Наверх
Порно рассказ - Игра с интересом. Ремейк. Часть 2
Вечером, после нескольких попыток правильно закрепить телевизионную антенну на крыше дома, мне удалось наконец настроить телевизор. Теперь хоть было чем заняться, когда совсем стемнеет. Хоть солнце клонилось к закату, на улице было достаточно светло и жарко. Я выволок из сарая старый велосипед, решив немного привести его в рабочее состояние. Рабочее — это сказано сильно конечно. Казалось, он был живой и обладал шкодливым характером. Разобрав и смазав заднюю втулку, я никак не мог устранить появляющийся после каждой затяжки люфт. Простое занятие вызывало кучу эмоций. Велосипед сдаваться не хотел, так же как и я. Сражение с механикой прервала темнота и ее лучшие друзья комары. Эти маленькие сволочи так усердно находили бреши в одежде, что порой казалось, кто-то руководит ими, специально выбирая самые ответственные моменты. Плюнув на разобранный велосипед, мне пришлось ретироваться от ненасытных маленьких кровососов, в дом.

В комнате кузина расположилась на диване с чашкой чая, смотря телек. Я тоже наскоро сварганил пару бутербродов и наполнив кружку, сел рядом. Вика никак не отреагировала на мое присутствие. На экране две головы дискутировали о вечной жизни, обсыпая друг друга непонятными химическими названиями, ну в общем меня это не захватило. Лайфньюс меня интересовал гораздо больше, и я уселся с компом в кресло читать, краем глаза иногда поглядывая в сторону кузины. Странное дело, через некоторое время Вика сама попыталась привлечь мое внимание.

— Душно-то как у нас. Надо было на это окно тоже сетку повесить, чтобы открывать.

Теперь уже я старательно делал вид, что все мое внимание поглощено чтением и ничего происходящее вокруг не замечаю. Еще немного посидев, Вика сняла футболку, пару раз обмахнувшись ей. На ней остались красивый черный бюстгальтер и шорты. Очень возбуждающее получилось зрелище. Я ждал продолжения нашего разговора.

— Придумал, как мне расплачиваться за фотки? — наконец не выдержав, спросила она.

Отложив нетбук, я сделал вид, что задумался, разглядывая при этом ошеломительно стройные ноги кузины. Вика перехватила мой взгляд и встав, сняла шорты. Теперь она была только в вызывающих черных кружевных трусиках и подстать им бюстгальтере. Она всячески намекала о своем согласии к любым условиям.

— Да, есть одна идея, но даже не знаю, как ты ее воспримешь. Вдруг тебе не понравится, — сказал я нарочито предупредительно.

— Ой-ой-ой, какой заботливый, — завелась Вика. — Давай, не тяни.

— Короче, чего изобретать велосипед. Побудь опять исполнительницей желаний до конца недели. Если ты сможешь выдержать, как я буду распоряжаться тобой то снимки удалю, если нет, то извини.

— И всего лишь! Мог бы придумать что-нибудь более экзотичное! Мне даже теперь самой интересно, что ты сможешь от меня потребовать, чего я откажусь сделать, — самоуверенно заключила она, хотя получилось немного не убедительно. Вика явно блефовала.

— Это еще не все. Отговорки типа, я устала, мне больно, у меня затекла спина, мне стыдно, я могу залететь, и прочие, это твои личные проблемы, которые меня не касаются.

— Я уже взрослая девочка, переживу, — сразу раздраженно оборвала она меня.

— Очень хорошо. Значит согласна и никаких возражений нет? — я даже сам не поверил, что сестра так быстро согласилась с довольно кабальными условиями её испытания, хотя я бы назвал это добровольно-принудительным изнасилованием.

Видимо кузина была готова к подобному и прекрасно понимала, что дёшево не отделается, но ее самолюбие и высокомерие не позволили показать испуг и отступить.

— Можно подумать у меня есть выбор. Проверь хоть сейчас, — сама предложила она, стараясь не выглядеть подавленной, — я согласна.

Я всё ещё удивляясь, как же мне так повезло, разглядывал Вику уже как секс-игрушку.

— И можешь не смотреть на меня как на проститутку, ты вряд ли меня этим проймешь, — как бы доказывая свою выдержку, с вызовом добавила она.

Не дожидаясь моего ответа, Вика расстегнула бюстгальтер. Я заворожено наблюдал, как она раздевается.

— Пойдем в твою комнату на кровать, — сказал я ей.

Кузина, демонстративно давая понять, что подчиняется только телом и то не по своей воле, вызывающе виляя изумительными бедрами, направилась к двери. У себя в комнате она взяла из, неубранной после вчерашнего, аптечки презервативы и быстро положила их под подушку. Я с удовольствием оглядел точеную фигуру обнаженной Вики. Встав около кровати, она ждала дальнейших указаний.

— Ложись.

Немного помедлив, она легла поверх накидки на спину. Возбужденно я начал легонькие и нежные поглаживания груди, то по отдельности, то обеих сразу а затем сосредоточился на соске теребя его сперва пальцами, затем лаская губами и языком. Мне показалось, что от этого роскошная грудь набухла и стала полнее. Помня как это происходило в порнушных фильмах, я, слегка полизывая, ласкал верхушку и ареолу своим языком, потом, не выдержав, полностью вобрал в рот тугой сосок. Вика задышала глубже. Посасывая его я восторженно ласкал расслабленное женское тело, постепенно от упругих сосочков спускаясь вниз. Достигнув манящего влажного лона, легонько коснулся головки клитора. Вика вздрогнула, задвигала бедрами и попкой, чуть приподнимая ее, дыхание начало меняться. А когда я провел ладонью по гладкой промежности Вика неожиданно, плотно прижимаясь горячей раскрытой вульвой к ладони, задергала низом живота. Ее возбуждение передалось мне. Совсем потеряв контроль над собой, я раскрыл лепестки губ, а языком проник в теплую раскрытую пещеру влагалища, производя круговые движения. Пещерка имела приятный сладковато-кислый привкус. Свободной рукой я поглаживал груди, живот, бедра, а пальцами другой руки продолжал поглаживать вокруг клитора, не прекращая вращать языком внутри наполненного влагой влагалища. Вика еще интенсивнее заерзала задом. Стало понятно, что я на верном пути и у кузины приближается оргазм. Мое возбуждение достигло апогея, член просто разрывал штаны. Не отрываясь я начал кончиком языка, очень нежно, водить вокруг клитора, чувствуя как он твердеет и растет, высовываясь все больше и больше между потемневших губ вагины, затем полным языком накрыв его стал хорошенько вылизывать, увеличивая нажим. Вика застонала. Тело ее напряглось а дыхание сделалось сбивчивым и частым. Нет, все ж не зря прочитал технику секса в интернете! Потом опять кончиком языка провел по напрягающемуся ребру клитора. Теперь я видел как полностью возбуждена и остальная вульва — набухли и напряглись большие губы, сильнее разошлись в стороны и между ними появились выросшие мокрые лепесточки малых губ. Вика еще более интенсивно задвигала попкой и бедрами, а нё лоно увлажнилось. Не останавливаясь интенсивно обрабатывая клитор кузины языком и губами я легонько всунул в вагину большой палец. Вика прогнулась, задергалась постанывая. Влагалище, ритмично сокращаясь, выдавливало тягучую смазку, которая медленно потекла к анальной дырочке и ниже. Вика всё ещё дрожа всем телом схватила мою руку. Оргазм как взрыв потряс ее тело, покрыв поясницу и шикарные бедра поблескивающей испариной. Восхитительное зрелище женского оргазма все снова и снова прокручивались в мозгу. Затихши, кузина неподвижно с приоткрытым ртом распласталась на кровати.

