Это произошло в дальнем крыле универа. Его только что отремонтировали, и там был женский туалет: чистый, новый, импортная сантехника. В нем я и решил доставить себе удовольствие. Зашел сначала в одну кабинку и отвинтил защелку. Потом тоже самое сделал в другой. Выходя, положил под дверь тетрадь 48 листов. Встал, напротив, в узком коридоре и стал ждать. Через некоторое время бежит наша химичка: молодая еще женщина, можно сказать девушка. Ведет у нас практику. — Здравствуйте, Евгения Евгеньевна. — Здравствуйте.На ней белая блузка, синий пиджак и синяя же юбка до колен. На ногах черные нейлоновые чулки или колготки. «Скоро узнаю», — думаю. Волосы светлые, развиваются. Когда она останавливается напротив меня, смотрю на нее в упор, отводит глаза. — «Интеллигентная». Она пытается открыть дверь туалета.

Ах жаркое было лето в том году... не забуду его никогда, ведь оно исполнило все мои мечты. А началось всё как нельзя хуже. Родители отправили меня не как обычно в летний лагерь, а по причине отсутствия средств к бабке в глухую деревню. Я был уже взрослым — подростком (хотя и ростом не вышел, из-за чего у меня в школе была кликуха Малёк), поэтому всё лето торчать в глухомани с козами и курами ну никак не хотелось... Однако против родительской воли не попрёшь.И вот я на месте — в деревне, название которой даже стыдно называть) Полуразвалившийся бабкин дом, на чердаке которого мне предстояло ночевать, пара коз, куры, огород... короче романтика. Одно радовало — неподалёку речка, а погода была отличная. И в первый же день пребывания на лоне природы со мной приключилось это...

Меня зовут Антон, а мою жену Катя. Нам 35 и 27 лет. Я хочу рассказать вам историю, которая произошла, пять лет назад, в наш медовый месяц. Мы только поженились и поехали в Турцию в свадебное путешествие. Так как мы оба закончили Иняз, жена в этом году, а я в свои 22, проблем с общением у нас не возникало, мы свободно говорили по-английски. Нас поселили на шестом этаже, в номер для молодоженов с прекрасным видом на море. Не успели мы, толком устроится, в дверь постучали. Это было обслуживание в номерах, парень принёс шампанское и лёгкие закуски. Это был высокий, крепкий шатен с хитрыми глазами. Я сразу обратил внимание на его взгляд, похабно оценивающий. Он нагло пялился на мою жену, раздевая и трахая её взглядом.

К началу описываемых событий, уже почти вся мебель в доме Елены Сергеевны носила следы наших с ней «боевых действий». Если скажем кровать тети Лены, стойко выдержавшая сотни ударов наших задов и коленок, за особые подвиги была достойна «ордена Славы», то тахта на правах пионера, вполне заслуживала медаль «За Отвагу». Даже кресла и ванна не должны были оставаться без поощерения. Первым надо было вручить грамоты «За взятие Заднего Прохода», а их железной соратнице «За глубокое проникновение». Ну как то так...Но в ее квартире оставался еще гостиничный диван, который скромно, как солдат интендантского взвода стоял возле стены недалеко от уже отмеченных «наградой» кресел и которому никак до сих пор не удавалось попасть под наш с тетей Леной «перекрестный огонь».

Долгожданная 25-я глава!В конце лета, в середине августа, меня бросила и Кристинка. Видите ли, ее отец сделал ей какой-то подарок, о котором она давно мечтала, и свалила в деревню к родственникам. С одной стороны я осталась единственной обитательницей ее коттеджа, не считая двух лабрадоров, с другой стороны, секс с ними, хотя и был потрясающим, но несколько однообразным. Собаки, что с них взять? Ни приласкать, ни поцеловать... выдерут в попку — и все, отдыхают, вылизывая себя...В общем, через несколько дней такое житие мне поднадоело, и я отправилась погулять по поселку. Виляя попкой, обтянутой джинсами, я сводила местных парней с ума, заставляя их оглядываться вслед, но ответить на их заигрывания не решалась. Была бы около своей с сестренкой съемной квартиры — так без проблем, а тут не хотелось дискредитировать Кристину.

Все происходило в полном молчании. От начала и до конца. В процессе церемонии ни один из ее участников не произнес ни слова, не считая вырывавшихся гортанных фраз во время кульминации. К естественному теплу июньского воздуха прибавлялся внутренний жар, исходящий от моего возбуждения, от предстоящей неизвестности, от некоторой растерянности. И только редкие легкие порывы ветра создавали упорядоченность в хаосе множества сердцебиений и бесконечно сменяющихся фантазий стоящих людей. Мне казалось, что эти фантазии буквально проецировались в вибрирующем воздухе огня. Единственного огня пылающего костра, который горел прямо за Арданель. Сегодня она была скорее своей определенной частью, иллюзорной сущностью, что вырывалась наружу в эту ночь. Ночь огня и пиковой силы, которые она впитает через обряд.

Войдя в нее, я стал двигаться, меняя направления и частоту, что приводило ее просто в восторг, и она просила сильней и еще сильней любить ее. Но потом, она вскочила с кровати и, не давая мне опомниться, подставила стул к зеркалу. — Иди сюда, — жарко зашептала она — иди. Хочешь меня сзади? Так как ты всегда хочешь, а я не даю? А? Хочешь ведь?Вопрос анального секса в нашей семье был острым. Мои попытки сделать это с попкой жены встречали отказ и уверения в том, что только педики трахаются в анал. Ольга удивлялась, как это можно хотеть кончать в попку. Рассматривая журналы или смотря порнуху, она всегда весело комментировала картинку, выставляя это в веселом свете. Поэтому ее предложение поставило меня в тупик. — Ну, хочешь? Я ведь вижу, хочешь, давай я дам сегодня такую возможность, — шептала мне жена, затягивая меня к зеркалу.

Утро наступило, осветив лучами солнца два тела на большой кровати. Две очаровательные девушки лежали, переплетясь ногами и обнявшись, дыша друг другу в грудь. Неугомонное солнце пощекотало глаза девушек сквозь сомкнутые веки. Первой не выдержала Вероника. Открыв глаза, она улыбнулась. Приятная истома держала её тело в мягких тенетах. Посмотрев напротив, она с нежностью провела рукой по щеке Марины, которой не хватало малости, чтобы тоже проснуться. И, открыв глаза, она также нежно улыбнулась подруге-любовнице. Они поцеловались, их языки немножко поиграли друг с другом, а руки нежно ласкали тела. Никто из них не жалел о случившемся. Они обе приняли их ночь любви как новое открытие удовольствия, тем более, что такого счастья никто из девушек никогда не испытывал до этого.