Марина должна была уехать... И она уехала. Сидя на верхней полке плацкартного вагона, я рассматривала пробегающий однообразный пейзаж: деревья, станицы, умирающие города, похожие на брошенных стариков-пенсионеров. Зацикленный кадр из чудовищно неправильного кинофильма. Подхватив сумку-почтальон, мой единственный багаж, я направилась к тамбуру. Там, нашарив среди значков-родинок замок сумки, достала тонкие дамские сигареты с ароматом розы — единственная моя манерная привычка. Что ждет меня в столице? Москва, как говорят, не только слезам не верит, но и даже будто их требует. Сколько я уже слышала историй о беглецах в ее каннибальское чрево? Мало кто находил по-настоящему хорошую жизнь. Несмотря на грустные мысли, навеянные дорогой, я радовалась. Это было отчаянное и злое торжество.

— Привет, девочки! Как давно я Вас не видела! — Лена сгребла двух подружек в охапку и прижала их к себе.«Фуух... « — пронеслось в голове у Маши. «Еще немного и случился бы водопад», — в момент объятия Машины груди вжались в груди Лены, от чего соски предательски набухли, а трусики промокли бы насквозь, если бы не предусмотрительно вложенная новая прокладка.«Что-то я совсем голову терять начала», — продолжала укорять себя Маша, пока Лена, без умолку что-то рассказывая, проводила их в комнату. «Я ж специально на работе перед этой встречей оторвалась по полной, а все равно возбуждаюсь от одного вида или объятия подруг».В основном Маша придерживалась гетеросексуальных связей, но в последние полгода все стало с ног на голову.

В первом нашем рассказе я вкратце рассказала о нас и нашем первом опыте.Вот еще небольшая история наших приключений.У меня есть младшая сестра 25 лет. Но что самое глупое она раньше никогда не прислушивалась к моим советам до одного случая.Ну так вот. Встречалась она достаточно долгое время с одним молодым человеком, скажем так жила в гражданском браке. И, что то все у нее было как то не так, то они ругались, то еще чего, да и в постели ей не очень то нравился ее парень.Ну в общем стала она ко мне захаживать почаще и постоянно жаловаться на жизнь. Бррр как же меня это доставало.И вот однажды я ей предложила у нас остаться заночевать да поговорить вечерком. Дочурку отправила к бабушке, чтоб отдохнуть.

Подобные мысли роились давно, и предвестников было много. Например, когда мне было 19 мы с другом были в трудовом лагере и жили вдвоем в дощатом домике. Ко мне приходила девушка и мы ночью трахались во всю. А друг лежал рядом И мы оба знали, что он не спал. Однажды он не вытерпев, он возмущенно заметил что тоже не против потрахатся на что Мила (так звали девушку) позвала к нам, он просто перепрыгнул из своей кровати к нам она лежала боком лицом ко мне и он лёг за неё. Через какое-то мгновение, я почувствовал что у них уже что-то происходит. Я опустил руку ей между ног и в мою ладонь буквально упали яйца друга, который трахал Милену. Меня как подушкой ударили, волна возбуждения... Я опустил вторую руку и начал ласкать клитор и член и яйца. В это же время мы с ней целовались как безумные...

Это было в 1998 году. Я последний раз ездил в Крым, наверное больше никогда туда не поеду, достали тамошние гаишники, которые на местном диалекте называются «даишниками», то есть от слова «Дай» или «Доить».Этот рассказ не был бы написан, если в первые пару дней я нашел бы себе веселую и развратную подружку, которых тут великое множество. Однако видимо звезды так легли, что мне сначала не везло. То ли заезд в санатории подходил к концу, то ли еще чего, однако дамы, интересующей меня в сексуальном плане, подыскать сразу не удалось, и я баловался прекрасным местным вином, купался и загорал до одури, прыгал со скал, нырял в подводное царство и читал книжки.Мое либидо уже давало о себе знать, в свои 35 лет я очень возбудим и не могу долго без секса. Ну не дрочить же на самом деле в таком возрасте.

Пока в родительской спальне происходила оргия, где одну женщину удовлетворяли три мужчины, в дальней комнате первого этажа, отведенной для 60-летнего деда Николая — Ильи Федоровича Босого, происходило действо не менее возбуждающее и запретное.Несмотря на свои годы, Илья Федорович имел очень хороший внешний вид. У него по-прежнему были сильные руки, подтянут живот. О дряблости тела и не было речи. Будучи вполне успешным бизнесменом, он вел здоровый образ жизни — ходил в бассейн и спортзал. Но главным его занятием, оставшимся с молодых лет, был секс. Беспорядочный, жгучий и отвязный секс. Чем трах был развратней, тем его возбуждение было больше. Еще молодым успешным юристом он познакомился с матерью Надежды, приехавшей в столицу из глухой сибирской деревни.

Вот так незаметно и настал десятый день нашей полной свободы, завтра девочки поедут встречать Артема сына Инны, у Ольги начались месячные, так что надо было провести этот день с наибольшей пользой. Ольгу как недееспособную к нормальному совокуплению отправили в Ялту на рынок, а сами попивая пивко, расположились голышом у бассейна болтая и рассказывая случаи из жизни. Сергей рассказывал как они первый раз пригласили к себе в загородный дом молодого парня и как у него напрочь не встал член от волнения, после чего он на глазах у Инны трахал его в попку, а она пыталась минетом поднять его достоинство, но ничего не получилось. Посмеявшись, я рассказал про случай в Серебряном бору и заметил как напрягся член Сергея и рука Ольги потянулась к клитору.

Однажды я вызвался помочь тестю с уборкой и наведением порядка в гараже. Мы выгнали его «Волгу» и начали наводить порядок. Уборка затянулась до самого вечера, и уже стемнело, но вскоре мы закончили. Пыльные, грязные, уставшие мы собирались расходиться. — Костя, подожди. Ты пока машину загони, а я за пивом. Помог ты мне.Тесть убежал за пивом, а я загнал машину в огромный гараж, оценил его взглядом, представил себе, сколько работы было проделано.Мне иногда было жалко тестя. Добрый, огромный мужик постоянно подвергался нападкам тещи, которая постоянно гнобила его.Виктор Степанович вскоре вернулся. Мы разложили на газете леща, поставили несколько бутылок пива. После задушевных разговоров и посиделок, мы вышли на улицу отлить. — Так я ее уже давно не ебал, — продолжал тесть. — Пара баб была, и все. А с таким отношением и не хочется ничего.