Нежно обнял её, зарывшись лицом в ласковые, как шёлк волосы, медленно, но настойчиво пробираясь к совершенному ушку. Прикусив одними губами мочку, вдохнул ни с чем не сравнимый аромат женского тела. Желание уже переполняло его, когда он вдруг осознал, что Леночка не сможет расслабиться — теперь не сможет, даже если разрезать веревки, которыми она была привязана к тяжёлому верстаку. Поза была более чем впечатляющая: руки привязаны к скобам в стене — вероятно, когда то в них вкладывали инструмент: чтоб не валялся и был легко доступным... ноги были широко разведены и привязаны к металлическим ножкам верстака, который был не достаточно широк, чтобы девушка была к нему плотно прижата.

Она шла по улице после рабочего дня, когда рядом с ней остановилась черная машина. Незнакомец попросил ее показать ему на карте дорогу, а когда она наклонилась к машине, схватил за волосы и втолкнул вовнутрь.Теперь она ехала в неизвестном направлении, на заднем сидении машины, где ее удерживал крепкий молодой парень. Второй был за рулем.Они вывезли ее за пределы города и притормозили у какого-то склада в промышленной зоне. Водитель остановил машину, вышел и открыл заднюю дверь. — Вылезай. И чтобы ни слова.Вдвоем они затащили ее в помещение. — Раздевайся.От страха и стыда она не могла вымолвить ни слова. Ее заставляли раздеться самой перед двумя разглядывающими ее парнями. — Живее, сученька — ласково издеваясь, сказал один из них, — хуже будет. Раздевайся, мы хотим посмотреть на тебя.

История начинается с того, как два ебанутых брата пидораса ебли друг друга. Про это мне переводить не хотелось. И, конечно, в самый кульминационный момент, когда братишки вволю поеблись, но кончить еще не успели, появилась их мама, конечно же в одной ночной рубашке... (повествование ведется от лица младшего брата).Прежде чем кто нибудь из успел хоть что-то сказать, Ромка вытащил хуй из моей задницы, и, бросившись к маме, повалил ее на пол. Мама, прижатая им, закричала, и, не зная, что сделать, чтобы заставить ее замолчать, Ромка начал засовывать свой член маме в рот, удерживая ее руки на полу. Мама бешено сопротивлялась, мотая головой и дрыгая ногами, в результате чего ее сорочка задралась, практически полностью обнажая ее бедра. От этого зрелища, все мое смущение куда-то подевалось, и я присоединился к Ромке, держа маму за ноги.

Алена шла по набережной Гудзона. Она специально попросила таксиста оставить ее здесь, хотя они и не проехали даже половины пути. Ей хотелось пройтись пешком до своего отеля. Вечер был теплым и только легкий бриз немного заставлял ёжиться. Алена, скрестив руки на груди, шла неторопливым шагом в сторону делового центра. Она пожалела, что не прихватила кофточку на вечеринку. На ней было только лёгкое коктейльное платьице и босоножки на высоком, но удобном каблуке.Если честно, ей уже поднадоел Нью-Йорк, и она была рада возвратиться в Москву на три дня раньше. Завтра она в это время уже будет дома...На 52ой стрит она свернула налево и ей осталось пройти совсем ничего. Чуть не столкнувшись с двумя подвыпившими девочками-подростками, она обратила внимание на небольшую вывеску какого-то мало привлекательного заведения.

Вика была всегда скромной, тихой девочкой, послушной и мало общительной. Стройная, не высокая, рыжеволосая скромница. Для друзей она была «Рыжик». Сначала её это не нравилось, но потом привыкла. Странно, что её так называли, ведь она была не страшной, а довольно симпатичной девушкой. Быть может, это всё от её небольшой замкнутости в себе. Сегодня она впервые узнала, что такое наслаждение от ласк. Томным летним утром Вика пошла в душ, остыть под прохладной водой. Она уже собиралась выходить, как вдруг струйка вода из душа упала в её маленькую, слегка пушистую девочку. Все тело покрылось мурашками, ножки затряслись, и Вика села на коленки в ванной. Она снова направила душ на себя и немного ахнула. Тонкие струйки воды сильно били по нежной коже девочки, слегка проникали внутрь и вырывались наружу.

Вот так вот, лазая по всяким подобным сайтам, ища рассказы и комиксы, смотря извращенный хентай и порно постепенно становимся пресыщенными этим. И обычные эротические сюжеты не доставляют. Хочется, с каждым разом все больше и больше. Футанари, бдсм, тентакли, гуро, грязное изнасилование, содомские групповухи. Но потом, пресытившись и этим, хочет обратно романтику, наивность, что-то не пошлое, не вульгарное. И вот я решила написать это что-то. Так что если у вас еще стадия «пожестче» пропустите мой рассказ, а остальные прочтите и выскажете свое мнение.P. S. Жени восемнадцать, и он учится в одиннадцатом классе и решает производные и первообразные.«Жееня! Жень! Дай списать!», — послышался в тишине класса голос. С задней парты прилетел клочок бумаги с контрольными заданиями. Развернув его, Женя посмотрел на просящего.

Утром я проснулась раньше моего самца, аккуратно встала, чтобы не разбудить его, и пошла в ванную. Когда я взглянула в зеркало, я ужаснулась, тушь потекла, тени были размазаны, помада была размазана и все это покрывал достаточно толстый слой засохшей спермы. Вся одежда была в белых разводах, абсолютно вся. Я разделась, сделала клизму, приняла тепленький душ, смыла косметику и сперму. Затем почистила белый парик. Пошла в комнату сестры, чтобы выбрать что-нибудь новое. Я остановилась на белых кружевных трусиках, такой же корсет с выходом на грудь, туда я положила презервативы с водой, опять в тройном слое резины. Белые чулки приятно дополнили мои гладенькие ножки. От корсета отходили шлейки для прикрепления чулок. Прикрепив чулочки, я надела халатик медсестры, от ее ролевого костюма.

Тянулся 1941 год. Зима. Деревня — КровинушкаВ одной избе, за срубанным столом сидели пятеро немецких солдат и громко смеялись, пар клубился над их лицами, давая знать что в избе не топилось довольно давно. Непонятные речи и поношенная фашиская форма полностью дописала картину «Заклятого врага». Вечер тихо догорал на линии горизонта занимая место темной, военной ночи. Дверь в избу со скрипом отворилась, плечом облокотивший об косяк с улыбкой заглянул немецкий офицер, вечернее солнце алой кровью отразилось на его кресте и «мертвой голове» (значку на фуражке) он медленно шагнул в темень комнаты. Пятеро дружно его поприветствовали выдвинув вперед дрожащие руки. он в плотную подошел к столу и глухим звуком поставил бутылку местного самогона.