Я развелся со своей женой пару лет назад. Ушел от двоих детей — тяжело было. Бывшая жена чинила препятствия при встречах с детьми, но я не мог без них. Я часто удивлялся самому себе — как я мог женится на этой женщине — это же деревня, аппетитная телом, но корова — коровой. Как в деревне — можно все — лишь бы никто не знал.Вот и в этот раз — соскучился по детям, надо было ехать.«Привет»«Привет»«А где девочки?»«У бабушки»«А почему не сказала?»«По кочану!»...«Сука» — думаю... Как бы ей отомстить...Жадная она — это я знал. «Хочешь денег?»«Как это?» — заинтересовалась она.«Ты и так должен нам на содержание» — сказала она.«Ей богу — нет средств» — сказал я. «Но есть способ заработать...»...«Какой еще способ?» — поинтересовалась она.«Ну... как это сказать...» — промямлил я — «Знаешь — платят за обнаженную натуру...

Тогда мне было всего 19 и у меня была прекрасная девушка Лиза. Я был в нее влюблен и, казалось, что я никогда не смогу жить без ее зеленых глаз и милой улыбки.Однажды моя Лиза поехала на день рождение к своей дальней родственнице. Мне было очень одиноко и грустно, и я решил пойти в местное кафе и попить пива. все было как всегда: клубы дыма, шумные компании и растерянные официанты.Я сидел за барной стойкой и пил пиво, как вдруг мой взгляд привлекла одна девушка, почему то мне она казалась знакомой. Она заметила мой пристальный взгляд и тоже, кажется, узнала меня. Она подошла ко мне и сказала: «сережка, ты ли?»И тут в моей голове как-будто что то щелкнуло — это была Катя. Я не видел ее больше 6 лет, с тех пор как наша семья переехала в Ростов.«Катька, эх как давно я тебя не видел!!!»«как я рада, что встретила тебя.

Ходить в босоножках по песку — сущий ад. За то время, что я брела в одиночестве по пляжу, к ногам налипло столько песка, что впору было лезть на стену от того, какой дискомфорт он мне причинял. Когда мое терпение уже было на исходе, раздраженно сбросив босоножки, продолжила гулять по песчаной косе босиком.Закат. Шумела вода, издали доносился смех людей, теплый ветер приятно ласкал кожу, но мне было не до этого, сейчас мои мысли были где-то далеко. Закрыв глаза, я стояла у самой кромки воды. Набежали волны, доходя до щиколоток, и тут же будто бы в притворном испуге отпрянули обратно. Закрыв глаза, улыбнулась своим мыслям. Сделав глубокий вдох, я ощутила прохладу летнего ветра, разливающуюся по всему телу. Из состояния сходного с медитацией меня вывело прикосновение чьих-то рук на моих плечах.

Солнце угасало над березами у горизонта, окрашивая последними отблесками красного здание автовокзала, многоэтажки вокруг и шумную толпу на посадочной площадке.Наташа подхватила спортивный ранец, отошла от кассы, вышла на улицу и быстро зашагала в сторону очереди к автобусу, на ходу запихивая билет в видавшую виды сумку, болтавшуюся в такт шагам у правого бедра. На потертом матерчатом ремне через плечо прямо над грудью блестел значок со смайликом, как последний штрих дополняя дерзко обрезанные джинсовые шорты, майку до пупка и расстегнутую толстовку с откинутым назад капюшоном. Сумка легонько похлопывала ее по небольшой круглой попке, едва прикрытые упругие ягодицы аппетитно перекатывались под шортами, крепкие бедра сверкали в лучах заходящего солнца.

Страсть. — Девушка, с вами всё в порядке?Голос прохожего вывел меня из состояния задумчивости. Я подняла голову. Ко мне обращался мужчина лет 50. Его добрые глаза с беспокойством смотрели на меня. — Спасибо. Со мной всё в порядке. Задумалась немного, — ответила я ему, выдавив из себя подобие улыбки. — Жизненные проблемы? — Да. — Вы так не переживайте. Отвлекитесь на что-нибудь нейтральное. Потом поймёте, действительно надо беспокоиться или проблема в нашем восприятии жизни. — Сказал мужчина, мгновение пожал мне руку и свернул в сторону. — «Может он и прав. Всё решится само собой и беспокоится не стоит. Но, как отвлечься на что-нибудь нейтральное, если мысли вновь и вновь наваливаются на тебя», — размышляла я, бредя домой.Никого не замечая, я зашла в свой подъезд и вызвала лифт.

Белоснежная яхта рассекала воды тропического моря, кроме неё на бирюзовой прозрачной глади воды не было никого и ничего, только изредка пролетавшие чайки нарушали это уединение. На палубе, на носу яхты под палящими лучами тропического солнца лежала девушка Салли 23 лет, левая её ножка была согнута в колене, а правая выпрямлена. Изящные руки вытянулись вдоль тела, гладкую загорелую кожу стройной талии и спортивного животика нарушал пирсинг в пупке. Обнажённая округлая грудь была вся обласкана лучами солнца, а светлые волосы немного подрагивали на ветру. Единственное, что было не доступно палящим лучам, это голубые глаза, спрятанные под солнцезащитными очками и промежность, без единого волоска скрывавшаяся за бирюзовым треугольником трусиков-бикини.

Ненавижу, ненавижу, ненавижу. Ненавижу до жути, до хруста в зубах, до ломоты в пальцах. Сначала я его возненавидела за то, что встречаясь со мной он параллельно соблазнил мою младшую любимую сестру. Потом ненавидела за то, как он с ней обращался — чуть высокомерно, снисходительно, как с низшим существом. Ненавидела за то, что сделал ей ребенка, за то, что женился на ней, но не полюбил. Да, Юля излишне импульсивна, излишне эмоциональна и открыта, но разве этим можно оправдать его жестокость по отношению к ней. Ведь именно из-за его невнимательности и грубости она потеряла ребенка, которого так хотела и мечтала родить. Из-за его чёрствости и измен, начала принимать наркотики. А он жестоко и так цинично выкинул ее из своей жизни, как использованный бракованной товар. Мою красивую и ласковую голубоглазку.

Лиза уже 2 недели отдыхала в Греции. Перед своим отъездом она ублажила восьмерых мужчин. Это был самый обыкновенный секс мужики трахали её то в пизду, то в жопу. Не случалось ничего необыкновенного и эйфорического. Собственно всё это Лиза затеяла что бы как следует насладиться сексом перед своим отъездом, так как в Греции она вряд ли найдёт себе с кем перепихнуться, а отдыхать то она там будет целое лето.Две недели воздержания... уж для кого для кого, а для Лизы настоящая пытка. Она на все продолговатые вещи стала смотреть как то по-другому. Даже уроды, которым в другой ситуации она бы не дала, казались ей секссимволами. Ну а самоудовлетворяться Лиза никогда бы не стала, это были её высокоморальные принципы.Лиза не знала что такое любовь. Жизнь для неё состояла из секса, работы и отдыха. Но всё изменил один случай в Греции...