Пресс-конференция была в самом разгаре, вокруг были журналисты с диктофонами и блокнотами, камеры, микрофоны. Их было так много, как мне казалось, что я уже не помнила, как и почему я тут оказалась. Однако это не мешало мне отвечать на самые каверзные вопросы легко и непринуждённо, что я даже сама удивлялась этой лёгкости. — Скажите, а правда, что это была Ваша машина? — Разумеется, правда пришлось перекрасить её в красный, — отвечала я с улыбкой. — Но мне так даже больше нравится. — А как долго Вы её отмывали? — Ну... Мне пришлось потратить некоторое время на это... — Вы сказали, что покрасили её. Это как-то связано с тем, что у вас были красные трусики? — Конечно! Я подобрала цвет машины точно под цвет белья. — А Вам не было тесно в такой машине? — Да я, в общем-то, похожа на свою машину. Мы не очень-то и большие.

Решился вот рассказать одну историю, которая произошла недавно и имела большое влияние на нашу жизнь. Произошла она с моей женой, но и я принимал в ней непосредственное участие. Это очень интимная история, я еще никогда не обнародовал такого, поэтому не буду называть имен, мест и т. д.Вначале немного расскажу про жену и про нас. Жене 30 лет, мы в браке уже больше 8 лет, поженились по любви, живем счастливо (тьфу-тьфу-тьфу). Никаких измен ни с моей, ни с ее стороны никогда не было, полное доверие друг другу. Конечно, были разные нюансы в отношениях, как и в каждой семье, но все они кончались благополучно. Я обожаю свою жену. Она у меня очень красива, такой благородной красотой, аристократической. Когда мы поженились, она имела стройную девичью фигурку, при этом она у меня крупненькая, метр 80, и грудь у нее была хоть и полная, но стройная.

Все тамбуры в поездах, вне зависимости от классности вагонов, поездов, направлений одинаково холодны, сиротливы и пахнут долбанами. Этот запах, как его не вытравляй, стойко держится за металлические стенки, полы. Через два-три часа он вновь появляется, как не отмывай, как не насыщай воду добавками, воздух аэрозолями. Или так просто пахнет дорога? По которой мы все движемся, как в жизни, отдельно, каждый со своей конечной точкой? Только в дороге ты знаешь, практически всегда, куда ты движешься, а в жизни, поди угадай, куда придёшь? Так думал я, стоя в тамбуре, давая возможность соседям по плацкартному вагону номер шесть накапливаться для высадки на станции. Остановка короткая — всего шесть минут, а тут нужно выгрузиться, ничего не потеряв, и загрузиться в вагон новыми пассажирами всё ещё не знающих где какой вагон остановится.

Я хочу рассказать историю, которая произошла со мной в день моей свадьбы почти год назад. История эта реальная, хотя, конечно, без некоторого художественного вымысла ни куда не денешься, потому как попав в экстремальную ситуацию нельзя сказать — остановись мгновение, мне надо все записать. К тому же я полностью уверенна, что читателю документальная точность нужна в последнею очередь. Хотя часть событий врезалась в мою память с точностью до каждого удара сердца.Меня зовут Татьяна, сейчас мне 24 года. Мой бывший муж Игорь, тогда был моим женихом.Начну с предупреждения о том, как важно следовать традициям и приметам, а не гордится тем, что ты делаешь все, как считаешь нужным.

На прошлой неделе мы с моим парнем ходили играть на бильярде. То есть «играть»... ну вы понимаете. Он решил устроить мне сюрприз и снял всё помещение на несколько часов, попросив работников нам не мешать. Сюрприз заключался ещё и в том, что мы там были не одни. Вместе с его друзьями мы должны были встретиться у входа в клуб ровно в десять часов вечера. На улице уже становилось темно, когда мы вышли из дома и взяли такси. Я думала, что веселье начнётся именно в клубе, но как оказалось всё началось гораздо раньше. В такси мы вдвоём оказались на заднем сидении, он сразу же прижался ко мне вплотную и стал гладить меня рукой по коленке, поднимаясь выше. Я пыталась убрать его руку, ведь таксист, этот кавказец средних лет, мог нас увидеть. Но Виталика это, похоже, не волновало.

Субботний осенний день выдался тёплым и ясным, поэтому стол было решено накрыть в беседке. Лёгкий ветерок развивал волосы Светы, которые она покрасила в тёмный цвет, коротенькая белая юбочка облегала упругую попку, а чёрные колготки и блузка, подчёркивали стройную фигуру. Юля не уступала Свете в одежде, на ней было чёрное короткое платье и чулки телесного цвета. Обе девушки накрывали на стол, пока Наташа, двоюродная сестра Владимира и Виктора, заканчивала готовить обед, который по плану должен был перейти в ужин.— Я тебе говорю, что дело в карбюраторе, — сказал Виктор.— А я говорю бензонасос загибается, — ответил Владимир.Оба брата занимались ремонтом автомобиля, а рядом с ними, принимая активное участие в процессе находился сын Натальи, 18-летний Саша.

Татьяна дано уже рассталась со своим молодым человеком, который очень сильно обидел её, и поэтому, она не спешила начинать новые отношения, давая своему сердцу отдохнуть от переживаний. Как девушка она была весьма привлекательна. Её фигурка сводила с ума мужчин, понимающих толк в женской красоте, она обладала обаятельной улыбкой, ради которой, можно было пожертвовать всем на свете. Поэтому мужчины не обходили её вниманием, но Татьяна достаточно вежливо и понятно намекала, что не готова на какие-либо отношения сейчас. Тем более, что решался вопрос о её трудоустройстве в таможенные органы. Она хотела там работать и была рада такой возможности, но для этого, ей надо было ехать в другой город, поэтому начинать что-то новое, здесь, не имело смысла.

Эротические рассказы 70—80х годовСтрастью пылает человеческое сердце. Особенно когда видишь загадочный взгляд женщины. Один только бог зна­ет, сколько маленьких секретов таится в их сердцах. Но один из них, я вам могу рассказать.Однажды вечером, возвращаясь из командировки, мне при­шлось искать ночлег в одной деревне. Бредя по грязной, мало освещённой улице, я с тоской всматривался в темные проемы окон в надежде увидеть гостеприимный огонек све­та. Было холодно и промозгло, да вдобавок небо затяну­лось тяжелыми, свинцовыми тучами, обещающими, с минуты на минуту, разразится грозой. Я уже совершенно отчаялся, когда, наконец, в одном из домов, увидел свет. Обрадовавшись, я как мотылек на огонь, полетел к спасительному крову.— Кто там? — ответил, на мой осторожный стук, женский голос.