахнутое окно.

— О Сэм! — радостно воскликнула Эмми, устремляясь к нему. Она повисла у него на шее, ногами обхватила поясницу. Их губы слились в страстном продолжительном поцелуе. Эмми была как обычно полностью голенькой. И вся такая беленькая, легкая, тоненькая — дикий контраст с могучим негром.

— Я ждала тебя, — пояснила она и чуть отстранившись, покраснев добавила: — С нетерпением. Вот потрогай, — Эмми взяла его руку и направила между своих чуть раздвинутых ножек. — Чувствуешь, как там мокренько? Так скучала по тебе...

— Для моей маленькой госпожи у меня есть подарок, — прошептал Сэм.

— Правда?

Глаза её загорелись живейшим интересом.

— Я так люблю вас, моя госпожа, что подумал...

— Ну же! — девочка в нетерпении, даже притопнула ножкой.

— Мои друзья. Эй, давайте сюда!

И тут же в окно полезли два совершенно голых негра. Такие же здоровенные как Сэм с огромными, готовыми к соитию членами. От одной только мысли, что им возможно удастся овладеть хозяйской дочерью их елдаки возбудились.

Пораженная этим зрелищем Эмми застыла. Глаза её округлились от страха. Ротик приоткрылся.

— Госпожа, с вами всё в порядке? — обеспокоено спросил Сэм.

— Это... Зачем? Они зачем здесь? — наконец смогла пролепетать Эмми.

— Вам не нужно боятся, — быстро и горячо заговорил Сэм, увидев, как девочка, прикрываясь руками отступила вглубь комнаты к своей кровати. — Это Джим и Франсэ. Хорошие парни. Мои друзья. И они принадлежат вам.

Последняя фраза несколько успокоила Эмми. Но продолжая прикрываться она забралась под одеяло и спросила дрогнувшим голоском:

— Зачем они здесь? Я полагала ты придешь один.

— Я подумал, госпожа, что вам необходимо больше мужчин. Больше удовольствия.

— Ты хочешь, чтобы я одна с вами тремя... ! — на высокой ноте воскликнула Эмми.

— Я подумал, что вам понравится. Но если это не так, госпожа они сейчас же уйдут. И я тоже, если прикажите.

Видя, что девушка по-прежнему испугана и колеблется, Сэм сделал знак друзьям, мол «Живо убирайтесь!» Они направились обратно к окну. Н-да, в этот раз Сэм просчитался. То, что прошло с Дорис здесь не сработало. Все-таки Эмми была слишком юна. Всего-то 16 лет. В этом возрасте белые девочки ещё дети.

— Подождите! — вдруг воскликнула Эмми.

Негры замерли. Неужели она передумала? Какое счастье!

Эмми вроде бы немного успокоилась. Сэм заметил, как она с интересом смотрит на члены его приятелей.

— Тоже, такие большие... — пробормотала она.

Джим и Франсэ переглянулись и встряхнули пару раз своими причиндалами, демонстрируя девочке всю мощь и красоту своих членов и тяжело отвисающих, болтающихся яиц.

— Ну я не знаю, — пробормотала Эмми. На её милом личике появилось выражение растерянности. — Сразу трое... Такие огромные... Вы меня по очереди что-ли?

— Как вам будет удобно, госпожа, — загадочно улыбнулся Сэм.

— А как может ещё? — Эмми издала нервный смешок. Но тут ротик её снова открылся когда она увидела какие вожделенные взгляды на нее направлены. Три огромных черных самца! Она поняла, что они могут овладеть ею враз — одновременно. Но как же это будет? В какой позе?

