Я пришла домой злая как 100 чертей. Тяжелый трудовой день в стриптиз клубе, хоть и обеспечил меня деньгами до конца недели, лапы подвыпивших посетителей полностью лишили терпения.Я Анна Кондвельд 26 год, брюнетка с прекрасными внешними данными. Волосы связаны в конский хвост, гладкие и всегда объемные (это наследственное), глаза имеют серебристый цвет, губы пухлые и красной помадой я подчеркиваю их соблазнительность.Кожа цвета ванили, ногти крашу в красный цвет в тон губам. Груди третьего размера подтянуты и иногда, когда я ухожу на работу, рассматриваю их. Спорт подчеркнул мою фигуру во многих местах, и я никогда, даже при всем желании, не могла быть толстой. Стройные ноги всегда вызывали восхищение у парней и зависть у девушек, многие предлагали мне свидания и тайные встречи, но отказ был у всех.

— Что же ты стоишь, сука, раздевайся, живо! — сказал он ледяным голосом.Она очень быстро стала снимать с себя одежду. Сняв все, она осталась стоять перед ним совершенно голая. — Ты очень плохо себя вела и заслуживаешь самого строгого наказания, Она шла на встречу с Ним.В ее голове путались мысли, что же он думает о том, что она ему написала? А вдруг все это ему не понравилось, вдруг он ожидал чего-то другого? Но ведь он назначил эту встречу, значит, все-таки ему это понравилось? В то же время она была очень возбуждена и взволнованна тем, что ей придется пережить сегодня, ей не верилось, что это случится реально.Она зашла в здание, поднялась на нужный этаж и замерла в нерешительности, сможет ли она сделать все то, что хотела, понравится ли ей самой реально делать все то, о чем она столько фантазировала.Наконец она решилась и вошла в дверь.

Я смотрел на большой фасад дома, который я должен был покрасить, а хозяин коттеджа — бритый наголо серьёзного вида мужик давал мне последние инструкции. Чуть поодаль стояла его жена, и как мне показалось — внимательно и оценивающе смотрела на меня. Потом они попрощались, муж сел в машину и уехал, его супруга вернулась в дом, кинув на меня последний странный взгляд, а я приступил к работе. Хоть было довольно жарко, и я был измучен жаждой, я трудился без перерывов до обеда.Когда, наконец, я присел съесть свой бутерброд, и мои мысли вернулись назад, к хозяйке дома, то я был поражен, когда увидел, как она направляется ко мне с подносом полным напитков и выпечки. Чай, газировка, сок, минеральная вода, булочки, бисквиты — целое изобилие. — Я не знала, что Вам принести, поэтому принесла всё что было.Я был приятно удивлён.

Самое мучительное было то, что член у меня буквально разрывался, не находя выхода. Я стал рычать и извиваться, пытаясь освободиться. Мне просто необходимо было добраться до своего изнывающего парня, прежде, чем помутнеет рассудок. Боже, как просто до сих пор, я решал эти проблемы в ванной. Остаток ночи прошел в безуспешной борьбе-я то плакал, то стонал, звал на помощь потусторонние силы, но все не имело успеха. Под утро я так измучался, что стал затихать, а от усталости «перехотелось». Заснул. Разбудил меня шум отпираемой двери. Приехала жена. Поздорововшись, она как ни в чем ни бывало стала носить покупки из машины. Преимущество машины для женщины очевидны и в сексуальном плане. Сейчас большинство женщин носят брюки-так удобней и меньше поводов, для нежелательных взглядов, или приставаний.

Энди исполнилось 17 лет, он окончил школу, и в конце июня приехал к тёте Клаве в другой город, намереваясь поступить в институт. Дом родственницы находился в квартале частных строений, в районе оврагов. Ранее Энди никогда не приходилось бывать здесь, хотя он знал тётю чуть ли не с младенчества. Она часто приезжала к племяннику, добродушная, здоровенная бабища.Нужный дом подросток нашёл практически без усилий. Родители предупредили Клавдию о приблизительной дате приезда, но без уточнений, чтобы она не утруждала себя походом на вокзал. Всё-таки за шестьдесят перевалило, хоть и слегка; возраст наверняка даёт о себе знать. Энди уже достаточно взрослый для дальней дороги, на пороге во взрослую жизнь пора приучаться к самостоятельности. Селение под пасмурным небом, казалось, пустовало.

Очередное пробуждение. Кэтрин проснулась от того, что некоторые участки тела, и так уставшие и больные, начали подавать некие сигналы. Причиной, как, вроде бы, могла понять Понд, была в том, что кто-то решил потрогать ее во сне. Почему все тело так болит? Где она? Почему кто-то сжал пальцами ее грудь? Что происходит? Еще не очнувшееся ото сна сознание начальника экспедиции не смогло сразу найти ответ. — ... Что... ? — сонно прошептала она, поморщившись от боли и попытавшись изменить положение тела, чтобы уменьшить боль.Попытки пошевелить руками и ногами привели к боли в запястьях и лодыжках. Что это? Почему ее руки и ноги стянуты ремнями? — Просыпайся, соня... — вкрадчивый женский голос... до боли знакомый... ай! Кто-то выкрутил сосок пальцами.

Всем привет! Зовут меня Алиса. Лет мне 20 с хвостиком... А расскажу я историю, случившуюся со мной этим летом. День первыйУже несколько лет я работаю в одном «пионерлагере» вожатой. В лагерь обычно завозят так называемых трудных детей. Из интернатов, детских домов и т д. Надо сказать, что пока приезжали наши местные, проблем не было вообще. Да, они убегали на дискотеки и просто погулять, но при этом не попадались. Да, они трахались (стабильно одна-две девчонки за смену залетали). Да, они пили водку и курили травку, но делали это так, что администрация не замечала этого. Они даже создавали видимость дисциплины.Но все встало с ног на голову, когда к нам завезли какой то подмосковный интернат. Эти никого ни в грош не ставили, уважали лишь грубую силу.

Все события, описавыемые ниже — лишь выдумка.... Сегодня Алка вернулась около двух ночи. Брат буквально втащил её в квартиру. Витя, так звали брата, обожал сестру. Было видно, как он волновался. Под глазами были мешки, искусаные губы покрывала корка засохшей крови, и все ногти обргрызаны и искусаны... — Где ты была, Аллочка? Ты в порядке? — ласково поинтересовался брат. — А твоё какое дело! Отстань, кабель! — Алла! Отвечай! Ты опять была с Пашкой? — Ха! И не только! Да ты ещё сопляк-девственник, а я сегоня потеряла её! Брат побледнел. — Алла... Но тебе только... — Что — только? Мне уже 19! — по-хамски ответила Алла. — А ну быстро в ванну мыться! Вон на ногах-то сперма, а тушь размазана под глазами! — улыбнулся Витя.