Что есть секс?Настоящий секс — это как закат после дождливого дня, когда затянутое тучами небо вдруг на исходе дня разрывается на горизонте и там появляется огромный огненно-красный диск солнца. Он горит несколько минут и гаснет... до завтрашнего утра. А завтра от дождя остается только влажный асфальт, а солнце, как ни в чем не бывало, всходит над горизонтом и согревает умытую землю.Что есть бесконечность?Это — память. Память о будущем.Он всегда отсутствовал и всегда был. Незримо, но осязаемо.Он был всюду. На улице, в комнате, на кухне, в ванной. Он был прост и величествен.Она медленно жила. Действительность текла размеренно и неосязаемо. День переходил в ночь, ночь сменялась утром. Катился под гору закат, медленно занимался рассвет. Солнце вставало на востоке и, завершив круг, садилось на западе. Мир был вечен.

Я проснулся. Снова все тот же потолок. Тебя рядом нет. Грусть накатила на меня волной. Я должен был тебя увидеть. Я ждал тебя. Вся моя жизнь сложилась в ожидание наших коротких встреч. Это становилось невыносимо. Солнечные блики от окна двигались по потолку и стенам сообщая мне что скоро время обеда, а значит скоро ты вернешься. Оставалось только смотреть на дверь, вслушиваться в шум шагов, ждать когда повернется дверная ручка и в моя палата снова озарится твоим появлением, словно взрыв сверхновой в черноте космоса. Моего личного, пустого и мрачного космоса. За месяцы тренировок я неплохо различал почти весь персонал по звукам шагов. Но твои шаги я не угадывал почти никогда. Они были то легкие и бесшумные, то звонкие и веселые, бодро стучащие, чеканные, всегда разные всегда не похожие.

Они сидели на берегу озера, Мальчик и Девочка. Все уже было сказано, последний шепот эхом ворочался в складках соседней горы, устраиваясь поудобнее. Оглушительная тишина заложила им уши, только водомерки скользили по зеркалу с кавалерийским топотом.Пора было целоваться. Это знали и Мальчик, и Девочка. Оба слегка побаивались этой минуты, потому что она могла спугнуть и тишину, и ту невесомую паутину откровений, в которую они запеленали друг друга. Девочка встала и пошла к воде. Тихо зашла в нее по колено, поежилась, села на корточки и, оттолкнувшись, поплыла прочь. Надо остыть, подумала Девочка. Хорошо бы, подумал Мальчик и, откинувшись на спину, закрыл глаза.В утреннем полусне он и ждал ее возвращения и боялся его. Но больше, конечно, ждал, и даже соскучился, считая удары собственного сердца.

Эта история произошла с моей подругой, которую зовут ROMAшка. Тетрадь, которую вы сейчас прочтете, она отдала мне не задолго до своего переезда в другую страну. Осень, очень холодная, ветер дует с такой силой, что поднимает с земли мокрые и грязные листья. Дождь, мелкий противный моросящий дождь. Пустующие аллеи... я одна. У меня нет ничего — не друзей, ни подруг, ничего. Я сижу и мне некуда идти. Там где я живу, пусто и очень тоскливо. Сижу прижав голову к коленям, пытаюсь хоть как то согреть руки своим дыханьем. Поднимаю голову, присматриваюсь, вижу, где-то там, вдали сидит девушка. На мой взгляд она очень симпатичная. Темные волосы лежат на ее плечах, только вот глаза у нее какие то пустые, грустные. Я снова опустила голову. Мне холодно и одиноко как никогда. Не знаю сколько прошло времени, наверное часа два, может больше, а может и меньше.

— Ебанная дрель! — Воскликнул я — Дрель? Почему? Причем тут она? — Да пошла она нахуй, хотя не, не нахуй, а в попу — тихо, вполголоса подытожил я, глядя в дисплей монитораЯ сидел на широко раздвинутых коленях, на голом полу. Промеж моих ног уютно разлеглась еще одна пара ножек, красивых, стройных, в общем — женских. Пара очень знакомых ног, только раньше они представали предо мной то в джинсах, то в брюках, иногда в колготках, надо сказать в них они выглядели особенно сексуально. Я осторожно, практически не прикасаясь, провел по ним. Мне до сих пор не верилось, что я рядом с ней. — Викуля, тебе хорошо?Вместо ответа донеслось лишь довольное женское мурлыканье, больше похожее на протяжный трепещущий стон. По ее коже пробежали мурашки, она слегка вздрогнула.

Ночью на крышах очень холодно. Я, пока сам туда не залез, даже не представлял себе насколько. Ветер сильный, от него режет глаза так, что они слезятся и сигарета сгорает за три затяжки.А мне все равно. Так долго я думал, что у меня будет нормальная жизнь, что я буду работать, у меня будет семья. Хоть какая-то, но семья. Детей мне не надо, но от кого-то близкого под боком я не отказался бы. А теперь вот я сижу на этой крыше и понимаю, что ничего и никогда у меня не будет. И меня никогда больше не будет.С тобой я жил вместе почти пол года. Для кого как, а для меня срок немаленький. Познакомились на вечеринке у общих знакомых, под тихое хихиканье каждому было сообщено на ухо «а он тоже того... как и ты. « Гей, короче. Свели нас. Не знаю, что ты во мне нашел, а вот сам ты мне понравился. Мой типаж. Моего роста, темные глаза, мягкая такая улыбка.

— Гюнай, ты правда необычная! Мы тебя называем «сАмой женщиной». Мне кажется, до сегодняшнего дня я даже не видела тебя в брюках, только в платьях и юбках. И — как правило — такая счастливая!... — Спасибо на добром слове. Просто с мужем повезло. — Пойдём завтра в ночной клуб? — Это вряд ли, любимый будет против. — И что? Ты во всём его слушаешь, что ли? — А как иначе? — Отвечаю я, глядя Ане в глаза.Ещё пару лет назад я ни за что не произнесла бы этих слов. И именно после них я решила написать свою историю.Я родилась первой в тюркской семье, в большом городе. Детство моё было счастливым: меня баловали, дарили подарки, ни в чём мне не отказывали. У меня было три брата и сестра Ниляй. Братьев, в отличие от нас, отец воспитывал строго: с семи лет нагружал тяжёлой работой дома и на даче, каждое утро делал с ними зарядку.

Ну, вышло все неслучайно, было бы лицемерно сейчас, спустя уже несколько лет (подумать только!) делать вид, что получилось это, скажем, из-за неудачного совпадения планет и светил...Скажем, я вполне обыкновенный семьянин среднего возраста. То есть, когда я только заводил семью, мне казалось, что уж у меня-то она непременно будет необыкновенная — я, конечно, видел уже не один десяток брачных союзов, где супруги теряли взаимный интерес и, частенько, не только в смысле секса, но и во всех прочих, увы, тоже...Поэтому я женился не сразу, довольно поздно, осмотрительно выбирая себе подругу жизни. Рекомендации при этом никакой роли не играли — до сих пор не считаю правильными поучения иных «бывалых», типа «нагуляешься, тогда уж и... «.