— Ты все поняла? — в очередной раз и, надеюсь, в последний спросил отец.

— Да, — кивнула я, стараясь сохранить вежливое выражение лица.

Позвольте узнать, вы когда-нибудь влюблялись? По-настоящему? Так, что аж коленки дрожат, стоит только представить, как руки твоего избранника крепко тебя обнимут? А уж если вообразить то, что обычно происходит после захода солнца...

Я снова потекла. Между ножек стало все влажно. Все же я совершенно беспомощна перед удовольствиями Вермирры. Всегда была, сколько себя помню. Стоит мне только услышать какую-нибудь похабную историю или представить себе неприличную картинку — как тут же возбуждаюсь.

Я — Диана Рет'Торан, вторая дочь своего отца. Того самого, который владеет лучшим гладиаторским домом всей страны. И это отнюдь не бахвальство, как многие считают. Это — факт. А если вы сомневаетесь, сходите на Арену и сами все увидите. На какую именно? Да на любую, бестолочи!

Я попыталась отвлечься от приятного зуда между ножек и переключила свое внимание на обстановку. Так вот как живут эти Катрегги! Должна признать, весьма симпатичненько.

Мы с отцом находились в зале для приемов, в ожидании пока придет хозяин дома. Сквозь большое, во всю стену, окно, из которого открывался вид на весьма приятный для глаз садик, долетал аромат апельсинов. Под ногами лежал большой ковер, от одной стены до другой, с вытканным узором, изображавшим несколько голых девушек. О демоницы Вермирры, а я только-только начала остывать... Несколько черных кресел и небольшой темно-красный диванчик, да несколько столиков со стоящими на них вазами со свежими фруктами.

Хотя, признаюсь честно, гораздо большее внимание я уделила этой сексуальной демонице, темненькой рабыне, которая обслуживала нас, подливая вино в кубки. Длинноволосая красотка с гибким телом с осиной талией. Я загляделась на ее обнаженную грудь, похожую на два спелых фрукта, так и просящихся в рот...

Моя рука сама собой скользнула чуть вниз и наткнулась на длинный подол широкой юбки. Вот же ж, вино Шеготара ему в кубок! Во имя дьяволиц Вермирры, в какое место стукнули моего отца на тренировочной площадке!? Нет, я понимаю, что должна хотя бы на людях выглядеть как аристократка, но на кой ему понадобилось заставлять меня одевать эту гребанную пышную юбку, не дававшую мне даже поласкать себя!?

Я взяла спелый фрукт из ближайшей вазы и начала неспешно есть, а надежде хоть немного отвлечься от распутных мыслей, но взгляд сам собой возвращался к этой темненькой рабыне. Я ничего не могла с собой поделать. К тому же, сочный персик навевал на меня отнюдь не самые безобидные ассоциации.

Я сдерживалась лишь одной мыслью — что полтора месяца ожидания наконец то закончились. Каждый день я мечтала о нем и сегодня, наконец то, мои грезы станут явью.

Должно быть, я окончательно достала отца со своим излишним рвением. Я много раз просила и даже умоляла его провернуть все как можно быстрее, но он был непреклонен.

В зал быстрой походкой вошел мужчина в богатой мантии — торговец. Я тут же прикинула, как с ним в постели и мгновенно потеряла интерес. Торговец, да к тому же уже немолодой. После того, как я послала отцовский запрет к Вермирре под юбку и приказала одному из гладиаторов ублажить меня, я уже не могла полноценно насытиться с обычными людьми.

— Сир Рет'Торан, приятно видеть вас в моем доме, — расплылся мужчина в широкой улыбке.

— Удовольствие взаимно, Мастер Катрегги, — с достоинством улыбнулся мой отец. — Позвольте представить вам мою вторую дочь, Диану.

Глаза мужчины пробежались по моему телу от макушки до самых ножек. Я заметила, как в глазах зажегся похотливый огонек. Не дождешься, старик! С тобой я буду трахаться только если рядом уж совсем никого получше не окажется!

— Настоящее сокровище, — с алчным блеском в глазах заявил Катрегги.

— Поживите с ней пару лет — измените свое мнение, — рассмеялся отец и продолжил уже более прохладным тоном. — Вы обговорили наш уговор со своим сыном?

— Эмм... — хозяин дома ощутимо смутился. — Видите ли, в последние пару недель у нас тут небольшой кавардак твориться и как-то подходящего момента не было.

— Вот как, — я привычно отметила слегка сузившиеся глаза — первый признак отцовского недовольства.

— Но мы сейчас скажем ему об этом вместе, сир Рет'Торан, — Катрегги как-то мило улыбнулся, отбив у меня всякое желание на него сердиться.

Мне, в общем то, было начхать. Я была уверена, что Александру хватит одного лишь взгляда на меня, чтобы согласиться на предложение отца. А я... я была готова сделать что угодно, чтобы моя мечта осуществилась. И если Вермирра пожелает, чтобы я устроила развратную вакханалию в ее честь прямо в этом зале — я готова!

Старшие погрузились в обсуждение свежих дворцовых сплетен, а я глазела в окно и заново вспоминала те события, которые привели меня в этот дом.

Все началось полтора месяца назад, в день Солнца. Грандиозные игры на Арене, на которых мой отец потерял двух своих гладиаторов, кстати. Мне эта парочка никогда не нравилась, так что я совершенно не жалела, когда их одного за другим проткнули мечом.

Я посещала Арену с двенадцати лет. Успела насмотреться на всякое. Однако, на сей раз я глаз не могла оторвать от бойца, вышедшего на финальный бой. Один против семерых. Такого отважного поступка даже мой отец еще не видел. А уж когда я увидела смертельную грациозность его движений... Я потекла и совершенно потеряла голову.

Я не могла успокоиться несколько дней. Я либо убегала в дом наслаждений, либо грезила о его руках и могучем члене. Меня захлестнуло с головой. И в один момент я поняла — я хочу быть его женой! Отец все равно никак не мог понять, что со мной делать. Мне уже девятнадцать, а я до сих пор не замужем и виной тому, если послушать моего папашу, мое полное неумение думать головой, а не тем, что между ног.

Я при каждой встрече упрашивала отца. Поначалу он лишь отмахнулся от меня, однако, две недели упрашиваний не прошли даром — Рет'Торан как следует все обдумал и согласился с моей просьбой. Наверняка имея в голове какой-нибудь хитрый план. Что меня совершенно не беспокоило — главное чтобы Александр был моим!

Я уже устала слушать пустую болтовню старших, когда мой избранник наконец-то вошел в зал.

— Рет'Торан? — на лице Александра отразилось легкое удивление, когда он увидел моего отца.

Я сама слегка вспыхнула от возмущения — бастард даже не взглянул на меня. Отца, впрочем, поразило нечто иное.

— Вы позволяете Александру разгуливать по дому с оружием? — обратился он к Катрегги.

— Видите ли... — начал отвечать тот, но бастард тут же его перебил.

— Вам ли не знать, сир Рет'Торан, что я в первую очередь воин и лишь во вторую — член этой семьи, — с легкой усмешкой на лице заявил он, усаживаясь в свободное кресло, отстегнув предварительно от пояса ножны с мечом и поставив их рядом с собой.

— Да, конечно, — потратив пару мгновений на раздумья заявил мой отец с легкой улыбкой на лице. — Вы лишили меня немалого количества моих гладиаторов.

— А я то думал, что вы таким образом пытались меня убить, — пожал плечами Александр.

Если честно, то я впервые впивалась взглядом в бастарда. Раньше я видела его на приемах в нашем доме, но он не привлекал моего взора. Для него было лишь одно слово — бастард. Незаконнорожденный, без наследства. Этого достаточно, чтобы отпугнуть почти всех мужчин, ищущих выгодные браки для своих дочерей.

И, к моему стыду, я точно так же воротила от него свой чудесный носик, предпочитая более богатых и перспективных кавалеров. До недавнего времени. Последний подвиг бастарда на Арене всколыхнул весьма немалую волну интереса среди городской знати.

Как и в своем боевом облачении, Александр выглядел весьма внушительно даже сейчас. Длинные штаны, изрядно запыленные у нижнего края — наверняка от тренировок, составляли всю его одежду. Мощная грудь, бугристые мышцы на руках. Я разглядывала его и потихоньку текла, ожидая, когда же отец перейдет к цели нашего визита.

— Ну может быть раз или два, — рассмеялся Рет'Торан.

— Четыре или пять будет ближе к истине, — с легкой усмешкой заявил Александр, смотря моему отцу прямо в глаза.

Я снова подивилась его выдержке. Мало кто решался вести подобные разговоры с моим отцом. Слава о его воинских подвигах во время последней войны до сих пор ходила среди знатных семей столицы.

— Что ж, если с формальностями покончено, — Александр повернул голову к Катрегги. — Отец, зачем понадобилось отрывать меня от тренировок?

— Видишь ли, сын, сир Рет'Торан не так давно предложил одну интересную вещь, — я заметила, что Катрегги всеми силами старался смотреть куда угодно, только не на своего сына. Я почувствовала, что тут кроется что-то о чем я не знаю. — И, тщательно все обдумав, мы с Мариной сошлись во мнении...

— Ближе к делу, отец, — весьма холодно отрезал Александр.

Я первый раз слышала, чтобы бастард позволял себе такой тон! Такая дерзость, наглость, открытое неуважение! Но вместе с тем, такая сила, уверенность, чувство превосходства! Я в очередной раз убедилась, что мое сердце подсказало мне верный путь — прямую дорогу к моему счастью!

— Сир Рет'Торан желает принять тебя в свою семью, — как-то тихо сказал Катрегги.

Александр перевел взгляд на моего отца, потом обратно на своего и лишь затем посмотрел на меня, впервые за все время удостоив меня беглого взгляда.

— Твоя свадьба с моей дочерью Дианой состоится в первый день празднований богини Вермирры, — с легкой улыбкой сказал мой отец.

— А если я не согласен? — ледяным тоном спросил Александр.

Что!? Он не хочет меня!? Я панически пыталась придумать хоть что-нибудь, чтобы быстренько изменить его мнение.

— Все уже решено, сын, — в голосе Катрегги почувствовался отголосок металла. — Это очень большая честь для человека в твоем положении!

— Однако свадьба состоится после окончания праздника Вермирры, — подумав несколько секунд сказал Александр.

— Что!? — в глазах моего отца сверкнула неприкрытая ярость.

— На третий день будут игры на Арене, я в числе участников. А подготовка к свадьбе напрочь лишит меня времени для тренировок. Так что если вы желаете увидеть мой труп на песке — тогда делайте как задумали, — весьма прохладно, но по-прежнему спокойно, пояснил Александр.

— Отец! — я почувствовала нужный момент и встряла в разговор. — Александр говорит верно. Ты ведь не хочешь его смерти!

— Не хочу, — кивнул Рет'Торан и погрузился в раздумья.

— Тогда придется немного отложить свадьбу — на несколько дней, — мягко сказала я, пытаясь направить мысли отца в нужное мне русло. — Мы возьмем на себя все приготовления, а Александр сумеет уделить максимум времени тренировкам.