От этих грязных мыслей, что её такую беленькую нежную девочку будут трахать эти негроиды Эмми начала возбуждаться. И куда только страх делся? Она выбралась из-под одеяла. Вздох восхищения негров. Эта совсем юная девочка будила нечто звериное, самцовое — дикое желание овладеть этой тоненькой девчоночкой, но уже с хорошо развитой грудкой и попкой и ножками. Эмми было ужасно стыдно но она не могла противиться желанию. Ее «киска» стала мокренькой, срамные губки набрякли и вожделенно приоткрылись, что не укрылось от внимательных взоров негров. Они обступили её. Сэм поглаживал ей попку, Франсэ всунул два пальца во влагалище и тихонько двигал ими вверх то вниз. «Киска» Эмми была тугой и узенькой, не смотря на то что она уже познакомилась с Сэмом. Там было горячо, мокро и липко. Джим поглаживал сиськи Эмми попку и бедра. Девочка возбуждалась все сильнее. Она терлась лобком о член Франсэ, а руками завладела членами Сэма и Джима. Начала дрочить эти огромные черные дубинки не уставая поражаться их мощи и размеру. Потом одного за другим она начала целовать негров.

Затем Франсэ лег спиной на кровать. Сэм и Джим подхватив взвизгнувшую Эмми перенесли её туда же и начали усаживать сверху на приятеля, на его торчащий вверх елдак. Эмми вскрикнула ощутив, как в неё входит огромная жестко-упругая колбасина негра. Казалась он разорвет ее. Было немного больно, но и приятно одновременно. Преодолев некоторое сопротивление, член Франсэ, таки вошел в девчонку. Она была так возбуждена, что вагинальный сок буквально капал из её «киски». После того, как головка втиснулась между упругих валиков половых губок, член пошел легче. Удовольствие росло и усиливалось с каждым мгнговением. Эмми чувствовала полную, какую-то удивительную заполненность. Она начала потихоньку двигаться вверх-вниз привыкая к новому члену, второго в ее жизни мужчины. Не столько наверное длина, сколько толщина члена начала делать свое дело. С каждым мгновением Эмми охватывало всё большее наслаждение. Елдак негра распирал её киску до предела. Чуть откинувшись назад Эмми двигалась сначала, не спеша, но по мере возрастания удовольствия, по мере привыкания к размеру Франсэ она ускоряла темп.

Девчонка кряхтела, стонала и вскрикивала насаживаясь на черный поршень. Весь липкий и блестящий он резво нырял в маленькую сладенькую дырочку. Сэм и Джим, сначала стояли перед кроватью наблюдая за совокупляющейся парочкой и дрочили. Затем, они забрались на кровать и расположившись по сторонам от девчонки принялись попеременно по очереди угощать ее своими членами. То один входил в ее ротик, то другой.

Эмми от всего этого совершенно обалдела. Она громко стонала и прыгала на члене все быстрее и сильнее в предчувствии скорого оргазма. Франсэ помогал ей начав поддавать снизу. Девчонку, начало, аж подбрасывать вверх. Она взвизгивала от восторга. Так рпродолжалось еще несколько минут. Но вот Эмми вскрикнула, а потом, зажмурившись, издавая рычание начала кончать, дергая ногами и бедрами. Один раз из груди ее вырвался резкий крик и тут же внезапно оборвался. На мгновение, она перестала дышать. А потом, словно горный поток прорвал плотину. Эмми начала кричать от острого наслаждения и никак не могла остановиться. При этом она продолжала скакать на члене, с силой, резко насаживаясь на него своей горячей, пульсирующей вагиной.

Совершенно ошарашенная таким мощным оргазмом Эмми откинулась назад еще сильнее, ноги ее были вздернуты вверх самым бесстыжим образом. Франсэ бережно снял с себя девушку.

— Ты такой... такой... — она не нашла слов, чтобы передать свои чувства только жарко и сильно обняла Франсэ, а потом из благодарности принялась страстно отсасывать его член лизать яйца. Он едва не кончил при этом.

— Не сейчас госпожа, не сейчас, — он мягко поднял девушку с колен. — Я еще хочу доставить вам удовольствие, но чуть позже. Пока же мои друзья...

— Теперь, давай ты! — весело воскликнула Эмми хватая за руку Джима и притягивая его к себе — Как ты хочешь?

— Я выполняю ваши желания госпожа.

— Да? Ну, давай сзади.

И она, наклонившись, уперлась руками в кровать. Ноги широко расставила. Джим пожирал глазами ее круглые упругие ягодички. Он ухватил их. Своими большими черными ладонями. Девочка блаженно застонала и вильнула в нетерпении попкой.

— Войди в меня. Ну же.

