Капитан космошипа проснулся от сигнала тревоги. Взглянув на обзорный экран, космический волк, повидавший многое за свою многолетнюю трудовую деятельность, выпал в осадок. Такого, такого! — он не видел никогда и не увидит после. Прямо перед ним зависла инопланетная тарелка не для супа. Скорее, тарелина или тарелища. Она находилась всего в каком-то миллионе километров, но умудрилась закрыть весь горизонт, едва помещаясь на экране. Её размеры просто поражали воображение до дрожи в коленках и волосостояния как на голове, так и на попе. Ко всем прочим прелестям тарель раззявила свою космическую пасть, как бы приглашая прошенных гостей посетить свои чертоги.— И свернуть — хрен свернёшь, — горестно доложился штурман.

Моя история — история обмена телами. Условием обратного обмена и возращения к моему любимому является то, что мне придется отдаться 333-м мужчинам. Есть и сомнительные плюсы в моем положении — в заклинании заложено, во-первых, что теперь каждый встречный мужчина захочет меня поиметь; а во-вторых, я не могу при этом забеременеть или подцепить дурную болезнь... Да еще этот надоедливый голос в голове (который звали так же, как и меня теперь, — Наталья) — слепок с сознания предыдущей хозяйки роскошного женского тела, доставшегося мне.ВЕЧЕР ТОГО ЖЕ 1 АПРЕЛЯ (333—5)Есть, оказывается и положительные моменты в переносе моего сознания в чужое тело! Разумеется, по салонам-бутикам я не пошла, хотя Наташка меня и подбивала — как-то после пары нюансов в нашем кратком общении мне не слишком хотелось ей доверять.

Что вы знаете о вампирах? Вот-вот и я ничего. Но они есть. Есть среди нас. Кровь сосать давно уже не модно. Да и не сосали они её никогда. Всё это выдумки досужих обывателей. Вампиры сосут энергию. Энергию души...Вампир — 1 (Искатель)Женщина беспрестанно оглядывалась. Она ускорила свои шаги. Её путь лежал через безлюдный парк. Она испугалась и, по-видимому, решив удлинить себе путь, повернула в сторону проспекта.Вампир перестал её преследовать. Круто развернувшись, он направился в обратную сторону. Ему навстречу попались двое счастливых молодых людей, спешащих домой, чтобы предаться любви. Разумы обоих источали сильнейшие волны нежности и вожделения. Вампир остановился. Его взгляд потух и перестал выражать человеческие эмоции. Глаза полузакрылись. Он стал пить «человеческую кровь», иногда захлёбываясь от жадности.

Год 2075, апрель.— — 1--Ловкач (в Миру Борус), быстро перебирая худющими конечностями, приближался к своей квартире. В его правой руке покоилась картонная коробка с яркими аляповатыми надписями. Стоимость внутренностей упаковки равнялись почти полугодовой зарплате мелкого служащего.Лифт по обыкновению не работал. С трудом преодолев два лестничных пролёта, весь в поту и тяжело дыша, двадцатипятилетний парень ввалился в свою квартиру. Тщательно заперев дверь и зашторив единственное окно, он принялся разогревать нехитрый ужин. Руки так и тянулись к свёртку, но Ловкач сдерживал себя, продлевая минуты предстоящего удовольствия.Хорошенько умывшись и покушав, Борус приступил к извлечению девайса из упаковки. Осторожно достав ЭТО, он расправил его и торжественно надел на своё совершенно голое, тщедушное тельце.

11 главаРуки полного стареющего мужчины судорожно стискивали и вновь опускали полные груди прелестной восточной красавицы нежного возраста. На вид совершеннолетней, но в тоже время совсем юной. Грива темных пышных волос, лицо в румянце страсти, большие, чуть раскосые глаза. Не дать, не взять принцесса Жасмин из арабской сказки. Только здесь ее стройная фигурка была в крепких объятиях совсем не Аладдина, а скорее пузатого Джинна в почтенных годах.Еще не до конца раздетая, но уже разгоряченная взаимной страстью, эта странная, совсем не подходящая друг другу парочка лихорадочно обменивалась жаркими поцелуями. Какое-то время мужчина, тяжело дыша, боролся с остатками одежды полуобнаженной смуглой принцессы, преграждавшими ему путь к самым сокровенным частям тела девушки.

— Ну, и что мне с тобой делать? — спросил Виктор, глядя на нее.Она крепко спала и не могла ответить.— Трахать, — ответил вместо нее внутренний самец.Всегда, когда Виктор оставался со своими мыслями, он был тут как тут. Он был прост и брутален, как голые яйца.Виктор нервно хихикнул.— Здрасьте. Я ж весь такой благородный.— Ну и что. Рано или поздно к этому придет. Если вас до тех пор не укокошат, конечно.— Ты урод, — сказал Виктор внутреннему самцу. — Смотри, как она беззащитна. Кроме меня, у нее никого нет.— Именно. Я ж о том же. Выжди сколько-то там для верности — и вперед.— Никогда! — Виктор разозлился. — Блин, если она узнает, о чем я тут думаю, глядя на нее...— А она и так знает. Просто об этом не принято говорить. От закона жанра не убежишь, Виктор Дорн. В финале — или трах, или гроб. Не обманывай сам себя.

Густую чернильную синь ночного неба разорвали яркие стрелы, словно ударила молния. Оранжево-жёлтые всполохи осветили небосвод, и красная звезда покатилась по нему на запад, оставляя за собой огненный след. От невидимого ветра деревья гнулись, словно трава. Звезда упала на опушку среди пушистого ельника. Теперь она напоминала правильный светящийся всеми цветами радуги шар, пульсирующий светом, то чуть гаснущий, то вновь вспыхивающий с новой силой. Вокруг наступила необъяснимая, нереальная тишина, не шевелились ни травинка, ни листик. Казалось, даже ночные птицы утихли, словно внезапно погрузились в беспробудный сон. Шар вдруг погас и словно треснул. От него отделилась небольшая часть, из огненной сердцевины на поляну шагнула двуногая фигура, по своим очертаниям вполне человеческая. Луна осветила поляну.

Я брел по большой аллее, где росла сирень. Шел небольшой дождик, ритмично капая на асфальт и землю. А направлялся я в институт, где, как и всегда, ждал меня мой незадачливый друг Ваня. Ах да, забыл представиться: меня зовут Миша, и я, как уже можно было понять из всего вышеизложенного — студент. Учусь на врача, но, как это бывает у большинства парней моего возраста, учусь не очень усердно. Однако, стараюсь. В меру своих сил, разумеется.Вот уже виднеется большое крыльцо института, на нем уже виден Ваня, который мне махает. Я подхожу к этому большому крыльцу, ко мне бежит он, на ходу здороваясь. — Как дела, Миш? — А я как всегда смотрю на мою тайную любовь, игнорируя Ваню. Ее зовут Настя. Ваня замечает, куда я смотрю, — Она одна стоит, иди поговори с ней! — Только я хотел с ней заговорить, к ней подошел какой-то парень, и я не стал пытаться.