— Да, пожалуй, — несколько отрешенно сказал отец, витая где-то в другом месте.

— Я по-прежнему не желаю вступать в этот брак, — холодно заявил Александр. — Без обид, Рет'Торан, но я не люблю гладиаторов. Особенно ваших.

— О, об этом не беспокойтесь, — отмахнулся мой отец. — Я намерен сразу после свадьбы отправить Диану на плантацию риса к югу от столицы.

Глаза Александра тут же как-то недобро сверкнули и я увидела, как он с большим усилием промолчал. Я могла его понять — отец вряд ли позволит ему выступать на Арене, не желая рисковать моим счастьем. Я почувствовала, что нужно как-то скрасить предложение, пока Александр не возненавидел меня.

— Может быть, мне лучше остаться здесь, с Александром, — тягуче сказала я, слегка сползая в кресле и едва заметно раздвигая ножки. — Мы сумеем познакомиться поближе до свадьбы.

— Дочь... — предостерегающе начал было отец, вцепившись в меня взглядом, но Катрегги отреагировал именно так, как мне хотелось.

— Отличная идея! — тут же воскликнул он. — Пусть немного пообщаются и познакомятся! И холодок между ними слегка растает!

— До праздника осталось три недели, — протянул Александр, глядя в потолок. — Быть может, вашей дочери и вам действительно стоит получше узнать того, кого вы хотите принять в семью.

Мой отец по очереди обводил взглядом всех присутствующих, пытаясь что-нибудь придумать. Моя идея ему явно не пришлась по душе, но, встретив столь сплоченное мнение, он явно не хотел идти на прямой конфликт, настаивая на своем.

— Что ж, да будет так, — сдался он, выдавив из себя улыбку. — Пусть моя дочь проведет здесь время до свадьбы, а моя семья устроит все приготовления.

Александр кивнул и вышел из комнаты, оставив нас обсуждать детали. Я же пыталась придумать хоть какой-нибудь способ выскользнуть вслед за своим избранником. Я намеревалась заставить его изменить свое мнение и у меня было для этого самое лучшее оружие, придуманное природой для женщин — мое роскошное тело!

***

— Доброе утро, Лина, — мило улыбнулся один из стражников, когда я проходила мимо.

— И тебе всего доброго, Нокс, — вернула ему улыбку я.

Я в очередной раз поразилась, как же все изменилось. Не иначе как богиня Вермирра решила сделать мне подарок и теперь неспешно перекраивала мою жизнь на новый лад.

Все изменилось. Раньше я была собственностью Лиска, который относился ко мне так, как захочется его прихоти. И жизнь была... обычной. Вовремя повернуться, вовремя раздеться и прогнуться. С ним я выучила простое правило: если хочешь жить хоть немного лучше — изволь угождать своему Хозяину.

Потом я попала в дом Катрегги, но, несмотря на некоторые поблажки, я стала всего лишь обычной рабыней, которых полно в усадьбе. Даже и не могу сказать, как я себя чувствовала — уж слишком мимолетным это было. И напрочь перетерлось тем, кем я стала сейчас.

Прошло уже три недели после того, как Александр буквально отвоевал себе почет в этом доме. И вся усадьба с того самого момента будто затаила дыхание, не зная, что произойдет дальше.

С виду все осталось по-прежнему — рабыни работали, стража охраняла покой, а Хозяева развлекались и преумножали богатство этого дома. Но, вместе с тем, в воздухе витало напряжение. Рабыни затаили дыхание, пытаясь понять — как же теперь относится к Александру. В один миг он возвысился в их глазах от обычного бастарда до вполне вероятного наследника этого дома. Ни одна рабыня теперь не решалась перечить его воле, зачастую выполняя его приказы вперед хозяйских. А Катрегги с семьей усиленно делали вид, будто ничего не произошло, но все же ощущалось напряжение всякий раз, стоило Александру появиться рядом.

Стражники так и вовсе разрывались и не находили себе места. Среди них бастард и раньше пользовался огромным уважением, а теперь его и вовсе превозносили до небес. Я не раз и не два слышала разговоры стражей о том, что именно Александр теперь их настоящий начальник. Он их нанял, он их тренировал, он отдавал им приказы, а не Катрегги, которого они никогда не видели за исполнением обязанностей начальника стражи.

Но все это были лишь мелочи. Изменилась моя жизнь. Александр сделал меня своей личной рабыней, но относился он ко мне совершенно иначе чем я привыкла. Рядом с ним я чувствовала себя... даже и не знаю, как это описать. Особенной. Необычной. Я не ощущала над собой хозяйского давления, твердой руки, готовой покарать в случае невыполнения приказа. Лишь ласку и пусть небольшую толику какого-то уважения и доверия со стороны Александра.

Я зашла в дом и направилась к кладовой. Леди Диана уже второй день изводила меня своими приказами. То ей нужно постелить постель, то расчесать волосы, то помочь принять ванну, то, как сейчас, подать прохладного вина. Эта благородная кобылица, несмотря на полуденный зной, увивалась вокруг Александра так, будто ее к нему привязала сама Вермирра! А он продолжал тренировки, совершенно не обращая на нее внимания.

Я легонько усмехнулась. Все же эта аристократка никак не могла понять того, что мой Хозяин ее совершенно не хочет. Вчера, стоило ей только заявиться в дом, Александр с головой ушел в тренировку, крутясь на площадке до тех пор, как солнце скрылось за горизонтом, хотя обычно прекращал свои упражнения за час или два до захода.

О чем леди Диане, впрочем, никто не сказал ни слова. Более того, я сама слышала, как Александр по очереди отводил стражников в сторонку и предлагал им поухаживать за этой «бешеной кобылой», то и дело пытающейся с ним пофлиртовать, обещая свою личную благодарность любому, кто сумеет оттрахать эту девчонку так, чтобы она орала на весь дом.

Даже и не понимаю, как я жила раньше... Александр был для меня больше, чем просто Хозяином. Он регулярно говорил со мной. Узнавал о моей жизни, рассказывал о своей. При любой возможности выводил меня из поместья, чтобы я могла посмотреть на город. А уж в постели он действительно был Богом! Под его ласками я прямо таки таяла, полностью растворяясь в экстазе, которого никогда ранее не испытывала!

От одной мысли об этом я почувствовала, как внизу живота затлело приятное чувство возбуждения. Интересно, сегодня Александр тоже как-нибудь отвертится от Дианы, чтобы в очередной раз заняться со мной безудержным сексом? Мне бы этого хотелось...

Я взяла с полки графин вина. Нос учуял посторонний запах. Аромат соития витал в воздухе. Все еще резкий. Я пробежалась глазами по комнате и быстро нашла то, что искала. Небольшое белое пятно на полу около двери. Интересно, кто и с кем здесь был? Судя по всему, совсем недавно.

Я вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь.

— Роксана! — услышала я резкий окрик.

— Сир Александр дал мне имя «Лина», — тут же ответила я, поворачиваясь на голос.

Вообще то, рабыням не разрешалось перечить Хозяевам, но я уже поняла, что нахожусь на весьма особом счету в этом доме. Даже Виолетта теперь уже не решалась смотреть на меня свысока. Все же Александра в этом доме в последнее время уж слишком сильно опасались, чтобы относится ко мне как к обычной рабыне.

— Мне начхать как тебя зовут, рабыня, — заявил Владимир. — Иди ко мне, есть работа!

В голосе чувствовалось горделивое хамство. Молодой Хозяин в последнее время со всеми вел себя подобным образом. Я поколебалась пару мгновений, пытаясь понять, что мне следует делать в первую очередь.

Насколько я понимала, Владимир не имел права давать мне приказания, но так же его не имела и Диана. Александр просто позволял им немного потешиться, да и я вроде как не сидела без дела, как обычно бывало в течение дня.

Я думала всего пару секунд. Сама собой пришла мысль, что Диана со своими явными намерениями как можно быстрее запрыгнуть в кровать Александра нравилась мне гораздо меньше, чем Владимир. А потому — хрен с ней. Пусть подождет своего вина лишние десять минут!

Влад приказал мне следовать за ним и скрылся в своих покоях. Я, все еще держа кувшин с вином в руках, пошла следом.

И оказалась совершенно не готова к тому, что произошло стоило мне только переступить порог. Кто-то тут же крепко схватил меня сзади, мертвой хваткой вцепившись в руки, в то время как сам Владимир резко повернулся ко мне и приставил к моему горлу нож.

От страха ли, от испуга или от внезапности всего случившегося, но я просто окаменела, смотря на надменное лицо Влада. Сама я весьма мало общалась с молодым Хозяином, но от других рабынь слышала, что он не слишком то ладит с воинским искусством. И я совершенно не ожидала ничего подобного и оказалась просто не готова к такому повороту событий! О Вермирра, что же тут происходит!?

— Лучше помалкивай, рабыня! — злобно прошипел Владимир.

Из арки, ведущей в спальню молодого Хозяина показалась совершенно голая Анастасия.

— Делай что скажут, рабыня, и уйдешь отсюда невредимой! — своим звонким голоском заявила она, обходя меня и закрывая дверь в покои своего брата. — А если заартачишься — мой братец оставит тебе пару глубоких царапин, чтобы ты стала посговорчивей, сучка! — добавила она, отбирая у меня кувшин и ставя его на ближайший столик.

— Мой братец думает, что ему нынче не писаны правила, — Влад развел руки в стороны и прошелся по комнате. — Сперва потребовал уважения, а вскоре захочет еще и заявить свои права на наследство! Отец нашел ему жену, а он нагло заявляет, что, видите ли, вообще не хочет жениться!

Молодой Хозяин в порыве гнева пнул кресло, а я тем временем, пока кинжал вернулся на пояс Влада, попыталась осторожно вывернуться из хватки, пытаясь понять, кто же меня держит. (Секс рассказы) Один из стражников? Да нет, не похоже — уж больно маленькие ладони, да и хватка тут же слегка поддалась, стоило только мне пошевелить локтями.

Я ощутила, как меня почти что обняли, прижавшись ко мне всем телом. Мне в лопатки тут же уперлись две груди. Женщина! Я быстро перебрала в уме возможные кандидатуры. Неужели Ребекка, личная рабыня Насти? Ей то я чем не угодила? Или во время своего путешествия по семьям юга Александр ее тоже чем-то зацепил? Или просто девчонка не хочет нарушать приказ своей госпожи? Вопросы, много вопросов, и ни одного ответа!

— Я ему покажу! И начну с тебя, рабыня! — интонации Влада были где-то между угрожающим рыком и истеричным повизгиванием. — Научу тебя твоему месту!

— Ты — рабыня семейства Катрегги, сучка! — прошептала мне на ухо Настя, гладя меня по волосам. После чего вдруг резко сгребла меня за загривок и силой опустила на колени. — И твое место — на хуях моей семьи, Вермиррское отродье!

Ребекка держала меня за руки, а Настя крепко обхватила голову, в то время как Владимир неспешно подошел ко мне, задрав подол мантии.

