Марина вскружила бы голову любому мужчине из сотен, проходящих мимо. Собственно так и случилось со мной. Она отличалась незаурядностью. Около восемнадцати лет. Высокая, темноволосая, хорошо сложена. Длинные прямые черные волосы заплетены в крупную косу, которая раскачивалась при ходьбе. С такой же свободой покачивалась и полная грудь, едва скрываемая тонкой тканью блузки. Точеная тонкая талия внезапно переходила в роскошные бока, и Марине не требовалась мини-юбка, чтобы заверить вас в том, что бедра длинные и хорошо отлитые. Воображение легко могло бы нарисовать две соблазнительные ягодицы. Что касается щиколоток и пальцев ног, то они довольно выразительно торчали из незамысловатых сандалий и при взгляде на них каждый мужчина заторчит, и естественно, прореагирует та его часть, над которой иногда не властен рассудок.

... И когда села в лифт, надеялась что догонит и остановит, и когда вышла из подъезда — несколько раз оглядывалась... Наивная... Я бродила по улицам, даже почти ни о чем не думая, я рассматривала дома, деревья, любовалась небом... Несколько раз я спросила себя... что теперь? Конец? Впереди пустота... Куда идти? Зачем? И не идти нельзя, и идти некуда... Я вышла на набережную. Ну зачем мне вообще эти люди? Я их ненавижу. Я закрыла глаза и представила что ветер меня обнимает, ласкает лицо и треплет волосы, а вода шепчет что-то красивое, мудрое и доброе именно для меня, но я не знала языка — ну и что? Я все равно понимала что это что-то очень красивое. Я села у воды и долго следила за тем, как небо и вода меняют цвет.

Встреча.Ещё с конца марта я ждал этой встречи. Иногда, просыпаясь, почти реально ощущал, что моя жена была рядом со мной. Но потом сон слетал и реальность возвращала меня к себе, туда, где я был один. Сейчас даже трудно было вспомнить, сколько мелких и более крупных препятствий пришлось нам преодолеть, чтобы сделать эту встречу в Питере возможной. Да и не хотелось больше думать об этом, хотелось окунуться с головой в атмосферу праздника, каникул, расслабления и любви, которая меня ожидала в этом чудном городе. Такие мысли роились в моей голове, когда самолёт компании «United», заходил на посадку в аэропорту Домодедово.

Губы, казалось, были склеены невысказанными словами. В уголках подсохла слюна (как в детстве)... И вместе с волнами холода из распахнувшейся форточки, набегающими на открытое тело, перед ней начали повторяться картины вчерашнего вечера... Остро и с чувством нахлынувшего и сейчас наслаждения она вспомнила, нет снова ощутила прорыв его плоти! Она непроизвольно вскрикнула, едва не потеряв сознание... Постепенно она освоилась с безумной энергией плоти, буйствующей в глубинах горячего лона... Заряжаясь энергией пульсации, она не уловила тот момент, когда он, быстро выйдя, дал её измученному лону короткую передышку... Ощутив странное состояние, похожее на невесомость, она вяло отметила про себя, что её несут в спальню... Распластав её на широкой кровати, он быстро и нервно освободил её тело от одежды, едва не порвав трусики...

Лариса, тридцатидвухлетняя замужняя девушка с восьмилетним ребенком. Женщиной её назвать было никак нельзя, она была нежной, стройной и симпатичной девушкой — выглядела хорошо. Я уже не помню, как с ней познакомился, но оно длилось достаточно долго, для того чтобы я мог получить от неё все, что хотел я и хотел он — мой член. А мы с ним очень дружили. Я всегда пытался ему угодить. Я знал её тайну. Она доверяла мне её всегда, когда мы с ней встречались. Лариса ходила в тонких белых шёлковых трусиках, которые я с лёгкостью с неё стягивал, когда мне этого хотелось. Одним пальцем руки я цеплял резиночку, и трусики сами плавно сползали с неё. Иногда я любил Ларису, не снимая с неё трусиков. Мне это нравилось и очень возбуждало, но ещё больше это нравилось самой Ларисе. Я ебал её по-разному, в разных местах и в разных позах.

машка: Где тут кровать? Bamper: я тут! машка: хочу пить, я из душа. Bamper: ты из душа? наливаю тебе бокал красного вина и масажирую тебе плечи, спину машка: я стесняюсь когда ты смотришь между ног, там все красно. Bamper: Да он так и тянется туда, стоит и дымит под трусами. машка: ну так снимай их какой у тебя размер Bamper: не очень большой 15 см машка: давай скорее вводи только не порви меня я еще не опытная Bamper: ложу тебя на кровать на спину, раздвигаю тебе ноги и нежно целую твой клитор... машка: поосторожнее я сейчас кончю Bamper: он влажный но не очень твердый, поэтому я тереблю его языком... машка: я кажеться кончила очень кружиться голова Bamper: продолжая тебя ласкать, ввожу два пальца в тебя и осторожно играю с тобой...

Две девушки... Две соперницы... Такие похожие, такие разные, такие желанные... Ты... Демон с ангельской внешностью и она Дьявол с душой ребенка... Обнаженные... В одной постели... Рядом с друг другом... Она ничего не знает о нас, но конечно догадывается, в ее глазах горит огонь ревности... Ты изучаешь ее пристальным взглядом, тело соперницы, глаза той, которая, как тебе кажется занимает твое место рядом со мной... Интересно наблюдать за этой молчаливой игрой глаз двух женщин, которые так желают обладать мной... Кто же сделает первый шаг, кто решится... Я молча пью вино, сидя в кресле и наблюдая за происходящим... Первой не выдерживает она, ей так хочется попробовать это впервые с женщиной, и я рад, что именно ты станешь для нее первой...

Я получила их, можно сказать, в наследство. Это долгая история, расскажу как-нибудь отдельно. Моя знакомая, очень странная личность во всех отношениях, пригласила меня к себе домой. Это было неожиданно, и я совсем не ожидала от нее такого шага, до этого держалась она сдержанно и жестко. Особа очень худая и высокая, её движения отличались необыкновенной резкостью, кажется, что она непрерывно что-то швыряет или отталкивает. Но в этой порывистости была грация гепарда идущего на задних ногах: маленькая, но очень изящная голова, тело немного с излишне выгнутой вперед грудной клеткой, казалось, что ее главная мысль при ходьбе — не сутулиться, что хотя это и сковывало движения, все же придавало царское достоинство крупного хищника.Но речь не о ней, а о ее подарке. Она привела меня к себе, в странную, перегруженную старинной мебелью квартиру.