Зайду я в магазин на перекрёстке трёх дорог и улиц, В котором Вывеска «All in» смущает взгляд. Пройдусь вдоль стеллажей со знаком «Cruel», Где свежие Соблазны мирно спят.Немного пропетляю вдоль витрины, Где дышат тяжело разбитые Мечты. Заторможу у полочки, где Подвиги былые Морщинистой рукой зовут «Купи!»Сквозь секонд-хенд непонятых Желаний Промчусь, держа свои в узде. Присяду тихо в зале Ожиданий, С их меланхолией о слове «потерпеть».Поймаю строгий взгляд кассира на Надежде: Она пыталась Горе и Конец смутить. Не соблазнюсь на стопочку «Как прежде», Расслышав рядом: «Что вам предложить?»— Я?... Мне бы пару Приключений. — Прошу прощения, раскуплен ваш размер. — Тогда... Грамм сто Любви до гроба и Веселья. — Увы, наркотикам положено рецепт.— Рецепта нет... А дайте литр Счастья. — В продаже нет. За баллы, как презент.

В пространстве эротического сна, Одна, в безмолвьи, девушка идёт. До туфелек совсем обнажена. Спокойная, но словно что-то ждёт.Быть может, поцелуя ждёт она, В местечко то, которое порой, Играя, трогает, возбуждена, Чтоб вызвать спазмы плоти молодой.Но как поцеловать мне на ходу, > Хоть в перед обнажённую, хоть в зад? Я тщетно сзади девушки иду, И кто-то тянет вдруг меня назад...Я просыпаюсь. Это был лишь сон. Свой кашель, зиму, и мороз кляня. Сегодня — в жизни есть такой закон — Рабочая рутина ждёт меня.

Змей Горыныч трёхголовыйБыл к тому ж и трёх-х#ёвый —Но не каждый это знал,Только те, кого е#ал.А таких немало было —Он частенько девок тырил,Чтоб развлечься день-другой С полюбившейся п#здой.Был он вовсе не злодеем,Просто слыл прелюбодеем,И завистливый народУтверждал, что он урод.На Руси давно ведётся —Если умный — значит врёт всё,Если смелый — знать дурак,А рублю — цена пятак.Но рассказ сей не об этом —Эта тема для поэтов,Мы же речь ведём о том,Что Горыныч был скотом...Но не в том привычном смысле,Когда свинство вместо мысли,А рождён был из яйца,Без мамаши, без отца.Вышел он, как гадкий лебедь,В чешуе, с хвостом и, в-третьих,Был о трёх больших главах —На плечах... и на х#ях.Не сказать, чтоб то красиво,Но удобно, хоть и диво...В одно время можно спать,Водку пить и баб е#ать.

1Зарегистрирован на сайте, Под ником Демон, ждал, когда Придёт она. А дальше? Не представлял. Она пришла.Она пришла: «Привет. Ты хочешь? Ты будешь трахаться со мной? Я раздеваюсь Демон, дрочишь?! Раздвинь колени мне ногой.И щупай; груди, клитор, попу, Лизни промежность и засунь, Язык засунь, поглубже, в жопу! Ну, что ты, что ты ржёшь, как конь?Иди ко мне, я вся пылаю! Пизда уж соком истекла, И кончи в жопу! Демон, знаю, Что ты давно о том мечтал».Сама, раздвинув ягодицы, Она натягивалась на хуй! И, как развратная девица, Кричала: «Трахай нахуй, трахай!».И он ебал Татьяну в жопу, Хуй, погружая до яиц, Рукою, груди мял и трогал, Округлость сжатых ягодиц.Она еблась до исступления, До пены в жопе, до крови! И, захлебнувшись наслаждением, Хрипела лишь одно: «Ебиии!».

К 2034 году Россия стала бесспорным мировым лидером. Долгие годы ковалась победа над бесчисленными врагами родины. Долгие годы танковые заводы дымили сжигаемым плутонием без остановки. Дипломаты и шпионы изощрялись. А лучшие ученые, посаженные для их удобства в закрытые от внешних контактов помещения, изобретали божественные технологии ради великой России.Все это происходило под неусыпным присмотром императора «Пи», отрекшегося от человеческой природы и взявшего свое имя от совершенного числа, определявшего идеал формы — круг. Подвергшийся переработке, с множеством имплантированных органов император был бессмертен и всемогущ. Компьютеры, соединенные с его мозгом напрямую, выдавали ему всю информацию о происходящем в огромной империи. Каждом чихе и слове.Каждая бутылка с водкой производилась под его прямым контролем.

Мощный сексуальный импульс заставит меня вздрогнуть,Я обернусь на миг и замечу тебя.Это будет совершенно случайно,Но ты сразу привлечешь мое внимание,Как и я — твоё.Мы будем стоять в переполненном автобусеСпинами друг к другу.И изредка соприкасаться телами.Ты будешь чувствовать округлость моей попкиЧерез короткую облегающую юбочку и шелковые трусики,А я буду осторожно покачиваться в такт автобуса.Мы войдем в зал ожидания вместе,И сразу же разойдемся в противоположные углы.Ты будешь разглядывать симпатичных девушек,А я — кокетничать с парнем, сидящем в соседнем кресле.Но когда я наклонюсь, чтобы поправить ремешок,Твой взгляд будет прикован к вырезу на моей блузкеПотому что в именно тот день Под ней не будет ничего.В маршрутное такси ты зайдешь первым и сядешь.И когда зайду я, там будет только одно свободное место.

Я в эфирe нoчнoм видeл жёсткoe пoрнo. Этo были дoбрoтныe двa-три иксa. Кaк рaбoтaли люди! Лeгкo и зaдoрнo. Лучeзaрнo свeтились чeтырe лицa.Скoлькo силы в рaзмeрeнных чётких движeньях! Скoлькo мoщи, нaпoрa и стрaсти, oгня! Я зaмeтил: дaётся им бeз зaтруднeнья Тa нaгрузкa, чтo с нoг бы свaлилa кoня.Грaциoзныe лaни, изящныe сeрны Мoлoдeцки смeлы, их нeльзя oбуздaть...У мeня с «Жигулями» прoблeмы бeзмeрны.Мнe бы группу у них пoршнeвую

Ещё когда-то в детском саде,Когда настанет «тихий час»,Ко мне в кровать прикола радиШныряли девочки не раз...Их безволосые пиздёнкиЯ гладил, радость не тая,И слышал смех их детский, звонкий,От полноты их бытия!И вопитательница, помню,Была красива и стройна!Нет-нет её я гладил жопу,Невинный вид притом храня!Она мне молвила со смехом,Во мне почуяв вкус к любви: — Ты будешь добрым человекомДля женской части всей Земли!Так и случилось: дальше школа,И армия, и институт...Всегда своею правдой голойТворил я свой священный труд!Кому-то слава или деньги,Кому-то прочих дел размах...