— Соси, рабыня! — Анастасия резко нажала мне на затылок, подавая мою голову чуть вперед, к вяло висящему члену своего брата.

Я упиралась как могла, совершенно не понимая, что происходит. За что это выпадет на мою долю, Вермирра? Разве я чем-то тебя прогневила, что ты натравила на меня молодых Хозяев? Влада я еще могла хоть как-то понять — из путешествия он вернулся каким-то притихшим, несколько дней вообще не выходил из своих покоев, а когда наконец то показался, то был все время мрачный. Теперь то я понимала, что все это время он вынашивал злость на Александра.

Но Настя? Я прекрасно помнила ее. Помнила, как сверкали ее глазки всякий раз, когда я рассказывала ей о сексе. Помнила, какой влажной становилась ее дырочка после этого. Я никогда не грубила ей и молодая Хозяйка ни разу не высказывала своего недовольства мною! За что она так поступает со мной?

Владимир, видя мое нежелание подчиняться, глубоко вздохнул и снова снял с пояса нож.

— Что ты выберешь — глубокую царапину, скажем, на ноге или подчиниться и взять в рот? — надменно задирая подбородок спросил он, поигрывая кинжалом.

Я не верила, что он осмелиться на то, чтобы причинить мне вред! Ударить — еще может быть, но порезать? Да Александр ему... А что он ему сделает? Влад ведь его брат! Заступится за меня? Отругает Владимира? Пожалуется отцу?

Мелькнула мысль закричать погромче и позвать стражу. Уж они то все до одного преданы Александру и не допустят надругательства. Но в голову закралась предательская мысль, что ведь Влад — их Хозяин. И без разрешения Катрегги они и пальцем не посмеют его тронуть!

Владимир, видя что я не собираюсь послушно открывать свой рот, перехватил кинжал поудобнее и наклонился, рассматривая мою ногу. И когда он вдруг вскинул руку, чтобы вонзить нож в меня, я сдалась.

Я испугалась. Сильно. Страх поглотил всю меня. Я поняла, что молодой Хозяин действительно готов причинить мне вред! Осознала это с такой ясной четкостью, что у меня не осталось ни малейших сомнений в этом. И сдалась.

— Не надо! — вскричала я, но мне тут же на лицо легла чья-то рука, закрыв рот.

Впрочем, Влад все же успел остановить свое оружие в десяти сантиметрах от моей кожи.

— Будешь подчиняться, рабыня? — в его голосе мне послышалось легкое удивление, но я была слишком испугана, чтобы уделить этому должное внимание.

Рот мне все так же плотно закрывала рука, так что я просто несколько раз кивнула головой, в надежде, что этого окажется достаточно. Владимир отложил кинжал на стоящий неподалеку столик и снова подошел ко мне, задрав подол мантии.

— У тебя будет ровно одна секунда, чтобы взять мой член в рот! — резко бросил он. — Отпусти-ка ее, Ребекка.

Мои руки и рот тут же оказались свободны и я, не решаясь более испытывать терпение Хозяина, тут же набросилась на его вялый член. Я сосала с редкостным остервенением, стараясь сделать все как можно лучше.

Впрочем, пока достоинство Владимира медленно вставало в полную готовность, мои руки оказались связаны за спиной какой-то мягкой тканью. Ребекка опытными движениями распутала хитрый узел на плече и стащила мое платье вниз, оставив его болтаться неровным пояском на поясе.

— Вот так, рабыня! — довольным голосом приговаривала Анастасия. — Соси! Будешь знать свое место, сучка! Оно на коленях перед моим братом!

Хозяйка была совсем рядом с моим лицом. Я чувствовала ее дыхание на своей щеке, когда она говорила. Судя по всему, смотрела с как можно более близкого расстояния на интимное действо, о котором я ей столько рассказывала.

Я, впрочем, была готова сделать что угодно, лишь бы мне не навредили. Я боялась даже подумать о том, что скажет Александр, увидев на моем теле кровавую отметку. Хотелось бы верить, что он заступится за меня, но ведь я всего лишь рабыня, хотя в последнее время по собственной глупости забыла об этом. Забыла под влиянием странного доверительного отношения бастарда.

Но мысли предательски соскальзывали. Владимир и Анастасия — кровные родственники Александра и я сильно сомневалась, что он решится пойти против них из-за меня. В конце концов, рабыню всегда можно заменить, а вот потерять брата — это будет невосполнимая утрата для моего Хозяина.

Так что я поглубже насаживалась ротиком на член Влада, который оказался, кстати, гораздо больше, чем я ожидала. Даже больше, чем у Александра. Впрочем, я не особо то старалась, почти что не работая языком. Пыталась сохранить хоть что-то для своего Хозяина.

А Владимир и не настаивал, наслаждаясь и тем, что делала я. В отличии от Насти, впрочем.

— Да ты как неопытная малолетка! — вдруг заявила она, оттянув мою голову назад.

Достоинство Владимира выскочило из моего рта. Я открыла глаза и увидела, как Хозяйка с большим упоением набросилась на него. Ее голова покачивалась во все стороны, облизывая и выдаивая все соки из Влада. Парень терпел сколько мог, но спустя полминуты такой напористой ласки начал громко стонать.

Ребекка тем временем набросилась на мои дырочки, засунув по два пальца в каждую и неспешно трахая меня. Рабыня то и дело вынимала пальцы из задней щели и плевала на них, тут же возвращая их на место. И, к моему удивлению, я почувствовала, как тело само собой отозвалось на эту ласку. Мое лоно обильно увлажнилось, а соски затвердели.

И я не могу сказать, что производило на меня большее впечатление. Сноровистые пальцы в моих щелках или же зрелище, разворачивающееся прямо у меня перед глазами. Настя сосала у своего собственного брата с таким упоением, что я тут же вспоминала выражение лица Виолетты, сношающейся с хозяином дома Катрегги. Та же гримаса запредельного удовольствия.

Влад начал потихоньку покачивать тазом вперед, вгоняя свой член почти до самого корня в ротик Насти. Каждый раз его яйца легонько били ее по подбородку, но девчонка даже не обращала на это никакого внимания, продолжая ублажать член одним лишь ротиком — руками Анастасия упиралась в пол, чтобы не опускаться на колени.

— Да, еще... еще... — вполголоса бормотал Владимир, закинув голову назад.

Услышав это, Настя еще активней бросилась отсасывать. Ее голова сновала туда-сюда с дикой скоростью. Я удивлялась как она вообще может так глубоко брать этот член в рот, а тут еще и с такой частотой! От всего этого я сама не заметила, как подошла к состоянию экстаза. Я, стараясь не привлекать к себе внимания, кончала, тихо постанывая и во все глаза смотря на то, что происходило перед моими глазами.

И слабо верила им. Настя и Владимир? Да Хозяин Катрегги убьет их, если только узнает об этом! Всем в этом доме было крепко-накрепко запрещено даже флиртовать с Анастасией! Ее девственность хранили ради какого-то замужества. Марина в свое время весьма ясно дала мне понять — если я хоть пальцем трону девочку где не следует, то бордель покажется мне просто раем по сравнению с тем местом, где я окажусь.

— Вот же ж Вермирра! — обильно застонал Влад.

Настя тут же выпустила член, который был весь в ее слюне, из своего ротика и направила его прямо мне на лицо. Владимир не заставил себя долго ждать и почти сразу же излился несколькими обильными струями, заляпав мою мордашку и даже волосы. Я бы с удовольствием отвернулась, но Анастасия вовремя перехватила меня за волосы, не дав этого сделать.

— Вот теперь ты больше похожа на потаскушку-рабыню! — со смехом заявила Настя, слизнув немного мужского семени с моей щеки. — Эй, Ребекка, отсоси-ка Владу!

— Слушаюсь, Хозяйка, — покорно ответила девчонка.

Ее пальцы тут же покинули мое тело, позволив мне немного перевести дыхание. Я понятия не имела, сколько это все будет продолжаться, но понимала, что лучше никому не показывать своего удовольствия — у меня было стойкое ощущение что это лишь раззадорит молодых Хозяев на новые ухищрения, к которым я, вполне возможно, не готова.

Если честно, то я просто таки чуяла, что Хозяевам хочется немного поиздеваться надо мной. Увидеть слезы на моем лице, а не блаженство. Я все еще не понимала, почему они пошли на все это, но чувствовала, что сейчас нахожусь в весьма опасном положении.

Владимир и Настя действительно сумели поставить меня на место. Последние недели казались мне какой-то сказкой. Добрый и отзывчивый Хозяин, который действительно думал и заботился обо мне, а не просто приказывал. Молодые Хозяева же напомнили, на чьей он будет стороне, если вдруг что-то случится. И, если честно, то в моей голове поселилась стойкая уверенность, что я не желаю, чтобы Александр узнал о том, что тут происходит. Я боялась. Боялась того, что моя сказка может кончится столь же стремительно, как и началась.

Ребекка нежно и медленно сосала Владимиру на глазах у его сестры, стоя на коленях перед креслом, в котором он сидел, рассматривая меня. Я видела его взгляд, видела что у него в голове есть какое-то желание или план, который он намерен привести в исполнение.

— Эй, рабыня, а ну ползи сюда! — через пару минут заявил Влад.

Я послушно поползла вперед, отчетливо понимая, что пытаться брыкаться сейчас бесполезно. Будет лишь еще хуже.

Владимир заставил меня лечь животом на небольшой столик и резко вошел в меня. Его член снова стоял твердым колом и парень вгонял его в меня до упора безо всякого намека на жалость. Быстро и резко, заставляя меня каждый раз стонать от смеси боли и удовольствия.

Но, что было еще хуже, прямо перед моим лицом, слегка развернув кресло, устроилась Настя, широко раскинув ноги в стороны. Я видела ее похотливый взгляд, с которым она смотрела не то на меня, не то на Владимира, в то время как Ребекка что есть мочи прижималась своими губами к ее промежности. Я слышала лишь влажное похлюпывание, да быстрое дыхание Анастасии.

— Засунь руку мне в зад, Ребекка! — спустя несколько минут простонала Настя.

Рабыня, все так же не отрывая губ от влажной щелки Хозяйки, стала ласкать ее анус. Я видела лишь как спустя полминуты Ребекка ненадолго оторвалась от оральных ласк исключительно затем, чтобы как следует смочить свои пальцы слюной.

Зато Настя с каждой минутой извивалась все больше и больше, издавая все более громкие стоны.

Стонала, правда, она не одна. Влад долбил меня все сильнее и сильнее, причиняя мне одновременно и боль и дикое удовольствие. Я чувствовала, как моя попка уже просто горит огнем от резких ударов его бедер. Чувствовала, как член молодого Хозяина входит глубоко в мои недра, все ближе и ближе подводя меня к экстазу. И громкие стоны Анастасии лишь распаляли во мне огонь Вермирры.

— А ну-ка покажи свою работу, рабыня! — сказала Настя вскоре после того как кончила с оглушительным криком.

Ребекка встала и чуть отошла в сторону. Я увидела блестящие от слюны разошедшиеся в стороны половые губки Хозяйки и не до конца сомкнувшееся колечко ануса. Ребекка положила руки на ягодицы Насти и медленно развела в стороны.

