По материалам уголовного дела...1. Ваза..сту пришла устраиваться... Уборщицей... — испуганно пролепетала Нина, косясь на кобуру здоровяка.Мужчина неопределенно хмыкнул. Потом придирчиво оглядел девушку с ног до головы и махнул в сторону двери дома.Дом, когда она зашла туда, осторожно ступая по паркету, показался огромным, словно замок. Нина долго шла по винтовой лестнице на третий этаж, пока не пришла в кабинет хозяйки — ухоженной блондинки средних лет, на теле и лице которой угадывались многочисленные пластические операции.— Запоминай! Меня звать Лариса Александровна. Твой халат, тряпки и швабры в кладовке. Будешь лентяйничать, сразу выгоню. — надменно продиктовала она оробевшей Нине, любуясь своими пальцами на которых красовались внушительные украшения.

(Моей матери Марине посвящается.)— Дорогой, а что ты сделаешь если папа прилетит из командировки и скажет «Привет, сын, я твой отец» — часто спрашивала меня мама.— Спущу его с лестницы и дам пизды — всенепременно отвечал я.Но сейчас, когда мне исполнилось 18 лет, я изменил свое мнение.Мы с мамой всегда жили oчeнь дружнo. Прaктичeски никогда нe ссорились, тaк только инoгдa, шуткoю, из-зa мeлких пустячкoв из сeрии «ктo сeгoдня мoeт пoсуду, или вынoсит мусoр». Наверно, потому что я всегда любил ее, жалел, и старался не огорчать. Мне было очень обидно, что у нее так сложилась жизнь. Что ей на пути встречались всякие проходимцы, типа моего... биологического отца. Чтоб он сдох!!!— Мам, я просто не хочу его видеть, мне абсолютно плевать на него.— Но он же все таки тебе отцом приходится! — сердилась мать.

Расул Анварович выгрузился из машины, на ходу ослабляя галстук. В полуобороте кивнул водителю: «До завтра», вдыхая легкий загородный воздух. Ранняя июньская жара накрыла поселок предгрозовым зноем. Пахло скошенной травой и осыпающейся сиренью. Висело неподвижное марево кустистых облаков. Расул Анварович неторопливо направился в сторону дома, туда, где с участка раздавались девичьи крики и смех. Еще издали был виден высоко взлетающий над кустами сирени в белых перышках воланчик: Зарема играла с подружкой в бадминтон. Над зеленой лужайкой ввинчивался в небо столбик света — худенькая белобрысая Анютка, вся в белом, блестящей пружинкой взлетала над фигурной плиткой дорожки, зависая на рвущейся в небо ракетке. Ультракороткие шорты, топик, кроссовочки, бейсболочка.

С момента знакомства с Максом прошло несколько месяцев. Его отношение ко мне было многообещающими и, в общем, все шло к логическому развитию наших встреч. Мы хорошо проводили время, и в этом парне не было ничего, чтобы его отшить, но в то же время не было ничего, что бы захотелось ему отдаться. Я старалась не показывать свою холодность, но всякий раз, когда он пытался меня обнять или перейти к более интимным ласкам, я искала и, в конце концов, находила повод остановиться. Наступил момент, когда я перепробовала все нелепые аргументы, но казалось, что его это нисколько не смущало, и он вел себя очень терпеливо.Мой приятель был очень оригинален и романтичен в выборе сюрпризов. Он знал, что мне нравятся красивые места, и в одну из последних встреч, намекнул, что в скором времени планирует устроить подобную прогулку.

Неделю не могла ни есть, ни пить, ни спать. Поняла, что значит сидеть в камере смертников. Даже смерть — это все — таки облегчение, как ни странно звучит. Зависла между бытием и небытием.Утром обрадовало тем, что, оказывается, мой ненавистный насильник спас мне жизнь, потому что меня заказала какая-то секта. Я сразу поняла, что меня ждало впереди, если бы не он. Богу ничего не оставалось, как подослать этого отморозка. Время было в минуте до кострища. Слава тебе, Господи!Появилось совершенно ранее незнакомое чувство благоговения. Уснула и проснулась бодрой. Приехала покупательница, меня развязали, стала смотреть меня.— Ты улыбаешься, это хорошо. Согласна работать?Я кивнула головой. В принципе, другого выхода у меня не было.

Только стоило ему шагнуть в поезд, в груди появилось странное ощущение. Довольно странное ощущение, что он едет не домой, а будто возвращается в прошлое. И не было никаких других чувств: ни радости, ни — тем более — печали — был просто факт, что сегодня он зайдёт в свой вагон, ляжет спать, а проснётся дома.Павел пошёл по плацкартному вагону, выглядывая значки мест, его место оказалось отдельно у стены, рядом с окном. Он поставил сумку на сиденье, а сам сел на противоположное, уперев локти в столик, в сложенную из ладоней чашу поместил подбородок.На нём была ярко-зелёная пиксельная форма, сегодня одетая в первый раз, купленная до этого дня за два месяца и практически каждую ночь доводимая до идеала. Подшитая во всех нужных местах, с нашивками и новыми петличками, на воротнике белой полосой выделялась свежая подшива.— Да...

Человек ко всему привыкает. И к неожиданным «пропажам» таких как я. Просто в нашем подвале одной девчонкой становилось меньше. Просто ее кровать уже «ничья». Вопросы лучше не задавать, после второго «огорода» и тебя не будет. Жизнь как у чучела, между двух «огородов».Вся та жизнь сейчас кажется черно — белым фильмом с до рвоты повторяющимися «кадрами». Привезли, затолкнули в дверь. Облизали, облапали, изнасиловали, избили.Самое ужасное на десерт — это «поговорить». Обязана была выслушать бесконечный ряд пьяных самцов в разных масках — от крутого бизнесмена до бандита, что какие мы, женщины, все бляди, суки, воровки и вообще.Надо им кивать, соглашаться, но лучше всего плакать. Тихо и закрыв лицо руками.Уходишь — дай охране себя проверить, что ничего не «прихватила».

После изнурительной виртуальной переписки на сайте знакомств, решился, наконец, воочию увидеть чаровницу.Поехал обыдёнкой, предварительно созвонившись. Рано утром поезд пришвавартовался к вокзалу провинциального городка. До встречи оставалось время, поэтому несколько часов пришлось побродить по узким улочкам центральной части и полюбоваться купеческими особняками. Слава Богу, погода была тёплой.Учительница младших классов... Школьный двор. Стайка ребятишек. «До свидания, Лариса Петровна. Мы помыли доску.»... Она узнала меня сразу. Заулыбалась и помахала рукой.Когда отправлялся в путешествие думал, что еду к обыкновенная врушке, подобно тысячам женщин, придумывающей себе виртуальный образ... Хотелось убедиться насколько от него отличается реальный человек. Оказалось, что в отношении этой женщины ошибался катастрофически.