Через некоторое время Вика потянулась, сев, поджав колени. В отличие от меня она выглядела спокойно и расслаблено. Мой же член просто пульсировал от возбуждения. Мне захотелось, чтобы Вика проделала то же самое со мной.

— Теперь твоя очередь доставлять мне удовольствие. Приступай, — произнес я, стаскивая с себя одежду.

Зная, что возражать ей нельзя, она старалась показать, что ничуть не смущена обращением с ней как с игрушкой для секс-забав.

— Как скажешь, — с готовностью отозвалась она.

Встав рядом, кузина легко повалила меня на постель, расположившись в ногах. Мой член торчал, как ракета подготовленная к старту! Вика взяла его рукой, а у меня по телу от удовольствия поползли мурашки. Склонившись, она медленно облизала головку и прошлась языком по стволу вверх-вниз, вверх-вниз спускаясь до яиц, вылизывая и их. Я весь трепетал от наслаждения. Игриво и очень нежно Вика рукой стала ласкать яйца. Видимо щупанье их доставляло и ей удовольствие. Образовав губами крепкое гладкое кольцо, она, взяв головку в рот, медленно опустилась к основанию, затем обратно. Я уже приготовился кончить, но она неожиданно прекратила движения. Посасывая верхушку напряженно стоящего ствола, она втянула его на половину в себя и потом быстро вынула изо рта, не ослабляя сжатия губ. Проделав это несколько раз, она опять начала медленно вылизывать член от головки до яиц. Это было подобно сладкой пытке, она доводила меня до верхней точки блаженства и отпускала, не давая кончить. Пропустив мою ногу между своих, Вика при этом еще и терлась грудями по ней. Опять взяв в рот полностью весь ствол, она, то увеличивая, то уменьшая темп, стала водить губами от головки до основания члена, держа руки у меня под ягодицами. Я задыхался от наслаждения, но и на этот раз она не дала мне выстрелить переполняющей яйца спермой. Очень медленно, с причмокиванием облизывая член, кузина остановилась на нежной складочке под коронкой головки. Водя по ней вверх-вниз, она довела меня до состояния, когда мой член готов был разорваться от притока крови, но спустить при этом невозможно.

Помучив меня таким образом еще немного, она сделала перерыв, продолжая рукой ласкать меня. Затем снова плотно обхватив губами головку, Вика, увеличив глубину заглатывания и ускоряя движения, заработала ртом. Когда у меня уже начали дрожать ноги и в такт ее движениям подниматься зад, она ослабила темп и затем совсем отпустила меня. Тут я почувствовал, что член обтягивается чем-то прохладным. В полумраке было видно, как Вика умело натянула на него презерватив. Встав надо мной на четвереньки, она направила ствол себе в пещерку и медленно-медленно насадилась на него, совершая движения вверх-вниз лишь чуть-чуть, а я в такт ей поднимал зад. При этом кузина пожимала член влагалищем, усиливая трение головки о стенки. Наши движения становились резче и чаще. Я уже целиком входил в Вику. И тут у меня в мозгу словно произошла вспышка. По телу прошла судорога и рыча, не сдерживая себя, я начал кончать, заполняя презерватив спермой. Блаженство волной накрыло меня. Я лежал без сил, ничего не осознавая.

Ощущение реальности скоро вернулось, и я с наслаждением обнял лежащую рядом Вику. Предчувствие возможности воплотить с такой роскошной женщиной все свои сексуальные фантазии приятно возбуждало. Использованный презерватив Вика брезгливо, двумя пальчиками, положила на тумбочку и накрыла газетой. Как будто оправдываясь, она сказала:

— Не под подушку же я его положить должна.

Тут мне неожиданно пришла идея, как можно позлить эту брезгливую красотку.

— Оближи, — сказал я, выразительно переведя взгляд вниз.

Вика возмущенно уставилась на меня, а потом, не проронив ни слова, наклонилась и нехотя взяла в рот мой член, который от этого начал вставать. Обсосав, недовольная сестра вытерла рукой губы и села напротив меня, ожидая, чего я ещё придумаю.

Меня буквально распирало от ощущения власти над моей взрослой кузиной. А чтобы поиграть у неё на нервах и заодно посмотреть её реакцию, я объявил:

— Теперь трахаться будем без презервативов. Мне не понравилось.

Вика удивлённо вскинула брови.

— И кончать будешь в меня? — её лицо выражало растерянность.

— Буду конечно, — назло ей ответил я. — Разве ты против?

— Нет, я конечно не против если в меня, да и выбора нет, — спохватившись, вдруг нервно заговорила она, и словно оправдываясь, добавила, — ну, просто после того раза... короче я конечно согласна, только давай с противозачаточными... можно купить вагинальные...

Она опять запнулась. Воцарилась тишина.

— Значит ты отказываешься? — с издёвкой спросил я выждав время.

— Я не отказываюсь, с чего ты взял — с нотками истерики ответила Вика, — хорошо... делай, что хочешь.

Было ясно, что она сломалась и у неё просто не оставалось другого варианта, кроме как подчиниться. Я же чувствовал себя хозяином положения, хотелось ещё и ещё заставлять ее делать то, что совсем ей не нравится, поэтому тут же вытащил презервативы из под подушки и положил обратно в аптечку.