Задняя дырочка Анастасии тут же открылась. О, Вермирра! Да в это отверстие мог влезть весь мой кулачок! Неужели это Ребекка так постаралась!? Когда я прислуживала Насте, та не слишком то часто просила меня поласкать ее попку, явно недолюбливая подобный вид ласк. Но сейчас... На лице у Анастасии было написана такая явная похоть, что у меня не было ни малейших сомнений — девчонка действительно наслаждается выражением лица Владимира, который, как я была уверена, сейчас во все глаза смотрит в это зияющее черное отверстие.

Рабыня слегка наклонилась и плюнула в открытую дырку Насти. Та слегка застонала, стоило только девчонке засунуть в нее два пальца. Потом к ним присоединился третий, а еще через несколько секунд последовал и четвертый. Ребекка весьма нещадно трахала задницу своей хозяйки, не забывая, впрочем, увлажнять ее частыми плевками.

Владимир смотрел на все это несколько минут, вгоняя член в меня чуть медленней, чем раньше, но все так же резко, с силой бросая меня вперед, но едва Настя снова стала громко стонать, как парень тут же вышел из меня.

Ему понадобились всего пара мгновений, чтобы оказаться рядом с сестрой и всадить свой член в ее задницу. Я, пытаясь хоть немного отдышаться после дикой гонки, которую мне устроил Владимир, смотрела как молодой Хозяин трахает Настю примерно так же, как всего несколько секунд назад трахал меня — глубоко и быстро.

Девчонка стонала еще громче, ухватившись руками за спинку кресла, закрыв глаза и совершенно отключившись ото всего вокруг. Я же заметила, как Ребекка отошла на шаг за спину Владу и теперь очень-очень быстро надрачивала собственный клитор и попытке быстро кончить.

Уж не знаю, насколько это у нее получилось. Спустя несколько минут Влад покинул зад Насти, повернувшись ко мне. Парень ухватил меня за затылок и глубоко загнал свой член в мое горло, заставив меня поперхнуться. Я не привыкла к столь резкому вторжению, да и сомневалась, что такое достоинство, каким обладал молодой Хозяин, вообще поместиться в моем ротике.

Владимира мои чувства, впрочем, совершенно не интересовали. Он просто вгонял свой член в мой рот, время от времени давая мне несколько секунд на то, чтобы я немного отдышалась, после чего тут же, без всякого предупреждения, продолжал.

Я почувствовала чьи-то руки на своей попке. Мои ягодицы растянули в стороны, и чей то палец тут же вторгся в мою влажную дырочку. Я почувствовала прикосновение ладони к моим жарким губкам.

— Я тоже такую щель хочу! — услышала я голос Насти за своей спиной.

— Ты же знаешь — нельзя, сестренка! — тут же откликнулся Влад, не прекращая насиловать мой рот. — Отец меня убьет, если узнает!

— Но Диана уже несколько лет трахается в пизду! — как-то слегка умоляюще пролепетала Настя. — Ты бы слышал, как она об этом рассказывает!

— Может и услышу, — пробормотал Влад, обходя меня и снова вгоняя свой член в мою щелку.

На сей раз он, впрочем, действовал намного более плавно, неспешно загоняя член внутрь и столь же медленно вынимая его. Вот только... Настя встала прямо передо мной, наклонившись вперед.

— Вылизывай, рабыня! — приказным тоном заявила она.

Я потянулась вперед языком, а Анастасия чуть подалась назад и я буквально уткнулась носом в ее широко открытую попку. Я как могла пыталась этого избежать, но Хозяйка лишь еще пододвинулась, лишив меня возможности повернуть или опустить голову.

Язычком я лизала ее щелку, в то время как носом воткнулась в ее попку. Дышать было чертовски тяжело, нос щекотали не слишком приятные запахи, хотя и не такие резкие, как могли бы быть. А в дополнение ко всему, Влад приказал Ребекке взгромоздиться на стол, что та и сделала с изрядным проворством, усевшись мне на спину и снова вонзив пару пальцев в мою попку.

Сказать, что мне было неудобно — это еще весьма мягко. Зад горел от проворных пальцев Ребекки, которая то и дело разводила их в стороны, стараясь пошире растянуть мою дырочку. Влад вернулся к своему резкому ритму, в очередной раз добавляя болевых ощущений. К тому же, связанные за спиной руки, на которых, в общем то, и сидела рабыня, тут же стали затекать и теперь весьма сильно саднили. Добавив к этому еще и то, что дышать мне было почти нечем, вы, быть может, поймете почему я в этот миг всеми силами молилась Вермирре, чтобы она прекратила эту пытку поскорее.

Это была именно пытка. За считанные минуты все удовольствие растаяло в порывах боли, становящихся то сильней, то слабей. Комнату наполняли лишь негромкие стоны Насти, да звонкие шлепки бедер Влада о мои ягодицы.

Не знаю, сколько это продолжалось. Может быть, пять минут, а может и пару часов. Каждую секунду я ощущала в полной мере. Так, будто они специально растягивались, чтобы я подольше оставалась в этот моменте.

Все кончилось почти одновременно. Влад вышел из меня, Ребекка привстала и спрыгнула со стола, а Настя, едва услышав как ноги рабыни коснулись пола, тут же развернулась и почти что легла на меня сверху, пытаясь губами достать член Владимира.

Парень кончал между наших тел. Я чувствовала, как его горячее семя покрыло мне всю спину и руки. Сама собой мелькнула мысль, что платью, наверное, тоже досталось.

Владимир еще какое-то время стоял позади меня — я слышала лишь сочное чавканье. Судя по всему, Настя в очередной раз накинулась на его член. Продолжалось это недолго. Вскоре парень обошел меня и уселся в кресле, широко разведя ноги в стороны. Настя последовала за ним, устроившись на широком подлокотнике. Ее рука тут же сомкнулась вокруг члена своего брата.

Я осмотрела девчонку. Загорелое лицо перечеркивала неровная белая полоса от виска до подбородка и Настя не делала ни малейшей попытки стереть ее. Грудь также была местами заляпана, но в остальном молодая Хозяйка выглядела вполне сносно — хотя кожа и блестела от выступившего пота.

— Вот теперь ты больше похожа на рабыню нашего семейства, — заявила Анастасия, разглядывая меня. — Как следует вытраханная и обконченная подстилка для члена моего брата! — со смехом добавила она.

— Расскажешь хоть слово об этом Александру — и он тебя тут же выкинет из этого дома! — надменно сказал Владимир. — Сама посуди — ты всего лишь рабыня, а я — его брат! — грозно добавил он.

— Я ничего не скажу, — тихо пробормотала я, тут же поняв, что говорю чистую правду.

— Так то лучше, — криво усмехнулся парень. — Ребекка, развяжи ее и пусть катиться из моих покоев!

Меньше чем через минуту дверь за мной закрылась и я поняла, что стою в коридоре, по которому в любой момент может кто-нибудь пройти, с перемазанным спермой лицом, в платье, висящим бесформенной тряпкой на поясе, и с кувшином уже давно нагревшегося вина в дрожащих и ноющих от боли руках.

Я поспешно скрылась в кладовой и лишь тут, в приятной прохладе темного помещения, зашлась запоздалыми слезами.

Слишком поздно пришло осознание, что вот теперь то назад пути нет. Что случилось нечто непоправимое. И, что хуже всего, я даже не особо то и сопротивлялась этому. Я ведь могла упереться или позвать стражу. Но вместо этого лишь подчинилась Хозяевам. Послушно позволила издеваться над собой, привычно уйдя в свою скорлупу, которая появлялась всякий раз, стоило только Лиску начать измываться над моим телом, удовлетворяя свою похоть.

А теперь? Что теперь? Сказать Александру? Мысли снова закрутились вокруг его родственных связей и я поняла — мой Хозяин действительно просто выгонит меня за такое. В лучшем случае — сделает обычной рабыней этого дома, а в худшем — сошлет меня из усадьбы, а то и вовсе продаст.

Если б только он не относился ко мне так... По-дружески? Даже и не знаю, как это называется. В последние недели Александр довольно мало общался с родственниками и, как мне кажется, компенсировал это нашими разговорами обо всем подряд. Я не понимала, как именно к нему следует относится. Как к доброму Хозяину? Или покровителю? Другу, которому можно открыть свои желания?

Я не знала. До сих пор не знала, что он за человек. Со мной он всегда был добр, но с другими — легко мог покрыться ледяной коркой и мне становилось страшно на него смотреть. Я боялась, что он так же посмотрит на меня и я не увижу его легкой улыбки во взгляде. Да и на тренировочной площадке он творил чудеса выносливости, практикуясь с мечом целыми днями, невзирая на полуденный зной, навевая на меня легкий трепет.

Я боялась рассказать ему о случившемся! Боялась того, что он посмотрит на меня своим холодным взглядом. Боялась, что после этого он уже не захочет меня. Не захочет разговаривать, не захочет ласкать мое тело. Не захочет ощущать мои губы на своем члене. В этом доме почти любая рабыня с радостью раздвинет перед ним свои ноги, стоит ему только намекнуть. И я прекрасно знала об этом.

Я как могла стерла с себя следы разврата, натянув платье прямо на перемазанную спину. Неплохо было бы принять ванну, но это возможно лишь вместе с Александром. Впрочем, есть небольшой бассейн в саду, хотя добраться до него так, чтобы никому не попасться на глаза, будет немного проблематично.

Несколько раз мне на встречу попадались рабыни и стражники, но я все время закрывала лицо волосами, поднимая кувшин чуть повыше, и вроде бы никто не заметил ничего подозрительного.

Я ополоснулась в бассейне и отправилась к казарме стражников, заранее готовясь к головомойке, которую устроит мне Диана за опоздание. Все же Влад с Настей продержали меня около часа, судя по солнцу.

— Ну ты и бездельница! — заявила леди Диана, стоило мне только подойти.

— Прошу прощения, леди, — склонила голову я, надеясь, что девица не заметит моих мокрых волос. — Меня задержали хозяева. Позвольте налить вам вина?

Диана протянула мне кубок, наконец то удостоив меня взглядом. Я наполнила ее бокал и встала рядом. И пока аристократка потягивала вино и смотрела на Александра, я разглядывала ее саму.

У нее были огненно-рыжие волосы, одной единой волной спадавшие почти до талии. Тонкие черты лица, высокие скулы, слегка пухлые щечки и большие полные губы. К тому же, за время моего отсутствия Диана успела переодеться. Теперь на ней были две тонких тряпочки — одна крепко обтянута вокруг высокой груди, а вторая, чуть пошире, обернута вокруг бедер, оставляя живот открытым почти до самой щелки. Да уж, Вермирра наделила эту благородную кобылицу отличной фигурой, которую Диана, судя по всему, использовала исключительно для ублажения своей покровительницы.

По крайней мере, сквозь ткань легко можно было разглядеть ее стоящие торчком соски, а если взглянуть между ног, то, если приглядеться, можно было увидеть ее красноватые губки. Диана, судя по всему, снова думала о чем-то неприличном, потому что вокруг нее витал легкий аромат женских соков.

