Как всегда, намного дольше чем следовало задержался в читалке. Конспекты, философия... было уже довольно поздно, последние пары закончились, когда решил что хватит, пора бы и домой.Вечером конечно было безлюдно, но сегодня особенно пусто, третий этаж уже наполовину погрузился во мрак, на четвертом, с которого я спустился уборщица скрипела тряпкой, что то напевала под нос.Какой-то негромкий смех привлек внимание на втором этаже, остановившись, я решил посмотреть, интересно кто это так же поздно тут.Уже на подходе к 214 аудитории, мест на 30, довольно уютной, с цветами на подоконниках и книжными шкафами, я услышал как негромко, сдерживаясь смеется Олька — девушка с первого курса моей параллели. Осторожно подойдя к приоткрытой двери, я уже было хотел войти, как вдруг услышал как...— Нууу, Арсен Григорич,, ну что выыы... неудобно же...

Начну с того, что вместе мы с женой уже около шести лет. Зовут ее Леной, 26 лет. Она небольшого роста, около 160 см, что делает ее только симпатичнее, худенькая. Грудь 2-го размера, небольшая, аппетитная попка, другими словами, маленькая, хрупкая, сексуальная девочка. Нередко я ловил завистливые взгляды, проходящих мимо, мужчин. Они просто поедали ее округлости взглядом. Что часто вызывало у них возбуждение, которое проявлялось буграми внизу живота. И, признаться, мне это доставляло удовольствие. Я часто стал представлять Лену с другим, незнакомым мужчиной. Я представлял, как он входит в нее, в ее маленькую киску. «Ступает туда, где не ступала нога человека», само собой за исключением меня. Как прикасается к ее упругой груди, сжимает ее. И эти мысли приводили меня в состояние огромного возбуждения.

Девушка моего братаЯ вернулась домой уставшая, как десять собак. Бросив на тумбочку сумочку, я прошла на кухню сварить себе кофе. И вдруг я услышала в своей комнате какой-то шорох. «Не поняла!» — удивилась я и распахнула дверь. Картина маслом: мой младший братишка целуется на моей кровати с какой-то весьма та-а-а-акой блондиночкой: крохотной, изумительно сложенной, с обалденным личиком. И шампанское в бокалах пузырится. И свечи горят. И что-то этакое тихо играет. Романтический вечер у них, блин. Только-только приступили, видать, ещё и шампанского выпить не успели. Мне вдруг так отчаянно её захотелось, аж трусики намокли.

Ольга 11-ая часть. Девятый день. Теперь я приз для Сан Саныча.Но, тем не менее, я очень быстро преодолела всю лестницу. Запыхавшись, наконец-то, оказалась у себя на своём родном пятом этаже. Было же уже обеденное время, но ни кто в нашем отделе так и не расходился. Все дружно ждали меня. Видимо Катя наблюдала за моим приходом через мониторы наблюдения, потому как на пороге 5-го этажа она меня встретила и прямиком отвела к врачу. Тот совершенно без эмоций взял все маски. По его настроению я поняла, что он заспал кучу своих дел, дожидаясь моего прихода.В отделе меня тут же водрузили на пьедестал. Сняли с меня сарафанчик, основательно читали надписи, которые делали все кто трахал меня сегодня утром. Я подробно всем рассказывала, как провела сегодняшнее утро и происхождение каждой из записей. Надписей о том, что я глотала мочу — не было.

Еще раз спасибо всем за отзывы. Для вас продолжениеПрошел еще месяц. Ирина все больше погружалась в свое новое я. Дома, едва оставшись наедине с мужем, превращалась в корову. Ирина практически перестала сама сцеживать молоко. Ее нужно было доить. Ирине нравилось все больше и больше быть коровой.Игорь не всегда мог подоить Ирину. Это еще сильнее заводило женщину. Нужно было буквально ловить мужа. Когда нужно было доиться, Ирина подползала к мужу и лизала руку. Это был сигнал, что корову нужно подоить. Игорю нравилась его новая жена. Чаще всего процесс доения заканчивался отменным сексом. Но иногда Игорь был не в духе. — Корова доиться пришла? — усмехался он. Грубо хватал за соски и доил женщину. Ирина кусала губы и стонала. Игорь унижал ее, обзывал, делал больно. Но женщина просто улетала от этого.

— Ну как? Приняли?— Пока на испытательный срок. Вот даже контракт принесла. Там кстати и тебе нужно расписаться в приложении.— Ну, ещё бы! Как такую девочку не принять!Я смотрел на свою супругу и гордился ею. Это ведь я нашел ей работу на одном из сайтов см. Даже в свои 27 лет она была больше похоже на школьницу с выпускного вечера, чем некоторые выпускники сейчас. Эля знала это и вовсю пользовалась. Вот и сейчас она надела на встречу белую блузку, плиссированную юбочку до середины бедер, а поверх прозрачных колгот, неизменные в таких случаях белые гольфы.— Ну, давай, не томи, рассказывай!— А что там рассказывать! Вот гляди!Эля подняла юбку и повертелась передо мной. Её колготки были разорваны обеспечивая доступ к двум её дырочкам. Губки были красные и вспухшие, а колечко ануса полностью так ещё и не закрылось.

... Мы с Джо летели в пятиместном гравилете и глазели в окно. Кроме нас, в транспорте летела миловидная белокурая девушка в тесном белом топике и коротенькой мини-юбке, которую она все время смущенно поправляла, чтобы нашему взору не открывались слишком уж сокровенные подробности. Ее кокетливые кудряшки заостряли на себе внимание. Она также поглядывала на нас с интересом и удивленно рассматривала мои наручники.Джо, не мешкая подозвал ее к нам. Девушку звали Джессика, она уже три недели жила в этом мире. Мой охранник рассказал ей мою историю. — Бедненький, — сказала Джессика, глядя на меня с сочувствием. — Не надо его жалеть, сам виноват! А я ему зато город покажу.Джо то и дело тыкал пальцем в пейзаж, расстилающийся перед нами, и рассказывал, где находится Ратуша, где центр города, парки развлечений и другие достопримечательности.

Я держал в руках серию фотографий Светика. Моей младшей, любимой сестренки. Формально двоюродной сестры по линии дяди Владимира, брата моей мамы. Но для меня, она всегда была и будет младшей сестренкой. Вот только глядя на ее фото, кроме кровного родства я ощущал совсем неправильные чувства. Смесь разврата и похоти проникли в мой мозг, и моя восставшая плоть была тому хорошим подтверждением. Причиной этому, был откровенный формат снимков. На многих она была раздета, или почти голая. Я даже не знал, какие кадры заводили меня сильнее...— Вот так дела. Моя двоюродная сестра и такая развратница. Кто бы мог подумать?! — крутилось в моей голове.Ей только два месяца назад исполнилось восемнадцать лет. Мы отмечали её день рождения всей семьей.