Как я уже писал в первой части, мы с пацанами собрались у меня дома, чтоб вместе пойти в сауну, но получилось всё интересней немножко. Мы долго вспоминали это маленькое приключение, ведь оно и впрямь было шикарным приключением. Пацаны не раз вспоминали добрым словом большие и тёплые дырочки моей мамы, для них тёти Вали, и её вкусный ротик. Даже предлагали мне провести с ней ночку всем вместе, где нибудь в сауне. Я передавал маме, но она строго отвечала, что об этом и речи быть не может. И улыбаясь отказывала наотрез, говоря, что её и так теперь в рай не пустят из-за этой ночи. Со мной она была напротив более раскована и иногда просто явно флиртовала и подначивала и буквально недельки через две затащила меня в кровать, когда дома никого небыло. Да это были одни из самых лучших моментов моей жизни.

Эта интересная, на мой взгляд, история случилась со мной когда я был студентом.Город у нас достаточно большой, приезжих, коим я и являюсь, много. Коренная молодежь ограничивала свое общение исключительно пределами своих районов, которые как маленькие «города» внутри города. А вот приезжие же напротив, скитались по съемным квартирам, заводили новые знакомства, искали подработки и прочее. Именно так проходила и моя жизнь.В тот момент я хотел отношений, но то ли я что-то делал не так, то ли девушки попадались не те. Очередное случайное знакомство обернулось для меня целой историей.Познакомились мы в парке, был достаточно теплый вечер лета, плавно переходящего в осень. Она была одета в короткую юбку и курточку, вся в черном, невысокого роста, темные вьющиеся волосы.

Это было самое обычное субботнее утро, не сулившее неожиданностей и каких-либо незапланированных встреч. Мы с женой всё еще лежали в постели, обсуждали нашу предстоящую поездку в ОАЭ и то, как вообще неплохо стали мы жить в последнее время.Дела действительно у нас шли хорошо: Маша моя наконец-то устроилась на работу, да еще и сразу не самым последним менеджером в крупную компанию, а меня шеф наградил долгожданным повышением и о деньгах теперь нам можно было не беспокоиться совсем. Да и в семейной жизни у нас с Машкой всё было просто лучше некуда. Женаты мы были к тому времени уже почти 2 года и за это время у нас не было ни одной серьезной ссоры. Бывали, конечно, разногласия, но ссоры — ни разу. Вот так мы и лежали обнявшись уже с полчаса и просто наслаждались утренними лучами солнца и просто хорошим настроением.

До самого вечера мы старались не смотреть в глаза друг дружке, перебрасываясь лишь короткими фразами. За ужином тоже молчали. По своим углам разошлись рано. Лишь коснувшись щекой подушки, я сразу провалилась в небытие глубокого сна. Сказалась жуткая усталость и нервное напряжение этого ужасного дня. Утро встретило хмурыми тучами и моросящим дождём. Ненастье было, как нельзя кстати. Идти всё равно никуда не хотелось. И тёте Поле не надо было объяснять, почему сидим дома. Она, как раз, вошла в горницу, когда мы вяло, дожёвывали завтрак.— Девчата! — заулыбалась она с порога. На неё плохая погода не действовала. А наши проблемы ей были не ведомы: — Что вы такие кислые? Не истопить ли баньку? У меня и наливочка припасена. Хлопоты по приготовлениям хоть немного отвлекли от мрачных мыслей. Мы топили печку. Таскали воду.

Я нашел свою девочку в банальном притоне, претензиционно именуемом «элитным салоном». Много позже, после нашего с ней разрыва, я столько раз прокручивал в голове нашу встречу, что и сейчас помню ее во всех подробностях, вплоть до деталей интерьера той обители наслаждения.В тот день меня побудило изменить привычный маршрут с работы домой то обстоятельство, что, как я узнал, в салоне, куда я нередко заглядывал, появилось несколько «новеньких» девочек, что совпало с моим желанием расслабиться после напряженного дня.Все было как обычно. Та же гостиная меблировка: вкруг журнального столика обитые кожей диванчики и массивное кресло во главе. Те же кошачья грация томной администраторши и плавное движение ее руки, привычно подавшей чашку кофе.

Жак неспешно вел Машу по длинным коридорам и лестничным пролетам. И делал это настолько грациозно, словно она была породистой сучкой на выставке. С одной лишь разницей, что она не была сучкой и ее коленки уже ныли от боли, после такой длинной прогулки. Наконец они пришли в небольшую комнату, похожую на гримерку, там на диване сидел Люпен с сигарой во рту и мобильным у уха.— Я перезвоню, — буркнул он в трубку, увидев входящих Жака и Машу.Он удовлетворительно улыбнулся, оценив работу проделанную над их новой рабыней и сильно затянувшись сигарой, велел Маше подняться и медленно повернуться. Жак ослабил поводок и позволил ей это сделать.— Молодцы, сучка хороша, — еще раз одобрительно кивнул Люпен, а Жак дернул за поводок давая понять Маше, чтобы она опять встала на колени.

На свой призыв я шел без особого энтузиазма, и большого рвения. Честно говоря служба в доблестных силах меня не прельщала, а даже наоборот отталкивала плюс ко всему меня что-то пугало, я это чувствовал интуитивно.В то время. как конечно и сейчас я питал симпатию вернее тогда только это началось мое влечение к мужскому полу. И кто мне тогда мог сказать, что это только начало моих похождений. Особого опыта и какого-то навыка я не имел да и придя в военкомат на сборы я не мог открыто сказать про себя и свои мечты с фантазиями. Хотя эта форма запах казармы и кирзы которые меня вдохновили в последствии... но это было потом. А пока суть да дела я шел в областной военкомат с небольшой сеточкой в которой практически ничего не было так как собирать меня в доблестные силы было некому.

Пробуждение Ольги выдалось приятным. Ее безукоризненное в своем совершенстве, ухоженное тело за ночь отдохнуло. Забавы, предшествовавшие крепкому сну, оказали самое, что ни на есть, благоприятное воздействие.Очнувшаяся красавица прекрасна и свежа.Лицо, подернутое легким весенним загаром, как всегда завораживало, даже не смотря на отсутствие косметики — изысканный овал с мягкой линией скул, широкие, но гармоничные по форме, изящные брови. Длинные густые ресницы обрамляли зелено-карие кошачьи глаза. Ровный классический носик с точеными ноздрями очаровательно бесподобен. Пухлые сочные губы неотвратимо приковывали взоры, каждого смотрящего, воспламеняя алчные влечения, как молодых неженатых людей, так и обремененных узами Гименея мужей.Изгибы фигуры прелестницы также не оставляли равнодушным любого половозрелого мужчину.