Отдохнув мы начали менять сопутствующие компоненты и позы. Решили немного поиграть в БОЙ БАТЫРОВ игра где в маленькое кольцо с сеточкой нужно попадать шариками или мячиками.Я принесла целый тазик теннисных шариков и немного резиновых мячиков чуть больше в диаметре чем шарики. Недалеко от тахты установили кольцо на подставке от детской игры и переместили камеры для дальнейшего детального изучения ошибок. Муженек потренировался из положения лежа на спине но ему было некомфортно, несмотря на то что целится было удобнее. Решил работать из положения кальмар (раком) с применением новых технологий для прицеливания в виде экрана ноутбука стоящего перед его лицом.

— Черт, до чего же тесно в этом дурацком ящике! Ни повернуться, ни разогнуться! И так целый день. Блин, ну шеф урод! Знать бы, когда именно он засунет свой хер в эту дурацкую дырку — откусила бы наверно нафиг. Не, ну надо ж такое придумать, а?"Ты», — говорит, — «Маша, мало того, что дура дурой, так еще и не делаешь нихрена полезного, и на работу опаздываешь. Надо бы тебя уволить, конечно, но я решил дать тебе последний шанс. Но придется поработать, в воспитательных, так сказать, целях, причем головой, хотя тебе этого и не дано. Впрочем, эта работа для твоей головы самая подходящая». А сам ухмыляется, подлец! Ну и объяснил мне суть работы. В офисе значит праздник намечается, так он решил приколоться — поставить в мужском туалете ящик с дыркой в боковой стенке, написать на нем «Праздничный минет», ну а внутрь посадить меня. Понятно для чего.

Девушка Лена ехала к себе на дачу. Она была одна. Лена с волнением вспоминала, как ее мать отправила ее на дачу. Был уже вечер, и мама дав дочери узелок с едой отправила ее на дачу наказав: — Переночуешь там, а с утра соберешь ягоды и помидоры. Но не помидоры волновали девушку, она представляла, что она останется в одиночестве, и будит ласкать себя там. Одна мысль об этом, заставляла, ее содрогнутся. Лена ехала в электричке, остовалась совсем немного. Она смотрела на красивый закат, и все мечтала, мечтала. Тучки причудливым образом обволакивали садившейся солнце, и Лена все не могла оторвать взгляд от этой завораживающей картины. Смотря на эту красоту, она представляла себе секс. Она уже была достаточно взрослой девочкой, ей было пятнадцать лет. Все ее подружки хоть разок, да трахнулись, вот только Лена, все искала свою любовь.

Я все слизывала, и слизывала масло с его члена. — Вот это кайф, пупсик ты мой, — стонал Колька.Я взяла с тарелки еще один бутерброд, который сделала нам на завтрак, и стала размазывать масло по члену Кольки. Потом, я обмазала сливочным маслом его яйца, просунула свою голову между его ног, и коснулась кончиком языка, его яиц. Я ласкала его язычком, пока он мастурбировал. — Крошка, возьми в ротик, — попросил Колька. Я вылезла из-под него, и улыбнулась. — А что мне за это будет? — спросила я.Колька нахмурился, и, подумав немного, сказал: — Папочка кончит в тебя. А через девять месяцев, ты отблагодаришь папочку. — Хм, это любопытное предложение. Но, я не поняла, в чем мой интерес? Я уже знала, что подобные разговоры, заводят Кольку. Об этом мне как-то поведала Катька, после двух бутылок пива. — Ну, а чего б тебе хотелось? — спросил Колька.

Небо покрывали ярко светящиеся звезды, луна мерцала вдалеке. Легкий ветерок чуть слышно шуршал листвой. Тишина и покой окружали лес. Обнаженная девушка стояла привязанная к дереву. Ее светлая кожа мерцала в темноте, отражая лунный свет. На шее ее красовался ошейник с надписью «твоя рабыня навеки». Ее светлые локоны, словно густой шелк, спадали на плечи, а челка удачно дополняла образ.Она была стройна и прекрасна. Ее полные груди венчали упругие соски, тонкая талия плавно переходила в округлые бедра. Длинные ноги поражали своей красотой.Она стояла, слегка подрагивая от дуновения ветерка, и ожидая, когда придет ее Господин.Высокий, стройный, он вышел, из гущи леса держа в руке плетку и медленно начал к ней приближаться.Каждой клеточкой тела она жаждала ощутить его или почувствовать обжигающее дерзкое прикосновение ударом плетки.

Собиралась я в спешке, для меня главное было взять мои игрушки и пару платьев, в которых нет нужды ни в трусах ни в лифчике, раз мы там одни, значит, одежда вообще не будет нужна, а штаны на меня давно не налезали, жопа у меня была просто огромной, но Нинка говорила, что это просто чудесная попочка, в которую так и хочется зарыться головой. Перед отправкой мы получили очередную оплату и поехали в город, нам даже водителя «выдали». Мы зашли в секс-шоп и накупили разных мелочей, там мне продавщица подсунула пакет и объяснила, что там, я купила без разговоров. Потом мы поехали взять купальники, но на меня, ни один не налез, пришлось отказаться от этого, в конце концов, был конец августа, и мы могли и вовсе не купаться.Когда нас привезли на дачу нам сказали куда нужно звонить для доставки еды, для прачечной, для того чтобы нас забрали.

Меня разбудил сильный толчок и глухой рокот. Корабль тошнотворно качнулся и сразу просел. Я вскочил с постели. Новый взрыв вырвал из-под ног пол и швырнул меня к переборке: было такое ощущение, словно череп заполняется абразивной пылью и выдавливаются глаза.Мир был странно искажен: перекошенный, внезапно потускневший иллюминатор смотрел прямо в воду и ощутимо (так, что схватывало под ложечкой) опускался вниз, в пучину. В каюте отчетливо слышался рев врывающихся в трюм потоков, за тонкой металлической стенкой что-то шипело и суетливо дребезжали истеричные шаги людей. — Нас взорвали! Террористы!Сердце свинцовым комком провалилось в грудь, и, скользя по вздыбленному полу, я рванулся к двери. По коридору, пенясь, хлестала вода. Бежали какие-та люди с неузнаваемо-одичалыми, ополоумевшими лицами.

Сегодня у меня очередная Смена!Мне 39 лет, я директор одной очень престижной школы, у меня есть семья, двое детей и я не скажу, что обижен судьбой. Живу в достатке, любви и всеобщем уважении.А еще, вот уже почти год, каждый месяц я езжу на Смену.Ее зовут Татьяна, ей 36, она работает в нашей школе учителем литературы и русского языка, она живет одна в двухкомнатной квартире.А еще она моя Госпожа.А проходит все обычно так.Я приезжаю на такси к ней домой к 8.00 утра. Дома в это время ее нет, ключи всегда под ковриком у входной двери. Я вхожу, снимаю обувь и верхнюю одежду, на туалетном столике для меня есть инструкции.Как правило, я полностью раздеваюсь, надеваю на голое тело кухонный фартук и готовлю ей завтрак, иногда она оставляет мне кучу немытой посуды и я мою для нее посуду.Примерно в 8. 20 она возвращается с пробежки.