В понедельник в назначенный день свидания с Юрочкой, я начала собираться. Я одела, длинное клетчатое платье, блузку, белые чулки, заплела две косички и накрасилась яркой помадой. Я стала похожей на ученицу старших классов, при моем маленьком росте и детским личиком я стала похожей на пятиклассницу.Я в назначенный пришла в красивое место, кафе называлось восторг. Юра мне понравился, мы начали разговаривать, я слегка надавила на свою черненькую туфельку с открытыми пальчиками, которая называется «Мери Сью» и начала гладить его уже освобожденной ногой его ножку под столом.Ножка моя освобожденная от туфельки была в тонком чулке и чувствовала, не смотря толщину джинс его аппарат. Он наверно как у коня он бы мог разорвать наверно меня как последнюю блядь. Сантиметров наверно 16—17.

Закемарил. Нехило. Проснулся от холода. Но настроение бодрое и жизнерадостное до щенячьего взвизгивания. Какое-то время соображаю. Где я? Кто я? Скосил глаз. В поле зрения — женская ножка, закинутая на мое бедро. Ступня изящная с алыми ноготками. Но не моей жены. Напряженно думаю — не пора ли домой, не нужно ли торопиться? Вспоминаю. Прислушиваюсь к своим ощущениям. А девочке-то придется расплатиться до конца! Дотягиваюсь до пультика, делаю чуть повыше температуру. Смотрю на часы. Ага, у Наташеньки еще уйма времени, чтобы заработать свои деньги.Поворачиваюсь к Наташке. Бормочет чего-то недовольно во сне. Мягко пресекаю попытку перевернуться на другой бок, оставляю ее на спине. Любуюсь женским телом. Загорелым. Сочным. Доступным.

Просыпаться Ире было всегда трудно, конечно, до поздна за компом сидеть, а потом вставать в 7 утра — это пытка пострашней Железной девы. Нужно встать, сделать потягушечки, сходить в ванную, поесть, напялить на себя все свои чёрные шмотки, накрасится во всё чёрное, кулончики со свастикой и пентаграммой нацепить на шею и можно выдвигаться. Истинная мука. Но впереди ещё хуже — её дебильная группа. Казалось бы после школы должны были закончится времена общения с придурками, но нет, ведь есть ещё чёртов институт, хотя и там были свои плюшки, например препод истории. Он был молодой, высокий, в очках и с сексуальными усами. Не всем они нравились, но Ира любила всё девиантное. Нормальных парней в группе не было, сплошные долбоёбы мнящие себя альфачами и их ручные тп-шки отсасывающие им на переменах в туалетах.

Я хочу рассказать историю того, как в рабочей среде процветает блядство и похотливость, как девушки превращаются в ебливых блядей, а потом становятся рабочими шлюхами для простых работяг.Сразу после армии я устроился работать автослесарем в одну из автоколонн во Владимирской области. Я и сейчас там работаю, спустя двадцать два года, а тогда я еще 20-тилетний парень устроился в автоколонну.На дворе конец 80-х — самый разгар перестройки и запущенность всего, чего только можно в самом ее буквальном проявлении.На складе мне выдали спецовку с брюками и телогрейку, а от армейских щедрот я воспользовался армейскими трусами :), солдатской рубашкой, кирзачами и шапкой ушанкой — дембельнулся я уже глубокой осенью. Сами понимаете, что меня сразу старики, т. е.

Никогда не любила военную службу. Это все не мое. Но ничего в своей жизни я, увы, делать не умела. Зато у меня есть отец, который является генералом. Он то и позаботился о моей карьере. Сейчас я являюсь капитаном. Казалось бы, такое высокое звание заслуживает уважения. Но не тут-то было. Каждый офицер знал, как я получила свои погоны. Все благодаря папаше. Однако не будем ограничиваться офицерами. Весь остальной состав тоже знал причину моих успехов. Моя военная подготовка была на нулевом уровне. Также как и командирские качества. Пусти меня завтра на поле боя и считайте, что все мои подчиненные — трупы. Вся эта действительность меня сильно угнетала. У меня были постоянные депрессии. Я бы с радостью ушла в отставку, но как черта боюсь своего отца. С самого детства он подавлял меня как морально, так и физически.

В прошлый раз это назвали «порно для задротов», чтож, может оно и так. И да, всем тем проповедникам орфографии и пунктуации... Оставте все коменты по поводу запятых и невинных ошибок типа между «кладу» и «ложу» при себе. Именно к этому и придираются люди, которым не к чему больше придраться, а хочется. Тут не все мастера пера, тут любители, так что надеюсь на ваше понимание (если оно у вас конечно есть) А если вам так сказать — «режет глаза», для вас золотое правило — не читайте. А так, приятного прочтения моих погружений в MMORPG. Как-то уже обещалась себе не лезть в Айон, да и вообще завязать с ним. Но что поделаешь, друзья, подруга, которую только там выловить можно... Они все там. В итоге по вечерам наушники со скайпом или Тимспиком. Дрочь по клаве и мышке, скрипты и макросы... Ману залей, похиляй, дамажь...

Новая жизнь или теперь я шлюха. (продолжение: «Подвела статистика или игра в карты», «Как с меня сделали девку». III часть) Утром проснулся я около 9 утра, Виктора не было. Лицо стянула засохшая сперма, очко зудело, я попробовал там также ещё находилась анальная пробка сделанная Виктором, аккуратно изъяв её побежал на унитаз, за ночь очко привыкло к размерам пробки и не хотело сжиматься. Затем принял ванну и привёл себя в порядок. И приступил готовить завтрак, вспоминая вчерашний день и думая как вести себя далее, хотя, что там думать, попал по полной, остаётся только подчинятся, хотя эта роль меня начала возбуждать, роль подстилки, бесплатной шлюхи, эти мысли меня так завела что я хотел подрочить, но передумал, знаю что если кончу не смогу подставлять свой зад Виктору.

Марина шла к бывшему, не переставая, одновременно, и корить себя за уступчивость, граничащую с кротким подчинением, и затаенно, стыдливо хвалить себя же за ловкую манипуляцию своим «экс-».Отношения с этим мальчиком давно закончились. Слишком давно. И слишком неправда: каждый раз, когда в их непростом и откровенно инфантильном общении вновь возникал момент «уходя, уходи», что-то происходило. Что-то, чему Марина, умная и гордая девочка, так и не нашла иного определения, нежели «бабская глупость».«Моменто пиканто» состоял в том, что это мальчик, к которому она сейчас шла домой на «простую, дружескую посиделку», был у нее первым. В очень многих смыслах...Именно он избавил ее от сомнительного в суетной современности права называться девственницей.