Джим не стал больше медлить. Он чуть-чуть присел и вогнал член под ягодички девчонки. Эмми протяжно застонала, ощутив как член негра втиснулся в ее влагалище. Джим начал пользовать Эмми не спеша. Движения его были плавными, проникал он не особенно глубоко. Руками негр, сжимал бедра или ягодицы Эмми, а иногда просовывал руки ей под мышки и крутил, оттягивал пальцами соски, или поглаживал ладонями грудки девочки целиком. Сэм зашел с другой стороны забрался на кровать. Эмми принялась отсасывать его член как раз оказавшийся прямо перед ее лицом.

Через пару минут Джим стал двигаться немного побыстрее и проникать чуть глубже. Член его хорошо скользил в мокром влагалище. Эмми вскрикивала от наслаждения всякий раз когда член проникал на всю глубину влагалища и доставал до матки.

Наконец страсть полностью захватила их. Джим уже наяривал членом в полную силу. По ляжкам Эмми стекала смазка, оставляя липкие, слегка извивающиеся дорожки. Постепенно Эмми начала прогибаться в обратную сторону. В конце концов Джим, не вынимая члена перевалил девчонку на себя, так что спиной она лежала теперь на его груди.

Тут Эмми испытала почти такой же по силе оргазм, как и с Франсэ. Но удивительное дело, отдыхать ей не хотелось. Все еще ощущая сладостные спазмы в своей «киске», она легла на Сэма сверху лицом к нему. Он, ухватив ее попку руками, начал совокупляться с девчонкой. Она вскрикивала и прыгала на его члене, как заведенная. Там где соединялись две плоти черная и нежно розовая — громко чавкало и пузырилось липкое молозиво.

Потрахав Эмми как следует Сэм предложил:

— Госпожа, можем мы вас в попу?

— Давай — радостно согласилась Эмми.

Сэм уложил девчонку животом на кровать взгромоздился нее сверху и втиснул член в ее анус. Эмми вскрикнула. Было немного больно. Впрочем, в заднюю дырочку натекло немало смазки и Сэм втискивал плавно, так что его черная дубинка вошла вполне благополучно. Вот, он загнал член наполовину и начал двигаться туда-сюда разрабатывая анус девчонки. Она стонала и кряхтела под напором негра. Франсэ и Джим поочередно всовывали ей в рот члены, девушка усердно лизала и обсасывала головки черных елдаков. Негры стонали от удовольствия.

Проработав дырочку юной госпожи Сэм уступил место Франсэ. Тот вогнал так, что Эмми взвизгнула. Затем анус девчонки попробовал и Джим. Он перевернул Эмми: она просто обалдела от всей этой акробатики, и обнаружила себя сидячей сверху на Джиме в такой же позе, как ее первый раз трахал Фрнсэ только член был в анусе. Джим продолжил вгонять ей.

И тут Франсэ начал делать такое, что Эмми от растерянности потеряла дар речи. Он забрался на кровать, присел, ее ноги закинул себе на плечи и вогнал член во влагалище.

— Эй, а Джим?! Вы что, меня вдвоем сразу...

Но это и так было очевидно. Эмми дико возбудилась от столь вопиющего разврата. Ее пользовали два нега за раз. Ее! Молоденькую белую госпожу!

Черные рабы драли ее дырки своими членами немилосердно. Но ей, это и было нужно. Сами чернокожие поражались: откуда в худенькой девчушке, стиснутой между здоровенными потными неграми столько выносливости и сил? Черные колбасины с чавканьем двигались в дырочках Эмми, растягивая их до предела. Вся ее промежность была мокрой и скользко-липкой от вагинальных выделений. Черные елдаки, ныряя в сладенькие отверстьица юной госпожи глянцево блестели.

Эмми кончала с громкими криками. Её вздернутые ноги дрыгались, по бедрам пробегали судороги, вагина и анус сладко пульсировали от наслаждения, сжимая и жадно проглатывая член Франсэ и Джима.

После этого все решили, что следует немного передохнуть. Они весело смеялись и непринужденно болтали, словно и не было никакой госпожи и никаких рабов.

— Мне очень понравилось, когда вот так, вдвоем, — сказала девушка. — Даже сказать не могу, как здорово. Давайте ещё также.

