— Ты, бля, заебанец сраный, алкашина долбанная. Глянь, какая толпа.Трястись в этой консервной бочке больше часа, охуеешь точно. Пропить права легко, а из-за тебя, рвань, мучайся. Как Пашка в этой дребедени вытерпит.Мой муженек зовут которого, если конечно по культурному, Миша подзалетел с правами, будучи хорошо под мухой, и теперь на два года оставил нас безлошадными. Елы-палы, до дачи теперь добираться надо на автобусах. Заебись, и Пашку пятилетнего хуй с кем оставишь. Приходится тащить с собой. Хотя на природе, конечно, ему привольней, не то, что дома, в однокомнатной халупе. Блядь, толпа выстроилась в очередь как на параде. Еще хуй залезешь в автобус. Ждать следующего полтора часа тоже не очень катит. Хуйня, прорвемся. А на своего хмыря и глядеть-то не хочется. Хорошо, с утра еще не очень жарко.

Возвращаясь как то домой с вечеринки поздно вечером, я проходил мимо подъезда одного дома. На лавочках сидела компания девушек. Их было пять или семь. На вид им было лет по двадцать, двадцать пять. Они были на веселе, курили и пили пиво.Поровнявшись с ними, заметив меня они подозвали меня. Я подошёл. Одна чёрненькая попросила пройти с ней в подъезд. Я пошёл за ней. За нами прошла ещё одна девушка.Когда мы вошли в подъезд чёрненькая спросила: — нет ли у меня денег?Я ответил, что нет и что вообще им пора спать. Тут же сбоку, где была вторая я получил хорошую затрещину в ухо так что упал на колени. В голове даже помутнело. Чёрненькая сказала второй, чтобы позвала остальных. Я оказался на коленях в окружении подгулявших девиц.Чёрненькая смотря на меня спросила у остальных: — Ну что девчёнки дадим ему полизать? Все дружно засмеялись.

Сегодня я вспомнила одну замечательную историю, которая способствовала изменению моих взглядов на мир... И что из того??? Да... именно этот вопрос уже появился в вашей исключительной голове, но я все же сделаю попытку развеять ненужные домыслы, поведав вам о том, что произошло со мною в канун нового тысячелетия. Конечно это не та загадочная новогодняя сказка, которыми изобилуют экраны телевизоров телезрителей всех стран... но для начала вы послушайте, а уж потом, непременно критикуйте... критикуйте и критикуйте... Ведь так и должно быть — угодить всем, как известно, не представляется возможным, а я буду в тайне надеяться, что кому-то эта история напомнит себя или что-то подобное, оставившее след в их душах...

Я обожаю ее!!. Особенно, когда она не заводила своих нудных разговоров о всякой чепухе. И занималась со мной сексом. О, она умела это делать... Помню, однажды, мы возвращались с какой-то вечеринки или дня рождения, не важно, мы были слегка навеселе. Стояла такая же жара, поэтому первое, что мы сделали, когда добрались домой — стянули всю одежду и побежали в душ. Смыв с себя липкое ощущение зноя, я открыл глаза и уже в который раз стал с удовольствием рассматривать соблазнительную фигурку. У нее небольшая, но аппетитная грудь с торчащими вверх сосками, которую хочется тискать и мять руками, тонкая талия, плоский живот и округлые, изящные бедра. У неё восхитительные стройные ножки, она любит носить мини-юбки и короткие платьица, и я часто замечаю, какими взглядами провожают ее мужчины. Мне это нравится.

Лёля впервые в жизни летела в самолете. Ровно гудели двигатели. Это был ранний утренний рейс, и не выспавшийся народ подремывал на своих местах. Лёля поуютнее закуталась в плед, прикрыла глаза и оживила в памяти прошедший день.Проснулась она далеко за полдень от того, что Виталик весело звенел в трубку: «Да все нормально, мам. Мы так что-то сорвались, просто перед вылетом решили вдвоем погулять в городе. Ну, ты понимаешь... Извинись перед ребятами. Приедем — проставимся!» Минувший день показался сном. Даже странно было представить, что еще вчера она собиралась на собственную свадьбу, а сегодня, исхлестанная в мясо, убегает в неизвестность вместе с молодым мужем. Виталик был бодр и деловит. Заказал завтрак в номер и велел Лёле одеться, чтобы ехать в город, в частную клинику.

Ты сидишь у себя в кабинете за большим дубовым письменным столом. Твой взгляд падает на настенные часы. Без четверти двенадцать. Наклоняешься чуть в сторону и нажимаешь кнопку селектора. — Танечка, позовите, пожалуйста, нашего программиста, что-то мой компьютер завис, пусть посмотрит. — Хорошо, Яна Владимировна, одну минуту.Секретарь берет трубку телефона и звонит мне. — Зайдите, пожалуйста, в кабинет директора, у нее проблемы с компьютером. — Одну минуту. — я выхожу из своего кабинета и поднимаюсь на третий этаж, захожу в приемную. Секретарь встает из-за стола, подходит к двери твоего кабинета и открыв дверь: — Яна Владимировна, программист пришел. — Пусть войдет, а ты можешь уже идти на обед. — Хорошо, я через час, примерно буду на месте.

Лето. Левый берег Волги. Вечер четверга. По грунтовой дороге подъезжает белая машина. Останавливается у прохода к реке, между двумя. Из машины выходи пара, он и она. Решили искупаться, после рабочего дня в пыльном городе. Вокруг никого. Они быстро переодеваются и идут к прохладной воде по большому песчаному бархану. Река весной постоянно намывает, такие, в этом месте. Они останавливаются на вершине песчаной горы. Впереди река. «Смотри, как будто бы в пустыне», — восклицает мужчина, — давай сделаем несколько фотографий. Она не против. Начинает позировать. Он командует, подсказывая нужные позы. Чувство уединенности охватывает их. — Сними лифчик, — просит он, нацеливаясь фотоаппаратом на ее стройную фигурку. Верх бикини летит на песок. На воле оказываются ее маленькие грудки, с торчащими, возбужденными сосками.

ПОЕЗДОЧКАНедавно был на станции Козятин и мне припомнилась удивительная история, произошедшая со мной в 25 лет, весной далекого 1996 года. В тот период я был на госслужбе и очень часто ездил в командировки. Как сейчас вспоминаю вечером я сел в поезд в Запорожье, который следовал в западном направлении и в Козятине мне надо было сделать пересадку на Киев. Билет я купил в купейный вагон, в котором моими попутчиками стала молодая парочка и пожилая женщина. Молодые люди были немного моложе меня, Павлу около 22 лет, а Наташе не больше 20, они жили в Красноперекопске и ехали по делам фирмы. Точнее Павел в поездку взял свою девушку, которая от провинциальной скуки согласилась и ехала в предвкушении новых встреч и познания чего-то нового.