Последний день в Хогвартсе подошёл к концу. Было уже довольно поздно, ученики постепенно расходились по спальням, выключая настольные лампы.— Дин, почему ты не идёшь спать? — спросил один парень у Дианы. Девушка сидела в кресле и читала книгу. На ней был тонкий белый халат, светло-рыжие волосы струились по плечам. Взгляд парня проскользил по её голым ногам и груди, едва виднеющейся из-за слишком широко распахнутого халата. Девушка медленно подняла взгляд.— Я ещё немного почитаю... Спокойной ночи. — Ответила она и улыбнулась. При этом Диана сменила позу, из-за чего её халат еще больше распахнулся. Парень вздрогнул.— Спокойной ночи, Дин, — сказал он и ушёл.Девушка, так и не запахнув халат, проводила его взглядом и положила книгу на стол. В гостиной Гриффиндора больше никого не осталось. Тихо горел огонёк в камине.

Согласно официальным учёным-ретроградам, в торсион не верующим, флорофилия это влечение к девственницам, но мы-то знаем :-)От сотрудника экспериментального центра:Получив ответы на предыдущую запись, я согласился передать налево новые материалы по флорофильскому делу. Надеюсь, вы напишите ещё немало историй по их мотивам: Во-первых, на допросах Джонни дал признательные показания, подробно рассказав, как он сманивал девушек. По его словам, всего на его совести шесть жертв: Бекки, Джуна, Сузи, Анна, Сара и Тарен. Во-вторых Центр организовал экспедицию в джунгли глухого уголка земли, где до сих пор скрываются племена людоедов, и растут человеколюбивые ботанические чудеса. Я надеюсь, что смогу передать отчёт, если меня к тому времени не повяжут, обнаружив источник утечки.

Зверь — существо по человеческим меркам демонического склада, но на самом деле он простой дракон. Один из последних. Как и положено дракону без нравственных и моральных устоев. Он простой неприхотливый дракон и ему не нужна первая красавица города раз в сто лет, ему можно и попроще, но значительно чаще. Зверя невозможно сразу опознать, простой человек не увидит ни клыков, ни огня, ни волшебства. Зверь как все, но особые его признаки все женщины в радиусе ста киллометров подчиняются только его воле. Ну может не все женщины, ну может и радиус поменьше...Истории о Зверьке собираются из разных показаний и выкладываются не в хронологической последовательности, а по мере накопления материала.Зверек маялся похмельем. Сил было только поставить чайник, доползти до ванной. Бухла дома не было, выйти из подъезда было страшновато.

Городская квартира. Большая, просторная. В спальне на постели спит мужчина. Сильный, красивый,... желанный. С трудом отворачиваюсь и смотрю на девушку передо мной. Зрелище еще то: рыжие волосы в художественном беспорядке... ладно, волосы просто всклокочены, губы опухли от поцелуев, на груди — следы засосов. Из одежды — мужская рубашка, в которую при желании можно завернуться пару раз. Зеленые глаза блестят от счастья. Подмигиваю, и девушка послушно подмигивает в ответ. Не удержавшись, прикасаюсь к зеркалу, и рыженькое чудо повторяет мое движение. Вот только глаза у нее на секунду становятся печальными, а яркий изумрудный оттенок сменяется зеленоватой бездной речного омута. Многие годы я не видела своего собственного лица, отражаясь в глазах мужчин в облике тех, кого они когда-то потеряли. И вот теперь я — снова я.

Прошу терпения для тех, кто ищет порно, оно будет ниже.Ночь темна, но это не мешает смотреть за дорогой. Ночное зрение исправно доносит всю информацию на зрительные рецепторы, и Грег без опаски мчит на своём «мустанге», не боясь попасть в яму или съехать с дороги. Фары не включать, ехать на своих силах, не включая двигатель — вот такие инструкции при ловле «субъекта». Впрочем, инструкции всегда такие — полная маскировка. Поэтому и едут они вчетвером, по два часа каждый. Больше — выдыхаются. Ну-ка, попробуй вести авто без двигателя, света и в тишине! То-то. А Грег и ему подобные — могли. Только вот недолго, часа по два...Грег работал в конторе, о которой мало кто знал. И называлась она просто — Контора. Организовали её ещё в 16 веке, в 1550 году, самим Игнатием Лойолой, основателем ордена Иисуса, ордена иезуитов.

Она просыпалась словно от кошмара. Тело ломило, а голова раскалывалась от боли. Ей было неудобно лежать, и она ощущала тяжесть во всем теле. Но с этого состояния ее выдернула боль в клиторе, и королева закричала. — Тебе нужно влить еще моей спермы, чтобы мой сын ни в чем не нуждался. — Проговорил монстр ей на ухо, привлекая ее внимание и заставляя все вспомнить.В комнате по его щелчку загорелся свет, и королева увидела, что лежит на нем. Она с ужасом уставилась на свой раздутый живот, и, положив на него руку, почувствовала пульсацию и колебания. — Ты родишь через три месяца. Сейчас в твоем животе больше спермы, но скоро младенец вырастет, и ты даже не сможешь встать с кровати, но не беспокойся, я не оставлю тебя. Я буду приходить постоянно, и наполнять тебя своим семенем.

Шкура, загораживающая вход в длинный деревянный дом, была отдернута сильной рукой. Снаружи внутрь она пустила холод, несколько снежинок и мужчину-викинга. Он сутулился от усталости, на плече нес увесистый мешок, а обнаженные руки покрывали шрамы. Сверху, поверх двух теплых суконных туник без рукавов, была накинута волчья шкура. Осенняя ночь в Хедебю выдалась снежной, темной и холодной. Снега намело по щиколотку, и Скидульф Убийца Знатных промочил ноги, пока добирался до своего дома. Сейчас же суровый викинг с желтой бородой, усами, заплетенными в косичку и волосами ниже плеч устало, но удовлетворенно вздохнул. Он был дома.Он снял промокшую кожаную обувь с застежкой у щиколотки и ступил ногами в обмотках по дощатому полу, так родно захрустевшему под его шестипудовым весом.

Кошка забралась в кафе через окно на кухне, как уже это бывало, повариха не закрыла одну из форточек, чем как всегда... и воспользовалась Кис, аккуратно сползла на подоконник окна и спрыгнула на пол, довольно вильнула хвостом из стороны в сторону.— Ммммрр... — тихо сорвалось с рта, после чего подошла к кастрюлям и начала по ним шастать, рядом на лежала тарелка, не долго думая рыжая наложила в нее приличную порцию котлет и отправилась в зал, что бы спокойно перекусить. На мордашке была довольная улыбка, а голубые глазки поблескивали даже при лунном свете... Она не долго собиралась растягивать свою трапезу, уже по пути к столику проглотила больше половины содержимого тарелки, облизывая после каждой котлеты тонкие пальцы и подушечки на них.