Спиной на кровать лег Джим. Эмми хотела было забраться на него и продолжить развлечение в уже знакомой ей позе спиной к лежащему, чтобы опять принять двух негров. Но Сэм предложил ей лечь на Джима лицом к нему. Эмми удивленно взглянула на Сэма, но выполнила, то что он сказал. Член Джима вошёл во влагалище юной хозяйки. А Сэм тем временем быстро забрался на кровать с ногами и присев над парочкой вогнал свой елдак Эмми в анус.

Она начала смеяться. Вот оказывается, как можно ещё!

И снова ее пёрли двумя членами одновременно. Сэм загонял глубоко, прижимаясь низом живота к попе Эмми плотно. Джим поддавал снизу, проникая почти по самые яйца во влагалище девчонки. Так они пользовали молодую госпожу минут десять. Затем, Сэм уступил Франсэ. Он тоже, как следует продрал зад девчонки. Эмми испытала сильный и продолжительный оргазм. Не помня себя она кричала, дрыгала ногами, судорожно дергала ягодицами.

Что и говорить все изрядно устали, вспотели. Но Эмми, несмотря на это желала ещё. К тому же, ей хотелось довести своих черных любовников до оргазма и получить их сперму.

Франсэ уложил Эмми на спину и лег на нее сверху. Остальные сидели рядом и глядя на них весело переговариваясь, обмениваясь шутками и дрочили. Эмми лежала вся уставшая разъебаная, закрыв глаза. Негр пёр и пёр ее, весь вспотел от усердия. Девушка, казалось была уже ко всему безучастна, но на самом деле она всё также наслаждалась. Каждое движение Франсэ приносило ей удовольствие. Оргазм получился не такой сильный, как предыдущие, но вполне себе неплохой. Франсэ кончил тоже. Он хрипло протяжно застонал и Эмми ощутила, как его горячая сперма толчками выплескивается внутрь, заполняет её лоно. Но хорошо ли это, что негр исторг в неё свое семя? Эмми прибывала в таком блаженстве и под таким впечатлением от соития с тремя рабами, что мысль о нежелательных последствиях всего этого, лишь слабо шевельнулась где-то в самом дальнем уголке сознания.

Следующим на девушку лег Сэм. Он совокуплялся с совершенно обессилевшей девчонкой долго и таки довел ее до ещё одного оргазма. Эмми глухо стонала. Черный елдак долбил ее дырочку где вспенивалась вперемешку семя Франсэ и ее сока. Потом, Сэм вдруг подхватил Эмми и резко перевернул. Все перед её глазам замелькало и через секунду она смотрела в потолок будучи лежащей на полу в который упиралась плечами и верхней частью спины. Ноги же её и бедра были вздернуты вверх самым бесстыжим образом. В этой разварной позе Сэм продолжил трахать девчонку. Негр при этом сидел на краешке кровати. Руками придерживал раздвинутые широко в стороны и задранные вверх ножки Эмми. Член его входил в ее киску сверху. Иногда Сэм менял ее дырочки. Потом уступил свое место Джиму. Тот, тоже отодрал девчонку и туда и сюда. Плечи спина и руки Эмми изрядно затекли. Но она была близка к очередному оргазму. Сэм, снова принялся трахать ее. Прошла пара минут. И вот, он вскрикнул и начал кончать выбрасывая во влагалище Эмми струю за струей липкого горячего семени.

Эмми, тоже была на грани. Вот-вот! Вот сейчас! Джим ей помог. Он сменил совершенно вымотанного Сэма ноги которого буквально подкашивались. Несколько толчков членом, несколько нырков в горячую дырочку вагины и Эмми забилась в оргазме. Джим, тоже не выдержал, но он хотел кончить на милое, совсем еще детское личико юной потаскушки. Быстро вытащив член и присев, он рыча начал спускать на лицо Эмми, в ее открытый ротик на её высунутый язык. Сперма заляпала губы и подбородок юной госпожи, толстой жирной струйкой поползла о уголка рта по щеке. Джим стряхнул последние капли на лоб Эмми и отошел в сторону, весь взмокший от пота и усталый.

— Как здорово было, — придя в себя пробормотала Эмми.

