Уже прошло восемь месяцев, с того момента как Алёна стала рабыней у Госпожи Ирины. За всё это время Госпожа пичкала свою рабыню гормонами и разными препаратами, какими именно рабыня даже не знала, раньше Алёна весила около 60 килограмм, теперь её вес был около 80 килограмм. Её грудь стала четвёртого размера, немного отвисшая. Попа стала большой, появился небольшой животик. Так же Госпожа немного увеличила рабыне губы, закачав в них ботекс.В один день, Алена как всегда, почти голая, не считая чёрных чулок и чёрных туфель на высокой шпильке, делала уборку в доме, с утра Госпожа куда-то уехала и вернулась только в обед в хорошем настроении.— Ну, что сучка, готовься, — обратилась Госпожа, к рабыне сразу с порога, — Сегодня вечером девичник у моей подруги, и ты будешь на нём нас веселить.

Так вышло, что я вместо своей подруги поехала принимать объект. Я была не против — дело ее я знала на отлично, в купе вдвоем (СВ не было на то время что было надо, но остальные места управление просто выкупило), гостиница — все дела. А там уже все давно готово — чисто формально бумажки подписать.Ехала я с каким-то мужиком из управления — старше меня лет на 15. но очень приятный, общительный. Он хорошо знал мою Анечку, и очень удивился, узнав, что она сдает дела и переезжает в другой город — вслед за мужем. Потом мы пили коньяк, ели бутерброды и конфеты, обсуждали проект и то, что скорей всего у нас будет масса свободного времени. Костя (а после пол-бутылки коньяка выговаривать Константин Петрович мне было тяжело да и вообще глупо) веселил меня рассказами о своих приключениях «на объектах»... я расслабилась.

В следующий раз Юля очнулась уже возле, какого — то дома. Рядом сидела миловидная девушка хорошо одета. Когда Юля очнулась, девушка её спросила: «Ты наверно, Юля блядь моего отца-сутенера?» «Да, если твой отец Василий директор школы» — Ответила Юля. «Да, это он» — подтвердила девушка. «Кстати меня Оля зовут, можешь называть меня по имени и на ты, а сейчас пошли, приведёшь себя в порядок и расскажешь мне, как с отцом познакомилась» «Ясно» — ответила Юля.Поднявшись на третий этаж и зайдя в квартиру, Оля сказала: «Иди умойся, ванна там. Да и чуть не забыла вот твой пакет с твоими шмотками, и еще в этом доме одно правило все женщины, суки, бляди, хуессоски и т. д. ходят голые исключение составляем только я и моя мать, ясно?» «Да» ответила Юля и пошла в душ. Зайдя в душ, она расстегнула блуз, сняла юбку.

Глеб был как меж двух огней, меж двух миров. Если его язык был счастлив бывать в дырочках Ани, то Света напротив сама с удовольствием вылизывала его анус. Он был как зеркало, по обе стороны которого смотрели в его поверхность два отражения — Аня, любовница и госпожа, и Света, жена и рабыня. Они были очень похожие внешне и очень разные по сути.Жена — миловидная круглолицая барышня, с пышным бюстом и добрыми глазами, как у куклы. Нутро же ее было посложнее. Беленькая и ясная, умеющая всегда улыбаться, Света считала себя грязной и чересчур похотливой, испытывала нечто вроде презрения к своим гениталиям и панически боялась запаха, поэтому была болезненно чистоплотна. Иногда ей казалось, что муж делает одолжение, подарок, когда трахает ее дырки.

Солнце наливалось силой, стоял жаркий летний день, а Оля собиралась на пляж.Погруженная в свои собственные мысли она шустро натянула на кругленькую попку веселые желтенькие трусики и босяком побежала за просторным сарафанчиком. Надевать лифчик ей в такую жару совершенно не хотелось, да и упругость её 18-летней груди 2го размера позволяла не особо заморачиваться. Свои любимые балетки Оля найти не смогла, поэтому её шикарные ухоженные ножки опустились на подошву открытых босоножек на высокой шпильке. Ехать в таких в электричке на пляж конечно рискованно — голодных взглядов мужчин не избежать, но тут зазвонил телефон — друзья уже ждали её на пляже. Надо было торопиться.Вскочив в тесную электричку Оля попыталась пробраться к окну. Её большая грудь нагло терлась о незнакомых мужчин и женщин.

Уважаемый и не очень читатель. Сразу же хочу предупредить, что эта зарисовка является началом длинного повствования, которое быть может, если будет желание, я обязательно завершу.Мария Афанасьевна Сисястая, дама приятная во всех отношениях, продолжала медленно вводить свой любимый двадцатисантиметровый страпон в девственную задницу младшего научного сотрудника Серёжи Пидаркова. Ее растрёпанные в порыве страсти, длинные каштановые волосы, мотались из стороны в сторону, словно маятник от старинных часов с боем, каждый раз, когда женщина, с дьявольским наслаждением подаваясь всем телом вперед, загоняла могучую игрушку на всю длину в мягкую и податливую плоть юноши.«Я же тебе говорила дурачок, расслабься и не пытайся оказать сопротивление. Все равно будет, по-моему» — нежно шептала она на ухо своей жертве.

На следующий день в шесть вечера я звонила в дверь квартиры Господина. Он открыл дверь, одетый в махровый халат, и сразу сказал: — Рабыня всегда должна стоять на коленях перед Господином. Я опустилась на колени прямо на лестничной клетке. — И еще, при встречах со мной на тебе теперь будет либо та одежда, которую я тебе дам, либо ты будешь голой. Сегодня ты одежду не получишь, значит... Последовала многозначительная пауза. Я понимая, чего от меня хотят, начала раздеваться. Стоя на коленях это было неудобно, но я справилась. Снизу послышались шаги. Господин жил на четвертом этаже и сейчас кто-то поднимался по лестнице. Я обомлела. Шаги постепенно приближались. В панике я осмелилась поднять взгляд на Господина. Он с усмешкой наблюдал за мной. Поднимающемуся осталось пройти максимум три пролета.

Если вы высоконравственны и осуждаете тему инцеста по принуждению: отец-дочь, то прошу воздержаться от прочтения данного рассказа.Предыстория:В предыстории к рассказу я хотел бы кратко заметить о событиях предшествующих моему небольшому приключению и новому опыту в сексуальной жизни.Все началось с того, что однажды мы всей семьей поехали в наш загородный дом отдохнуть. Дело было жарким летом в период отпусков и каникул в учебных заведениях детей (у меня их двое — дочка Машенька, или, как я ее иногда называю, Машутка, и мой сын Кирилл).Но, не успели мы начать отдых всей семьей, как вдруг моей жене позвонили из деканата универа Кирилла. И, тк мы платим за обучение своих детей, моя жена, Ирина, просто пришла в ярость: как это сын оказался на гране отчисления.