Сокращая до минимума глупое стечение обстоятельств, но так получилось, что я был вынужден, оказался в школе по поводу поведения ребенка моих друзей. Настроение у меня было не очень, т. к. более всего в жизни я не люблю выполнять работу повторно и выслушивать обвинения.Подъезжая все ближе к школе, я все отчетливее видел в своем воображении старую деву измученную детскими шалостями, рутинной работой, низкой зарплатой и жаждущую на хоть ком-то оторваться. А еще я себе смутно представлял, как я поясню, почему пришел я (непонятно кто), а не родители... Короче вечер удался...Школа оказалась небольшим четырехэтажным зданием, которое я и не сразу смог найти, зато кабинет нашел легко. Дверь в кабинет была закрыта, я постучал в надежде, что она окажется заперта, но... дверь оказалась открытой.

Анна работала у Натальи уже пол-года. Она торговала товаром, который хозяйка привозила из восточных стран, упакованный в огромные тюки. Бизнес был достаточно выгодным, и Наталья каждый месяц уезжала за товаром. Был конец мая. Как-то вечером, когда девушка складывала тряпки в пакеты и готовила их, для сдачи на склад, хозяйка приехала за Анной и позвала её поужинать. Сдав товар, девушки отправились в ресторан. Наталья похвалила Анну за работу и предложила ей поехать за товаром вместе. Девушки провели вечер весьма весело. Выпили хорошего коньяку, попробовали массу экзотических блюд и много танцевали. После ужина Наталья предложила поехать к ней и попить кофе. Она жила с семилетней дочерью в хорошей двух комнатной квартире. С мужем Наталья разошлась несколько лет назад. В свои тридцать лет, она выглядела прекрасно.

Викинги ждали легкой победы — в Черных Землях еще никто не сталкивался с морскими разбойниками Севера и не знал, как обороняться от них. Высадившись с драккаров норманны обрушились на застывших у берега черных воинов, вооруженных копьями и луками. Туча стрел обрушилась на северян, но не смогла остановить ярость свирепых берсерков, в исступлении грызущих край щита. Огромными мечами викинги рубили негров направо и налево, распевая кровожадную песнь войны.Хильда, норвежская «дева войны», металась в гуще схватки, радостно смеясь, когда ее меч пронзал очередного врага. Чернокожие в страхе разбегались от золотокосой «девы войны», синие глаза которой горели жаждой убийства. В ярости битвы «валькирия» пила кровь падших врагов, после чего набрасывалась на негров с еще большей яростью.

Я заехал за ней на машине. Нагло подъехал к самому подъезду ее дома, выкрашенного в забавный розовый цвет и встал, игнорируя осуждающие взгляды бабулек, собравшихся на традиционные посиделки, прямо возле подъезда. Набрал ее номер и коротко приказал: «Я возле твоего дома, выходи»Стоял жаркий летний денек, тополя вяло роняли светлый воздушный пушок, по улице задорно покачивая бедрами плыла стайка студенток в минимальных платьях, одно другого короче. Я настолько засмотрелся, что не заметил как из подъезда вышла она. Ее невысокую стройную фигурку обтягивало светлое летнее платье в горошек, длинные распущенные волосы закрывали тонкую, загорелую дочерна шею. Негромко цокая каблучками она подошла к машине и потянула на себя тяжелую дверь.

Случайное знакомство. Он ошибся номером. Грустный голос. Сказал, что ему очень плохо поговорили, еще раз извинился и пропал из моей жизни так же как появился. А потом... потом первая смерть, я бездарность, не смогла спасти жизнь. Сижу одна на кухне, текут слезы, набираю Его номер, веселый голос «Прости, теперь плохо мне... « Так и началось наше общение. Долго звонили друг другу, даже не зная, что живем в одном городе, ходим по одним улицам. Иногда приходили смс «Пью кофе, побудь со мной». Медленно, но верно понимала что привязываюсь к Нему. Кроме Него в этом городе нет никого с кем я могу поговорить, я знала что Он всегда найдет время на то что поговорить со мной, успокоить и поддержать. Он больше не был грустным и ни разу не сказал что плохо.Ночью разбудил звонок с работы «Срочно приезжай, едешь в группе на пожар в клубе...

Я всегда мечтала подчиняться мужчине, быть для него вещью. Я много посещала тематических сайтов, узнавая все больше об этой теме. И вот я решила дать объявление о поиске господина. Писем пришло много, но больше всех мне понравилось одно очень содержательное письмо. Там господин рассказывал о себе, для чего ему нужны эти отношения, что меня ждет, к чему мне следует готовиться и прочее. Вообщем, я ответила ему и мы стали активно переписываться. Затем разговор перешел в аську, а затем мы с ним созвонились и договорились о встрече. Так получилось, что жили мы практически рядом. И как мне было велено, я пришла к его дому и стала ждать. Он вышел из подъезда и подошел ко мне. Я поприветствовала его, ожидая, что он пригласит меня к себе, но я ошиблась, он предложил мне прогуляться.

Катька уже и сама плохо понимала, что с ней происходит. Ух, как же она ненавидела их тогда, вначале. Фактически они изнасиловали ее, а потом шантажировали, и вот прошло совсем немного времени, а она уже сама напрашивается и скучает по этим встречам. Ждет, когда же позвонит этот чертов телефон.Но давайте обо все по порядку.Катька, невысокого роста, стройная подтянутая девчонка, с детства занималась фехтованием. Мальчишки, одногодки, на нее внимания не обращали, их интересовали только сиськи, а они у Катьки были небольшие. Соответственно, по ее мнению, и отношения с противоположным полом, складываться никак не хотели. Ну и ладно, какие ее годы.Тогда, ранней весной, возвращаясь с тренировки, она сошла с автобуса и направлялась к своему дому. В легкой маечке, коротенькой юбочке, как же радовалось ее тело после долгой, холодной зимы.

Крейг заткнул пистолет за пояс и двинулся вперед по коридору, держа наготове лом. Универсальное оружие — так он его называл. Не надо считать патроны и особо прицеливаться, когда наносишь удар, и почти всегда кончаешь с человеком с одного замаха. Так Крейг и поступил со своим отцом, когда тот, в первые дни эпидемии, изнасиловал его сестру. Но Киру это не спасло.И теперь в его жизни остался лишь один человек — Надина. И он должен быть рядом с ней и защищать ее. Но пока он только искал ту дурочку блондинку, чтобы удостовериться, что вирус изменил и ее тоже, как и всех остальных. Тогда он сможет покинуть ее без зазрения совести.В коридоре угрожающе мерцал свет, а из-за царящей тишины шаги Крейга раздавались гулким эхом по всем коридорам. Он старался ступать мягче и тише, но у него не слишком хорошо получалось.