Уже сама ситуация меня заводила. Особо не церемонясь, я уложил Вику на спину и расположившись между стройных ног, уперся головкой вставшего члена во влажные полураскрытые губки вагины. Плоский животик Вики напрягся, а пальцы сжали в кулаках простынь, как будто она боялась непроизвольно отстраниться. Когда мой член не встречая сопротивления, легко вошел в нее, стало понятно, что кузина сопротивляться не будет. Продлевая удовольствие, я целовал ее чувственные губы и шею, одновременно на всю вгоняя свой ствол. Мне доставляло огромное удовольствие самому задавать темп этой скачки. Вика охала и постанывала, обхватив меня своими длинными загорелыми ногами. Она извивалась, в экстазе царапая ногтями мою спину. Наращивая скорость, я почувствовал приближение оргазма и еще несколько раз, со всего размаха воткнув кузине своим орудием, разрядился в нее. На Вику это подействовало как сигнал, она судорожно впившись в меня ногтями, прижалась всем телом и прерывисто выдыхая затихла, конвульсивно сжимая член влагалищем.

Ленивая нега разлилась по всему телу. Не хотелось даже шевелиться. Я так и продолжал лежать, обняв Вику, всё ещё оставаясь в ней. Первой очухалась она, сразу же попросившись в душ. Получив разрешение, она упорхнула, даже ничего на себя не надевая. А я, в хорошем расположении духа, пошёл в кухню набрал баранок и уселся смотреть телевизор в большой комнате, попивая остывший чай. Скоро вернулась обмотанная полотенцем, мокрая и злая Вика.

— Ты нарочно так делаешь? — обиженно начала она. — Я же залететь от тебя могу, если не предохраняться...

— Да ладно тебе, — лениво обронил я, — ты ведь можешь купить свои таблетки для экстренных случаев.

— Что в них толку, если ты продолжишь спускать в меня, — сердито ответила она.

— Сама же считала опасные дни и сказала, что до четверга можно, — находясь в прекрасном настроении, умничал я.

— Ты значит ни черта не понял, — не унималась Вика.

У меня совсем не было желания спорить.

— Можешь в любой момент выходить из игры, дело твое, — отмахнулся от неё я.

— Вот уж фигу, не дождешься, — пошла на попятную она, — и вообще я больше с тобой не разговариваю.

— Тогда завтра продолжим. Будь готова.

На этот вечер впечатлений было хоть отбавляй, и я не стал больше испытывать терпение сестры. Еще немного посмотрев кино, мы молча разошлись по своим комнатам спать.

2

Всю ночь мне снилась кузина, а проснувшись я начал сразу придумывать, как буду развлекаться с ней сегодня. За окном слышалось мерное урчание трактора, копошащегося на соседнем поле. На улице начинало припекать, так что день обещал выдаться даже жарче вчерашнего. Это радовало. Позавтракали мы молча, Вика, после вчерашнего, демонстративно не разговаривала со мной. Несколько раз, попытавшись завести с ней разговор, я понял, что она выбрала такой стиль поведения не случайно. Своим молчанием она пыталась выразить протест, как бы демонстрируя, что игнорирует меня, хотя и подчиняется, но лишь телом.

Меня только заводило такое поведение сестры. Строить из себя обиженную, в её положении было, на мой взгляд, смешно. Так и распирало поставить кузину на место. Только сделать это хотелось, как ни будь поизощрённей.

— Раздевайся, — произнёс я, когда позавтракав, она уже собиралась уйти к себе в комнату.

Вика бросила на меня недовольный взгляд, для вида потянула время, но подчинилась, молча скинув халатик и небрежно освобождаясь от нижнего белья.

— Вот так и стой тут, — наслаждаясь властью над этой гордячкой, сказал я, а потом подумав добавил. — Ноги расставь.

Стройные ноги разошлись, образовав соблазнительную арку, и я не удержавшись запустил руку ей между ног. Когда мои пальцы вторглись во влагалище, Вика напряженно замерла. В какой-то момент, мне показалось, что ей больно, но она терпела и молчала. Я обтёр мокрые пальцы об её живот, обнял кузину за талию и легонько стиснул зубами крепкий сосок левой груди. Потискав ещё минут пять красивое тело сестрицы и так и не добившись от неё ни слова, я понял, что должен придумать что-то поинтересней простого облапывания. В голову кроме секса ничего не шло, но это можно сделать в любой момент. И тут мне припомнились слова Вики, про грузики на половые губы и про введение спермы. Она сама, тогда не понимая, подсказала, чем её можно пронять. Ну допустим сперма в матку, это совсем уж жестокое развлечение, а вот помучить гениталии сестры оттягиванием изящных малых половых губок вполне даже приемлемо. Оставалось только разыскать необходимые причиндалы.

Всё нашлось в чуланчике, там же оказалась тонкая верёвка, куском которой я связал между собой две самые упругие, похожие на крокодильчики, бельевые прищепки, прихватив горсть таких с собой и ещё большую тяжелую связку старых ключей от замков. Вика так и стояла голой посреди комнаты, расставив длинные ноги, когда я принёс эти предметы. Понадобилось ещё сделать крючок из проволоки и нацепить его на связку ключей. Кузина следила за моими приготовлениями с каменным лицом, наблюдая краем взгляда, а когда всё поняла, презрительно хмыкнула и отвернулась. Я присел, не спеша поиграл мягкими бугорками больших половых губ, а потом зажал на каждой по две прищепки, тем самым, раздвинув их, обнажая тёмно-розовые лепесточки малых губ. Затем аккуратно оттянул эти лепестки, и нацепил на них зажимки с верёвкой, после чего дёрнул вниз связывающую их верёвку, проверяя Викино терпение. Кузина вскрикнула, когда одна из пластиковых зажимок соскочила. Пришлось опять закрепить зажимку на покрасневшей губе. Делал я это специально медленно, наслаждаясь красивым телом моей сестры, а когда всё было готово, подвесил на верёвку связку ключей, отчего лепестки губок заметно вытянулись. Поджарый животик сестры втянулся от напряжения, но она продолжала изображать полное безразличие, даже когда я стал мять её сочные груди, предварительно нацепив на соски прищепки.

Наконец, напоследок громко шлёпнув её по соблазнительной попке, я сел в кресло. Викиного терпения хватило не надолго. Сначала она покусывала губы и морщилась от боли, а потом, сдалась.

— Чего ты добиваешься? — начала она.

— Твоих извинений за молчание.

— Хорошо. Извини меня, — выдавила она. — Всё?

— Не так, — продолжил издеваться я, — на коленях.

Сестрица метнула в меня уничтожающий взгляд. Была видна её внутренняя борьба. Она медлила, не зная как поступить. Наконец приняв решение она встала на колени, и натянуто улыбаясь, стараясь выглядеть непринуждённо произнесла, растягивая слова:

— Прости, я больше так не буду.

Получилось нарочито неестественно, как будто она специально хотела показать свою иронию. Я к тому времени уже порядком возбудившись от такого зрелища, быстро стянул с себя шорты и трусы. Вика поняла без слов, недовольно поморщилась, но взяла мой член в рот. Умело работая губами и языком, она буквально через минуту довела меня до семяизвержения. Сперма вперемешку со слюнями стекала с краев её губ на шею и грудь.

