Опомниться на сей раз Оле не дали. Звонок от Олега раздался на следующее утро, когда из одежды на ней было одно полотенце, а волосы были влажными от прохладного душа. Парень дал Оле адрес, время, инструкции по поводу одежды и отключился.И все бы ничего, но девушка, едва услышав это, тут же возбудилась. Потому что этот адрес она знала. Это был перекресток двух небольших улиц и единственной достопримечательностью был большой парк, раскинувшийся почти на четыре квартала.И вот, на следующий день Ольга, с замирающим сердцем, стояла на указанном месте. На ней было черное полупальто, доходящее до середины бедер и сапоги до колена на высоком каблуке. Глаза были подведены, а ресницы подкрашены черной тушью. Губы же Оля, согласно полученным от Олега инструкциям, выкрасила в ярко-алый оттенок.Место было людным. Особенно вечером.

Встреча с Максом была роковой. Я — самая сексуальная девушка института. У меня упругая грудь третьего размера, плоский животик, талия, офигенная попка — гладкая и подтянутая, длинные ноги, сногшибательный загар и рыжие волосы до лопаток. Зовут меня Оля. У Макса в лице было что-то звериное, даже агрессивное, наверно поэтому я и запала. Он появился в нашей группе в конце первого семестра. И сразу подкатил ко мне. У меня небольшой сексуальный опыт, так партнеров 4—5 всего было. — Эй, детка. Хочешь я оттрахаю тебя так, что твоя киска очень долго будет отходить от этого? Я ударила его по щеке. Ну, как ударила. Он перехватил мою руку и тут же приставил к своим штанам. — Нравится? Я в отвращении выбежала из аудитории. Однако, надо сказать что потекла я капитально.

Сидя в ногах кровати,» я видел огромный черный искусственный член, торчащий из гладко выбритой п... Карен. Я встал на колени возле кровати и стал трахать ее с помощью этого монстра. Было интересно наблюдать, как половые губы Карен сжимались вокруг вибратора, когда я медленно вытаскивал его. Левой рукой я теребил маленький упругий клитор Карен. Мне нравилось не только наблюдать, но и слышать те звуки, которые издавал вибратор, входя в соприкосновение с мокрой плотью Карен. Ее п... хлюпала и хрюкала, как ненасытное животное. Я певольно залюбовался стройными ногами Карен, слегка покрытыми гусиной кожей. Если бы не туфли на высоких коблуках, можно было бы видеть, как она в экстазе поджимает пальцы ног.Туфли, конечно, следовало бы снять, но ноги Карен в них только выигрывали.

За окном уже смеркалось, когда замок щелкнул и дверь открыла уставшая Алена под завязку загруженная пакетами.«Стало быть деньги вырученные на мои костюмы ушли на ее новые шмотки, прям круговорот барахля в природе» — равнодушно подумала я, уверенно цокая каблучками подойдя к ней. Весь день я тренировалась в балансе и походке на этих гребенных шпильках. Колесо я не сделала бы, но стометровку пробежала. Наверное. — Гляжу практиковалась, — оценивающе равнодушно констатировала она увидев мою походку. — Да, Госпожа, — сделала неуклюжий реверанс я. — Хорошо, еще раз упадешь — лишу дара речи на три дня, потом на шесть и так далее, — устало кивнула она, побросав пакеты у двери. — Одевайся, в машине остались еще пакеты.Я быстро накинула плащ и пошла за госпожой. И дураку было ясно, что целью этого задания была проверка усвоенных навыков.

Викинги ждали легкой победы — в Черных Землях еще никто не сталкивался с морскими разбойниками Севера и не знал, как обороняться от них. Высадившись с драккаров норманны обрушились на застывших у берега черных воинов, вооруженных копьями и луками. Туча стрел обрушилась на северян, но не смогла остановить ярость свирепых берсерков, в исступлении грызущих край щита. Огромными мечами викинги рубили негров направо и налево, распевая кровожадную песнь войны.Хильда, норвежская «дева войны», металась в гуще схватки, радостно смеясь, когда ее меч пронзал очередного врага. Чернокожие в страхе разбегались от золотокосой «девы войны», синие глаза которой горели жаждой убийства. В ярости битвы «валькирия» пила кровь падших врагов, после чего набрасывалась на негров с еще большей яростью.

Я заехал за ней на машине. Нагло подъехал к самому подъезду ее дома, выкрашенного в забавный розовый цвет и встал, игнорируя осуждающие взгляды бабулек, собравшихся на традиционные посиделки, прямо возле подъезда. Набрал ее номер и коротко приказал: «Я возле твоего дома, выходи»Стоял жаркий летний денек, тополя вяло роняли светлый воздушный пушок, по улице задорно покачивая бедрами плыла стайка студенток в минимальных платьях, одно другого короче. Я настолько засмотрелся, что не заметил как из подъезда вышла она. Ее невысокую стройную фигурку обтягивало светлое летнее платье в горошек, длинные распущенные волосы закрывали тонкую, загорелую дочерна шею. Негромко цокая каблучками она подошла к машине и потянула на себя тяжелую дверь.

Случайное знакомство. Он ошибся номером. Грустный голос. Сказал, что ему очень плохо поговорили, еще раз извинился и пропал из моей жизни так же как появился. А потом... потом первая смерть, я бездарность, не смогла спасти жизнь. Сижу одна на кухне, текут слезы, набираю Его номер, веселый голос «Прости, теперь плохо мне... « Так и началось наше общение. Долго звонили друг другу, даже не зная, что живем в одном городе, ходим по одним улицам. Иногда приходили смс «Пью кофе, побудь со мной». Медленно, но верно понимала что привязываюсь к Нему. Кроме Него в этом городе нет никого с кем я могу поговорить, я знала что Он всегда найдет время на то что поговорить со мной, успокоить и поддержать. Он больше не был грустным и ни разу не сказал что плохо.Ночью разбудил звонок с работы «Срочно приезжай, едешь в группе на пожар в клубе...

В тот день я наотрез отказался идти на нудистский пляж — застеснялся своих гладко выбритых лобка и ягодиц, на которых еще виднелись следы от порки двухнедельной давности.— Значит вечером будешь жестоко наказан! Твое непослушание мне вот уже где! — жена сделала характерный жест рукой у горла, нахмурилась и быстро двинулась в сторону пляжа.— Ну дорогая, ну не сердись! — засеменил я за ней.— Готовься... — не оборачиваясь зловеще сказала она.Остаток дня она практически не разговаривала со мной, на ужин пошла одна, а мне велела хорошенько очиститься.Я загрустил. «Хорошенько» на нашем с ней языке означало, что я должен очистить не только задний проход с кишечником, но и желудок. Значит наказание будет действительно серьезным.Выполнив все неприятные процедуры я принял душ и не одеваясь встал в угол ожидать возвращения супруги.