Решение отдохнуть от зимы пришло неожиданно. Теплые страны манили солнцем, морем и ничегонеделанием. На работе как раз образовалось «окно» сроком в неделю, и, позвонив в агентство, я узнала, что как раз сейчас есть очень хорошая горящая путевка на Гаити. Обычно не склонная к авантюре, в этот раз я приняла решение почти моментально. В моей жизни начинался период неожиданных поступков. Уже засыпая в номере, я томилась от весьма приятных, но необычных желаний, так что утром я была удивлена тем, что проснулась отдохнувшей. Вероятно, сказывался длинный перелет. Обычно такие томления выливаются у меня или в эротические сны, иногда с тематическим уклоном, или же в головную боль. И вот сегодня утром, наблюдая, как Ксюша, моя горничная, убирает номер, я, наконец, до конца осознала, что у меня начался самый настоящий отпуск.

После жестокого наказания, когда Ольга выпорола меня розгами по сиськам и животу, я стала панически её бояться и дрожать при одном её виде. Я — большая трусиха, и с детства, как огня, боюсь хулиганов и насильников. Когда меня однажды во время ссоры за что-то побила школьная подруга, я чуть не умерла от страха...Теперь, по первому слову Ольги, я тут же бросалась всё исполнять. Собственная дочь, превратившаяся постепенно в безжалостную садистку, вызывала в моей душе ужас. Я совершенно потеряла волю и превратилась в половую тряпку под её ногами. Но мне были в радость жестокие побои и изощрённые унижения.Раны заживали долго, почти две недели. Но я всё равно не прекратила работать и регулярно убирала в гимназии.

Меня зовут Ксения, так меня назвали в честь бабушки. Папа и мама долго думали, когда я родилась, спорили, ругались, но бабушка сказала, что я пошла вся в неё и звать меня будут, Ксения в честь нее. Мама, конечно, не хотела, но папа уговорил ее. Так я стала Ксения Володкина. Мне 18 лет, выгляжу я симпатично, я так думаю. Длинные русые волосы, глаза карие, фигура 70—55—70. Вес мой 50 кг, правда, рост мой высоковат. Мой рост составляет 178 см, в школе меня всегда дразнили долговязая, до 8 класса. Потом парни стали меня замечать и приглашать на свидания. За это меня многие девочки ненавидели. Мне, конечно, было бы очень одиноко, но у меня была подруга, очень энергичная, веселая. Она меня всегда выгораживала, и заступалась за меня. Ее бесило, когда обо мне кто-нибудь говорил плохое. Она даже дралась из-за меня с девчонками.

Помывшись, мы пошли в спальню. Было очень душно, и мы решили не одеваться. Мы сидели на кровати, пили начатое вино и разговаривали на разные темы.Через какое-то время наша дневная прогулка и выпитое вино дали о себе знать — сказывалась усталость, и расслабленная Юля легла на животик, а её обнаженное, хрупкое тело не могло не притягивать мой взгляд. Мне не хотелось спать, не смотря на усталость, я села ближе к Юле и начала гладить её спинку, её кожа была нежной как шёлк, слегка влажные волосы приятно пахли шампунем.— Подожди, я достану масло — так будет лучше! — сказала Юля и убежала в другую комнату.— Вот, держи! — вернувшись, сказала она, протягивая мне флакон. А сама сладко растянулась на кроватке.

На высоте 10 километров над землей законы нашего мира меняются, и может исполниться любая, самая заветная мечта.За стеклом иллюминатора бесконечная пелена облаков, подсвеченных заходящим солнцем, на плече доверчиво посапывает молодая жена, а впереди...Доминикана! Экзотический рай с белоснежным песком, нежными океанскими водами и зажигательными танцами местных жителей. Великолепное место для медового месяца!Он мечтательно потянулся в кресле. Деятельное тело с трудом переносило длительную неподвижность, хотелось пройтись по салону, размять затекшие ноги...К нему подошла красавица стюардесса. Он удивился, как не заметил ее раньше, высокая и статная, она потрясала своим великолепием. Смуглая кожа прекрасно гармонировала с волосами цвета воронова крыла, темными глазами и безупречным алым ртом.

Расправив, свои пшеничные, будёновские усы, охранник с одобрением оглядел девушку. Совсем ещё молоденькая, миниатюрная, она вся была такой гибкой, ладной, свежей, что напоминала ожившую белокурую куклу.— Чего тебе, пигалица? К Ирине Михайловне на собеседование, что ли?Девушка задумалась, недоуменно хлопая огромными голубыми глазами, но это получилось у неё так по ангельски, что вместо раздражения ещё больше умилило сурового охранника.— Ну, на работу устраиваться? Домработницей? К хозяйке? Так?Теперь белокурая милашка его поняла, и, одарив лучезарной улыбкой, игриво хихикнула.— Ага. К Ирине... Михайловне...Проходя по огромной цветущей территории, напоминавшей ухоженный английский парк, Юлечка восхищенно взирала на величественный дом, построенный в стиле дворянской усадьбы.— Надо же... Ирина Михайловна...

... Ольга еще в процессе игры потекла от азартного ожидания, как все сложится, и за время обсуждения добавилось адреналина в крови, и теперь её мокренькая щелка сочилась соками и желанием. Удобно расположившись в шезлонгах, девушки, раздвинув ноги, ждали своих ухажеров.Первым вызвался ласкать её цветочек Андрей и, войдя в готовые к принятию сочащиеся глубины, он удивленно посмотрел на хозяйку. Хотя у самого стоял как кол, и на кончике посверкивала капелька смазки. Ольга с пониманием кивнула, и озорно подмахнув бедрами, проехалась мокрой подружкой ему по лицу.Парень принялся с воодушевлением полировать языком скользкие складочки, уделяя особое внимание бусинке клитора, посылая токи возбуждения по всему телу.

— Нет, Ал, я всё понимаю, но с негром... — услышал Вилли сквозь сон. — И что, что с негром? — с вызовом ответила сестре Алла. Вилли улыбнулся — его любовница не собиралась пасовать перед младшей сестрой. — Ну, всё-таки, — Вилли представил как Анна пожала плечами. — Меня устраивает, — отрезала Алла, — А будешь хорошо себя вести и тебе разрешу попробовать. — Что?! — Анна не поверила своим ушам. — Что слышала, — ответила Алла, и сёстры продолжили свой спор, но, похоже, кто-то из них прикрыл дверь в свою комнату, и до мулата теперь доносилось лишь неразборчивое бормотание. «Ладно», — решил он: «Пора вставать». Вилли встал, надел халат и направился в ванную. В квартире, кроме их троих, никого не было — Верочка и её сестра Валерия (или просто Лера) были в институте, а дети Анны, Марина и Саша ещё с самого раннего утра ушли гулять по Москве.