— Это всё? — спросила Вика, опустив глаза.

— Пока да, — ответил я, жестом показывая, что отпускаю её.

Кузина вскочила с колен, быстро снимая впившиеся прищепки с грудей и половых губ. Интересное наказание получилось, подумал я, решив потом ещё разок использовать его, если Вика опять будет задирать нос. А она полуодетая уже умывалась на кухне, приводя себя в порядок и полоская рот водой. Покончив с этим Вика, довольно дружелюбно, но не весело, пошутила:

— Наглоталась спермы, теперь самое время трахаться не предохраняясь.

— Это почему? — удивился я.

— Концентрация сперматозоидов снижается при каждом следующем семяизвержении, — застёгивая бюстгальтер, ответила она, — да и количество спермы уменьшается...

Теперь сестра разговаривала со мной подчёркнуто вежливо и даже улыбалась, как будто ничего не произошло, хотя и она и я знали, что это не так. Фактически она не оспаривала моё право пользоваться ею как проституткой и даже наказывать её. Но преподнести Вика хотела это совсем по-другому. Видимо длинноногой взрослой красотке, привыкшей осознавать своё превосходство, признать, что её наказывали, а она униженно просила прощение у семнадцатилетнего подростка, это не только удар по самолюбию, но и боязнь сознаться в своём полном бесправии. Поэтому сестрице хотелось всячески демонстрировать, что это всего лишь такая эротическая игра в которой двадцатишестилетняя женщина доказывает младшему брату свою выдержку и умение заниматься сексом. Причём она старательно делала вид, что секс и принуждение к нему воспринимает, как обязательную часть игры, а значит ничего предосудительного, а тем более стыдного в этом не видит.

3

В обед, под доносящийся из комнаты звук телека, Вика кокетливо заигрывая со мной, попросила сгонять на велике в магазин за рекой, купить что-нибудь сладкого. Ехать на машине в объезд, было далеко, да и дорога плохая, а вот на велосипеде за полтора часа можно обернуться.

— Там ведь и аптека вроде должна быть? — невзначай спросила она. — Мне в магазине вчера сказали, просто я не знала, как ехать.

— Может и должна, а что? — сразу поняв, куда она клонит, ответил я.

— Купи патентекс или фарматекс пожалуйста. Ладно? — попросила Вика. — На всякий случай.

— Опять ты за старое, — начал было я, но она перебила.

— Мне так спокойней, ну пожалуйста!

— Хорошо, — сдался я, — если не забуду, то куплю. А если не будет?

— Ноноксинолон можно...

— Да я это не запомню, — попытался отвертеться я.

— Я тебе запишу, не переживай. Купишь, что будет. В крайнем случае, позвонишь, — подмигнула она, — для тебя же стараюсь.

Кузина на радостях, что уговорила, написала на листочке названия и чмокнула меня в щёку.

Оставалось только доделать велосипед. Упрямый механизм был опять разобран. Вика сидевшая на крыльце, с улыбкой наблюдала за моими мытарствами, откинувшись назад подставляя гладкий живот и бедра солнышку. Наконец велосипед проявил признаки жизни и немного похрустывая задней втулкой, был успешно испытан. Радостная Вика принесла сумку и пожелав удачи, помогла открыть калитку.

Ехать было одно удовольствие. Оставляя после себя встревоженную дорожную пыль, велосипед, издавая одни понятные только ему звуки, не спеша, катился с горки на горку. Иногда по шлейфу пыли вдалеке я определял встречный автомобиль, который через некоторое время, обдавая жаром и вонью, проезжал мимо.

Хитрая механика сломалась на обратном пути. Сначала стали проскакивать педали, а потом в довершение, проехав по мусорной куче, спустило колесо. Оптимизма это не прибавляло, но кое-как я дотащился до дома. Вики нигде не было. Поэтому, всё, что привёз, я оставил в кухне, а пачку фарматекса положил ей в комнату. Пусть порадуется.

Было уже около пяти часов, я возился перед сараем с велосипедом, когда услышал скрип нашей калитки и затем знакомые голоса. Передо мной стояли Дима и Вован, нагрянувшие среди недели, как и обещали. Мои друзья с гиканьем приветствовали меня. Притащенные ими сумки мы оставили на крыльце и сразу понеслись к реке спасаться от жары. За недолгую дорогу меня полностью ввели в курс новостей, за время пока я был здесь. Друзья, перебивая друг друга, рассказывали свои похождения. На подходе к воде мы заметили Вику, тоже сбежавшую от зноя к реке. От неожиданности Димон, запнувшись на полуслове, глупо уставившись на ее ноги. Сидя на переносном стуле, не видя нас, она что-то читала в тени двух деревьев. Уже описанный купальник бикини откровенно выставлял на показ великолепную стройную Викину фигуру. Толкнув меня в бок, Вовик восторженно причмокнул. Наконец заметив нас, она с явным интересом наблюдала как мы резко кинулись в воду.

— Это и есть твоя сестра? — первым делом спросил Димка когда вынырнул, — крутая деваха.

— Точно! Не отказался бы побыть с ней в одной постели, — обрызгав меня водой, высказался Вован.

Плавая, они, с мужским азартом, словесно раздевали мою кузину. А она тем временем тоже направилась купаться. Тут же были обсуждены длинные сексуальные ноги, спелая попка и высокая грудь с явно выделяющимися на треугольниках купальника сосками.

Мы долго еще плавали и бесились, после чего я представил своих друзей сестре. Солнце уже не жгло, но духота от отсутствия ветра изнуряла. Очень хотелось пить, поэтому, оставив Вику, мы пошли домой. Ребята рассказывали какие-то пошлые анекдоты, а в итоге опять все разговоры свелись к кузине. Они замучили меня вопросами. Наконец не выдержав, пообещав, что расскажу им что-то интересное, я принёс комп и показал фотографии с обнаженной Викой. Это произвело эффект разорвавшейся клизмы. Они молча сидели на кухне, уставившись в фотки, забыв, что собирались пить чай.

— Ничего себе! — выразил общий настрой Вова.

— Давай рассказывай, как к тебе такая порнуха попала, — добавил он.

Потомив их еще, я объяснил, каким образом сделал эти снимки. Не стал только пока говорить про то, как Вика выкупает фотографии.

Мы даже не услышали, как она вернулась. Снимки все еще были на экране, когда Вика в купальнике вошла на кухню и заметила их.

— Так и знала, что ты все расскажешь, — на удивление беззлобно сказала она, — везет мне на групповуху.

