Миша зашел в комнату и огляделся. В комнате был полумрак от задвинутых штор. У стена стояла кровать, и на ней спала женщина. Этой женщиной была Петина бабушка. Больше в комнате никого не было. Миша подошел к кровати и нагнулся к самому лицу пожилой женщины. Ее дыхание было ровным и спокойным. Миша высунул язык и лизнул женщине щеку. Она не шевельнулась. Тогда он осторожно стащил одеяло немного вниз и посмотрел на ее груди. Груди были прикрыты полупрозрачной сорочкой. Но это не могло скрыть тот факт, что груди у пожилой женщины были обвисшими.Петиной бабушке было 62 года. Но Мишу это нисколько не смущало. Наоборот, это было для него очень важным фактором — её возраст. Мише нравилось наблюдать за ней, когда он приходил к Пете в гости.

Был тихий летний вечер. Алексей стоял у окна и курил. К пустоте в квартире он привык давно. И по существу, ему нечего было делать дома, но в служебном кабинете не на чём было спать. Он возвращался сюда только ради кровати. И ради своей родной бабушки. Она приходила к нему. Не часто, где-нибудь раз в месяц. Приходила каждый раз вечером, без звонка. Садилась в кресло просто, точно виделись час назад. Иногда говорили до утра. Иногда молчали, попивая чай и поглядывая друг на друга. Альбина не стригла волос, чтобы не следовать моде; вместе с тем, она укладывала их так плотно, как будто боялась, что в ней заподозрят женщину. Алексей смеялся: — ты похожа на Тенвилля.Она не знала, как это такой, и даже немного сердилась, подозревая подвох. Алексей знал, что она придёт именно сегодня. Чувствовал.

... Через несколько часов, получив и примерив форменную оранжевую робу, с тем чтобы надеть её на другой день с утра, Джафар Нахрыков, исполняя приказание, уже сладко спал вместе с другими штукатурщиками в крохотной сырой бытовке, на отдельном койко-месте, под залапленым верблюжьим одеялком.На рассвете, незадолго перед подъемом, старый прораб Захеров, который всегда просыпался с петуха, обходил, по своему обыкновению, вагончики, для того чтобы посмотреть, как спят его мальчики. Он остановился возле Джафаровой койки и долго стоял, рассматривая парня. Нахрыков спал очень глубоким, но беспокойным сном, сбросив с себя одеяло и раскидавшись. По его небритому лицу пробегали отражения сновидений, которые он видел. Каждую секунду оно меняло выражение.

Есть у меня соседка, назову ее Надеждой Сергеевной. Знал я ее давно еще до того как пе-реехал на эту квартиру со старой. По внешнему виду с первого раза такую не захочешь — толстая, ходит с одышкой, на свой 4 этаж забирается с остановками.Лет ей тогда было наверное около 45 (а мне к слову по моему 26), но несмотря на все внешние недостатки тетка веселая, компанейская и глазки по блядски поблескивают... Я бы конечно на такую не решился бы никогда, да случай подвернулся... Кроме соседства работали мы вместе, а тут как раз праздник, т. е. пятница. Она меня да еще пару мужичков пригласила к себе, на пельмешки домашние. Все чинно было водочка закуска, сестра ее подошла, не пример ей в смысле фигурки, праздник веселей побежал. И тут у меня такое желание возникло бабе засандалить, просто сил нету.

Данная история будет состоять из четырех или пяти частей, первая часть была опубликована ранее и называется: Мой милый старичок. Начало — Михаил, можно я сначала сбегаю домой и возьму с собой некоторые вещи, — сказала я. — Конечно, дорогая, — ответил Михаил.Я как на крыльях выбежала из его машины и не обращая внимания на осторожность вбежала в подъезд и квартиру. Хорошо, что ни кого не встретила.В квартире я быстро взяла два пакета и в один положила мальчиковые вещи, в том числе кроссовки, а во второй — клизму, тампоны, любимую ночную сорочку, парочку трусиков, пару чулок, один бюстгалтер и домашний халатик.Посмотрев в глазок, я выбежала из квартиры и побежала к любимому. Захлопнув дверь я машины, я попала вновь в объятия своего мужчины, наши языки вновь встретились, мы оба тяжело дышали, Миша начал мять мои груди.

В пятницу Евгения Александровна отыскала меня на работе и сказала, что Ларочка хочет в субботу ко мне забежать на минутку. Я согласился. Женечка слегка зарумянилась и сказала, что и она бы забежала, да и Наташке надо... , но это в другой раз...В субботу Лариса Викторовна была у меня. С порога мы начали нежно целоваться. Я быстро в прихожей раздел ее, причем сразу догола и быстро разделся сам. Ларочка послушно дала мне все это сделать. Теперь она охотно целовалась, давала себя разнообразно ласкать и обнимать свою спинку, мягкую попочку, поглаживать гладенький животик, целовать, посасывать и жадно мыть ее великолепные доечки... Сама она нежно поглаживала мой возбужненный член, мяла мои яйца, затем начинала дрочить мне хуй. Глаза у Ларочки при всех этих действиях были закрыты...

Считаю, что в жизни я сделал 2 плохих поступка, о которых многие годы умалчивал.Поступок первый:Много лет назад, когда мне было 23, я встретил одну женщину — Ирину Михайловну, необычайной красоты. Стройные ноги, худенькая, выше меня ростом, темные волосы, чайные глаза, стоячая средняя грудь, ух — секс-баба! Ей было 39. У нее был сын Витя — ученик выпускного класса. Познакомились мы в спорт-зале, в дальнейшем, я помогал ей работать на тренажерах...Ебалась она как шлюха! Хороша была! Могла резко соскочить с хуя и тут же пососать его, затем лихо заскочить обратно, словно на коня на полном ходу. Или спрыгнуть во время ебли с кровати на пол, и распластавшись там, попросить поебать ее так или эдак, в какой-либо позе. В общем, резвая сучка была! Я был для нее очень молоденьким, это ее безумно заводило и она, еблась с наслаждением.

После окончания мед института, я был направлен на работу по распределению в одну из районных центров. Буквально перед распределением, я порвал со своей подругой, дочерью ректора института, и он от злобы и ненависти ко мне удостоил меня такой чести. Но смирившись и набравшись мужества я шагнул в новую медицинскую жизнь лишённой нормального мне быта и комфорта на три года. Прибыв в это село, я понял, что лишаюсь не только комфорта, но и половой жизни на эти же три года. Домой добираться на выходные или праздники далеко, а в самой деревне хотя и основное население это женщины, но все они довольно зрелого возраста.