— Знакомый запах, — вдруг сказала девушка.

Я слегка вздрогнула. Неужели все таки учуяла? Даже в этом облаке аромата? Но я же ополоснулась!

Диана встала и обошла меня кругом, тщательно принюхиваясь. Прижалась носом ко спине, втянув воздух. Во имя Вермирры! Я пришла в ужас, с изрядным запозданием поняв, что совсем забыла о том, чтобы сполоснуть платье!

— Ах ты сучка! — с лукавым смехом в голосе прошептала мне на ухо Диана, плотно прижимаясь ко мне. — С кем это ты трахалась? С каким-нибудь стражником? Или Катрегги потребовал подставить свою пизденку?

— Я... — я судорожно соображала, что бы такого ответить, чтобы Диана отстала от меня, но в голове, как назло, гулял лишь ветер.

— Но ты ведь личная рабыня Александра, — промурлыкала между тем благородная девица. — О, наверное, мне стоит пойти и сказать ему об этом!

Диана отцепилась от меня и направилась через тренировочную площадку к Александру, который в этот момент отбивался деревянным мечом от двоих стражников разом.

— Не надо! — воскликнула я, хватая аристократку за руку.

Та оглянулась и брезгливо посмотрела на мою руку. Я тут же отпустила Диану, запоздало поняв свою ошибку. Не стоило давать волю эмоциям, но сейчас было уже слишком поздно.

— Не надо? — девчонка надула губки. — Но я хочу к нему подойти! Хочу чтобы он обратил на меня внимание! Впрочем... — Диана на мгновение задумалась, хитро смотря на меня. — Впрочем, что ты можешь мне предложить за молчание?

Мысли метались. Ублажить? Кажется, эта аристократка и сама пока что неплохо справляется. Предложить прислуживать пока она тут? Но это решать не мне, а Александру! Я не знала, что я могу ей дать!

— Что вы хотите, чтобы я сделала, леди? — тихо пробормотала я, надеясь, что аристократка сама даст мне какое-нибудь поручение.

— Ты — личная рабыня Александра, — прижавшись ко мне всем телом, прошептала Диана мне на ушко. — Сделай так, чтобы он обратил на меня внимание. Чтобы я оказалась в его спальне! А я за это сохраню твой секрет.

— Я... я сделаю что смогу, леди, — тихо сказала я, хотя одна лишь мысль о том, что именно я буду той, кто должен уговорить Александра вонзить свой член в эту вермиррскую сучку, вызывала у меня глубокое отвращение.

***

О Времирра, наконец то! Я уже готова была сдаться! Уж не знаю за что, но мой избранник невзлюбил меня с первых же минут нашей встречи. Хотя, как я понимаю, бастард скорее был против самой идеи жениться на мне.

Но до чего же пришлось извернуться, чтобы наконец то получить приглашение в его спальню! Да я в жизни не делала ничего подобного! Я перепробовала все, что только могла — и флирт, и сексуальные наряды, и откровенные беседы, и даже прямым текстом сказала, что хочу быть выебанной и готова исполнить ради этого любую фантазию Александра! Однако, ответ был един на все:"Не сейчас, мне нужно тренироваться.»

Создавалось впечатление, что для него не существовало ничего кроме искусства войны! Тренировки с мечом, уклонения, упражнения для стражников в духе «стенка на стенку» в течении всего утра. Далее, после полудня, Александр брал в руки посох и начинал попросту избивать стражников сразу по трое. О, они делали что могли, чтобы достать бастарда, уж я то видела их попытки, однако, все было впустую.

Я смотрела на это и текла как сучка! Такая сила, такая грациозность! Бастард не бил, он попросту танцевал, изящно выскальзывая из под ударов, сбивая стражников с ног или выбивая у них мечи ответным движением. Плавно, грациозно, завораживающе.

Этого было достаточно, чтобы возбудить меня до беспамятства! И все мои попытки оказались попросту пресечены! Бастард просто отмахнулся от меня! Это приводило в бешенство! От возмущения я была готова просто встать и уйти! Однако...

Однако это лишь разжигало мою похоть! В первую ночь на вилле Катрегги я довела себя до исступления раз пять, прежде чем сумела хоть немного успокоиться! А вчера и вовсе пришлось принимать прохладную ванну, потому что распаленное за день тело никак не желало засыпать, не почувствовав в себе мужскую силу Александра.

Но сегодня... Я искренне надеялась, что эта сексуальная рабыня сдержит свое слово. Пришлось изрядно попотеть, чтобы добиться ее послушания. Я в жизни не опускалась до плетения интриг, но по другому просто не получилось.

Эта молоденькая сучка, Анастасия, оказалась для меня настоящим кладезем полезных сведений. И все, что мне пришлось сделать, чтобы завоевать ее привязанность — это задрать подол коротенькой юбочки и поласкать себя во время семейного обеда под ее жадным взглядом! И из девчонки тут же рекой хлынули сплетни этого дома.

Каково же было мое удивление, когда я узнала, что тут произошло после праздников! Взбунтовавшийся бастард! Неслыханная дерзость! Но мое вожделение лишь усилилось, едва я услышала это. Я жаждала испить из источника этой силы, этой уверенности! Посмотреть самой, так ли Александр хорош в любовных утехах, как говорят местные рабыни.

И я подкинула молоденькой девчонке идею — соблазнить личную рабыню Александра. Если честно, то это было скорее актом отчаянья с моей стороны. Стражники приставали ко мне в течении всего времени, которое я провела тут. И предложения у них были отнюдь не самые безобидные. О Вермирра, как же мне хотелось принять некоторые из них! Сколько же нужно смелости и наглости, чтобы без всяких ухаживаний открыто заявить о том, как именно меня хотят! А один так и вовсе пустился в детальные описания, заставив мою пизденку благоухать в предвкушении!

Отклонять ухаживания стражников становилось все сложнее по мере того, как я отчаивалась привлечь внимание бастарда, который даже не смотрел в мою сторону! Просто крутился на тренировочной площадке, практикуясь то с одним оружием, то с другим, или же поучая стражу уму-разуму.

И, едва только я почуяла на рабыне столь знакомый мне запах мужского семени, как я тут же пошла в атаку. Мне кажется, я достаточно сильно припугнула эту девчонку, чтобы та сдержала слово.

И, хоть одна ночь уже и прошла, сегодня все должно было решиться. Я в жизни так не готовилась к визиту в мужскую спальню, как сейчас! Я больше часа выбирала наряд, а уж сколько времени было угроблено на прическу и макияж я вообще не возьмусь сосчитать. Но, как мне казалось, я добилась идеала.

Я терпеть не могла все эти пышные юбки и платья, обильно украшенные вышивкой и кружевами. Вот хоть убейте, но я просто не понимала, почему аристократки обязаны это носить! По мне, в одежде рабынь была своя прелесть.

Оранжевая полоска ткани, обмотанная вокруг груди и обернутая вокруг шеи, превосходно обтягивала грудь, слегка приподнимая ее, приковывая мужские взгляды к весьма отчетливо выделяющимся соскам. А просторная косая юбка легко приподнималась от малейшего дуновения ветра. Или, как я надеялась, еще быстрее она взлетит от прикосновения рук Александра!

На голове царила замысловатая прическа, заколотая парой длинных стальных спиц, сильно приподнимая волосы, практически не давая им касаться моей шеи и спины. Однако, пара прядей мило обрамляли мое лицо с обеих сторон.

Я шла по саду как царица, заходя к дому Александра в обход казарм. Если честно, то мне не хотелось, чтобы стража увидела роскошный черный хвост, торчащий из под юбки, но я понимала, что войти в жилище бастарда не будучи замеченной практически невозможно.

Вообще, я в очередной раз поразилась находчивости Катрегги. Это же надо было додуматься поселить Кровавого лорда прямо над семейной казной! Да ни один вор Столицы в здравом уме не сунется воровать из под носа у героя Арены, который без малейших колебаний снесет голову!

Я глубоко вздохнула, подобрала хвост и намотала его на запястье, надеясь, что стража не придаст особого значения подобному украшению, и лишь затем вышла из-за угла здания, тут же направившись вдоль стены ко входу.

И, хоть я и не смотрела на стражу, я чувствовала на себе полдесятка их пожирающих меня глазами взглядов. Между ног у меня снова стало все влажно. Я ощущала себя желанной и это придавало мне уверенности в себе. Все же, чужие взгляды оказались не так уж и неприятны.

Я скрылась во тьме дверного проема и направилась к лестнице. Где находились покои Александра я уже знала наизусть, хотя еще ни разу там не была.

Солнце только-только село, погрузив Столицу во тьму. Света внутри почти не было, лишь в коридоре наверху горела одинокая свеча.

И потому на миг я даже испугалась, когда меня за локоть вдруг ухватила чужая рука.

— Сюда, леди, не споткнитесь о ступеньки, — заботливо сказал стражник, отводя меня на шаг в сторону.

— Благодарю, — кивнула я, прогоняя внезапный испуг, нащупав стену и осторожно поднявшись по лестнице.

Лишь находясь на самом верху я увидела как в темноте подо мной блестят похотливые глаза стражника. Я тотчас поняла, что пока я держалась за стену, я отпустила хвост, конец которого опускался почти до самого пола, отчетливо видный даже в этом неясном свете.

Но стыда я не испытала. О Вермирра, да я умудрилась как-то потрахаться в одной комнате со своим старшим братом! Притом он трахал рабыню, пожирая меня своими похотливыми лазами, а его друг, в компании с рабом, ебали меня во все дыры так, что я еще два дня об этом вспоминала! После этого, если у меня и был какой-то стыд, то он окончательно улетучился.

Дома я совершенно не стеснялась отпускать пошлые шуточки за столом, распаляя желание своих родственников. Хотя, вынуждена признать, отец никогда не улыбался. В отличии от матери, стоны которой по вечерам часто заставляли меня искать приключений.

Я приоткрыла дверь и вошла в покои Александра.

Мило. Просто, но уютно. Никакой лишней роскоши. Жилище воина, а не распутника. Александра нигде не было. Его рабыня сказала, что обычно он принимает ванну после тренировок. Наверное, бастард как раз там.

В спальне я в первую очередь обратила внимание на кровать. Большая! Я бы даже сказала — огромная! Застеленная приятной на ощупь шкурой животного. Дышать стало чуточку труднее, едва я только представила себе, что здесь будет скоро происходить.

Однако, следом мое внимание приковало висящее на стене оружие. Я не удержалась и подошла посмотреть поближе.

Оружие Кровавого лорда! Мое тело приятно заныло, едва я лишь провела рукой по гладкой рукояти здоровенного копья с изогнутым лезвием. То самое, которое я не раз видела на Арене в руках Александра. Насколько я понимала, это было его излюбленным оружием — он редко когда начинал бой с чего-то еще.

Я смотрела на клинок в ножнах, украшенных серебристой резьбой, а перед глазами проносились воспоминания. Я будто наяву видела, как бастард обращается с этим клинком, осыпая противников градом быстрых ударов, нередко — последних для кого-то. Между ног приятно ныло, я чувствовала, как соски сами собой окончательно затвердели и теперь отчетливо проглядывали сквозь ткань.