Она сидела прямо на полу раздвинув ноги. Вся нижняя часть лица и правая сторона заляпана спермой. На ляжках потеки семени из вагины тоже вытекли излишки. По сути девушка сидела в лужице спермы. Она облизывала пальцы, собирала сгустки семени с лица с «киски» и отправляла в ротик.

— Ммм. .. вкусно. Вкус ананасов? Вот здорово! Джим, почему твоя сперма со вкусом ананасов?

— Я ел недавно их, госпожа, — ответил негр.

— Мне понравилось. Приходите еще завтра, — Эмми довольно хихикнула. — Только втроем. Обязательно втроем.

* * *

Через три недели Дорис окончательно убедилась, что беременна. И нехорошее предчувствие овладело ею. Оно становилось сильнее день ото дня. От Джона ли будет ребенок? Или все-таки от кого-то из негров? Их через ее постель в первые десять дней после отъезда мужа прошло с дюжину. Отцом мог быть Сэм, Джим, Франсэ... Все они спускали сперму не только ей на лицо, но и во влагалище.

Проклятие! Что же теперь? Как она, опытная уже тридцатидвухлетняя баба так доигралась?

Скрывать беременность было невозможно. Кто-то из рабов всё равно потом проболтается. И в одном из писем она написала Джону, что ждёт ребенка. От него пришел ответ через месяц. Джон был несказанно счастлив. Писал, что хотел бы приехать, но пока не может, ибо дела полностью захватили его.

Дорис решила, что это только к лучшему. Если родиться белый малыш, что ж, это хорошо. Никаких тогда проблем. Ну, а если черный... Что ж, когда это случиться она подумает, что сделать.

Но собственная беременность, итог которой был под вопросом, стала для Дорис не единственной проблемой. Вскоре выяснилось, что Эмми её дорогая доченька, тоже беременна. Она пыталась некоторое время скрывать, но разве можно утаивать такое долго?

— От кого? — это был первый вопрос Дорис.

Эмми смотрела на мать с ужасом. Потом пролепетала:

— Не знаю. Может Сэм. Или кто-то еще из рабов. Их много было...

Дорис застонала, закатила глаза. Кошмар! Какой кошмар! Чертовы негры и здесь наследили!

— Ты знаешь, что сделает с тобой отец, когда узнает?

Эмми начала плакать, хорошо понимая что ждет ее. Мало того, что отец вышвырнет ее из дома, от нее отвернется все общество. Она навеки заклеймила себя преступной связью. Рыдания душили Эмми, жизнь начала казаться ей невыносимой.

— Мама, я хочу умереть! Как жить то теперь! Какой позор!

Сердце Дорис сжалось. Кому как не ей было понять дочь. Устоять перед этими черными не смог бы никто. А сама она, не черного ли ребенка носит под сердцем?

— Успокойся, — сказала Дорис, прижимая Эмми к себе. — Мы что-нибудь обязательно придумаем.

Поскольку избавляться от ребенка было уже поздно решили ждать его рождения. Все контакты с Сэмом и всеми остальными чернокожими прекратили. Эмми вела затворнический образ жизни. О ее положении знали лишь Лусинья и еще пара служанок. Джону о положении дочери Дорис не сообщила. Более того, после долгих раздумий и душевных терзаний она решила, замести все следы. Наняты были люди, которые все устроили так, что Сэм был обвинен в воровстве. Беднягу насмерть запороли на конюшне. Говорят за всё в этой жизни надо платить. И Сэм заплатил сполна. Дорис было тяжело на сердце. Весь день после смерти Сэма она проплакала. Можно ли остаться равнодушным, когда по твоему же приказу убивали человека, доставившего тебе столько радости, столько счастья? Но иного выхода не было. Да и кто такой, в общем-то, этот Сэм? Обычный раб. Дорис горевала сильно но не долго. От других негров, побывавших в её спальне и в спальне её дочки, тоже постепенно избавились под разными предлогами.

Когда пришло время рожать, рядом с Дорис были лишь Лусинья, и раб-акушер Томас, принимавший роды у всех рабынь, живущих в поместье.

