Я подрабатывал в вечернее время тем, что занимался обучением клиентов работе на компьютере с нуля. Приходили в основном женщины. Однажды записалась высокая стройная девушка лет двадцати семи с явно выраженным бюстом третьего размера. Хоть в клиентках я и видел женщин, но старался чтобы это не мешало процессу обучения. Но такие груди и попку игнорировать было сложно. Ее звали Леной и в основном ее интересовал интернет. Поставила себе первоочередную задачу научиться размещать о себе информацию в брачных агентствах, чтобы выйти замуж за иностранца. На мой вопрос почему именно за иностранца, ответила, что уже была замужем за итальянцем и теперь ни за что за русского не пойдет. В дальнейшем рассказала, что мужу было пятьдесят лет, у него был сын ее ровесник.

Я вбил свой член между её ног, так что она вскрикнула от боли.Я был зол на неё за то, что она сделала достоянием гласности среди коллег по работе наши с ней отношения. Я был её непосредственным начальником. Она (звали её Галиной) была моей правой рукой и... моей любовницей. (Да, я был женат и очень любил свою жен)Я пришёл к Галине домой. Ничего не сказав ей, даже не поздоровавшись, я сразу погнал её в спальню. Я сорвал с Гали коротенький халатик и толкнул её на кровать. Я быстро скинул с себя костюм и сразу набросился на неё. Я раскинул её ноги и, безо всякой подготовки вбил свой член между её ног. Она вскрикнула от боли: — Ты что?! Что с тобой? — закричала она. — Не надо!Галя попыталась освободиться из моих крепких объятий. Я стал делать резкие толчки, ударяя головкой члена в дно её влагалища.

Многие, кто служил на флоте, знают, что немалое любопытство проявляют жены обычных офицеров и сверхсрочников к теме адмиральских жен. Известно, что это довольно таки замкнутый круг общения этих женщин, не выходящий за установленные для них границы. Поэтому мало кто знает даже в самом небольшом гарнизоне, как живут семьи высокого начальства, с кем дружат и общаются. Все знают, что жены адмиралов всегда относились к числу элитных женщин, которые живут по принципу; «Что положено царицам, не доступно для плебса». Поэтому «плебс» всегда старался приоткрыть эту секретную для него завесу и осудить господ, хотя бы в форме гарнизонных сплетень. И никакие тут женсоветы и прочие надуманные руководством формы общественной деятельности женщин в закрытых гарнизонах не являлись препятствием к заяве: «А наша адмиральша и...

Я уже любила... любила парня приехавшего ко мне из Мадрида... 5 дней бурной романтики, 5 дней незабываемых встреч... и с каждой встречей всё безумнее и безумнее становилась моя любовь к нему... я теряла голову и понимала что помимо душевных чувств меня начинает не что большее тянуть к нему... я боялась этих чувств, но этот страх мне был приятен и я рисковала, начинала позволять себе то что никогда не позволяла... Каждый день наших встреч был полон безумных поцелуев... он целовал меня так нежно и так страстно... обнимал, прижимал к себе так близко, что меня уносило от счастья на седьмое небо... я чувствовала его любовь и понимала что ему уже мало одних поцелуев, он долго держал себя в руках, но в один прекрасный день сладко целуя меня, страстно обнимая он медленно рукой стал лезть мне под юбку...

Великовозрастный Сергей Теличко попал в наш первокурсный курсантский класс из рыболовецкого флота. — Интересно. Что сей недоросль у нас потерял? — удивлялось наше факультетское начальство, не подозревая, что Теличко устроила «волосатая рука». Такой термин обозначал у нас протекцию.Теличко был старшиной второй статьи запаса, что тут же использовало ротное начальство, назначив этого битюга старшиной нашего класса. В отличие от других, стремящихся забить местечко в классе за столом на «Камчатке», Сергей уселся за первый стол, что позволяло ему беспрепятственно внимательно разлядывать дамские прелести наших молодых преподавательниц. Не обошел его алчущий взгляд и грудь нашей молоденькой англичанки, впервые ступившей на стезю преподавателя.

Однажды небольшая компания друзей-товарищей отправилась в очередное путешествие по своему любимому городу. На этот день не было определенного плана, погулять, посмотреть на виды, походить по крышам, обычная программа. Их было четверо. Три лучшие подруги: миниатюрная блондиночка Иришка, полноватая русая Юлия и Дарья темненькая с хорошей фигурой девушка. Они всегда говорили, что им удобнее всего втроем цеплять мужчин. На любой вкус подобрать можно: худенькая и не очень, светленькая или темная, с голубыми, зелеными или черными глазами. Три полные противоположности друг другу. И с ними был четвертый — их друг Пашка, всегда их сопровождающий, имеющий фотоаппарат всегда под рукой. Они шли по городу, постепенно углубляясь в спальный район.

1.«Раз в крещенский вечерок девушки гадали». Ну ладно, допустим не в крещенский, до Крещения еще, как до Китая на карачках, лето на дворе. Шестое июля, если точным быть, впереди Купаловская ночь. К стоящему на окраине леса дому, покачиваясь на неровностях проселочной дороги, осторожно подкатилась Нива Шевроле. Кого там еще принесла нелегкая? Авто остановилось перед добротным деревянным срубом: мотор заглох, после небольшой заминки распахнулись дверцы и на свет божий, кряхтя и разминая затекшие в дороге мышцы, выбрались три весьма колоритные барышни. Та, что была за рулем, в цветастых шароварах, с разлохмаченным рыжим пучком на голове и стильных солнцезащитных очках, оценив строение взором прожженного риэлтора, вынесла вердикт:— А ниче так домишко, мне нравится. Я уж себе мысленно халупу рисовала в этих ебенях.

— Молодой человек! — услышал я шепот настолько громкий, насколько позволял слышать второй этаж. Я узнал ее. Одна из двух сестер-близнецов, живших по соседству в нашем доме. У кого-то из них был ребенок, а сейчас кто-то из них (я конечно не мог различить которая) гуляла с коляской и обращалась ко мне. Однажды мы ухитрились сделать по двору три круга навстречу друг другу в поисках места для парковки — и с тех пор здоровались. — Можно вас попросить помыть и мне окна? — выражения её глаз я не видел. «Why not?» — подумал я. Все солнечное утро я дразнил проходящих внизу домохозяек обнаженным торсом. Должно же их всеобщее признание во что-то вылиться? Пусть и в такую вот просьбу. — Ок? Закончу — подойду. Куда?Девушка назвала номер квартиры и тут же исчезла, словно испугавшись своей дерзости.