Когда Парису пришлось выбирать самую красивую Богиню Олимпа, никто и не слыхал ни о Фрейде, ни о его безумных последователях и таких же не внушающих доверия оппонентах... Просто у древних греков не существовало всей этой наукообразной чуши, забивающей нам сегодня голову в попытках объяснить простые животные желания людей и называемую за деньги теперь наукой... психологией...А вы знаете как тогда всё случилось на самом деле?Гера, Афина и Афродита, прекраснейшие из Богинь Олимпа не стали обращаться к Зевсу, пытаясь выяснить, кто же из них прекраснее...

Я просто балдел от этой плотненькой, невысокой девушки, которая пришла к нам на работу. В первый же день стажировки она умело справлялась со всеми задачами, которые ставил перед ней грозный и требовательный директор, вертелась, словно белка в колесе, успевая выполнить совершенно все. Мелкие кудряшки делали ее лицо еще более пухленьким, а шикарная грудь не могла спрятать и свободная одежда. Не могу понять, чем она так меня пленила. Но вот уснуть уж точно с момента ее прихода на нашу фирму я не смог.А далее ситуация вообще усугубилась. Я — мужчина одинокий, но очень успешный. Потому ценю время, дорожу контактами, состоянием здоровья. На личную жизнь часто просто приходилось «забивать», а интернет стал практически единственной связью с посторонними людьми.

«Да!» Сухо ответила я по телефону, звонил мой муж.«Сейчас придет курьер, он передаст тебе конверт с документами. Конверт примешь лично в руки! Лично. Откроешь его и пересчитаешь. Там должно быть 7 страниц. Откроешь, что-бы никто не видел. Охрану я предупредил»Не успела я открыть рот как он повесил трубку. Лично в руки? Интересно что там должно лежать если он велел его отдать лично мне? Фиг с ним с этим конвертом, я сладко потянулась в мягкой постели, кайф... только бы ложился в эту постель кто-нибудь еще... У моего богатого, влиятельного, уважаемого мужа в интимном плане был косяк. И видимо руководствуясь правилом «Сам не ам и другим не дам», контролировал он меня 25 часов в сутки, причем жестко контролировал.

Я работаю администратором в одной коммерческой фотостудии. В основном моя работа заключается в обеспечении фирмы киноплёнкой и различными товарами. Иногда, когда секретарша слишком занята, я должен отвечать на звонки по телефону или выполнять другую подобную работу по офису. Но случается, что я получаю и более приятные задания. Например, мне приходится встречать фотомодели и провожать их в комнату для переодеваний. Обычно эти девочки очень высокого мнения о себе. Они получают огромные деньги за час работы и не будут особенно разговаривать с такими мелкими сошками, как я.Встретив на прошлой недели Анжелу, одну из моделей, я не сомневался, что она такая же гордячка, как и её подруги. Выглядела она потрясающе: восточные черты лица и белоснежная кожа. Она была совсем невысокого роста, никак не больше метра шестидесяти.

Эрнест, как всегда, сидел на своем горячем камне, под огромным деревом, и смотрел на залив. Миллионы зеркал хватались за ускользающий закат, пытаясь поймать и себе капельку желтого света. — Эрно, — раздался радостный крик из леса. — Привет, Ансельми, — сказал Эрнест и протянул руку товарищу.Ансельми сел рядом. — Опять мечтаешь? — спросил Ансельми. — Нет. Обдумываю то, что ты мне вчера рассказал. О маме. — Лучше бы ты делал, чем говорил. Я же тебе говорю это так интересно и захватывающе. — А вдруг она заметит? — Ты же взрослый. Тебе уже двадцать лет, и ты еще переживаешь? Ну, пожурит немного и на этом все закончится. Мне пару раз доставалось, но от этого мое желание не уменьшается. — Ты смелый, а я не знаю. — Решайся. Как давно у тебя был секс? — Давно. — И то, небось с толстой Ханной? Ее все имеют за несколько евро. — Она самая.

«Ах... ООО! Как клево...» — застонала Девон и проснулась. Простыня была влажной от ее секреций. Ей опять приснился Лайм Триш. Ей приснилось, что она заходит в его гримерку, раздевается, и он заваливает ее на диван. Во сне она кончила так, что не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Дело в том, что Лайм Триш был фронтменом ее любимой группы, и Девон мечтала с ним перепихнуться. Иногда она мастурбировала, глядя на его фотографию. Он был (страшно сказать) на 24 года ее старше, но ее это только больше возбуждало. И вот, сегодня она идет на его концерт. УРА! Прежде всего, девушка залезла в ванну, раздвинула ноги и стала себя нежно ласкать, представляя Лайма. Вдруг зазвонил телефон. Девон недовольно выругалась и вылезла из ванны. Там ошиблись номером, и настроение у нее было сбито. Ближе к вечеру она начала собираться на концерт...

День 32. Сначала Лауре казалось, что ее обдувает легкий ветерок, лаская ее локоны, развевая ткань одежды. По мере того, как она приходила в себя, прикосновения стали казаться более реалистичными, более плотским. Она попыталась поднять голову с подушки, но не смогла, шею и плечи будто сковало онемение, она практически не могла шелохнуться, продолжая лежать на животе. А кто-то продолжал прикасаться к ее телу через тонкую ткань, иногда запуская пальцы в волосы. Прикосновения становились все быстрее и настойчивее. Они казались Лауре странными, будто много рук гладили и ласкали ее тело. Неожиданно некто прикоснулся к ее руке ниже рукава. Лаура вскрикнула — к голой коже прикоснулись не руки, а влажная прохладная плоть. Не видя нависшее над ней существо, Лаура поняла, что это не человек.

Одному дома сидеть ужасно скучно. Поэтому, чтобы немного развеяться, я решил сходить в гости к своему, живущему неподалеку другу. Купив бутылку водки, я вскоре звонил в его дверь. Входная дверь открылась и, радостно улыбаясь, делая таинственные предупреждающие знаки, предупреждающе приложив палец ко рту, он впустил меня.Его младшая дочь Надя не слишком жалует гостей, особенно, которые являются со спиртным, но я не боялся ее. Видимо, я был чем-то симпатичен ей. Впрочем, я и сам, не был к ней равнодушен. Более того, поглядывал на нее, я очень хотел сблизиться с ней, но не знал с какого бока подступиться, к этой порой немного вульгарной, но внешне к очень милой и симпатичной молодой женщине. Ее отец, а мой друг Гоша, знал, о моей симпатии к своей дочери, и иногда по этому поводу любил подтрунивать надо мной, откровенно предлагая ее трахнуть.