Я сделала шаг и провела пальцами по длинному лезвию здоровенного клеймора. Отец как-то пытался обучить одного из наших гладиаторов пользоваться таким мечом, но толку так и не вышло. Бойцу оказалось гораздо проще орудовать кувалдой, чем клинком. Я так думаю, дело тут в том, что отец и сам не слишком то умел владеть клеймором.

Однако, в руках бастарда этот меч был просто таки финальным аккордом, завершающим жизни. Сильные, мощные, сокрушительные удары. И все тело могучего воина в эти моменты выгибалось дугой, жило в каком-то совершенно ином, непривычном глазу ритме, полностью сливаясь с движениями меча.

Но на моей памяти я видела как Александр использовал этот меч лишь однажды, хотя он всегда висел у бастарда за спиной. На всякий случай, насколько я понимаю. Любопытство пересилило и я ухватилась за рукоять, пытаясь чуть-чуть приподнять клинок.

— Не советую, — раздался позади меня голос. — Этот клеймор немногим легче тебя, девочка.

Я резко обернулась, слегка испуганно глянув в дверной проем. Я чувствовала себя так, будто меня застукали за чем-то уж совершенно не подобающим. Хотя, признаться, я уже давно не испытывала подобных эмоций.

Александр стоял в дверном проеме, сложив руки на груди и рассматривая меня. Я видела, как его глаза скользнули по моей прическе, прошлись по оголенным плечам, на лишний миг уцепились за возбужденные соски, прежде чем пошли ниже.

Испуг прошел, но на смену пришла легкая досада. Вот же ж Шеготар с его шуточками! Я то хотела встретить своего будущего мужа, сексапильно лежа на его кровати, поигрывая рукой с хвостом! Впрочем, теперь уже было поздно.

Из-за плеча бастарда показалась его рабыня, стоя на полшага позади и поглядывая на меня. Интересно, что она сказала своему Хозяину? Он явно не казался удивленным. Наоборот, Александр смотрел на меня с легким интересом, будто оценивая и что-то прикидывая. Я частенько видела такой взгляд у аристократов, появляющийся незадолго до того, как они доставали свой член. Будто в последний раз оценивали — а стоит ли?

Я обворожительно улыбнулась, гордо выпрямившись и теребя в руках кончик хвоста. Что ж, раз заранее продуманный вариант уже в пролете, то придется импровизировать! Уж что-что, а соблазнять аристократов я умела.

— Извините меня, мой сир, — пролепетала я, якобы смущенно глядя в пол, а на деле — чуть-чуть пониже набедренной повязки бастарда. — Я все еще вспоминаю ваш последний бой и, увидев ваше снаряжение, не сумела сдержать любопытство.

— Вы не причинили никакого вреда, леди Диана, — пожал плечами Александр. — Чувствую, что и я должен извиниться перед вами. Видите ли, мне не по душе сама идея этого брака и я выместил это на вас.

— Ваши извинения приняты, — я воспользовалась тем, что Александр на миг ослабил свою броню и продолжила идти в наступление. У меня было четкое ощущение, что если я не сумею достучаться до бастарда за несколько минут, то не сумею сделать этого и потом. — Однако, я попрошу вас ответить на один вопрос, сир.

— Валяй, — бросил через плечо Александр, на секунду оторвавшись от графина.

Если честно, то манера бастарда делать вид, что я его совершенно не интересую, заводила меня в той же мере, сколь и бесила! Ему будто было начхать на меня, на мое тело и те ласки, которые я могу ему дать! И он ни в коей мере не стеснялся этого скрывать!

— Скажите мне — я вас привлекаю? — спросила я обволакивающим мурлыкающим тоном, стараясь не оставлять Александру ни малейших сомнений в том, что последует за его положительным ответом.

Парень улегся на кровать, откинувшись на стену и несколько секунд внимательно меня рассматривал, прежде чем ответить.

— Да, вы меня привлекаете, — спокойным тоном сказал он. — Однако, смотря на вас, я вижу в первую очередь не Диану, а Рет'Торан, если вы меня понимаете. Гладиаторы вашего дома — весьма суровые противники даже для меня. А ваш отец потерял их немало от моего меча.

Едва я только собиралась перейти к активным действиям, как бастард тут же охладил мой пыл своими словами. Так вот в чем дело! Вот почему он старался не замечать меня! Из-за этой гребанной Арены, чтоб ей провалиться в вагину к Вермирре!

Я чувствовала, что должна немедленно, сейчас же сказать что-то, что навсегда отвадит моего избранника от этих мыслей. Вот только что? Сознание металось, пытаясь найти нужные слова, но у меня даже и мыслей то не возникало. Будто предательская паника охватила меня, не давая сказать ни слова.

— Хоть я и дочь своего отца, но он совершенно не гордится мною, — кое-как сумела выдавить я из себя хоть что-то, даже не особо думая о том, что говорю. — Мне девятнадцать лет и отец до сих пор не выдал меня замуж, считая меня пустышкой, неспособной принести пользу семье.

— Мне это знакомо, — с не слишком то веселой улыбкой на лице сказал Александр. — Как я уже сказал — я совершил ошибку, связывая вас воедино с вашим отцом.

— Одно ваше слово и я готова доказать обратное! — я подошла вплотную к кровати и замерла совсем рядом с Александром.

Мужчина посмотрел мне прямо в глаза. Я, если честно, в этот момент думала лишь о том, чтобы запрыгнуть на Александра и, посильнее выгнув спинку, взять в рот его могучий член.

Бастард взглянул на свою рабыню, прежде чем дал мне столь желанный ответ.

— Попробуй, — сказал он, глядя прямо на меня с каким-то легким вызовом в глазах.

И я приняла его игру. Целиком и полностью.

Я тут же оседлала парня, впившись в его губы глубоким и развязным поцелуем. К Вермирре все прелюдии и правила! Я хочу его! Дико, неистово и немедленно!

Александр ответил мне с той же страстью, но закинул руки себе за голову, как бы намекая, что он не намерен меня трогать. Очередной вызов. Я прямо таки ощущала его настрой. Что-то в духе «Заставь меня!». Хотя, признаться честно, выражение лица и спокойный взгляд заставили меня слегка усомниться и поправить свою оценку. Скорее это было похоже на другое. Эдакое нейтральное, но непререкаемое «Докажи, что ты достойна».

Вермирра явно желала проверить меня, послав мне подобного жениха, но я никогда раньше не разочаровывала свою Богиню и не намерена делать это сейчас. Александр хочет поиграть? Что ж, я с удовольствием приму его правила.

Мои руки нащупали узел на набедренной повязке бастарда и вскоре этот кусок ткани полетел через всю комнату. Я наконец то увидела его стоящий член. Не сказать, чтобы он был гигантских размеров, я видала и побольше. Однако, все равно — заслуживающий внимания. Весь в широких прожилках-венах, с большой головкой, на кончике которой было маленькая влажная капля.

Я тщательно рассмотрела орган мужчины, до упора приблизив к нему свое лицо, однако, так и не взяла в рот. У меня было четкое ощущение, что Александр наперед знает, что я буду делать. И моя сущность слегка взбрыкнула от такого обращения. Я начала целовать мужчину в живот, постепенно поднимаясь все выше, впрочем, так и не выпуская из рук его слегка подрагивающий орган.

Я с трудом понимала, что делаю. Меня захлестнула похоть. Желание уже не требовало столь немедленного выхода, но голову я потеряла окончательно, пытаясь доставить Александру как можно больше приятных ощущений. Я целовала, лизала, даже слегка прикусывала его плоть, гладя его одной рукой и не размыкая хватку другой.

И чувствовала, как тело бастарда постепенно стало отзываться. Член стал подрагивать чуточку чаще, дыхание стало немного неровным, а глаза парня постепенно закрылись. Он явно предпочел наслаждаться происходящим, по-прежнему не желая вмешиваться.

Вот только, мое желание все нарастало и я уже не могла сдерживаться. Ласки были окончены. Я отстранилась лишь для того, чтобы смахнуть с губ упавшую прядь волос и тут же, не давая ни себе, ни своему избраннику опомниться, одним движением припала к его могучему члену, перехватив его губами и одновременно с тем отпустив руку.

Я без какого-либо стеснения встала на четвереньки, зависнув над достоинством Александра. Я едва-едва взяла головку его члена в свой похотливый ротик, чуть покачиваясь вверх и вниз. И, по прошествии минуты или около того, открыла глаза и впилась взглядом наверх.

Бастард смотрел прямо на меня. Я сквозь пелену похоти заметила, что его глаза устремлены не на свой член, скрытый между моих губ, как у большинства других мужчин, с которыми я спала, а мне в глаза. Александр смотрел на меня, не прерывая линию взгляда с каким-то упоением, но вместе с тем, с некоторым выжиданием. Он будто хотел посмотреть, что я буду делать дальше.

И это лишь еще больше разжигало меня. Его недоступность, нежелание что-либо делать, присоединяться к сексуальной игре, распаляло мою страсть, понукая меня вести себя все развратнее.

Я стала легонько постанывать. В конце концов, мне действительно нравилось ощущать живую плоть, вторгшуюся в мой ротик. Я стала насаживаться чуть глубже, по-прежнему смотря вверх, стараясь не отводить взгляда ни а секунду. Хотя это и не очень то получалось — глаза сами собой закатывались от легкого удовольствия.

Собственные стоны, больше похожие на мычание, безмерно распаляли меня. Заставляли чувствовать меня все чуточку острее. К примеру, я ощущала, как легкий ветерок, проходящий через комнату, залетает ко мне под юбку и приятной, едва ощутимой волной проходится по моим влажным губкам, уже давно сочащимся влагой. Чувствовала, как все тот же порыв воздуха заставляет пару волосиков, слегка выбивающихся из конского хвоста, легонько скользить по нежной плоти.

Все это распаляло. Обостренное восприятие одновременно и радовало меня и заставляло желать большего. Я жаждала ощутить этот член внутри себя, но опасалась, что если выпущу его из плена своих губ, то просто не успею насадиться на него.

На лице у Александра было все то же заинтересованное выражение, без примесей страсти, впрочем. Будто он был тут лишь наблюдателем. Будто происходящее его совершенно не касалось.

Я поняла, что если я действительно хочу втянуть его в игру, то мне нужно нечто большее, чем просто похотливый взгляд. Я стала легонько покачиваться вперед-назад, то и дело впуская достоинство Александра вглубь своего ротика. Я наслаждалась происходящим, несмотря на лютое желание.

Я наслаждалась уже тем, что этот человек сумел меня настолько распалить даже не прилагая к этому никаких усилий. Вся его гордость, достоинство, по-прежнему были здесь. Я чувствовала их всякий раз, когда бросала взгляд наверх. Парень смотрел на меня, испытывал предел моего желания.

Но я все же чувствовала его похоть. Стоящий член выдавал его желание. Александр хотел меня, мое тело, мои губы. Хотя он явно не был намерен это признавать! Что неистово заводило меня! Я старалась все больше и больше, мысленно представляя себе, как он будет шептать мне на ухо слова страсти.

