16.09.09.Иногда я просыпаюсь еще до сигнала будильника. От какого-то тревожного чувства, природу которого трудно определить. И весь последующий день бывает наполнен этой тревогой; то мне начинает казаться, что я забыл что-то сделать или кому-то позвонить, то вдруг я спотыкаюсь на ровном месте, или вовсе вмазываюсь бампером в чью-то машину на парковке. Вот и сегодня я целый день ждал — ну когда уже? Что за фигня случится? А ведь обязательно... Самое мерзкое было то, что Лэм как раз уехал на два дня. По очень нехорошему делу. Которое вполне могло обернуться неприятностями. И потому я дергался сильнее обычного — был почти уверен, что мой мандраж предвещает удар именно с этой стороны.Наши с Лэмом отношения тоже беспокоили меня. И уже давно. Во-первых, мы все никак не могли привыкнуть друг к другу, успокоиться, войти в некое привычное русло...

Она еще раз критически осмотрела себя в зеркале. Все-таки это платье ей шло больше. Оно было не слишком длинное, в меру открытое, но и не вульгарное. Да, в отличии от предыдущего, оно обнажало верхнюю часть груди, позволяя видеть самое начало, пусть и не самых внушительных, но, тем не менее, заметных женских прелестей. Широкие лямочки шли по самым краям, и, казалось, открывали больше чем положено, но это был лишь ловкий обман дизайнера. Прошлое платье было чересчур закрыто, по самую шею. Почему-то она была уверена, что Ему это не понравиться. Приталенное, без каких либо поясков и прочей дребедени оно изящно подчеркивало её фигуру и формы. Платье едва доходило до колен, но не было слишком узким, да и ткань легко растягивалась. Одним словом, оно было очень удобным.

Научная конференция в местечке неподалёку от Риги. «На рижском взморье воздух свеж...» Прохладно. Осень. Красиво. Грустно.Докладчик — худенькая черноглазая девушка с копной волос жукового цвета. Они жесткие и никакая укладка долго не держится...После окончания заседания жду у входа. Прогулка по берегу моря, чтение стихов собственного сочинения. Чашка кофе, плавно переходящая в коктейль «Кровавая Мери» с сырными палочками, в маленьком ресторанчике, где официант отказывается понимать по-русски, но тут же откликается на английский или французский. Гостиничный номер.— У меня нет презерватива... — Это не страшно. У меня большие проблемы с беременностью... Пять лет с мужем стараемся и всё никак... Не бойся. Если залечу — скажу, что от него.Вхожу в неё безо всяких предварительных ласк. Тишина. Грустный взгляд в потолок.

Салли проклинала себя за то, что остановилась в этом месте, за то, что вышла из машины, за то, что вообще заехала в этот городок. Нужно было продолжать ехать по 72ой федеральной трассе до Шампейна, потом по 57ой, пока не приехала бы в Чикаго, но черт её дернул свернуть на какой-то Бондвилль. Хотя, ей нужна была остановка. С тех пор, как она вылетела из дому, забрав только документы и немного скопленных денег, Салли ехала вот уже восемь часов, остановившись только для того, чтоб залить в бак бензин из канистры, и умирала от усталости. Поэтому, увидев поворот на Бондвилль — население 443 человека — она свернула на него. Ей нужно было поесть, попить, если повезёт, найти дешёвый ночлег, и, самое главное — купить сигарет.Старый форд седан, за рулем которого сидела девушка, проскрипев, въехал в городок, и остановился у первого же ресторанчика.

Если кто-то ждал продолжения — прошу простить за задержку. Хотелось поразить читателя.Рассказ содержит туалетные сцены (в том числе копро), зоофилию, гуро и другие извращения, не рекомендованные людям со слабой психикой. Рассказ создан с целью развлечь читателя, ориентированного на такой текст. Все события вымышлены.Моему Хозяину пришлось уехать из города — всего на неделю. И тогда Инна напомнила о себе и о том, что я могу пока что пожить у неё. И так случилось, что Игорь задерживался, неделя за неделей проходили быстро, а я понятия не имела о том, почему же я теперь принадлежу Инне. Но моя Госпожа была великолепна — она была жестока, изобретательна и наслаждалась мною как могла. С тех пор прошло около полугода.Я все так же была лысой — Госпоже это нравилось. Когда мы выбирались в город — я одевала парик.

В салоне раздавался приглушённый звук заведённого двигателя, вперемешку с красивым музыкальным ритмом, время от времени пробивающий тихим басом. Моя левая рука лежала на кожаном рулевом колесе, а правая вальяжно раскинулась на боковом подлокотнике. За окнами была теплая субботняя ночь, примерно около двух часов. «Наверное, сегодня я наконец таки найду себе достойное развлечение? — размышлял я глядя вперед через лобовое стекло. — А то давненько уже не отрывался так как больше всего люблю».Возле ночного клуба было много дорогих машин и красиво одетых людей. «Надо бы отъехать чуть подальше, припарковаться где-нибудь в темноте, где поменьше посторонних глаз, и не столько много яркого света исходящего от входа в пафосное заведение».

— Вот такая вот история, — тихо сказала Альбина, ковыряя сигаретой в пепельнице, — извини... я разболталась. Ты не обязана была это слушать. — Нет-нет... Очень интересно, — еле выдавила я из себя и посмотрела. на большие настенные часы: — Ну... мне пора, — я на самом деле не знала, что говорить. Алёнка скинула уже четвертую смс-ку, сообщив мне, что нашла черную сумочку, отлично сочетающуюся с тем синим платьем. По-правде говоря мне было абсолютно все равно, что наденет моя «гламурная подруга» Алена, свято верящая, что Анджелина Джоли её родная сестра-близнец, которую нечаянно увезли за границу. У каждого человека свои тараканы в голове, поэтому я принимаю свою Аленку такой, какая она есть. Мне нужно было как-то замять Альбинину тему и я улыбаясь сказала: — Теть Аль, не подкинете меня в «Космо» на углу. Подружка попросила купить ммм...

В далёкие советские времена меня отправляли, как и всех соетских детей, в пионерские лагеря. Я ездила всегда в один и тотже, и побывала за много лет своего отдыха там во всех отрядах, начиная с самого младшего и заканчивая самым старшим, первым отрядом. Многие дети и сотрудники лагеря мне были очень хорошо знакомы. Те кто прошёл через это знают что были там обязательные мероприятия, вроде «Зарницы» и «Тимуровской» работы.Во время одной из «Зарниц» хлынул сильный ливень. Взрослое руководство немедленно «свернуло» мероприятие и в срочном порядке нас разместили в ближайшей деревне. Дождь не унимался и мы остались там на ночлег. Кто где. Меня и ещё 12 девчёнок с двумя вожатыми разместили в местной амбулатории. Спать мы улеглись кто на кроватях, а кому их нехватило — на матрацах на полу. Все в одной палате.