За окном завывал ветер, лил дождь и было довольно-таки холодно. Даша сидела на диване и молча наблюдала за стекающими каплями дождя, оставляющими причудливые мокрые дорожки после себя на стекле. В ее руках лежал учебник по алгебре, которую девушка нелюбила. Ее мысли были заполнены воспоминаниями о том, как отец вот уже несколько ночей подряд возносил ее до самых небес, заставляя стонать и вскрикивать от неописуемого наслаждения. Каждый раз, когда после длительных и томных ласк он проникал в ее готовое принять его член тело, девушка сходила сума, со всей страстью отдаваясь ему. Но когда наступало утро, Даша с ужасом понимала, что совершает непоправимый грех, предаваясь любовным утехам с родным отцом. Девушка морально была истощена и измучена, понимая, что ее тело подчинилось его воле, а вот разум пытается еще противостоять ему.

На время ремонта мы с Людкой переселились к ее теще, в ее трехкомнатную квартиру в центре города. Нелишне заметить, что жили мы в однокомнатной и на окраине. Впрочем, это все частности.В тот день я проснулся пораньше, чтобы перед работой голову успеть помыть. Людка еще дрыхла, когда я с трудом вылез из-под одеяла на неудобной тещиной софе и, чувствуя ломоту в боках, поплелся в ванную.Тещу звали Зинаида Егоровна, она была крупная пышная женщина с тщательно и обильно накрашенным лицом. Работала в каком-то строительном управлении. Ко мне относилась строго, впрочем и к Людке тоже. Муж у нее умер задолго до нашей свадьбы от сердечного приступа.Стараясь не шуметь, я вышел в коридор. Свет на кухне горел, значит теща уже встала, а вставала она всегда раньше всех. В коридоре лежала мягкая ворсистая дорожка, и ступать по ней было очень приятно.

Все идет прахом. На мужа, смотрю с ужасом, и думаю, догадывается ли он, как прошли мои выходные? И стыд и вина перед ним, но, чувствуя свое грехопадение, мучаюсь от невыносимого желания, быть в руках русоволосого парня.Уже среда — звонка все нет. «Ну, что ж. Хоть будет о чем вспомнить, — смесь чувств досады и смятения. — Только, что же делать с этим, ведь с мужем спать не могу. А надо, все налаживать. Признать, что была интрижка, и теперь возвращаться в реальность?». Нет — так не может продолжаться. Пытаюсь работать, но все мысли о другом.«Ну, себе хотя бы не ври, — память предательски, вызывает образы, фрагменты безумства ночи, стоны и ощущения тела. Вспоминаю и чувствую, как изнемогаю и теку. — Хочу все повторить, забыться, утонуть, испытать этот восторг, а не серые будни. — И, чувствую, внизу все горит.

Я отпустил жену и сказал: «Вы пока присаживайтесь за стол, я пойду, переоденусь».Лена пошла за стол к ребятам, а я взял простынь, тапочки и пошел на второй этаж переодеваться. Когда я спустился, компания сидела за столом. Моя жена сидела возле Вадима, а двое парней сидели напротив. Я подошел и сел в кресло так, чтобы было удобно видеть и жену и остальных.Лена встала и пересела ко мне на колени. Я сразу же почувствовал, как мне в пах уперлось что-то твердое. — Ты ее не вынимала? — спросил я шепотом. — Когда? У меня на это и времени не было, — прошептала она в ответ. — Тебе не мешает? — Я уже привыкла, иногда даже забываю, что у меня что-то внутри. — А Вадим видел? — Нет. Я не раздевалась, — супруга немного зарделась. — Можешь похвастаться ему, — подмигнул я ей. — Что, прямо сейчас? — удивилась она.

Буквально на днях я спросил жену о том, что и как происходило в тот вечер и ее ощущения в тот раз, когда я узнал правду про нее. Она так весело улыбнулась, и сказав, что ей надо сходить подмыться после работы, а то в нее сегодня много кончали, а потом она расскажет. Я предлагаю вашему вниманию ее воспоминания о вечере как я впервые увидел, что она шлюха.«Это был далеко не первый раз, когда нас приглашали для обслуживания важных гостей. Я даже точно не могу сказать сколько человек таким образом прошло через меня... Были даже случаи когда меня брали с собой на рыбалку или охоту. Обычно ребят чьих жен звали для «украшения» компании ставили в наряды и они были не в курсе чем занимаются их супруги, но в тот раз пригласили тебя и Гошкова Лешу, так как вы уже по статусу должны были присутствовать.

Представьте себе. Очень похмельного и непроспатого человека, которые пытается разлепить глаза. Представили? Ну тогда продолжаем... Проснулся я от того, что кто-то... БА! Да это не кто-то, А... моя жена (Ритка)... целует нежно меня в губы и шепчет: Котик... Просыпайся! Я и рад бы, да глаза просто на клее «Момент» Никак не разлепить. Вот такая, знакомая некоторым, ситуация. Внутренний компьютер тестирует органы. Сердце — 60% работоспособности, печень — 20 процентов, желудок — 15 процентов, мозг — 5%. Время резиновое, непонятно, сколько времени прошло, может секунд 20, а может и 5 минут. Ритка продолжает меня нацеловывать. Органы слуха фиксируют легкое постанывание между поцелуями, а тело понимать что Риткино тело, как-то периодично колышется на моем. Сигнал мозга: открыть глаза! Фигу... Не открываются. Марго целует и нашептывает свою мантру. Котик...

Николай Петрович проснулся на следующий день после событий описанных в первой части рассказа, веры рядом не было, он встал, оделся и пошел в ванну, умыться и побриться. После утренних процедур мужчина пошел на кухню чтобы позавтракать. Вера стояла у плиты и что-то готовила. Услышав шаги она повернулась на звук.— Доброе утро! — сказала она.— Доброе! — ответил мужчина.— Ну как я достаточно сексуально выгляжу? — спросила девушка.— Да ты прекрасно выглядишь, — ответил Николай Петрович, пожирая веру взглядом.На ней была одета коротенькая мини-юбка едва прикрывающая попу, и блузка не застегнутая на четыре верхние пуговицы, а под ней был красный лифчик, который из за не застегнутых пуговиц был виден очень хорошо.— Вера я хочу тебя! — выпалил мужчина.— Нет, Николай Петрович не сейчас, — ответила девушка.

В основу рассказа легли реальные событияБольно, очень больно. Женщины любят говорить, что от боли которую они испытывают при родах, вырубился бы даже Геракл. Но есть боль, которую им не понять и не пережить. Боль, которую я испытываю сейчас. Трудно дышать, все внутренности будто скрутило холодными жгутами. Присел на порожек, достал сигарету и с жадностью затянулся. Никотин помог, но не сильно.Мои руки, сжимающие справку, сжаты до побелевших костяшек. Мой мозг взрывается от переполняющих меня чувств, хочется крушить и убивать. И одновременно с этим меня захватывает ощущение ирреальности происходящего, как будто это не со мной, как будто во сне. Как это произошло? Почему? Мысли роятся в голове словно потревоженный пчелиный рой.Я выкуриваю уже не знаю какую по счету сигарету и не чувствую ее вкуса.