Тобою только вдохновенный, Я строки грустные писал,Не знав ни славы, ни похвал,Не мысля о толпе презренной.Одной тобою жил поэт,Скрываючи в груди мятежнойСтраданья многих, многих лет,Свои мечты, твой образ нежный;Назло враждующей судьбеИмел он лишь одно в предмете:Всю душу посвятить тебе,И больше никому на свете!..Его любовь отвергла ты,Не заплативши за страданье.Пусть пред тобой сии листыЛистами будет оправданья.Прочти — он здесь своим перомТобою только вдохновенный, Я строки грустные писал,Не знав ни славы, ни похвал,Не мысля о толпе презренной.Одной тобою жил поэт,Скрываючи в груди мятежнойСтраданья многих, многих лет,Свои мечты, твой образ нежный;Назло враждующей судьбеИмел он лишь одно в предмете:Всю душу посвятить тебе,И больше никому на свете!..Его любовь отвергла ты,Не заплативши за страданье.

Голь на выдумку хитра — это про меня кто-то мудрый сказал. Ежели мне что втемяшилось в голову — никто не остановит, ночами спать перестану, но выход из ситуации найду и получу чего хочу)Вот например мужчины. Есть у меня приятель, который меня хочет. И я, глядя на его мускулистые плечи, таю и хожу в мокрых трусиках. Казалось бы — зеленый свет! Но не так все однозначно. Мой красавец женат. Ну и что, спросите вы? Да ничего особенного, меня это никогда не останавливало если честно. Но вот попался принципиальный товарищ, не может изменять любимой женщине и все тут. Ладно был бы урод какой нибудь, а то все при нем — рост, тело, голос, манеры... Окружающие обоего пола не успевают делать ему непристойные предложения. А поскольку я сама на людей не кидаюсь — не женское это дело, то он выбрал меня своим штатным психологом.

Меня зовут Вероника, мне 19. Хорошая фигура, грудь 4 размера, довольно крупная попка, рост 155, длинные черные волосы. Было начала лета, мы с подругами решили отпраздновать конец сессии и отправились на дачу к одной из них, Лене. Нас было семеро и все мы познакомились на одном форуме, посвященном мистике. Часто встречались для того что бы по пробовать провести какой ни будь ритуал, но каждая такая встреча заканчивалась попойкой и оргией.В этот раз все обещало быть точно так же. Дача Лены располагалась в тихой заброшенной деревушке на берегу озера. Последняя жительница этой общины умерла 20 лет назад, и теперь только родственники покойных приезжали сюда время от времени что бы убрать могилки.Приехав мы распаковали вещи и сразу решили искупаться, вода была идеально чистой, так как парней рядом не было, то мы решили купаться голышом.

Она сходила с ума... О-о-о да, она сходила с ума... и уже давно между прочим.Это не было сумасшествие кипящей крови подростка, хотя у неё кровь, она помнит тоже не розовая водица, это не было помрачение рассудка, которое так любят воспевать в соответствующей литературе. И не роковая жажда удовольствия терзала её душу и плоть — о нет, это было бы слишком просто для неё — нет, всё было совсем не так. Скорей это была безысходная тоска оставшегося последнего в живых динозавра после великого оледенения. Увы, она знала, чувствовала каждым кусочком своей кожи, да что там кожи — нутром, сутью своей ощущала: вокруг — одна звенящая пустота, таких, как она, рядом нет и быть не может, то ли вымерли как мамонты, то ли слиняли — мигрировали в более комфортные условия.

И смеясь, Максим спросил меня: — Оля, а два сразу в ротик влезет?... А начиналось всё невинно.Я обычная, даже сказать немного скромная девушка. Воспитывалась я в семье, где отец, приходя с работы домой, садился ужинать за хорошо оформленный стол моей мамой. Было всё как обычно, всё как у людей. Папа работал на заводе токарем, имел небольшую, по меркам СССР зарплату. Мама работала на лифте, с графиком сутки через двое. Вся моя молодая жизнь прошла, как модно было в то время, сидя на лавочке, под голос Цоя из старенького магнитофона... В общем, кто был молодым в то время, меня поймет...В университете познакомилась с моим мужем, он учился на факультете физкультуры. Обычная серая жизнь, которой живут миллионы. Родился сын, спустя пару лет еще один. Постоянная стирка, уборка, готовка стали частью моей жизни. Муж изредка попивал в компании друзей.

Поле случая на ферме. Марина еще не сколько дней когда ходила по деревне ловила боязненные и одновременно похотливые взгляды мужиков, и даже тех кого там и в помине не было. Видать участники той груповухе уже по рассказывали что там было и наверняка еще и на придумывали с три короба.Чтобы не накалять обстановку и не прослыть шлюхой и опять же не портить здоровье бабуле, Марина решила срочно уехать. А то если слухи дойдет то бабушке, ту точно кандрат хватит. Поэтому ничего не оставалось делать и Марина позвонила недавней знакомой Лене. Лена очень обрадовалась и с радостью пригласила ее к себе на базу.Не тратя много времени на сборы и взяв собой сумку, Марина попрощалась с бабушкой, сказав что ее зовет подруга. И села на автобус рано утром.Автобус был простой Икарус В нем было жарко.

— Ноги на ширину плеч, раздвинь пизду руками. — Я почувствовала как густо покраснела от подобного требования, но не имея иных вариантов была вынуждена подчиниться.Старая кляча сидит за столом и откровенно измывается своими со упражнениями. Спасибо маме за то что организовала мне подобную «консультацию с тетей Алией». Она видите ли была так обеспокоена моим постоянно возбужденным состоянием и боялась что я наделаю глупостей с кем нибудь из своих 20-летних сверстников... Конечно вот так намного лучше, ага.— Я сказала раздвинь свою пизду, потаскуха анальная! — татарка орет так будто ее ужалили. Короткорукая и толстая она создает очень неприятное впечатление, плюс эта дурацкая химия на коротких седых волоса.

Подъем в гору продолжался уже более получаса, и Элли становилось все тяжелее крутить педали горного велосипеда. Палящее полуденное солнце отнимало с каждой минутой все больше и больше сил, и небольшой рюкзачок у нее за спиной уже начинал казаться огромным, неподъемным камнем.Она, обернувшись назад, поглядела на свою подругу Миранду и по ее лицу поняла, что она устала не меньше ее. Наконец, когда девушки готовы думали, что вот-вот потеряют сознание от усталости, на склоне горы образовалась довольно широкая плоская площадка, густо поросшая деревьями и кустарниками с манящей спасительной тенью под своей листвой. — Все! Больше не могу, — сказала Миранда и слезла с велосипеда, который бросила тут же на дороге и направилась к ближайшему дереву.