Чтобы окончательно удивить своих друзей, я подошел к кузине и бесцеремонно расстегнул верх бикини. Купальник сполз, обнажив ее красивые груди. Вика даже не пыталась прикрыться, стоя, опустив руки. Поиграв ее сосочками, я опять сел, оставив ее на всеобщем обозрении. Димон и Вовик, ничего не понимая, глазели на устроенное для них шоу.

— Ты готова нас обслужить? — спросил я.

Вика молча кивнула, прекрасно зная, что имеется в виду.

— Тогда почему ты ещё здесь? Иди раздевайся, — сказал я приказным тоном, а потом тихо, только для Вики добавил, — я купил, что ты просила. Посмотри у себя на тумбочке.

— Вот уж спасибо за заботу, ты настоящий джентльмен, — с обречённым сарказмом прошипела она, когда проходила мимо.

— Рассаживайтесь быстрей в комнате, — обращаясь уже к дружбанам, добавил я, наблюдая как кузина шмыгнула к себе и быстро вернулась, обтирая пальцы правой руки, значит противозачаточная таблетка была уже в ней. Молодец, быстро сориентировалась.

Вовку и Димку не пришлось просить дважды. Они, запрыгнув на диван, ждали продолжения. Вика, встав напротив, явно пересиливая себя, нерешительно стянула оставшиеся на ней трусики купальника, представ перед нами обнаженной. Мои друзья похотливыми взглядами шарили по ее безупречному телу. Стыдливо опустив глаза, она грациозно прошлась по комнате, эффектно демонстрируя себя словно фотомодель на подиуме, а затем расставив ноги села верхом на оставленном посреди комнаты стуле, выставив на показ раскрытое влажное лоно с чисто выбритым лобком. Вовка, а после Димон придвинулись на самый край дивана.

Чтобы наконец прояснить ситуацию, я рассказал им про условия испытания, по которым Вика обязана делать все, что ей скажут, причем пользуясь предоставленным случаем развлекаться с ней можно совершенно как угодно, стараясь чтобы она не выдержала и сдалась. Разрешены любые забавы с нашей секс игрушкой. Она не имеет права отказываться, иначе проиграет.

— Кстати наша куколка возражать не будет, если кто-то пожелает кончить прямо в нее, она это в последнее время очень любит — ехидно добавил я.

В доказательство, что она не будет сопротивляться, я, подойдя к покрасневшей после моих заключительных слов кузине, положил руку между ее ног, а другой погладил упругий живот и бедра. Вика вздрогнула, еще больше покраснела, но продолжала сидеть в той же позе. Друзья возбужденно наблюдали за моими действиями. Тогда я, подвел нашу роскошную живую секс-игрушку к дивану. По тому, как кузина позволяла распоряжаться собой, чувствовалось, что она не настроена сдаваться. Вика подчеркнуто равнодушно давала понять, что ее, не пронять позированием раздетой. Но за напускной раскованностью взрослой женщины явно проглядывались переживания, что она оказалась в роли бесправной шлюхи. Я посадил Вику между Вовой и Димой, предложив им не стесняться в действиях и пользоваться моментом. Сначала осторожно притрагиваясь к ее интимным местам, они, не встретив никакого сопротивления, заметно осмелели. влагалище, пывание, дернувшись пару раз когда Димка слишком глубоко проник пальцами в нежное влагалище. Вика терпеливо сносила похотливое облапывание, робко сомкнув пару раз ноги, когда Димка слишком глубоко проник пальцами в нежное влагалище.

— Вика принеси простынь, чтобы ничего не испачкать, а вы, — я посмотрел на притихших друзей, — раскладывайте диван.

Когда всё было сделано, а Вика в нерешительности стояла возле дивана, зазвонил мой телефон. Это была мама. Я вышел во двор поговорить. Собственно разговор сводился к расспросам, какая у нас погода, был ли дождь и есть ли еда. Передав всем приветы, я отключил телефон и вернулся в дом.

Друзья без меня явно не теряли время зря, пользуясь Викиным положением. На разложенном диване ее, стоящую на карачках, энергично трахал, шлепая яйцами, Вовка. Кузина уткнувшись лицом в подушку иногда вскрикивая, усердно в такт его резким движениям подмахивала. Своей очереди ждал раскрасневшийся от желания Димка. Я тоже сразу завелся, стянул плавки и залез на диван. Вовик сразу понял мой план. Отодвинув назад Вику, он дал мне возможность расположиться перед кузиной. Вставшим членом я провел по ее лицу. Зная, что от нее требуется, она нехотя принялась отсасывать. Сергей, придерживая ее за волосы опять начал набирать темп. Причмокивая и прерывисто мыча, Вика, доставляя мне огромное удовольствие, заглатывала ртом пульсирующий ствол. Первым временно сошел с дистанции Вова, разрядившись, успевшей соскочить с него кузине на раскрытую промежность. Его место тут же занял, заранее снявший плавки, Дима, легко введя в хорошо смазанное выделениями лоно, стоящей на четвереньках Вики, свою толстую палку. На смену состава она отреагировала как на нечто само собой разумеющееся, видимо окончательно смирившись со своей ролью в этой порноигре. А мы с новыми силами принялись с двух сторон трахать порядком разошедшуюся кузину. Судя по всему она приближалась к оргазму, выпустив мой член изо рта и закусив подушку, при этом протяжно охая, когда Дима засаживал ей на полную. Наконец Вика завыла, резко подалась вперед и вся обмякла. Тут же прямо ей на бёдра кончил Димон, довольный и вспотевший. Вика недвижимо лежала на животе, а на её коже выступили меленькие бисеринки пота.

Все получили удовольствие кроме меня. А пока сестрица отдыхала, заставлять её доделывать минет, я не стал. Глядя на её аппетитную попку, мне вдруг вспомнились порнушные фильмы, в которых почти всегда всё начиналось с отсосов а заканчивалось аналом. Тогда мне пришла интересная идея опробовать на кузине, пользуясь случаем, анальный секс, тем более для ее гордости это будет хорошей пощечиной. Я почему-то был уверен, что эта затея ей не придётся по душе.

Когда Вика пришла в себя, я опять поставил ее на четвереньки задом к себе и придерживая за талию, попытался проникать, все еще мокрым после незавершенного минета орудием, в ее податливую попку. Это оказалось не так просто как показывали в фильмах. Головка члена не желала проскакивать через узкое колечко сжатого сфинктера. Сестра испуганно обернулась и дернулась вперед, пытаясь освободиться.

— Что случилось? — с притворной заботой спросил я.

— Не надо... прошу... я не могу, — начала уговаривать она, но я её перебил.

— Что значит не можешь?

