Стенки туннеля метро привычно бежали по обе стороны, редкие фонари проносились мимо, поезд чуть покачивался, убаюкивал, навевая воспоминания. Свет фар сконцентрировался в одной точке, слегка серебря рельсы впереди. Всё это навевало дремоту, заставляло мысленно возвращаться на несколько дней назад...По возвращению домой с Роксомантой, всё пошло своим чередом, за исключением того, что в моём доме поселился новый житель. Она. А уж что мы вытворяли тихими летними вечерами... Испробовав все виды и разновидности секса, в том числе и ролевые игры, я любил прийти после работы, уткнуться лицом Роксоманте в такую тёплую, родную, приветливую промежность и просто тихо лежать, ощущая родной, спокойный, ни с чем не сравнимый запах любимого нутра.

ПредисловиеКогда у нас что-то болит, мы бежим к доктору. Глотаем таблетки горстями и удивляемся, почему болезнь не отступает? Когда у нас что-то болит, доктор лечит следствие, но не причину. Причину найти и устранить можем только мы сами. Причина в нас самих, в наших поступках, в наших делах, словах и даже мыслях. Мы годами копим обиды. Мы годами становимся причиной обид других людей. Мы не думаем об этом, мы не замечаем этого. Обижаем, походя, не задумываясь. И обижаемся сами, когда вдруг приспичит. Обида — основная причина любой болезни. И не важно — обидели вы или обидели вас, и вы повелись на эту обиду. Рано или поздно эта пружина выстрелит в самое уязвимое ваше место. Мы проживаем жизнь в двух параллелях, а может, больше. Одна — дом, работа, дом. Вторая, а то и третья, восьмая, сотая, — во сне.

Когда мы переехали с мужем в новую квартиру, я была безмерно счастлива, что рядом с домом, буквально напротив через дорогу, находился фитнесс-центр. Давно собиралась заняться фигурой, но постоянно находились отговорки, то далеко ездить, то на работе задерживаешься допоздна и успеть в спорт-клуб просто нереально, а тут такая удача, все под боком. И вот в один из дней я отправилась за абонементом. Оказалось, что все самое удобное время уже разобрано и выбрать время занятий можно или рано утром или в последней группе на 21.00. Вариант утренних занятий отпал сразу же и я купила абонемент на девять часов вечера. Живу ведь в пяти минутах ходьбы от фитнесс-центра, так что, не так уж и плохо. Наконец настал день первого занятия. Совершенно неожиданно выяснялось, что спортивной формы у меня нет.

Прошёл год, как мы не вместе... Но я ничего не забыла... Да и смогу ли вообще забыть всё, что случилось с нами? Смогу ли забыть тебя? Говорят, время лечит. Ничего подобного! Если человеку суждено излечиться, он излечится сам. А если нет, то и никакое время ему не поможет. Просто боль станет глубже, уйдёт в самый потайной уголочек, и человек научится пережидать её, закрывая глаза и мысленно считая до десяти. Никто и не заметит, как больно этому человеку. О своём недуге будет знать только он сам.— Привет, Принцесса, — ты, как обычно, позвонил мне вечером.Твой голос звучал как-то непривычно, это «привет», всегда такое радостное, игривое, заставлявшее меня предвкушать сумасшедшую встречу, сейчас было каким-то тусклым, словно ты выдавил его из себя.— Привет, Дёмка! — я постаралась не накручивать себя раньше времени, ответила бодро.

Выходя из казематов, Афраний чувствовал — впервые за много лет — что невидимые узлы, опутавшие его, лопнули, и он теперь может быть собой, Афранием, а не жалким трусом, управляющим подонками.В голове у Афрания было спокойно и ясно. Наконец он знал, что делать, и знал, что прав. Служба глупым кесарям, не понимавшим сути вещей, казалась ему долгим сном, от которого он, Афраний, проснулся сегодня утром, восьмого марта.Еще в казематах он приказал прекратить все казни и обеспечить арестантов хлебом и водой. Вернувшись домой, он прошел в кабинет, долго смотрел в окно, затем приказал рабу позвать Каррината, секретаря. Пришел Карринат, и Афраний ледяным, бесстрастным голосом продиктовал ему приказ об отпущении всех арестантов на волю под свою ответственность.Поздно вечером переодетый Афраний вышел, никем не замеченный, через черный ход.

— Кто летит? — Аламарана! — Логово Реолахайи разрешает посадку. — Хотя естественных врагов у драконов в этом мире не было, а драконьи войны утихли много столетий назад — старые традиции соблюдались неуклонно. Алара приземлилась и направилась к пещере, где устроил свое логово шаман Реолахайи. Дозорный уже сообщил о ней — поэтому хозяин неспешно вышел ей навстречу. Драконица учтиво склонила шею, приветствуя Старшего, тот поклонился ей в ответ. — Здравствуй. Что привело тебя к нам? — Здравствуй, Мудрый. Я бы хотела поговорить с твоей женой, Ороланерой. — Я сожалею, но ей нездоровится. Она не сможет говорить с тобой. — Я вынуждена настаивать, Мудрый, как бы невежливо это ни было. Речь пойдет об Ири — твоем пропавшем сыне. — Реолахайи хотел было возразить, но из логова донесся еще один голос, глухой и надтреснутый.

Сегодня пятница и мне удалось уйти с работы чуть пораньше. По пути я забежал в магазин и, купив кое-что к ужину, пришел домой. Время только три часа, ты придешь с работы только после пяти. Умывшись и переодевшись в свою любимые футболку и джинсы, я пошел хозяйничать на кухню. К тому времени, когда ты позвонила в дверь, на кухне уже все было готово. — А чем это так вкусно пахнет? — спросила ты, зайдя в прихожую и подарив мне нежный поцелуй. — Просто я сегодня пришел пораньше и решил сам похозяйничать здесь. Ты не против, милая? — Нет, что ты. — Ну, вот и хорошо. Давай умойся и переоденься, а я пока накрою стол.Накрыв стол, я сел на свое место и стал ждать тебя. Через минуту на кухню вошла ты. На тебе белая футболка на голое тело, сквозь которое отчетливо проступают груди. Короткая свободная юбка выше колен.

Красивая страна, которая похожа почти на рай. Тут все есть, нет забот и проблем, нет взрывов и нет болезни и смерти. Тут есть все, что угодно душе... все, что может понадобиться, все, что радует глаз, все, что приносит радость, наслаждение и удовольствие.Она жила в этой стране. Она попала в нее, как и все другие... через большое зеркало.Не видя себя в зеркале, она была одним человеком... обыкновенным и простым, как все смертные, никто бы никогда не остановил на ней взгляд на улице, никто бы не обернулся, никто бы не заметил. Просто обычный человек, как все.Но, стоило ей подойти к зеркалу, все менялось... обычное лицо приобретало милые черты... глаза светились восторгом и ожиданием, в голове крутились странные мысли. Тело тянулось к холодному зеркальному стеклу.