И, когда я уже окончательно распалилась, в какой-то момент мне на затылок легла сильная рука и прижала мою голову еще чуть-чуть вниз, окончательно заставив насадиться на член. Я чувствовала, как он скользнул в горло и привычно расслабилась, задержав дыхание. Подобную ласку меня научила делать папина рабыня — она была мастерицей во всех интимных ласках, ублажая моего отца в те моменты, когда Рет'Торан не желал свою жену или не мог ею воспользоваться.

Прошла секунда, две, пять. Я знала, что пока член настолько глубоко погружен в мою глотку, я не смогу вдохнуть. Но Александр не отпускал меня! Я понимала, что он хочет посмотреть границы моего желания и покорно подчинялась, стараясь легонько двигать языком, еще больше лаская член.

И вдруг почувствовала, как к моей талии прикоснулись чьи-то руки! Александр просто не мог до туда дотянуться! Значит, рабыня? Но я не слышала, чтобы бастард что-либо ей говорил с тех самых пор, как он вошел в комнату!

Опытные руки быстро развязали узел и стянули с меня юбку. Я почувствовала, как рабыня приподняла хвост, торчащий из моей попки и тут же впилась языком в мою изнывающую по ласке пизденку. Я протяжно застонала от нахлынувших эмоций.

Александр тут же отпустил мою голову, позволив наконец то отстраниться. Наконец то! Я уже начала было волноваться, а не хочет ли он меня задушить таким образом. Но, едва оценив его желание, я тут же, не успев отдышаться, с новым приливом похоти набросилась на его достоинство, то и дело выпуская его из своего ротика исключительно за тем, чтобы облизать его по всей длине и пару раз легонько хлопнуть членом по своим щекам.

Я сосала как бешеная, ощущая язычок рабыни между своих ножек. Я бы даже и не подумала, что эта девчонка настолько опытная лизунья! Она впивалась в меня, обхватывая мою пизденку своими губами, глубоко проникая внутрь своим резвым язычком. Не прошло и полминуты, как я почувствовала, что вот-вот кончу.

Стоны стали чуть более протяжными, что не укрылось от чуткого слуха бастарда. Он снова положил руку мне на затылок и вогнал свою дубину по самый корень, вновь не давая мне отступать. Однако, отсутствие притока свежего воздуха ничуть не остудило мое тело.

Напротив, одна мысль о том, что член моего избранника полностью погружен в меня, распалила меня настолько, что я тут же начала кончать, блаженно мыча, не в силах сдерживать бешеный поток эмоций, обильно изливая свою влагу прямо в ротик рабыни, которая даже и не подумала прерывать свои ласки, лишь плотнее прижавшись к моей дырочке наслаждений.

Лишь когда оргазм окончательно прошел, Александр позволил мне отстраниться, вдохнув поглубже. Я уронила свою голову на его бедро, продолжая наслаждаться отголосками своей похоти, пытаясь отдышаться.

Вот только мое дыхание сбивалось снова и снова от ласк рабыни. Ах, до чего же приятно она вылизывала меня! Такого умелого язычка у меня еще не было, хотя я опробовала почти всех рабынь в моем доме. Эта ее манера сжимать губы, одновременно с тем засовывая язык поглубже и вращая его внутри, сводила меня с ума!

— Выеби меня, — взмолилась я. — Хоть в рот, хоть в пизду, хоть в задницу! Я хочу этого! Я хочу тебя, Александр! — молила я, протяжно постанывая.

Однако, ответа я так и не услышала. Лишь рука сомкнулась на моих волосах и насильно заставила снова насадиться на член ротиком. Вот только на сей раз Александр не отпускал хватки ни на секунду, просто не давая мне отойти дальше, чем ему бы хотелось. Я дышала урывками, член глубоко проникал в меня, то и дело проходя в глотку. И, что было самым пошлым во всем этом — меня приводило в восторг подобное обращение!

Я молила Вермирру, чтобы она позволила мне кончить, потому что я жаждала этого! Вся эта грубость сводила с ума, распаляла желание. Само ощущение, что я попросила мужчину о сексе, а он отказал, продолжив загонять свой член в мой рот, распаляло мою похоть.

Кончить мне не дали. Бастард сдернул меня со своего члена, и поднял с кровати, все так же держа за волосы. Несколько шагов и вот я уже стою, наклоненная на стену, прогнувшись вперед и уперев в нее руки.

Бастард без малейших колебаний ухватился за хвост, торчащий из моей попки, и в мгновение ока вытащил его, заменив его своим членом.

Я стонала как сумасшедшая, не в силах остановиться. Громко, резко и страстно оглашая всю округу, хотя и совершенно не думала об этом. Член внутри моей попки быстро унес меня за грань восприятия.

Я не видела стены перед собой — глаза сами собой закрылись. Чувствовала лишь сильные руки бастарда, обхватившие мою талию и время от времени рывками приподнимая меня чуть повыше, с особой силой насаживая мое тело на свой горячий член.

Сейчас я даже поражалась тому, что когда то не любила анальное соитие. Поначалу это было как-то неприятно, несмотря на то, что раб, обучавший меня, использовал масло. Но когда отец услышал об этом, то он даже слышать не захотел о моих желаниях.

Меня на несколько дней заперли в комнате. И несколько крепких рабов, сменяя друг друга, большую часть дня имели меня в зад, не позволяя мне никаких других ласк, даже связывая мои руки, если я проявляла уж слишком большую настойчивость. А затем, все кончилось. Несколько дней я вообще не вставала с кровати — тело лихорадило, но едва только мои занятия по сексуальным утехам возобновились — как я с удивлением поняла, что неприятные ощущения ушли. И, со временем, я действительно начала получать удовольствие исключительно от такого вида проникновения в меня!

Но сейчас был совершенно иной случай. Не знаю, что случилось, но я испытывала не просто удовольствие. Это была какая-то дикая похоть. Мне доставляло громадное упоение то, что меня весьма жестко ебет в зад мой Александр! Точно так же он мог трахать мою пизденку — я бы стонала никак не меньше!

Однако, я снова выпала в реальный мир от чужих прикосновений. Сперва я почувствовала чье-то присутствие около себя. А затем — руки на своем животе. Рабыня снова, без единого приказа бастарда, проявила своеволие и теперь настойчиво теребила мой клитор, то и дело погружая пальцы в мою влажную дырочку.

Я снова начала кончать, громкими стонами оглашая всю округу. Александр слегка замедлился, а потом и вовсе вышел из меня.

Я попыталась было встать, но его сильная рука тут же оказалась на моем загривке, вернув меня в прежнюю позу. Мне оставалось лишь безвольно ощущать, как рабыня засунула сперва два, а затем три пальца в мою задницу, начав ее растягивать. Я легонько постанывала, ощущая, как расширяется моя дырочка, ощущая все новую влагу. Судя по всему, рабыня или Александр, а может и оба сразу, неслышно плевали в мою полуоткрытую дырочку.

Я скосила глаза себе за спину, пытаясь понять что происходит, но крепкая хватка Александра не позволила мне этого сделать. Зато, взгляд упал на другую вещь.

Я отчетливо видела небольшую арку, ведущую в спальню. По ту сторону горели несколько свечей и в их свете я заметила, как с краешка осторожно выглянул кто-то, тут же спрятавшись обратно.

Ласки рабыни становились все напористей. Она засовывала в меня пальцы до самого основания, медленно вынимая их, оставляя внутри лишь самые коготки, и снова медленно и тягуче наступала внутрь, заставляя меня блаженно постанывать.

Я уронила голову вниз, спрятав лицо за своей рукой и осторожно скосила глаза. Снова короткое и медленное движение. Там кто-то стоит! Наблюдает! Аккуратно выглядывая и не решаясь задержать взгляд даже на секунду!

Рабыня убрала руку и Александр снова вошел в мой зад. На сей раз повторяя ритм рабыни — медленный, тягучий, завораживающий. Я выгнулась дугой и бастард тут же бросил меня чуть вперед, заставив плотнее прижаться к стене и тут же начав медленно вынимать из меня свой член, вынуждая меня отклониться назад, следуя за ним.

И снова резкий рывок вперед! Отчетливый хлопок его бедер о мой зад, громкий и резкий вскрик из моего горла. Ощущения граничили с болью, но приносили немало удовольствия. Я вдруг поняла, что оказалась почти вплотную прижата к стене, опираясь о нее грудью, сильно прогнув спину.

Бастард начал весьма неспешно трахать меня, всаживая свой член под весьма резким углом, сильно растягивая мою дырочку, доставляя этим мне немало удовольствия. Но, вместе с тем, я почувствовала, как под меня скользнула его рабыня и, потратив с минуту на то, чтобы устроиться поудобнее, зажала своими губками мой клитор, теребя его своим язычком, внося свою приятную резкость в ощущения.

Две волны наслаждения постепенно слились в одну. Резвые, быстрые вспышки удовольствия пронзали мой клитор, держа меня в постоянном напряжении, в то время как тягучие и протяжные толчки в заднице повергали мое тело в блаженный экстаз. Я чувствовала, как тело медленно наполняется удовольствием под завязку. Я ощущала себя как нельзя лучше — полностью удовлетворенной.

Мне хотелось лишь одного — чтобы это продлилось подольше! Я блаженно постанывала, чувствуя, как мало-помалу начинает затекать спина. Но вспышки оргазмов были до того яркими, что у меня даже и мысли не возникало как-либо повернуться.

Впрочем, когда особо яркие моменты удовольствия проходили, я бросала украдкой взгляды на дверной проем. Кто бы там ни прятался, а он постепенно набирался храбрости, выглядывая все чаще и задерживая взгляд на несколько секунд. Только после третьего оргазма мне наконец то удалось разглядеть этого вуайериста.

Это был раб. Еще молоденький, да к тому же не особо сильный. Я видела его всего секунду, но сумела узнать. Тот самый, что постоянно крутится около стражников, полируя мечи и разнося им воду.

Интересно, что он тут забыл? Неужели не боится, что Александр открутит ему голову за подглядывания? Впрочем, без разницы. На меня накатила новая волна, когда бастард чуть ускорился, отбив всякое желание размышлять обо всяких посторонних вещах. Если раб не боится быть застуканным — пусть смотрит. Должно же у него в жизни быть хоть что-то приятное!

Бастард совершил последний спринтерский рывок, за полминуты умудрившись довести меня до очередного оргазма и вышел из меня. К тому моменту, как я открыла глаза и огляделась, парень уже лежал на кровати.

Александр выглядел весьма взмыленным — тело все аж блестело от пота, но дыхание было более-менее ровным. На коленях, рядом с кроватью, стояла рабыня и нежно сосала его член, который последние полчаса провел в моей заднице.

Бастард вновь оценивающе смотрел на меня, ожидая каких-то действий. Я поняла, что мне снова предлагают показать, на что я способна. В уме стали быстро проносится возможности. Отсосать, по примеру рабыни? Показать, что меня ничуть не смущает оказывать подобную ласку после анального секса? Или же устроить что-нибудь еще?