Она даже покраснела, но потом еле слышно пролепетала:

— Я это даже мужу не разрешала...

— Тогда будем считать, что ты сдаешься. Да? — победно заключил я.

— Нет, — почти крикнула она и отвернулась.

Конечно я не особо ей поверил, но всё равно было очень приятно, что возможно хоть в чём то буду у неё первым. Я словно бы лишал её невинности, ну только конечно в другом месте. Для укрощения ее строптивости, пришлось объявить, что каждый попробует ее таким способом, а если она будет сопротивляться, то по условиям испытания ее фотки остаются у нас.

Вика чуть не расплакалась, когда это услышала. Для полного унижения, я придумал, чтобы Вика сама широко раздвигала ягодицы, раскрывая дырочку для проникновения. Опираясь лицом на подушку, стоя на коленках и раздвигая руками половинки аппетитной попки, кузина смотрелась супер эротично. Я же продолжил прерванную процедуру, плавно увеличивая нажим, и не обращая внимание на приглушенные вскрики старшей сестры, пока мои яйца не коснулись ее раскрытой мокрой щели. Все с удовольствием следили за моими действиями.

— Что смотрите? Она классно сосет, — напомнил я.

Вика убрала руки и опять измученно встала на четвереньки, давая возможность Вовке воспользоваться ее ртом, в то же время я, неторопливо трахая тугую попку, крепко удерживал сестру за талию. Теперь еще и Дима расположился рядом с Вовой, наблюдая, как кузина смачно причмокивая, делает тому минет. Через некоторое время, Вова сам начал двигать членом, притягивая ее за волосы. Мы почти синхронно сопя, натягивали извивающуюся Вику в рот и зад. Ощущение власти над красивой женщиной, возможность беспрепятственно заниматься с ней сексом, нас порядком раззадорило. Чувствовалось, что и Вика испытывает возбуждение, когда ее насильно заставляют трахаться со всеми. Увеличивая частоту, я со шмяканьем, буравил зад кузины, когда и меня стал накрывать приступ оргазма. Еще несколько раз насадив ее, я кончил и в блаженстве буквально сполз с дивана. Вика в той же позе продолжала сосать член Вовы, предоставив не успевший сжаться хорошо растраханный анус, теперь Димону. Наконец на диван повалился вспотевший Вовик, оставив свою порцию спермы во рту и на лице кузины.

Такую карусель мы бы повторили ещё, но больше не смогли. По Викиному спокойствию, было ясно, что просто так она сдаваться не собирается. Её упорство разжигало азарт. Нужно было менять тактику, ведь моя сестрица, после такого сексуального испытания, не выглядела подавлено и если так пойдёт дальше, то она действительно могла выиграть, ну а стирать шикарные фотографии не хотелось, наоборот у меня появилась идея поснимать ещё, сделав потом слайд шоу с самыми отборными порносценами развлечений с ней.

— Мне надо в душ, ну пожалуйста, очень прошу, — тихо произнесла Вика, облизывая влажные губы, на которых помада осталась только в уголках рта.

— Кто ни будь еще хочет нашу куклу? — спросил я, чтоб сестра понервничала.

Ответа не последовало. Друзья довольно ухмылялись, но никому уже ничего не хотелось, поэтому было решено сделать тайм аут, а потом, ближе к ночи, повторить, придумав за это время как еще поразвлечься с Викой. Вовка, давая понять, что самое интересное впереди, многообещающе похлопал Вику по заднице, а я предложил пойти в душ с Викой вместе.

4

Мы сидели во дворе и играли в карты, когда Вика тоже вышла во двор. Как ни странно в её руках была сигарета. Никогда до этого я не видел её курящей. На ней были джинсы и чёрный облегающий топ. Она курила стоя на крыльце, глядя на нас сверху вниз. Сестрица, словно провоцировала нас, заставляя чувствовать ее моральное превосходство. Черный топик плотно облегал ее плоский живот, выделяя грудь и контуры стройной фигуры. Сейчас Вика выглядела строгой неприступной красоткой, из американских фильмов, а холодный надменный взгляд еще более подчеркивал ее недосягаемость, так что даже не верилось, что буквально двадцать минут назад ее пускали по кругу, как обычную шлюху.

Когда она ушла, то в карты уже играть не хотелось, из головы не выходил её надменный взгляд. Всё же умела она преподнести себя. Мы сидели и обсуждали, как вынудить её признать своё поражение, но при этом и вдоволь попользоваться услужливым телом. Надо было менять тактику, ведь просто сексом мы ничего не добьёмся.

План был придуман неожиданно простой. А заключался он в том, чтобы превратить все дальнейшие испытания в сплошное обидное изнасилование. Иными словами воздействовать на Вику психологически, для начала лишив её возможности предохраняться от нежелательной беременности. Уж вряд ли из-за порнушных фоток она будет терпеть подобное издевательство, рискуя еще при этом, по глупому, от кого-нибудь залететь. Как нам казалось, это был самый простой и в то же время надежный способ, чтобы довести даже гордую женщину до черты, которую она не решиться перейти.

Как всегда, первыми вестниками приближающейся ночи стали комары. Они атаковали со всех сторон, с противным писком кружа возле ушей. Посидев еще часок, мы переместились домой, и ещё долго дулись в карты на кухне. Все это время Вика находилась в своей комнате. Представляю, как она бесилась от мысли, что сейчас ее вызовут и все начнется опять. Наверняка она слышала часть наших разговоров и злилась от бессилия, что либо изменить.

Наконец, около двенадцати, мы ее позвали. Задержавшись на пару минут, сестрица вышла с недовольным брезгливым лицом, и не говоря ни слова, сразу стала снимать бюстгальтер и трусики, делая это грациозно и очень уверенно. А когда на ней ничего не осталось, с сознанием собственного достоинства, встала напротив дивана, на котором мы и сидели. Вика словно демонстрировала пренебрежение к тому, чем ей придётся сейчас заниматься, лишний раз давая нам понять, что для неё это только игра, и она, как взрослая женщина без комплексов и предрассудков, не считает секс за наказание. Даже то, что она сама разделась, не дожидаясь когда ей скажут это сделать, как бы подразумевало, что не мы заставляем её трахаться, а она сама приглашает заняться с ней сексом. Нагая Вика выглядела очень эффектно и непринуждённо. Её загорелая бархатная кожа дышала нетронутой свежестью, словно и покрывал её никогда липкий пот жарких экстазов. Загорелые гладкие бёдра, по которым недавно струилась жижа из вагины, теперь благоухали чистотой. А притягивающую взгляд попку, хотелось гладить и целовать, настолько невинно она смотрелась, хотя ещё не успело забыться, как между раздвинутых половинок ягодиц зияла дыра растраханного ануса. Холмы спелых грудей и подтянутый живот, ни чем не выдавали, как мяли и тискали их во время принудительных сношений. Даже малые половые губы аккуратными бутонами прятались в пухлых бугорках больших губ, совершенно девственно и целомудренно, будто несколько часов назад мы не видели их вывернутыми и густо вымазанными слизью выделений вперемешку со вспененной спермой, уныло свисавшими обтрёпанными листочками вокруг натёртого до красноты, раскрытого зева натруженного влагалища.

