— Оль, — Андрей робко коснулся моей руки, — можно тебя проводить?Честно говоря, это предложение меня удивило, поскольку Андрей был женат, свято хранил супружескую верность и боялся женщин как черт ладана. Конечно, меня не проведешь: я вижу, к чему дело клонится, и поэтому с нетерпением жду продолжения. И вот наконец-то уже на остановке троллейбуса Андрей вдруг выдавил: — 3наешь, мне хочется пригласить тебя к себе домой...Это было настолько забавно, что я не смогла удержаться от улыбки. — Ты действительно этого хочешь? Прямо сейчас? — Да. — А... — У Ларисы дежурство до утра, поэтому... Так ты не против?Нет, я была совершенно не против, тем более что мои предки смотались на дачу и перспектива возвращения ночью в пустую квартиру с холодной постелью меня совсем не прельщала.

День пятый. ПоследнийЗвонок. Взяла трубку в руки.— Села зарядка, будем виртуально трахаться «с проводом».— У меня распущенные волосы и красивая грудь, я виляю бедрами с хвостиком от пробочки... мое тело желает твоей страсти, я скинула всю одежду и подхожу к твоему изнывающему негой телу... я медленно приближаюсь к тебе и беру твою руку и направляю к свой попочке, вставляю твой палец в колечко на пробочке и виляю попочкой, а ты медленно рукой вынимаешь пробочку.Слышится характерный пробочный звук, на пальце Боцмана белая пробка с кисточкой...Из трубки: — У тебя шампанское? По какому поводу?— Лишение девственности моей сладкой девочки-попки! — звенящим голосам пропела Рокси... — я становлюсь рачком на диване, перед твоими глазами крутится моя очаровательная попочка с красивой круглой розовенькой дырочкой...

... Я оглянулся. Это была русалка, настоящая русалка. С огромным хвостом, переливающемся серебристой чешуёй. Каждая чешуйка размером с ладонь. Хвост плавно переходил в талию. Дальше всё было как у обычной женщины. Светлые волосы с изумрудным отливом. Огромные, смеющиеся, зелёные глаза. Ярко-карминовые губы. Единственными украшениями рыбодевы, были две крупные жемчужины, одна почти чёрная, другая перламутровая, прикреплённые к симпатичным грудкам сказочной красавицы.Мы были на поверхности. Был, наверно, по прежнему май, но солнце светило так неистово и нещадно, что становилось понятно, это не средняя полоса России, а Африка или какое-то другое место, гораздо ближе к экватору. До берега было метров 50, русалка несколько раз махнув хвостом, преодолела расстояние и плескалась у берега.— Где я? И кто ты? Как тебя зовут...

В возрасте около шестнадцати лет я начал увлекаться анальной мастурбацией с применением самодельных фаллоимитаторов толщиной 5—6 см. Поначалу проводил обследование своего ануса, разглядывая его в зеркало, и пытался определить, а что же можно туда засунуть? Перепробовал всякие гладкие штуки. Хорошо, что вовремя догадался одевать на фаллоимитатор презерватив. Постепенно я втянулся, и анальные занятия стали постоянными. Родители всегда были на работе, и я мог уделить своей круглой попе пару часов в день, а то и больше. В выходные же приходилось уединяться на час-другой в ванной. Я как бы моделировал половой акт мужчины с женщиной, а мой анус играл роль женского влагалища. Мои анальные сеансы стали приносить необыкновенное наслаждение.

— Нет, я не могу на такое согласиться. — Почему? Что тебя смущает в моем предложении? — А тебя саму разве не смущают твои слова? — Конечно же, нет. А почему меня что-то должно смущать? Я твоя сестра, которая желает тебе выздоровления. И неважно, какими способами и средствами будет достигнута цель.Я прекрасно понимаю, что сестра права на все сто. Она на самом деле искренне печется о моем здоровье и делает все от нее зависящее для того чтобы вылечить мена. Кроме того, как врач, женщина лучше знает, что мне сейчас нужно для выздоровления. Однако предложения сестры настолько неординарное и специфическое, что я даже не могу поверить, что оно исходит от нее. Тем не менее, вид у Гали вполне серьезный, и говорит она тем решительным тоном, который не дает и наименьшего шанса заподозрить ее в попытке меня разыграть.

Привет.Пока тебя нет рядом, пофантазирую на тему мастурбации. Представлю интересную картинку в своём воображении. Ты сидишь на кресле. Руки на подлокотниках, голова чуть наклонена, ножки широко раздвинуты... Прелестная картинка. С удовольствием бы присел напротив тебя на диван, с бокалом вина и не отрываясь глядел бы на твою промежность, на то как ты нежно поглаживаешь пальчиками свои начинающие набухать половые губки. Они наливаются кровью, становятся тяжелее и начинают неуклюже свисать, при этом раздвигаясь и открывая моему взору вид на вход в твою замечательную пещерку.Хочу видеть, как становятся мокреньким малые половые губки, как влага медленно накапливаясь стекает на ковёр. А ты продолжаешь указательным пальчиком проводить по своей киске, при этом большим пальцем теребя клиторок.

Давно мы с ней не встречались. Работа, дела всякие, заботы не давали такой возможности. Даже когда один раз мне захотелось её, она оказалась занята. Тоже самое было один раз наоборот, поэтому мы сильно не обиделись друг на друга. И вот сегодня созвонившись, мы договорились встретиться. Наталья пригласила меня к себе. В душе у меня защемило. Я явно сильно хотел её.Купив по дороге бордовые бархатные розы и бутылку шампанского, я стоял у её дверей и жал на кнопку звонка. — О! Ты галантен. — улыбнулась Наташа, отворив дверь, впуская меня и заметив протянутые мной розы.Я прошёл, приобнял её за талию и нежно поцеловал в губы. Она ответила более страстно, засунув язычок мне в рот. Поняв, что и она меня хочет, я засосал её язык. Перестав целоваться, Наташа посмотрела на цветы и понюхала их: — Красивые. — Старался. Для тебя. — Иди в ванну и прими душ.

Не прошло и года, как одного раза, вечером возвращавшись c компьютерного клуба, дома я застал ужинавшую мать с директором их него холдинга. Я практически сразу его узнал, так как видел фотки с корпоратива, где они танцевали, и он откровенно держал её за ягодицы, я вежливо поздоровался, и пошел в свою комнату. После этого, я еще несколько раз наблюдал его у нас дома. Я уже был в теме, что он не чай ходит пить к нам, несколько раз я приходил домой «не вовремя» и они все еще занимались этим, а так как комната, вернее сказать зал, в котором они занимались был «сквозной», мне нужно было идти именно через него, чтобы попасть в свою комнату, и порой дожидался ихнего финиша на кухне, пока те не выйдут. Тупняк был еще тот, и меня откровенно это начало подзаябывать.