Мысли сами собой скакали туда-сюда, по мере того, как мое дыхание приходило в норму. Я почувствовала, что уже достаточно восстановила силы, чтобы продолжить. К тому же, Александр был все еще не удовлетворен, а я была твердо намерена высосать его семя! Или получить его в любое место, куда только пожелает мой избранник!

Я подошла к кровати, мысленно прикидывая, куда бастард мог деть мой хвост. Я поискала его глазами и наконец то заметила его на краю кровати.

Это была игрушка для рабынь. Небольшой шарик, размером с персик, из которого торчал длинный конский хвост. Впервые я увидела такую игрушку на одном из приемов и, если честно, влюбилась в нее с первого взгляда.

Рабыня, у которой из задницы торчал подобный хвост, томно танцевала какой-то эротический танец на небольшом постаменте. И я оказалась просто заворожена движениями ее хвоста — плавными, тягучими. И такими пошлыми! Обычный танец превратился в изысканное эротическое зрелище с помощью всего лишь одной небольшой детали!

А потому я при первой же возможности купила несколько таких для своего личного пользования. И сейчас шарик легко вошел в мою растраханную попку. Я моментально запрыгнула на Александра, отогнав его рабыню в сторону и, ухватив член, направила его прямо в свою изнывающую по ласке пизденку.

И протяжно застонала, едва только усевшись на достоинство бастарда. Все же нет ничего приятнее, когда после долгой прелюдии в мою влажную пизденку наконец то входит крепкий мужской член!

Я наклонилась вперед, ухватившись руками за плечи Александра, и стала легонько скакать на его члене, не выпуская его больше, чем на несколько сантиметров. Сперва медленно, тягуче, желая немного помучить его. Затем — все быстрее. Я была уверена, что хвост, свисающий из моей попки, при каждом движении проскальзывает по мошонке моего избранника, доставляя ему немало удовольствия.

Вот только, едва я вошла во вкус, начав насаживаться резкими движениями, доставляющими наслаждение и мне и бастарду, как его рабыня снова умудрилась вклиниться!

Девчонка залезла на кровать позади меня и устроилась между ног у Александра, перехватив хвост у самого кончика и, судя по моим ощущениям, лаская им яйца своего Хозяина. В то время как ее язычок весьма активно скакал по моей попке, все чаще оказываясь около того места, где скрывались черные волосы хвоста.

Нет, я не могу сказать, что мне было неприятно, однако, меня уже начало немного доставать то, что эта вермиррская сучка делает это без приказа! Я попыталась было отмахнуться от нее, но бастард перехватил мои руки и направил одну вниз, к моему клитору, а другую положил на мою грудь.

Я чувствовала себя текущей сучкой, изнывающей по ласке! Член внутри пизденки, шарик в попке, язычок, порхающий вокруг анальной дырочки, а теперь я еще и обеими руками доставляла удовольствие самой себе!

Одна мысль о том, что я сейчас получаю наслаждение всеми возможными способами, мгновенно распалила меня. Я стала еще активней насаживаться на член Александра, привставая на нем сантиметров на десять, после чего падая обратно, позволяя ему резко войти в меня до самого корня. И, как и следовало ожидать, я снова кончила, обильно увлажняя достоинство моего избранника своими пахучими соками.

Мысль, что нужно сделать дальше, пришла сама собой.

Я соскочила, мгновенно улегшись рядом, кое как успев оттолкнуть рабыню со своего пути.

— Пожалуйста, дай мне его пососать! Пожалуйста! — простонала я, стараясь вложить в голос как можно больше страсти и, не дожидаясь ответа, глубоко насаживаясь своим ротиком на достоинство бастарда.

— Еще! — на мгновение выпустив член изо рта взмолилась я, снова глубоко беря его обратно. — Еще! ЕЩЕ! Я хочу этого! — после каждого раза я отрывалась едва ли на секунду, чтобы простонать что-нибудь пошлое и снова глубоко насаживалась на твердый член моего избранника, ощущая на своих губах собственный терпкий вкус.

Даже и не знаю, сколько это продолжалось. Я лишь краем глаза заметила, как раб в очередной раз скрылся за проемом. Я молила, требовала, умоляла о том, чтобы Александр позволял рукой, причем как правой, так и левой, и сейчас бил не жалея сил. На каждый пропущенный мною удар я наносил свой, что, учитывая мое превосходство в росте и силе, все же было в мою пользу.

И, одновременно с тем, я лихорадочно соображал, что же мне делать. Игорь прекратил со мной играть сразу после того, как я сбил его с ног и сейчас дрался всерьез, выкладываясь, как и я, на полную катушку.

Я не отпускал Наставника от себя ни на сантиметр, отчетливо понимая, что еще один каскад ударов на мечах может быть для меня последним. Можно было, конечно, заявить о праве сменить оружие и взять клеймор, но почему то у меня было четкое впечатление, что Игорь в таком случае возьмет нагинату и, по моей памяти, это было еще хуже, чем сцепиться с ним на мечах.

Я краем глаза увидел Лину на балконе. Не выдержала-таки и вышла посмотреть. На лице у нее был написан дикий ужас. Она действительно боялась потерять меня. И у меня было четкое чувство, что не потому, что рабыня лишиться своих привилегий, а было в этом нечто более глубокое. Более личное.

Я усмехнулся. Уж если ради таких вот незримых связей не стоит рискнуть своей головой, то ради чего стоит? Пусть она рабыня, но Лина боялась лишиться меня. Раз и навсегда. Жить с осознанием, что она потеряла не просто Хозяина, а... друга?

Я не верил, что Лина относится ко мне именно так. Я не был спецом по женщинам, как некоторые из наших стражников, но видел, как моя рабыня иногда смотрит на меня. С похотью, страстью, обещанием наслаждения. А такие взгляды не рождаются по необходимости. Только если за ними кроется нечто намного более личное, о чем Лина не решалась сказать.

Может быть, я просто хочу в это верить, но я надеялся что эта девчонка меня действительно любит. Просто так, за то что я именно такой, какой есть. И, даже если я не отвечаю ей взаимностью, это придавало мне сил.

Пора было заканчивать. Теперь я был готов. Уж не знаю, что произошло, но за спиной будто выросли крылья, готовые унести меня в другой мир или же вознести до небес. Внутри появилось четкое ощущение, что все будет так, как должно быть. Выиграю я или проиграю — таково решение Богов.

Я резко отпрыгнул от Игоря. А он, смотря мне в глаза, тут же ударил прямо в грудь, совсем как и в прошлый раз. Риск был чертовски велик. Я мог избежать его, как и в прошлый раз блокировав и подойдя вплотную. Но чувствовал, что пришло время поставить на кон свою жизнь.

Я отступил чуть назад, Игорь подошел ко мне и ударил сбоку, пытаясь отрубить мне голову. Я по-прежнему смотрел ему в глаза и прямо-таки чувствовал, что он в любой момент готов перенаправить свой меч.

Но я лишь чуть отклонился назад, выставляя клинок для защиты. Игорь чуть-чуть наклонился вперед, все еще пытаясь достать меня.

И я просто убрал свой клинок. В глазах Игоря отразилось легкое изумление и это было последнее что я увидел. Я повернул голову в сторону, силясь уйти из под самого кончика меча.

Я чувствовал, как клинок Наставника вспорол мне левую щеку, скользнув по скуле. В глазах у меня потемнело. Но мое тело привычно сделало все, чего я от него требовал. Левая рука, держащая клинок, провернула его полным кругом. Тело чуть подалось вперед, от чего меч Наставника прошел по щеке почти до самого носа.

Несколькими секундами позже, я, все еще пытаясь отогнать красную пелену боли, заволакивающую мне зрение, смотрел на результат своих трудов. Мой меч вошел Игорю в щеку, выйдя с другой стороны головы.

Все голоса стихли. Никто не решался прервать тишину. Слева стоял ошарашенный Рет'Торан со своим семейством. За спиной — моя собственная семья, уже успевшая, судя по всему, попрощаться со своим сыном. Справа — наша стража, не знавшая, аплодировать, поздравлять или просто тихо разойтись. Они понимали, что видели такой поединок, о котором не стыдно рассказать подрастающим сыновьям и не знали, как отнестись к гибели такого воина — с почтением или весельем.

А прямо передо мной, на балконе второго этажа, стояла девушка, которая в нужный момент подарила мне крылья. Рабыня, в ужасе закрывшая щеки ладонями. Молодая девчонка, которая была вне себя от счастья, видя меня живым.

Я с трудом моргнул. Тело изнывало от усталости и боли, но я чувствовал необходимость сделать еще кое что, прежде чем свалиться без сил.

— Поздравляю вас, Рет'Торан, — я подошел к нему вплотную, отчетливо понимая, что вряд ли я сейчас сумею отразить внезапную атаку. — Вы сумели отыскать одного из немногих людей в Империи, который мог забрать мою жизнь.

— Придется отыскать еще одного, — в голосе воина была лишь горечь и пренебрежение, но глаза выдавали Рет'Торана — в них отражалось неприкрытое уважение. Он, вполне возможно, впервые видел подобный поединок.

— Этот воин мог забрать мою жизнь, — я медленно повернулся к телу своего бывшего Наставника. — Ему достаточно было бы взять в руки нагинату и сир Игорь подписал бы мне смертный приговор. Но он предпочел дать шанс своему бывшему ученику.

— Вот оно как, — фыркнул Рет'Торан.

Позади меня раздалось перешептывание. Наверняка сыновья или стража решили дать себе зарок, чтобы такого никогда не повторилось. Мне было начхать. Поединок закончен. И все дела улажены.

Наши стражники тем временем подошли к телу Игоря и теперь робко поглядывали друг на друга, не зная, что делать.

— Оставьте его, — я повысил голос и мою голову тут же пронзила лютая боль. — Этот человек заслужил погребения со всеми почестями. Пошлите кого-нибудь в Императорский дворец, пусть найдет капитана «золотых плащей» и скажет ему, что сир Игорь покинул этот мир именно так, как полагается воину — с мечом в руках.

— «Золотых плащей»? — в голосе Рет'Торана прозвучало искреннее изумление. — При чем тут личная гвардия Императора?

Я очень осторожно повернул голову, справедливо опасаясь, что при более резком движении я попросту отключусь.

— А вы и не знали? — в моем голосе сквозь дикую усталость прозвучала насмешка. — Этот человек, сир Игорь, больше десяти лет был личным телохранителем Императора, прежде чем отправиться на отдых за свою службу.

Наши стражники изумленно переглянулись. О личной гвардии Императора ходило много слухов и далеко не все из них были хорошими. Однако, об их воинских умениях ходило много легенд. И мало кто жаждал проверять их в деле.

Я, тщательно смотря себе под ноги, медленно направился к своим покоям, почти не сомневаясь, что кто-нибудь приведет лекаря. Но я жаждал лишь одного — покоя. Уснуть и проспать до утра.

Конец второй части.

sear21

г. Новосибирск, 2013г

E-mail автора: sear21@yandex.ru