Сейчас Вика скорее больше была похожа на дорогую, ухоженную фотомодель, чем на порочную женщину. В общем, ничто не выдавало истинного положения моей сестры, глядя на которую можно было бы подумать, что молодая красивая телка просто так экстравагантно развлекается, приглашая в романтическом порыве, попользоваться своим шикарным телом.

Такая трактовка событий мне совсем не нравилась, надо было срочно показать, кто она есть на самом деле. Для начала я приказал кузине принести те противозачаточные таблетки, которые купил утром в аптеке. Голая Вика, недоуменно посмотрев на нас, принесла небольшую розовую коробочку и положила на журнальный столик.

— Фарматекс, — прочитал вслух Дима, взяв коробочку, потом достал начатый блистер, в котором отсутствовало две таблетки, и инструкцию, развернув которую он продолжил, — противозачаточное средство для местного применения. Является одновременно спермицидом и антисептиком. Показания к применению. Местная контрацепция для любой женщины репродуктивного возраста при необходимости эпизодического предохранения от беременности... Таблетки вагинальные. Лежа на спине таблетку вводят глубоко во влагалище за 10 минут до полового акта. Длительность действия препарата 3 часа.

— Ты уже ввела? — спросил я.

— Да, — подтвердила она, почему-то смущаясь. — Что не так?

— Перед каждым повторным половым актом обязательно следует вводить новую таблетку или капсулуость использования препарата ограничена индивидуальной переносимостью и частотой половых актов, — монотонно дочитал описание Дима и убрал коробку с таблетками.

Обреченно проводив взглядом отобранные таблетки, Вика конечно догадалась, что не сможет воспользоваться ими во время наших с ней сексуальных забав.

— Кстати, таблеточки эти тебе сегодня больше не понадобятся, — подтвердил её опасения Димон.

— Отдайте, это ничего не меняет, — подавлено выдохнула она.

Она была заметно раздражена, и это надо было использовать, чтобы сбить ее строптивость.

— Отдадим, только зачем они тебе будут нужны после. А за пререкания придется дополнительно заняться тобой, — непробиваемым голосом сказал я. — Неси вагинальное зеркало.

Понимая, что сама прокололась, показав свой страх залететь, кузина, заметно волнуясь, принесла прозрачную упаковку, надорвала её, и выложила гинекологическое приспособление на салфетку.

— Ложись, — приказал я, указывая на обеденный стол.

Вика помедлив, гордо легла на стоящий посредине комнаты стол, подняв и демонстративно разведя стройные загорелые ноги. Весь ее вид подчеркивал безразличие ко всему, что мы хотим с ней делать. С вызовом, смотря на нас, она давала понять, что способна удовлетворить любую самую пошлую сексуальную прихоть своих мучителей, хотя плотно сжатые губы выдавали, как тяжело ей удается сохранять спокойствие, и какой моральной пыткой это было.

Изображая заправского гинеколога, я помыл руки и пооткрывав несколько раз вагинальное зеркало, не очень-то понимая как правильно его ввести, попытался протиснуть прозрачный клюв между половых губ лежащей сестры. Вика вскрикнула.

— Не так, — произнесла она раздраженно. — Дай я сама.

И забрав у меня этот инструмент, одной рукой раздвинула половые губы, а другой, быстро и легко ввела под углом створки зеркала себе во влагалище. Потом развернула, сдвинула ручки относительно друг друга, широко раскрыла и зафиксировала в раскрытом положении. Несколько раз, как будто нащупывая что-то, она покачала внутри себя раскрытыми створками, ещё более углубив их внутрь влагалища, и опять откинулась на спину. Получилось у неё всё умело, словно бы она не раз тренировалась, а может так и было на самом деле.

Теперь она лежала, красиво разведя согнутые в коленях ноги, руками обхватив края стола, с торчащим из промежности ручками вверх, довольно широко раздвинутым вагинальным зеркалом. В месте его входа в открытое влагалище, большой буквой «О», зияла скважина, уходящая внутрь Викиного раскрытого лона. Света не хватало, пришлось поставить прямо между ног сестры настольную лампу, чтобы хорошо видеть выпуклое дно раскрытой вагины. Между створками зеркала, словно округлый хоботок, стала хорошо видно полусфера шейки матки с маленьким круглым отверстием, уходящим внутрь. В прозрачной жидкости вокруг шейки лежала маленькая, чуть растворённая белая баранка противозачаточной таблетки.

— Ага, вон и фарматексина, — сказал я, показывая её Вовке и Димону.

Нам было очень интересно рассматривать Вику в этом ракурсе. А она, явно чувствуя себя не в своей тарелке, закрыла лицо руками.

Пальцами у меня не получилось дотянуться до белеющей пилюли, и поискав что-нибудь подходящее я попросил принести из кухни ложку, которой и попытался зачерпнуть эту таблетку из тягучей водянистой жижецы, на дне Викиной пещерки. Но таблетка разломилась и выскользнула, оставив прозрачную слизь на ложке. Всякий раз, когда я дотрагивался ложечкой до шейки матки, кузина вздрагивала и напрягала мышцы влагалища, словно хотела вытолкнуть из себя непрошенную гостью. Наконец я подцепил и вытянул сначала одну половинку, а затем другую.

Во время этой процедуры, сестра лежала, не проронив ни слова, всё также закрыв лицо ладонями. Загорелые бёдра покрылись испариной, а напрягшийся живот вздрагивал, как будто она плакала.

— Ложись на диван, — сказал я ей, когда мы достаточно насмотрелись.

— Прямо так? — С плохо скрываемым стыдом, Вика показала на вагинальное зеркало.

— Можешь вынуть, только далеко не убирай, — ответил я.

Вика с облегчением избавилась от гинекологического зеркала и оставив его на столе, подошла к дивану. Понимая, что над ней специально издеваются, кузина демонстративно безразлично спросила:

— Как ложится? На живот или на спину?

— А ты как сама хочешь? — развязно бухнул Димон.

— Как скажите, так и лягу, мне всё равно, — отрешённо ответила она, словно всё происходящее её не касалось.

