Макс сидел один в купе и курил. Минуту назад Аня, девушка, которую он со школы любил, сообщила, что больше не желает с ним общаться и уже вот-вот улетает в Испанию. Это известие выбило его из колеи. Он тупо сидел и не знал как ему дальше жить. Тут в купе постучались. Максим разрешил войти, даже не поднимая глаз. — Простите за беспокойство, но в купе запрещается курить, — сообщила проводница, у которой на бейджике написано «Катя». Максим посмотрел на нее и, поддавшись секундному желанию, встал и подошел к ней. — Простите, девушка, обещаю больше не курить, если вы позволите... — Что? — выдохнула она, не смея поднять взгляд. — Разрешите мне сделать так...Он наклонился и зашептал ей в ухо самые ласковые прилагательные. Ее дыхание сбилось, и он чувствовал, как тяжело ей было сохранить самообладание.

Не могло так хорошо длиться постоянно. Слишком много переменных в химическом уравнении счастья. Например, Максиму явно не по душе отношения с парнем, хоть тот и по волшебному мановению косметической феи становился девушкой; или — моя жизнь, а точнее, материальное благополучие моих родителей не могло позволить мне осуществить мою мечту. Если вдруг кому-то показалось мало, то можно добавить и несуществующий в нашей стране «средний класс», и район, в котором приходилось жить, и... да много чего. Жизнь, она мало похожа на сказку. Так говорят знающие люди. Но, почему-то они забывают добавить, что сказку придумывает и осуществляет сам человек...Впрочем, я слишком забегаю вперед. Не будем торопиться.Пока что моя жизнь напоминала гротескное веселье на борту Титаника.

Выручил Витька, он очнулся, посмотрел на нас и застонал:— Мне плохо. Очень плохо.— Ему плохо.— Ему очень плохо.— Нам нужен врач.— Да, нам нужен врач.— Вызовем скорую.— Не нужно скорую. Я врач.Муж Лены бросил биту и склонился над Витькой.— Мне нужно его осмотреть. Разденем его.— Не надо меня раздевать. Мне и так плохо.— Может, не будем его раздевать?— А как я его осмотрю, если он будет в одежде?— Тогда давайте разденем его.— Давайте его разденем.Мужики бросили биты и начали раздевать Витьку. Он не давался, за что получил несколько ударов по спине и один хороший под дых. После того как его попинали ногами он затих.— Не рыпайся, а то сейчас битами тебе голову проломим.— Не надо битами.— Тогда лежи и не сопротивляйся.— Не буду больше сопротивляться.Витька перестал сопротивляться. Его раздели до гола.

Я подыскал квартиру, выждал время. Неделю получал отчеты о ее сексе, о ее дрочке, о ее желаниях. Она будто сломалась. Но ей нравилось, очевидно, нравилось. Быть приличной внешне девушкой, в строгой одежде, с красивым телом, желанной, но неприступной. Ее возбуждала мысль, что вот все думают, ах она просто так не даст, а в это самое время она без трусиков, в жопе у нее пробка, а на сосках маленькие зажимы.Она вела двойную жизнь и ее это сводило с ума, от своей же похоти, от своей тяги к разврату она возбуждалась. Она приходила домой и принималась себя мучать, дрочить, пытать, сама себя хлестал плеткой, зажимала соски, вешала грузики, садилась пиздой и жопой на большие фалоиммитаторы, снимал она все это на видео, делала фотки... и все это лишь чтобы получить хуй Хозяина, ублажить его.Вся спесь и гордость заканчивалась, глядя в глаза хозяину.

Мы долго не виделись. Будто она избегала меня. Может так оно и было. Но она сама позвонила, попросила встречи.Мы сидели в кафе. Милое заведение, диваны, низкие абажуры, дерево, матовое стекло. Ужинали кофе. Немного выпили.Она была вся как пружина. А я ничего не делал. И она мучилась от этого. Хозяин и ни слова о наказании, о недовольстве. Я знал, что это самое тяжелое для нее, видеть, что я все понимаю и плавится в своем желании, похоти и страхе.А она боялась.Знала что накажу. Знала и ждала. Встать и уйти, не оборачиваясь — вот бы было дл нее наказание. Но не в этот раз.Она с работы. Узкая юбка до колена. Чулки. Кофточка в обтяг ее хорошенькой фигуры. Грудь чуть вверх. Прическа. Блеск в глазах и ерзанье... — сними трусики и отдай мне.Она вздрогнула от этого перехода. Поставила бокал. Стала подниматься из-за стола.Я остановил ее. — Здесь снимай.

Собрание земель было уже близко. Эрл Эамон воспользовался своим огромным влиянием, чтобы поторопить баннов и провести совещание как можно скорее. Ведь Мор не ждет, его не интересуют бюрократические заморочки. Проблема заключалась еще в том, что тейрн Логэйн убедил многих дворян, что Мор ненастоящий, и что Серые Стражи просто пытались раздуть из себя невесть что, заручиться поддержкой короля. Ну, и конечно, он вовсю обвинял Стражей в убийстве Кайлана, хотя в это верило не так много народу, как в несерьезность Мора. Встречались и те, кто, не относясь к числу Логэйновых прихвостней, громогласно заявляли, что своими глазами видели предательство Стражей при Остагаре. Они крови порождений тьмы наглотались, не иначе.

С момента последних событий прошёл месяц. На дворе был конец января. Никаких происшествий за весь месяц не происходило. Капралов как в воду канул. Тишина. Я спокойно потрахивал свою мать, когда хотел. Что касается её, то не нужно быть гениальным сексологом, чтобы понять, что она не была удовлетворена. Я хорошо знал свою мать, одного мужчины ей было мало, одного члена явно не хватало для удовлетворения её сексуальных потребностей.Я замечал, что она очень часто мастурбирует, гораздо чаще, чем раньше. Звук вибрирующего фаллоса постоянно раздавался из спальни. Я всячески старался погасить её сексуальный голод путем жесткого, грубого секса. Трахал её преимущественно в задницу, но всё равно она была не удовлетворена, хоть и пыталась это скрыть. Настроение матери можно было назвать депрессивным и нервным.Так и прошёл первый месяц зимы.

Во время отсоса все проблемы мужика отсасываются из его головы.В обеденный перерыв захотелось секса. Точнее, минета. Мое желание совпало с желанием моего брата. У нас когда-то был секс. Странный, чуть глупый, но плодотворный. Мы выпили чай, скрылись в туалете. Быстрое раздевание с запертой дверью. Оторвавшиеся пуговицы на кафельном полу, порванные штаны и его член наслаждается моим ртом и языком.Проникновенный минет, ритмичные хрипы... Я никогда в жизни не хотела так отсосать, как сосала ему, хоть и делала в первый раз...Его руки держали мою голову за волосы, он работал своим тазом, я активно своим ртом, причмокивая...Минет продолжался не так долго, как наш первый с ним секс. Через несколько минут отсоса он отодвинул мою голову, взяв в руку свой член и его семя изверглось на моё лицо. Несколько струек и сперма стекала с моих щек, носа и рта.