Началась новая неделя, как же скучно сидеть на работе...Слышу смс, открываю телефон, читаю: Уже скучаю, целую, жду встречи.Вот, что я сейчас сделаю. Я включила компьютер, открыла чистый лист начала писать...Закрой глаза и расслабься. Ты стоишь передо мной обнаженный. Я подхожу к тебе сзади, нежно глажу спину, касаюсь твоих бедер, массирую попку, поворачиваю тебя, целую в губы, засовываю тебе язык и пытаюсь нащупать твой, левой рукой я медленно скольжу вниз и нащупываю твой отвердевший cock. Я опускаюсь на колени и начинаю играть с твоим мальчиком. Я обхватываю его двумя руками и начинаю посасывать, делаю это то быстро, то медленно, пытаюсь заглотить как можно глубже. Ты начинаешь стонать, крутить бедрами. Правой своей рукой я начинаю ласкать себя, накручиваю, так, что мой бугорок сильно наливается кровью.

Я никогда не стеснялась сына, впрочем как и он меня. Так исторически повелось — когда-то, когда отец его был еще со мной, мы всей семьей, ездили отдыхать только на нудистские пляжи. Ни муж, ни я — терпеть не могли загорать «в резине». На нудистских пляжах вообще много пар с детьми. Ну и потом, после развода я традицию не меняла.Межкомнатных дверей у нас дома специально нет нигде — даже в туалет-ванную. Сначала так легче было контролировать малыша, а потом я боялась, чтобы не начал употреблять дурь. Короче говоря — всё на виду, спрятаться негде. Так, что у нас дома совсем нормальная картина, когда например, я брею лобок, сидя на краю ванны, раскинув ноги и естественно совсем «раскрытая» внизу, а сын зайдет, сядет (научила наконец-то аккуратности!) на унитаз и справит малую нужду.

Я ухожу в комнату, оставляя тебя на кухне... Я хочу сделать тебе сюрприз... Спустя несколько минут я возвращаюсь, беру тебя за руку и увлекаю за собой... Мы заходим в комнату... Я чувствую как твоя рука напряглась и по твоему телу пробежала дрожь... В комнате полумрак, лишь слабый свет от свечей играет на стенах... Негромко играет легкая приятная музыка... Мы проходим на середину комнаты и начинаем медленно кружиться... Я останавливаю наш танец и беру с журнального столика два бокала с вином... Протягиваю один тебе... Ты делаешь маленький глоток и изумленно поднимаешь вверх бровь — Откуда у тебя такое хорошее вино — спросила ты... — Друг привез. Говорит настоящее французское. Но я в нем все равно не разбираюсь, вот открыл по случаю.

Я посмотрел в зеркало и увидел давно знакомые черты лица. Те же голубые, почти белые глаза, те же русые волосы, та же щетина, что и десять лет назад. Сегодня мне исполнилось тридцать два. Я провел рукой по щетине, умылся и пошел в гостиную.Моя жена — Галя, Галечка — брюнетка среднего роста с роскошными длинными волосами, сделает мне подарок. Этому подарку я был рад больше, чем другим. Я был рад заняться одним из любимых дел — жестким сексом с любимой и развратной.Я открыл дверь в гостиную. Галя стояла раком на ковре. Камин освещал ее крепкую попу — не зря бегает по утрам. Во рту у нее был кляп, ноги были обтянуты черными чулками, а вокруг горели красные свечи. Совсем рядом лежала ее любимая плетка.Издалека я видел слегка увлажненные зеленые глаза, просящие и покорные. Я бросил пиджак на стул и подошел к Гале.

А медленно лучше... Жена должна была приехать завтра. Мне предстояло провести еще один вечер одному. Я зашел в магазин и купил бутылку пива. Воспользовавшись тем, что на улице потеплело, стал пить пиво прям на улице, неторопливо затягиваясь сигаретой. Так как я еще не поужинал, быстро почувствовал, что голова приятно закружилась, и подумал о том, что бы приготовить к приезду жены. Решил, что куплю бутылку шампанского, сделаю ей ванну с эфирным маслом, а после ванной сделаю массаж. Тут же вспомнил, как видел по телевизору эротический массаж, и там использовали крем для того, что бы руки легче скользили. Зашел в аптеку и купил масло с интригующим названием ЭРОС и обещанием того, что после этого масла эрогенные зоны будут чувствительней. Я находился в каком то возбужденном предвкушении.

Они сидели на кухне. Она была тесной и не слишком уютной, но в ней можно было отвлекаться на хлопоты, а в комнате стояла кровать — достаточно широкая, чтобы принять двух любовников, но безнадежно узкая для того, чтобы вместить два года разлуки. В коридоре стоял нераспакованный чемодан. Он, как собака, просился вон из дома, во двор, на вокзал, к черту на рога. Оба слышали это, но не подавали виду. Он смотрел на пачку сигарет и в тиканье часов слышал вагонный перестук. Наспех принятый душ не смыл с него запах дороги, пыльный, горьковатый, неуместный здесь, под абажуром, в доме, который никогда и никуда не спешит. Что он мог сказать своей ненаглядной? Его любовь извелась за два года. Она, как джинн в бутылке, всегда просилась на волю. То униженно и льстиво, то бесцеремонно и злобно.

Белая орхидея. Белый цвет — это цвет чистоты, непорочности, несущий покой, нежность, ласки... Я готовлю тебе сюрприз. А ты согласилась его принять. Я сняла для нас номер в отеле. Пришла туда первая. Мне надо приготовится. Большая широкая кровать, светлая ванная комната, очень много света, просто глаза искрятся от света, который проникает в каждую клеточку тела. На столе белая ветка орхидеи. Белый цветок, с чуть розовой серединкой, правильными лепестками, словно твои чувствительные губы, нежные, мягкие, с пьянящим ароматом, который скоро ты будешь чувствовать... На мне черные туфли, на высокой шпильке, чулочки розового цвета, сексуально-эротичный бюст с вырезами для сосков. Больше ни чего не надо. Сегодня я хочу, что бы ты была в моей власти. Ты должна будешь мне доверять, и учится слушать своё тело.

Вечер. Не большая комната с камином. В камине горит огонь, по всей комнате расставлены свечи. Их так много, они по всюду, комната напоминает звездное небо, которое видно за окном. Перед камином большая белая шкура. Ты сидишь на ней на боку, облокотившись на одну руку, согнув ноги в коленях и поджав к себе, в другой руке бокал шампанского. На тебе платье, лёгкое, на тоненьких бретельках, с глубоким декольте. Жгучего чёрного цвета. Рядом сажу я, в белоснежной рубашке, черных брюках, держа бокал с шампанским. Мы сидим и слушаем тишину, время от времени нарушенную треском из камина. Опустошив бокалы, я встал взял их и поставил на камин. Ты привстала, села на колени, подогнув ноги под себя. Я подошел к тебе спустился на колени перед тобой, наши глаза встретились взглядом и мы не могли отвести друг от друга глаз.