Роды прошли достаточно легко. Дорис лежала на ложе, вокруг хлопотали рабы. Лусинья вытерла ее вспотевший лоб полотенцем.

— Тужьтесь! — кричит акушер. — Сильнее, миссис Дорис! Уже показалась головка!

Детский плач огласил комнату.

— Цвет? — прохрипела Дорис, вцепившись Лусинье в край фартука. — Скажи, какого он цвета.

Негритянка уставилась на госпожу глазами полными ужаса. Голос ее дрогнул.

— Ребеночек черный, госпожа.

Тяжелый вздох отчаяния вырвался из груди Дорис. Она закрыла глаза, откинулась на подушки. Но не время было предаваться отчаянию. Дорис была сильная, волевая женщина. И в соседней комнате рожала ее дочь. Решение принимать нужно было сейчас.

— Томас, — позвала она, — Лусинья.

Рабы приблизились.

— Никто не должен знать, что я и дочь родили черных детей. Я хочу, чтобы исчезли все кто об этом знал. Кто принимает роды у Эмми?

— Мой помощник Луис, — дрожа от страха ответил Томас.

— От него нужно избавиться, — холодно и решительно произнесла Дорис.

— Но Миссис... Луис опытный, хороший врач.

— Он должен исчезнуть, — повторила Дорис. — Это приказ. Ты поняла меня Лусинья? Пусть об этом позаботятся люди Мануэля. А ты Томас забудь о Луисе. Считай, что его никогда не было.

— Да, госпожа.

Дорис на несколько минут задумалась. Из соседней комнаты доносились приглушенные крики Эмми. Её роды только начались. Дорис захотела взглянуть на рожденного ею ребенка. Это был мальчик. Красивый, крепенький. Что же делать то с ним? Тоже убить?

Жалость сдавила сердце Дорис железными тисками. Хоть и от негра но это был её ребенок. Её!

— Лусинья, узнай не рожал ли кто недавно из рабынь?

Негритянка кивнула и вышла из комнаты. Она вернулась через четверть часа и сообщила:

— В поместье родили шесть девушек. Лаура, Эстель, Мэнди, Эмили, Сюзи и Алмади. У Лауры ребенок мертворожденный. У Мэнди слабый малыш. Девочка. Умерла через пять минут после рождения. Но Мэнди дала ей имя. Клэр.

— Клэр... Вот что сделай Лусинья, — Дорис пристально смотрела служанке в глаза. — Возьми моего... Возьми этого малыша и отдай его Лауре. Пусть растит и заботится о нем, как о своем ребенке. Начнет спрашивать, откуда этот малыш и чей он, объясни, что это не ее дело. Всё ясно?

— Я поняла, госпожа.

— Далее, когда родит Эмми её ребенка передай Мэнди. Тоже ничего не объясняй. И вы двое, — Дорис вновь пристально посмотрела в глаза и Лусинье и Томасу, — будите держать язык за зубами. Вы только двое теперь обо всем знаете. И если что-то всплывёт, я буду знать, что кто-то из вас проболтался. И тогда вам не поздоровиться. Ясно? Вы хорошо уяснили?

— Да, миссис, — в один голос воскликнули перепуганные негры.

Они никогда не видели хозяйку такой. Дорис всегда милая, нежная, добрая теперь походила на какую-то хищницу. Черты лица стали как-то резче, в глазах — мрачная решимость, на губах жестокая усмешка.

— Малышку Клэр мы похороним в саду. Крест, красивая оградка... Для всех: слуг, моего мужа и Эмми, там — моя дочь. Моя дочь Клэр.

* * *

Малышня бегает по двору. Два десятка черных ребятишек. Джон, стоя на крыльце дома и обнимая Дорис с грустью смотрит на резвящуюся детвору. Хороший приплод дали рабы. Что и говорить — хороший. Но как было бы здорово, если бы и господский дом огласился радостным детским смехом и топотом маленьких ножек.

— Как жаль, что наша малышка не выжила, — вздохнул Джон и смахнул одинокую слезинку. — Как жаль.

Дорис прижалась к нему плотнее, спрятала лицо на могучей груди супруга. Они только что вернулись из сада в укромном уголке которого среди вишен была могилка их младшей дочери Клэр, умершей сразу после родов.