Дети. Цветы жизни. Многое нужно преодолеть женщине, что бы на свет появился малыш. Но для начала нужно забеременеть...Меня зовут Саша, мне 25 лет. Спортивного телосложения, 175 см, занимаюсь автоспортом и рукопашным боем. Я бисексуал. Совсем недавно я попробовал секс с парой и понял — «это моё». Мне нравится стирать грань между мужчиной и женщиной — когда секс — это наслаждение. Настоящее. Обоюдное. Я расскажу Вам одну достаточно необычную историю о беременности, а желании детей и нестандартном способе...Пару раз в неделю я захожу на сайт сексуальных интернет знакомств и просматриваю анкеты пар. Я случайно наткнулся на объявление: «Яна 175/55/32 и Виктор 180/75/37, ищем парня 25 (строго) для минета и куни. « Фотография присутствовала. Приятная брюнетка, стройная и довольно брутальный мужчина, тоже стройный.

Всё изложенное, здесь, основано исключительно на моём собственном опыте. Поэтому, не следует принимать мои советы, совершенно буквально. Однако, некоторые излагаемые мной вещи, относятся к разряду неопровержимых истин. Предложенное мной руководство поможет вам разработать стратегию развития ваших отношений. Однако в ваши стратегические планы не следует посвящать вашего партнёра, наверняка ему такая перспектива не понравится. Предлагайте ему минимум информации. Вы должны стать доминирующей стороной. Не оставляйте вашему партнёру никакой возможности проявить активность. Вся инициатива в ваших отношениях должна исходить от вас.

Она с восьми лет этого хотела, как ей теперь думалось. Тогда (в восемь) ее папа был порядком пьян, она не поняла, может быть, а было уже утро, утро Нового года и мама Оленькина к родителям смоталась... то, что у мамы было с ее дедом, маминым отцом, Оля поняла позже.Тогда же было утро первого января, солнечное, она проснулась — вернее ее папа «проснул», просунув голову под одеяло, он стал щекотать ее между ножками — она всегда спала голенькая. Наверное, она еще не знала, что папа «педофил». — Сегодня моей принцессе завтрак в кровать будет подан!Рюмку шампанского в восемь лет — конечно рано — а после завтрака папа (Михаил) попытался продолжить свои грязные домогательства — но Оля вся как-то завозилась... — Ты что, в туалет хочешь? — сейчас горшок принесу, — Оля уже почти 4 года как не ходила уже на горшок и ее лицо зарумянилось.

Однажды, когда мне было, по-моему, 24, я пошёл с одной из очарова-тельнейших девушек в своей жизни на берег одной тихой северо-западной реки на окраине города. Мы уселись на берег, был солнечный вечер... Начали мы с чтения стихов (у меня был с собой томик, и она попросила почитать), но почему-то спонтанно перешли к поцелуям. Никогда в жизни до этого я не целовался так хорошо: наш французский поцелуй с участием языков перешёл в настоящий половой акт двух присосавшихся друг к другу ртов... «Поцелуй» длился около получаса и наполнял всё тело нарастающим вкусом нектара... Причём минуте на двадцатой мой рот и язык начали оргазмировать, подобно гениталиям, оргазм достиг пика... К тридцатой минуте эти ощущения — ввиду пресыщенности — стали затухать. Девушка ощутила то же самое.

Камилла несколько дней не выходила из дому. После учинённой Софией экзекуции в таком виде нельзя было показаться на пляже: вся спина, ягодицы и верхняя часть ног были исполосованы багрово-синими рубцами от хлыста. На спине нельзя было спать и сидеть тоже было больно. Но в то же время женщина была благодарна своей мучительнице за доставленное удовольствие. И она теперь была покорной рабыней своей молодой строгой хозяйки.София велела ей спать на полу, возле своей кровати. Утром, едва пробудившись от сладкого сна, девушка вставала с постели, будила свою рабыню и прежде всего давала ей полизать свои ноги. Камилла должна была проделывать это, лёжа на животе. Начисто обсосав и обслюнявив каждый маленький пальчик с перламутровым маникюром на крохотных, аккуратно подстриженных ноготках, женщина брала в рот всю её миниатюрную ножку.

Капитан космошипа проснулся от сигнала тревоги. Взглянув на обзорный экран, космический волк, повидавший многое за свою многолетнюю трудовую деятельность, выпал в осадок. Такого, такого! — он не видел никогда и не увидит после. Прямо перед ним зависла инопланетная тарелка не для супа. Скорее, тарелина или тарелища. Она находилась всего в каком-то миллионе километров, но умудрилась закрыть весь горизонт, едва помещаясь на экране. Её размеры просто поражали воображение до дрожи в коленках и волосостояния как на голове, так и на попе. Ко всем прочим прелестям тарель раззявила свою космическую пасть, как бы приглашая прошенных гостей посетить свои чертоги.— И свернуть — хрен свернёшь, — горестно доложился штурман.

«Мы планируем счастье, но оно, черт возьми, ускользает от нас. Мы делаем шаг в пропасть, но падаем в надёжные руки. Ну и где тут середина? Всё или ничего — одно из трёх. Вот то, чего нам не хватает в жизни». (Я)«Почувствуй силу Земли, силу Ветра с реки, которая расправляет твои крылья, почувствуй невесомость Воздуха вокруг и жар Солнца, который согревает тебя», — голос Верховной жрицы звучал из ниоткуда и везде. Она легко оттолкнулась от земли и поднялась в воздух. «Я лечу, — звонким бисером рассыпался ее голос, — Я ле-чууу!» Это было последнее испытание перед посвящением, и она прошла его».От чтения Жанну отвлек звук открывающейся двери.— Стас, опять врываешься без стука? — Жанна с некоторым сожалением закрыла книгу.— Да ладно, можно подумать я тебя голой не видел.

РОБЕРТ МАККАММОНОн ожидал совсем другого. Не увидел ни черепов, развешанных по стенам, ни выпотрошенных летучих мышей, ни усохших голов. Не было и стеклянных сосудов с курящимся над ними дымком, на что он очень рассчитывал. Он попал в маленькое помещение, более всего напоминающее бакалейный магазин: квадраты зеленого линолеума на полу, поскрипывающий вентилятор под потолком. Надо бы смазать, подумал он. Вентилятор выйдет из строя, если его не смазать. Обогревом и охлаждением он занимался профессионально, так что знал, о чем говорит. А сейчас у него вспотела шея, а на рубашке под мышками появились темные круги. «Я проехал семьсот миль, чтобы попасть в бакалейную лавку со скрипящим под потолком вентилятором, — подумал он. — Господи, ну какой же я болван!» — Чем-нибудь помочь? — спросил молодой негр, который сидел за прилавком.