Безукоризненная фигура обнаженной кузины так и манила. Вика не собиралась отступать, и это только затягивало её всё дальше и дальше в омут секса по принуждению. Во всём, что сейчас происходило, присутствовал некий привкус пагубы, одурманивающий красивую длинноногую женщину и толкающий её на безрассудные поступки. Ночь обещала выдаться интересной.

Zalon 2012

была похожа на дорогую, ухоженную фотомодель, чем на порочную женщину. В общем, ничто не выдавало истинного положения моей сестры, глядя на которую можно было бы подумать, что молодая красивая телка просто так экстравагантно развлекается, приглашая в романтическом порыве, попользоваться своим шикарным телом.

Такая трактовка событий мне совсем не нравилась, надо было срочно показать, кто она есть на самом деле. Для начала я приказал кузине принести те противозачаточные таблетки, которые купил утром в аптеке. Голая Вика, недоуменно посмотрев на нас, принесла небольшую розовую коробочку и положила на журнальный столик.

— Фарматекс, — прочитал вслух Дима, взяв коробочку, потом достал начатый блистер, в котором отсутствовало две таблетки, и инструкцию, развернув которую он продолжил, — противозачаточное средство для местного применения. Является одновременно спермицидом и антисептиком. Показания к применению. Местная контрацепция для любой женщины репродуктивного возраста при необходимости эпизодического предохранения от беременности... Таблетки вагинальные. Лежа на спине таблетку вводят глубоко во влагалище за 10 минут до полового акта. Длительность действия препарата 3 часа.

— Ты уже ввела? — спросил я.

— Да, — подтвердила она, почему-то смущаясь. — Что не так?

— Перед каждым повторным половым актом обязательно следует вводить новую таблетку или капсулу... Кратность использования препарата ограничена индивидуальной переносимостью и частотой половых актов, — монотонно дочитал описание Дима и убрал коробку с таблетками.

Обреченно проводив взглядом отобранные таблетки, Вика конечно догадалась, что не сможет воспользоваться ими во время наших с ней сексуальных забав.

— Кстати, таблеточки эти тебе сегодня больше не понадобятся, — подтвердил её опасения Димон.

— Отдайте, это ничего не меняет, — подавлено выдохнула она.

Она была заметно раздражена, и это надо было использовать, чтобы сбить ее строптивость.

— Отдадим, только зачем они тебе будут нужны после. А за пререкания придется дополнительно заняться тобой, — непробиваемым голосом сказал я. — Неси вагинальное зеркало.

Понимая, что сама прокололась, показав свой страх залететь, кузина, заметно волнуясь, принесла прозрачную упаковку, надорвала её, и выложила гинекологическое приспособление на салфетку.

— Ложись, — приказал я, указывая на обеденный стол.

Вика помедлив, гордо легла на стоящий посредине комнаты стол, подняв и демонстративно разведя стройные загорелые ноги. Весь ее вид подчеркивал безразличие ко всему, что мы хотим с ней делать. С вызовом, смотря на нас, она давала понять, что способна удовлетворить любую самую пошлую сексуальную прихоть своих мучителей, хотя плотно сжатые губы выдавали, как тяжело ей удается сохранять спокойствие, и какой моральной пыткой это было.

Изображая заправского гинеколога, я помыл руки и пооткрывав несколько раз вагинальное зеркало, не очень-то понимая как правильно его ввести, попытался протиснуть прозрачный клюв между половых губ лежащей сестры. Вика вскрикнула.

— Не так, — произнесла она раздраженно. — Дай я сама.

И забрав у меня этот инструмент, одной рукой раздвинула половые губы, а другой, быстро и легко ввела под углом створки зеркала себе во влагалище. Потом развернула, сдвинула ручки относительно друг друга, широко раскрыла и зафиксировала в раскрытом положении. Несколько раз, как будто нащупывая что-то, она покачала внутри себя раскрытыми створками, ещё более углубив их внутрь влагалища, и опять откинулась на спину. Получилось у неё всё умело, словно бы она не раз тренировалась, а может так и было на самом деле.

Теперь она лежала, красиво разведя согнутые в коленях ноги, руками обхватив края стола, с торчащим из промежности ручками вверх, довольно широко раздвинутым вагинальным зеркалом. В месте его входа в открытое влагалище, большой буквой «О», зияла скважина, уходящая внутрь Викиного раскрытого лона. Света не хватало, пришлось поставить прямо между ног сестры настольную лампу, чтобы хорошо видеть выпуклое дно раскрытой вагины. Между створками зеркала, словно округлый хоботок, стала хорошо видно полусфера шейки матки с маленьким круглым отверстием, уходящим внутрь. В прозрачной жидкости вокруг шейки лежала маленькая, чуть растворённая белая баранка противозачаточной таблетки.

— Ага, вон и фарматексина, — сказал я, показывая её Вовке и Димону.

Нам было очень интересно рассматривать Вику в этом ракурсе. А она, явно чувствуя себя не в своей тарелке, закрыла лицо руками.

Пальцами у меня не получилось дотянуться до белеющей пилюли, и поискав что-нибудь подходящее я попросил принести из кухни ложку, которой и попытался зачерпнуть эту таблетку из тягучей водянистой жижецы, на дне Викиной пещерки. Но таблетка разломилась и выскользнула, оставив прозрачную слизь на ложке. Всякий раз, когда я дотрагивался ложечкой до шейки матки, кузина вздрагивала и напрягала мышцы влагалища, словно хотела вытолкнуть из себя непрошенную гостью. Наконец я подцепил и вытянул сначала одну половинку, а затем другую.

Во время этой процедуры, сестра лежала, не проронив ни слова, всё также закрыв лицо ладонями. Загорелые бёдра покрылись испариной, а напрягшийся живот вздрагивал, как будто она плакала.

— Ложись на диван, — сказал я ей, когда мы достаточно насмотрелись.

— Прямо так? — С плохо скрываемым стыдом, Вика показала на вагинальное зеркало.

— Можешь вынуть, только далеко не убирай, — ответил я.

Вика с облегчением избавилась от гинекологического зеркала и оставив его на столе, подошла к дивану. Понимая, что над ней специально издеваются, кузина демонстративно безразлично спросила:

— Как ложится? На живот или на спину?

— А ты как сама хочешь? — развязно бухнул Димон.

— Как скажите, так и лягу, мне всё равно, — отрешённо ответила она, словно всё происходящее её не касалось.

Безукоризненная фигура обнаженной кузины так и манила. Вика не собиралась отступать, и это только затягивало её всё дальше и дальше в омут секса по принуждению. Во всём, что сейчас происходило, присутствовал некий привкус пагубы, одурманивающий красивую длинноногую женщину и толкающий её на безрассудные поступки. Ночь обещала выдаться интересной.

Zalon 2012