Из магазина я выходила счастливая. Такие одеяния, платья и костюмы!!! А заходя в машину, тут же возник вопрос: легко ли я в одно мгновение из бизнес-леди превращаюсь в голую шлюху. Да, вполне комфортно. Ну, это кайф — я и деловая и через минутку — голая шлюха. В момент — потекла. Уговор есть уговор — ехать в любой машине голой. Мой мачо мне сообщил, что уж больно стоящую вещь ты сообщила, когда мы ехали в магазин; пока я проводила бесконечные одевания-раздевания, то он успел по телефону согласовать эти идеи со своими коллегами — я тебя приглашаю с собой на недельку, ну как любимую женщину и заодно и как грамотного специалиста? Я ответила, что понятия не имею, какие планы у моих директоров.

Женечка, симпатичная девушка, 28-ми лет, не была моделью. Тело её, ранее стройное и подтянутое, немного раздалось, после первых родов, груди 3-го размера немного обвисли и стали мягче прежнего. Она, конечно, не утратила былой привлекательности, и, как прежде, ловила взгляды мужчин, но стала одеваться скромнее, скрывая растяжки на животе и признаки дряблости на бёдрах. Времени на восстановление у Женечки не было, в связи с ребёнком, который требовал очень много внимания. Муж её много работал, создавая условия безбедной жизни, поэтому уделял её мало внимания. В какой-то момент, Женя поняла, что её сексуальная жизнь сошла на нет, т. к. муж очень уставал, и вовсе забыл о потребностях.

Лера в свои тридцать шесть лет выглядела как двадцатисемилетняя девушка... У нее была упругая подтянутая грудь, полного второго размера, которую украшала миниатюрная тату — роза. Упругие ягодицы, длинные ноги, красивые икры и при этом тонкая талия и маленький соблазнительный животик. Ее нельзя было назвать худой, скорей шикарной. Лера была страстной женщиной, любящей жизнь и умеющей наслаждаться ей.Леру привлекал активный отдых, экстрим, путешествия и мужчины.В ее живых глазах был лукавый огонек, так завораживающий мужчин. Когда она смеялась, то оголялись ее белоснежные ровненькие зубки... Вечер. 30 октября 2009 года. Знакомство с любовником.Кафе. Приглушенный свет. Лера была как всегда прекрасна в своем черном, обтягивающем платье. Немного приоткрытые плечи, и туфли на тонкой шпильке — все было безупречно.

Пришла наконец пятница, и не просто пятница — третья по счёту в июне, а значит — это короткий день, перед воскресным днём медика, который вся наша больница всегда бурно и буйно отмечает, и как обычно мы всей нашей поликлиникой на час раньше свалили за город, на природу, отмечать наш любимый праздник. Заранее всё было приготовлено: мясо замариновано, шампур­ы заточены, уголь, манг­ал, и вагон выпивки, всё для того, чтобы отдохнуть и оторваться! Коллектив у нас довольно таки молодой, медсестрам и врачам почти всем около 30, некоторым меньше, и все девушки врачи и медсестры не дурны собой, а даже наоборот — очень красивы, да и я почти единственный парень на всю нашу поликлинику, не считая охранников и слесаря, но они не медики и с нами не поехали.

— Ну что дорогая, привет, как погуляли? — Да нормально, Ирку потрахали слегка, а я скучала. Так трахнуться хотелось, но я ведь верная жена и мужу не изменяю. Еле до дома дотерпела. Можешь мне вставить прямо сейчас? Я потом тебе посмокчу класно, а то на Ирку насмотрелась че она вытворяла аж самой хочется.Я повернул жену раком, сходу вставил уже встающий член и через минуту она орала от дикого оргазма. Потом поползла на кровать и свалилась, широко раскинув ноги. — Иди ко мне, — шептала она тихо и нежно.Я подошел и лег рядом. Жена сползла по моему плечу вниз, по животу, взяла в рот, стала нежно сосать. — Слушай Лена, ну как это, Ирку обычно ебут все кому не лень, а ты мне рассказываешь, что ты только целуешься иногда и трогать свою грудь разрешаешь во время танца.

В тот день муж задерживался с работы, что обычно ему не свойственно, он не из тех упертых трудоголиков, что будут придумывать себе еще пару неотложных дел в то время как язык от усталости уже свешивается на левое плечо. Обычно он приходит около семи и к этому времени ужин как раз на подходе. А тут стрелки часов давно перевалили за восемь, ужин давно остыл, а его все не было и мобильный его не откликался в ответ на мои настойчивые домогания. Уже в половине девятого в дверь позвонили. Я кинулась в прихожую, на ходу вытирая руки. Вообще то у мужа есть ключ, он открывает дверь сам, хотя чаще всего я каким то седьмым чувством угадываю его приближение и сама щелкаю всеми замками... Стою что называется наготове с улыбкой до ушей — может конечно вам это покажется странным, но вот спустя несколько лет мне по прежнему очень приятно его видеть.

Окончив 2 курс института где я учился нашу группу отправили в соседний район (студенческий отряд) помогать какомуто колхозу сожать картошку, марковку и т. д. По приезду в этот колхоз нас расселили в вагончики по 3—4 человека в купе где мы должны жить последующие дни нашей отработки. Я поселился со своими друзьями Пашкой и Генкой. Это мои одногрупники и мы вместе бывало проводили наш отдых одной компанией. Уже через пару дней когда мы приехали с поля в свой вагончик Пашка сказал что сегодня у него день рождения и мы начали накрывать стол чтоб отметить.Для этого случая он прихватил из дома 2 бутылки водки и т. д. уже через час мы сидели за столом и с праздничным настроением выпив по 100—150 грамм водки стали думать кого-б пригласить на застолье из девченок.

Утром. Меня с трудом отмывал Геннадий, он прежде всего стирал надписи на мой морде, шее, ногах. Оставим только те, которые мог скрыть сарафан. Как обычно я вышла на крыльцо голой, но Гена стоял уже на полпути к следующему подъезду. Я ему показала пальцем вокруг виска, но всё же бегом до него добежала и стремительно одела сарафанчик. Ты что творишь — мне же здесь ещё с мужем жить. В отделе меня снова поставили на пьедестал. Как и всем мужчинам и я тоже с любопытством стали изучать надписи, что могла прочитать на грудях, животе и пахе. На этот раз рисунков была куда больше. Я была вся разрисована, ну как туалетная стена. Оказывается Гена и не подумал стирать надписи между ног и задней части ног. И значит, они были видны прохожими. А там, на ногах было и такое, давалка с 59-ой квартиры; Сосу всем.