Елена­ стояла над детьми и ее просто распирала­ любовь к ним. Они так быстро растут. Се­йчас она так за них радовалась. Но и одн­овременно с этим и сильно возбуждалась. ­Даша поднялась с затраханного брата, что­ впервые ощутил настоящий оргазм от соит­ия. Девочка стянула с него корсет и прим­ерила его на себя. — Мама помоги завязать. — попросила она. ­ Но этого не потребовалось. Корсет словн­о ожил и сам заплелся, начиная сжимать т­ело девочки. Ее ребра буквально захрусте­ли от давления, на теле стала прорисовыв­аться талия.Мать посмотрела на лежащего Даниила. Все­, что напоминало в нем мальчика, это лиц­о и прическа. Но если эти вещи на такое ­способны, может и остальное можно довест­и до совершенства? Вон, какая осиная тал­ия и грудка троечка у сына, а... еще у нег­о задница мужская. Но это как раз поправ­имо.

— Вороны, воронята, воронки...Металлический голос доносился из соседнего кабинета, где занимались младшие классы. Неровный, вычурнуто сдавленный, но при этом довольно четкий. Такой, каким обычно пользуются строгие учителя, испортившие нервы за годы работы в этом безумном заведении, собравшим под одной крышей сотни формирующихся умов. Наверное, эта учительница приводит своих учеников в неистовый ужас, даже не замечая свой чисто профессиональный навык. — Пишите правильно! Вот ты, что пишешь? А-а?! Что ты вякнул? Я ведь проверю, хуже будет! Смотри у меня, гаденыш мелкий... И так!..Казалось, ботинки давили сильнее прежнего. Тупая боль не утихала. Присев на холодную, как всегда не отапливаемую батарею, Призрак выглянул в окно.

Я быстро бежала на работу, легкий ветерок обвевал мои голые ноги и почти обнаженную попку. Я, как всегда, опаздывала на субботнее дежурство в офисе после бурной вчерашней вечеринки. Проснулась я, забавно, вовсе не дома, а в гостях; лежала я, голая, между двумя парнями, такими же голыми. Моя киска и попка ныли, соски и губы распухли, им хорошо досталось ночью, как я припоминала. Очень хотелось остаться с мальчиками, но надо было бежать, и я, приняв душ, быстро влезла в свое платье, схватила сумочку и побежала в офис.

Рюкзак был из непромокаемой ткани. Пришлось его снять с шеста. Было тяжело, Федосонья надела его на голые плечи, заполнив доверху одеждой. Дно в этом месте было не таким скользким. Казалось, под болотной жижей проходила грунтовая дорога или даже какое-то покрытие. Первые несколько километров дались легко. Судя по карте, отважная путешественница к центру болота прошла значительную часть, примерно больше половины. Однако фарт скоро кончился, и на смену твёрдому дну пошли кочки, отстоявшие друг от друга порой на целый метр. К счастью, они были немаленькими, размером примерно, как пол в прихожей квартиры девушки.Продвинувшись почти на две трети вглубь, охотница за сокровищами опять попала в тупик. Куда ни ткни шестом — везде топь. Федосонья сильно расстроилась, ей очень не хотелось возвращаться.

— ПОШЁЛ ВВОН! Эгоист несчастный!Примерно эти слова прокричала мать в спину отцу, которого она очень бойко выталкивала из спальни. Хотя он совершенно не сопротивлялся, однако вселенская тоска и обида ярко отражалась на его лице в свете неоновой лампы коридора. Несмотря на очередной скандал, отец шел довольно размеренной походкой по направлению в зал вместе с одеялом и подушкой. В те годы я ещё не мог даже догадаться о причинах разлада между родителями но, как и любой любящий ребенок, старался всеми способами их примирить, к сожалению, тщетно. С каждым разом их недовольство друг другом росло и, в конечном итоге настал день, когда они начали спать раздельно.— Мне кажется, или эта семья разваливается к херам? — задала вопрос моя старшая сестра, Аня, вышедшая из комнаты.

Элла — девушка странная, таких еще называют чудачками. Она красива, сексуальна, умна... Но одинока. У нее нет друзей, нет любимого парня. Ей хорошо одной. Она сама себя развлекает и довольна этим. Она — фетишистка, эксгибиционистка, геронтофилка и онанистка. Полный набор сексуальных извращений... Неужели ей не доставляет дискомфорта этот тяжкий груз? Нет. Элла любит выходить летними ночами на улицу обнаженной, в одних лишь туфлях на каблуках-шпильках, с накрашенными ярко-красной помадой губами, и гулять в одиночестве, чувствуя разгоряченным телом прохладный воздух. В эти моменты в необычной восемнадцатилетней девушке просыпаются сумасшедшие эротические фантазии, ее глаза загораются зелеными огнями...

В первых 2-х рассказах неправильный адрес почты. Кому понравилось, не поленитесь переслать отзывы. С ув. SalamandraСовсем недавно муж подарил мне нетбук с беспроводным интернетом. Личный laptop и безлимитный интернет все дальше и дальше раздвигают горизонты моих фантазий. Теперь, я даже рада, что на работу приезжаю раньше всех. Почти час временного запаса дает мне возможность, уткнувшись в очередную страничку порносайта, вдоволь помаструбировать. Обычно я прихожу, загружаю порнушку и задрав до пояса свою длинную юбку, спустив до колен трусы маструбирую своим любимым маркером. Выработанный как у собаки Павлова рефлекс утреннего возбуждения делает эту процедуру яркой и не долгой, так что я особо не переживаю о том что могу быть застигнута за этим занятием.

Параллели.ДЕТИ.23.48. БалконНастя и Вика ползли по балкону, стараясь не задеть сохнущие вещи. Сердце обеих ужасно колотилось, руки немного тряслись, из-за еле сдерживаемого смеха все время не хватало воздуха и, казалось, что вот-вот что-то произойдет. Но что? В карих и голубых глазах постоянно сверкали фантастические образы, создаваемые одурманенным сигарами мозгом. — Вика, папа меня убьет! — Все будет в порядке, мы взяли всего три штучки! — Он все равно меня убьет... Дурацкие сигары, блин...Наконец они доползли до соседнего окна, выходящего из соседней спальни на балкон, напротив которого за простынями была открыта форточка. Длинный балкон, выход на который был из двух комнат, спальни Насти и спальни для гостей был их постоянным ночным развлечением.