Приезжаем в клуб. К сожалению, в нём почти никого нет. У барной стойки сидит один паренёк и всё. Шлюшка пьёт шампанское, и идём смотреть клуб. Нам навстречу, по лестнице спускается ещё один мужчина и парочка. Это не плохо. Разглядываем разные комнаты. В одной из них пытаюсь сесть на кресло, но оно, к сожалению сломано. А я бы страшно хотела, чтобы меня отъебали на таком кресле. Даже когда я просто пыталась на нём устроиться и широко раскинула свои ножки, уже сильно возбудилась. Так, что даже нижние губки запульсировали. Надеюсь, что когда-нибудь это получится. Находим красивую «тигриную» комнату. Михаэль ложится на спинку, шлюха немного разводит его ножки и подбирается к члену. Как кошечка, сначала облизываю его яички, потом мой язычок скользит вниз, и обследую дорожку между яичками и попкой Михаэля. Мне очень нравится его так ласкать.

Человек семь парней — студентов соседнего ПТУ — просочились в пятый подъезд девятиэтажки, построенной в форме пентагона. Первыми шли Витёк и Леха. Они и вели остальных к троюродной сестре Лешки — Оксанке.Особенно не болтали, но шум по подъезду разносился звонкими волнами. Смешки заполняли пространство лестничных проемов. Пятеро сели в стоявший на первом этаже лифт, а Митяй и Мелкий пошли пешком.Мелкий притарил турецкую сигаретку, а тут представляется беспалевный вариант покурить ее на двоих, а не по паре тяг на человека. Митяй же нервничал, и оттягивал момент встречи наверху, предполагая, что гладко ничего не получится. Зато сигарета немного придала уверенности ему и успокоила Мелкого. Последние три пролета они прибавили ходу, прыгая через три ступеньки. И нырнули в тамбур вслед за исчезающими там уже молчаливыми фигурами.

Отчим отправил меня за хлебом в соседний поселок.Скажу, что все лето Я с родителями всегда живу в деревне в домике, который оставила нам бабушка. Домик небольшой, но уютный и находится он в 40км от города. А вот ближайший магазин в 2 км от нас.И вот... хоть и лето но время-то уже десять вечера... отчим чухнул, что дома нет хлеба и отправил меня.Я села на велосипед и поехала путь к магазину прошел спокойно, но вот обратно...Купила хлеб и поехала обратно. Чтобы сократить путь Я поехала через лес. Это было гораздо быстрей.Ехала себе... тут вышли мне навстречу 2 моих соседа. — О... Кристиночка, и что в такой поздний час ты тут делаешь? — За хлебом ездила, — ответила Я. — Опять отчим отправил? — Да. — Ну, он у тебя и злодей! — Да не... он нормальный. — Посиди с нами))Я слезла с велосипеда. Поставила к дереву. А сама села на травку.

Вечером мне позвонила давняя подруга по имени Настя с приглашением на отличную вечеринку, которая проходила на открытом воздухе, на берегу реки. Я согласился после того, как узнал, что с нами едет еще один ее друг по имени Женя. Это был высокий темноволосый парень, худощавого телосложения, с выделяющейся мускулатурой на груди и накаченными бицепсами. Его большие голубые глаза выделялись на загорелой коже его шелкового лица.Они заехали за мной в половину 12 ночи. Приехав, я решил угостить их обоих чем-нибудь горячительным, в знак благодарности, что они вспомнили обо мне и взяли на такую замечательную Party. В момент, когда я передавал коктейль Жеке, я случайно дотронулся до его руки своей, в этот момент он не одернул руку, а наоборот погладил мне ее. В этот момент у меня внутри все затряслось. У меня в голове сразу возник план действия.

Кэтрин и Сара стояли возле стола, находящегося в углу подвальной комнаты без окон. Только несколько свечей тускло освещали комнату. Девушки держали в руках бокалы с красным вином и тихонько разговаривали. Кэтрин была одета во всё чёрное. Длинные, выше колен лавсановые сапоги с высоким каблуком, лавсановые перчатки выше локтя, чёрный закрытый купальник который не срывал только спину и кожаный жакет. Шляпа с широкими полями, очень строгий и густой макияж, с остроугольными рисунками. Она выглядела немного хищницей, держа во второй руке плётку. На Саре всё было ярко-красное. Туфли на каблуке-шпильке, тонкие чулки с кружевными резинками, кружевные трусики, крепко стягивающий животик корсет, из которого торчали её крупные груди и капроновые перчатки, также выше локтей. Сара носила огромные как у черепахи очки.

Выпроводив Любу, Макс сел в машину и поехал в ближайшее ОВД. Но стоило Макееву отъехать от дома на 300 метров, и выехать на дорогу, как его сразу же подрезала чёрная Вольво.— Ездить научись, мудила! — процедил Макс сквозь зубы.Внезапно Вольво остановилось, и из машины вышли двое амбалов в чёрных костюмах. Не понимая в чём дело, Максим тоже вышел из машины.— Какие-то проблемы? — поинтересовался Макеев, стараясь не показывать раздражение.— Да. У тебя, — ответил один из амбалов, подошёл к Максу, и со всей дури врезал ему кулаком в живот.У Максима перехватило дыхание. Он согнулся, и стал жадно глотать ртом воздух. Амбал, ударивший Макса, схватил его за шкирку, и потащил к Вольво. Но сажать Макеева в салон не стал, а запихнул в багажник. Второй охранник увидел, что их снимает на камеру мобильного телефона какой-то парень из красной девятки.

Эротический рассказС одобрением окинув взглядом мою стройную фигуру, миссис Синтия Келлогам, сказала: — «Феликс, Вы можете немедленно приступить к своим обязанностям». — Благодарю Вас, миссис Келлогам. Я, буду стараться. — Да уж, прошу Вас стараться, Феликс. У меня о Вас прекрасные отзывы. Надеюсь, Вы не разочаруете меня.Вечером, она вызвала меня в спальню, затем, сказав, что ей известно о моем таланте массажиста, попросила меня сделать ей массаж. — Миссис Синтия, Вас ввели в заблуждение. Я, действительно иногда делаю массаж, но только лишь своим домашним и знакомым. Я, не профессионал. — А вот мисс Маргарет Нолан, говорила мне, что Вы прекрасный массажист. Вы, знаете мисс Нолан? — Знаю, мэм. Это подруга моей сестры Норы. — Она, рассказала о Вас такие чудесные вещи. Будто бы Вы одними прикосновениями рук, снимаете все боли.

С тем мужиком мы созвонились через пару дней. Договорились о встрече. Я буду со своей покорной сукой, он с друзьями и женой, которую уже научил подставлять дыры другим. Мы сошлись на том, что веселый будет вечер.Ее я не видел неделю. Она привыкла ждать, знала, что могу появиться неожиданно, заставить, принудить, склонить к чему угодно. Ее табу отваливались и терялись. При этом она успевала жить обычной жизнью. Ходила в институт, на какие-то вечеринки, общалась.Только вот, надев ошейник и встав на колени, она менялась. Она опускалась. Ей хотелось боли, спермы, мочи, унижения и полного подчинения. С ее телом можно было все, что угодно. Она плыла от касаний, самых первых, еще почти что ласковых или от резкого слова, приказа, от всего, что было связано с Хозяином.Я подобрал ее по дороге из института.