Вoт ужe кaк нeдeлю нaзaд мoя нaстaвницa исчeзлa. Прoстo oтпрaвилaсь зa трaвaми кaк oбычнo и нe вeрнулaсь. Дa, я пoнимaю чтo мы живeм в кoлдoвскoм лeсу, тут пoлнo oпaснoстeй, нo и ee нeльзя нaзвaть бeззaщитнoй. Зaчaрoвaннaя oдeждa, мнoжeствo aмулeтoв, нeскoлькo aртeфaктoв, всe этo былo пoстoяннo при нeй, нo видимo нe пoмoглo. Мнe нaдo былo ужe дaвнo oтпрaвиться нa ee пoиски, нo чтo тo прoизoшлo с мeстными oбитaтeлями лeсa, oнa стaли чeрeз-чур aгрeссивны, хoтя рaньшe никoгдa нe нaпaдaли нa нaс пeрвыми, eсли мы были oстoрoжны. Хoтя я и нe тaк дaвнo здeсь живу и учусь.Пoл гoдa нaзaд в нaш гoрoдoк, хoтя кaкoй тaм гoрoд, прoстo рaзрoсшaяся дeрeвня, пришлa вeдьмa. Oнa былa мoлoдoй и крaсивoй, в тeмнo-фиoлeтoвoм кoрoткoм плaтьe и ширoкoпoлoй шляпe, кoтoрую oбязaтeльнo нoсит кaждaя, ктo имeeт oтнoшeниe к кoлдoвству, у мeня сeйчaс тoжe тaкaя eсть и я этим oчeнь гoрдa.

Орфография автора сохраненаДва года назат я устроилась работать секретаршои в однои солиднои фирме. Перед принятием на работу я должна была подписать договор. Там был и пункт как я должна одеватса. В брюках я на работу ходить не могла. Такои был подписан договор с шефом етои фирмы. Мне нужно было ходить на работу в юбке или плате, носить колготки или чюлки, и если в юбке то обязателно белая блузка. Шефу всегда нравилис женщины, он всегда хотел залесть им под юбку, но как то держался. Каждое утро он всегда провирял как я одета. Приходя на работу мне нужно было проити к нему в кабинет, нужно было поворачиватса в стороны, потом приподнять юбку и показать в каких я трысиках, какои у меня лифчик. Когда я толко начинала работать у нево однажды я надела не белые трусики и лифчик, а телесново цвета.

Спала я голышом. Маленький будильник жужжал над ухом, я сквозь сон выключила его. Большие настенные часы показывали пять утра. Лежа на подстилке в коридоре, я несколько раз моргнула, прогоняя остатки сна. Мне следовало привести себя в порядок и заниматься уборкой, готовкой и прочими обязанностями домашней рабыни, пока не проснется Хозяин.Первым делом я проскользнула в туалет. Все тело саднило от вчерашней порки, так что неприятные ощущения от душа мне были обеспечены. Впрочем начинала я с клизмы. К этому невозможно привыкнуть, но ощущения от теплой воды, распирающей внутренности и удовольствие от исторжения — были непередаваемыми. После промывания я отправилась в ванную, следовало сбрить малейшие намеки на волосы по всему телу.Лысая голова смотрела на меня из зеркала.

Как мы рухнули на пол вместе, мой член выскользнул из ее рта. Мой рот попал прямо на ее левый сосок. Я взял его в рот и нежно ласкал языком, взял руками ее голую сиську и прижал ее к своим губам.Мы оба тяжело дышали от страсти и оба грелись в теплом прекрасном чувстве, которое получаешь после секса. Я помню, как долго мы так лежали.Наконец, Варя взбодрилась и сказала мне, что ей нужно немного кофе. Она также сказала что-то про подходящее время для следующего эксперимента. Что вообще это значило?Варя и я там лежала в объятиях друг друга довольно долго. Как она зашевелилась, я проскользнул двумя пальцами в ее киску. Почувствовал сочетание ее соков и моей спермы. Как только поработал моими пальцами в ее киске, она начала снова стонать.Она перевернулась, чтобы быть лицом ко мне и начала страстно меня целовать.

Я захожу в её квартиру, пока разуваюсь и снимаю куртку она на меня смотрит поедающим взглядом, и в сладком предвкушении того что я с ней буду сейчас делать. Я хватаю её за грудь и прижимаю плотно к стене прямо в коридоре, и начинаю страстно её целовать и покусывать... задрав юбку моя проскальзывает ей под трусики я начинаю мять и грубо гладить её попку... она с наслаждением наблюдает за процессом в зеркало стоящее позади меня... я кусаю её шею губы грудь через майку... я хочу её очень сильно хочу... но потом резко останавливаюсь, смотрю на неё страстными глазами, язычком проскальзываю от её груди до самых сладких её губ, как зверь поймавший свою добычу а потом играющей с ней.

Моя любимая сучка! Моя Королева, моя игрушка, мой любимый человечек! Хочу тебя днём и ночью, нежно и грубо, любимую пиздочку, ротик, попочку... Хочу тебя выпороть, жестоко, до слёз, когда тебя долго нет и тут же, когда ты есть, хочу броситься на колени и целовать тебе ноги, только вынув их из обуви, ещё потные, просто за то, что ты пришла, и стараюсь уловить любое твоё желание... И исполнять его, как только могу.Хочу обнять тебя, поцеловать, поставить на коленки и дать тебе в ротик... Ты моя любимая хуесоска, мои любимые губки (одни из?) скользят по члену, язычок облизывает его... Моя сладенькая так классно сосёт! Хочу взять тебя за волосы, смотреть тебе в глазки и трахать твой ротик. Сперва медленно, потом быстрее и глубже. Мне нравится твоё личико, насаженное на член, зелёные глазки умоляюще смотрят.

... Страпон выглядел угрожающе. Сантиметров двадцать в длину и около пяти в диаметре, весь черный, он завораживающе действовал на Влада. Вариантов избежать знакомства с ним не было. Влад замер в ужасе от того, что сейчас должно было произойти...... Снежана оказалась сорокапятилетней пышкой восточной внешности. Фотка, которую она выслала Владу при знакомстве по Интернету, была сделана явно надцать лет назад. Но его это не смутило — он втайне от всех восхищался пышными формами, а «Даную» Рембрандта считал картиной всех времен и народов. Познакомились они на одном неприметном форуме на фоне обоюдного сексуального голода, несмотря на десятилетия прошлых браков — что у него, что у него. Так получилось, а может, это было Судьба — Влад особо и не заморачивался по этому поводу.

По центральному коридору одной областной больницы неспешным шагом шёл молодой доктор. Корочков Виктор Степанович. Настроение у него было самое наилучшее, завтра он должен был покинуть эту дыру и занять вакантное место в частной клинике. А там и до своей практики недалеко.Проходя мимо приёмного покоя, он заметил санитаров, вносящих в двери носилки. На носилках лежала женщина.— Кто это такая, — поинтересовался он у проходящей мимо медсестры.— Какая-то автомобилистка. ДТП, — ответила та, идя дальше.— Виктор, можно тебя на минуту, — послышался голос Александра Сергеевича, главного врача больницы.— Слушаю вас, Александр Сергеевич, — проговорил Корочков, подойдя поближе.— Это вновь поступившая, — проговорил главврач, показывая рукой на носилки.— У тебя последняя смена у нас, ты присмотри за ней, а завтра я отдам её другому доктору.