Тонкая, хрупкая. Шатенка. Каре. Темные глаза и вечный влажный похотливый блеск в них.Я видел ее со спины. Темное приталенное пальто, юбка повыше колена, точеные ножки, средний каблук. Таких хочется потрогать, но мало кто решается, она неприступна. Не знаешь чего ожидать.Я чуть приобнял ее. Вздрогнула.Мы чуть прошлись вперед по старой улице. Она была чертовски притягательная в этих сумерках, под светом желтоватых фонарей.Мы пили горячий чай. О чем то болтали. Но каждый из нас знал зачем эта встреча и к чему может привести.Она явно и ощутимо боялась, но потихоньку привыкала ко мне. К моим словам и взглядам. Я смотрел на нее как на очень вкусную самку, как на суку, которая будет стоять на коленях и сосать хуй. Я буду держать ее за волосы и ебать. Любоваться ее униженностью.А она будет течь от каждого слова, действия. От каждого приказа.

На следующий день мы все должны были возвращаться домой. Тётя должна была вернуться на работу. Я уже было подумал, что всё, на этом уикенд заканчивается, но мать моя так не думала. Она сказала, что брала четырёхдневный отгул, и не хочет возвращаться домой раньше времени. Мы все завтракали на кухне, когда мать поведала нам о своих планах. Тётя Лена сразу поменялась в лице и искоса посмотрела на сестру. Она всё прекрасно поняла, да и я тоже.Я решил остаться с матерью и побыть ещё денёк. Она, понятное дело, не стала возражать. То, что я остаюсь с мамой, устроило тетю Лену и она расслабилась.После завтрака мы проводили тётю с мужем и они уехали домой. Перед отъездом, тётя отвела сестру в сторону, и они о чем то долго разговаривали. Я этого не слышал, но понимал о чем речь. Проводив их, мы с матерью остались вдвоем.

Много раз, занимаясь любовью, мы с тобой фантазировали о тех возможностях, которые для нас представляют большие супермаркеты. Наконец мы решились. Специально для этого приобрели короткую светло-бежевую юбочку из тонкой ткани, которая облегала твою попку как тугая перчатка. Ты, дополнительно, ее укоротила, что когда ты слегка наклоняешься, то сзади стоящим видны твои трусики. Сверху на тебе надет топик на голое тело, такой, что всем видны твои возбужденные соски. Под юбкой у тебя трусики — стринги. Эффект получился поразительный, сзади смотришь сквозь просвечивающуюся юбчонку, и такое ощущение, что попка у тебя совсем голая.У нас в городе много ночных магазинов, но супермаркет — один «Лента», туда мы и отправились в час ночи. Твоя роль «скромница — развратница». Вышли из подъезда, сели в машину. Проехали.

Сердце колотилось так, что казалось, вот-вот выскочит из груди. Температура в Москве была 15 °С, но Кристине было жарко и тело начинало предательски потеть. Она — Алиса Владимировна, она же, скорее всего — будущая Госпожа, наконец, согласилась встретиться с Кристиной в кафе. Девушки начали переписку в соц. сети уже пару недель назад. Кристина давно мечтала о чём-то таком, но одно дело мечтать, другое — написать совершенно незнакомому человеку и общаться с ним на совершенно интимные темы, пусть даже и со специально созданного для этого аккаунта.Это была группа знакомств и общения лесбиянок, но с уклоном в БДСМ. Именно лесбиянок, так как общаться с парнями Кристине уже не надо было, она окончательно осознала себя именно в этой роли. Да, раньше, в школе, она встречалась с мальчиками, но никогда по-настоящему не влюблялась.

Я приехал домой с работы поздно вечером, жена (Лена, 34 года) сказала, что Саша (девушка, с которой познакомились у друзей, 21 год) заедет к нам со своим другом. В субботу утром мы покупали продукты и готовили обед. Часа в два приехала Саша с молодым человеком Димой лет 30, выше нее на голову и очень полным. По сравнению с хрупкой Сашей он выглядел огромным. Мы познакомились и пошли в дом. Парень оказался нормальным, но не очень разговорчивым. Несколько часов мы сидели разговаривали и пили вино. Из разговора стало понятно, что Дима раньше работал массажистом. Саша, правда, сказала, что он не любит ей делать массаж. Но массаж-это слабое место Лены, к тому же, ей недавно подарили на ДР массажный стол и, конечно, она стала просить Диму сделать ей массаж.

Меня зовут Алла, я стройная брюнетка 24 лет с модельной внешностью и грудью 3 размера. Закончу своё описание тем, что я профессиональный фотограф и именно с моей профессиональной деятельностью связанна эта реальная история.Пару лет назад меня пригласили в германию, на съёмку для мужского журнала. Одной из моделей с которой мне пришлось работать была Кэти, роскошная рыжеволосая девушка с пышной грудью и как оказалось, русскими корнями. Вся сессия прошла на ура и закончилась чуть раньше, чем планировалось.Соответственно у меня осталось несколько свободных дней на знакомство с достопримечательностями и Кэти предложила мне составить мне компанию, а заодно и показать город. Целый день мы бродили по городу, а ближе к вечеру оказались в одно из клубов города.

Таараши лениво усмехнулась на такую очевидную попытку сохранить лицо. В устах измождённой, раскрасневшейся, залитой густым семенем синдорейки насмешливая похвала прозвучала уж очень вымученно, особенно если учесть, как она буквально умоляла дренейку _до_ случившегося.Подагра стряхнула сонное оцепенение, поднялась, вытирая чресла полотенцем, и принялась одеваться. Подтягивая широкие удобные штаны массивным поясом, дренейка взглянула на Альрину сверху вниз. — Приводи себя в порядок, ты ведь не забыла, что наняла меня для работы? — темнокожая оскалилась, показывая крепкие белые зубы. Похоже, рогатая уже восстановила все свои силы, и была готова к чему угодно, и это несмотря на то, что очертания всё ещё возбуждённого жёсткого члена легко угадывались в промежности тёмных шаровар.Фыркнув, Альрина озадаченно оглядела себя.

Стоя в прихожей на коленях с сцепленными за спиной руками и связанными ногами, я ждал возвращения госпожи. Довольно прохладные струи воздуха, приносящиеся из открытой форточки, обволакивали мое голое тело и заставляли меня дрожать от холода. Но от холода ли только дрожь... Нет. Я боялся возвращения госпожи. Меня пугает ее строгость и полное безразличие ко мне. Она ни капельки меня не жалеет и издевается, как захочет, толи из удовольствия, толи пытаясь мне доказать, что я лишь жалкий раб, о чем я отлично знаю. Но такова госпожа. И каждый протест, выдвинутый мной, наказывается очень сильно. Она не жалеет ударов, нанося их как можно сильнее, заставляя меня терпеть, сдерживаясь от криков, ведь каждый звук, изданный мной в момент наказания, влечет за собой еще пять ударов, сильнее и больнее первого.Послышался звук открывающейся двери.