Аямэ выросла в бедной деревне Китаяма, у подножья одноименной горы.Первые шестнадцать лет ее жизни прошли однообразно, как песня сверчка под половицей. Она работала с отцом и матерью в поле, играла с другими детьми в густой траве и думала, что за кромкой гор ничего нет. Иногда родители ездили в Сакаямуру на рынок, и Аямэ думала, что рынок — это место на краю света, где боги дают людям разные вещи, чтобы те могли жить дальше.Так было до тех пор, пока соски Аямэ не стали чувствительными, как раны, а между ног не стали расти черные волосы, которые ей очень не нравились. Тогда ее впервые взяли на рынок в Сакаямуру, и Аямэ глядела, раскрыв рот, на Другую Сторону Гор. Раньше она думала, что у гор только одна сторона, как на картинках.Рынок поразил ее. Она никогда не думала, что на свете живет столько людей.

Алексей стоял на крыльце дома, лучи солнца прогревали плоть как загорелую, так и бледный промежуток таза, от температуры член горел живительной теплотой, но шевелить не мог. Последний раз одежду они с Лерой одевали три дня назад, после порции утех пленительница сказала «выкинуть эти тряпки», так как не стирались на протяжении долгого времени, излучали соответствующий запах. По коже проходил лёгкий ветерок, тихо холодил...В дверном проёме встала Лера, спиной прислонилась к косяку. Тело с налитыми шарами грудей, оттопыренной попкой, узким животиком... Всё загорелое — девушка умудрилась за эти три дня испепелить под солнцем участки белой плоти. Лера окатила парня взглядом с головы до ног, используя редкий момент при свете, Лёша ответил тем же, чувствовал внутри разжигание природной тяги...

Heute habe ich ihn noch ein Mal in einem Traum gesehen. Niemand weiss wie schwer es für mich daran zu denken, und verstehen dass es keine Chancen gibt. Meine Seele ist total verödet...... На плоском экране ноутбука отображается Его прекрасное, цифровое лицо, которое я не видела, и, скорее всего не увижу никогда. Абсолютно красивым его назвать нельзя, но для меня оно безупречно, как и весь Он. Никогда не думала, что идеал мужчины, который я давно отодвинула на задворки сознания, смирившись тем, что в реальной жизни его не существует, неожиданно воплотится, и в такой странной форме. Мои друзья и знакомые не знают об этих странных мыслях, они просто не поймут меня. Ведь предмет моих восхищений и король моих эротических грёз — рок — звезда. Когда вам 15 — это абсолютно логично, когда вам 19 — уже смешно, а уж когда за 20 — заставляет задуматься о собственной нормальности.

***Невысокий каблук элегантных белых туфель гулко касался мраморно-зеркального пола. Светлые брюки, сшитые по последнему слову моды, плотно обтягивали нижнюю часть туловища и волнистыми складками ниспадали вниз, очерчивая красивую форму длинных ног. Кожаный ремень узкой, черной линией огибал талию. Изящная пряжка броско отсвечивала свет люминесцентных ламп. Ладное тело идущей облегал атлас, трепетно очерчивая плавные линии ровных плеч и среднего размера грудь. Ткань костюма была особенно тщательно разглажена и натянута у петелек для ремня, скрывая далеко не самый плоский, но крепкий живот, выделяя его косые линии. На шее женщина носила ярко-синий шелковый шарф под цвет ее глаз. Правую руку, с перекинутым через нее пиджаком, она держала в кармане. В левой руке покоились тонкие перчатки и небольшой черный портфель.

— Нет, — выдохнув на меня белый дымок, — вот в Техасе, где надо было устроиться на птицеферму, вот там дааааа! Фу! Я до сих пор на курицу смотреть не могу, как вспомню!— Зато парнишка, с ранчо, к тебе так и подкатывал!— Ага, ну-ка расскажи мне про Алекса Риммера, что за тип?— В двух словах и не расскажешь, но вот про куклы могу и в двух!— Ты знаешь кто поставщик?— Знаю, вот его визитка. Кукла — это женщина. В общем, она получеловек, полу робот.— То есть как?Наверное, я также выглядела, как тогда с Евой, полностью уничтоженной и растерянной. Даже некий страх присутствовал в глазах. Крис даже забыла про сигарету.— Очень просто... может быть, понимаешь, она человек, но в ней есть механические штуковины, кнопки... и у нее даже лицо не ее...

Дисклеймер: Почти все описанные события имели место быть. Тем не менее, они были подвержены художественной обработке, так что автор извиняется заранее. В рассказе присутствуют сцены насилия и, разумеется, не совсем нормативной лексики и секса. Историческая база соответствует реальной.«Эпоха викингов», «Линдисфарн», «отнятие одаля»... незнакомые термины лились на Леху рекой. За прошедшие три ночных часа он только убедился, что идея взять доклад по эпохе викингов была одной из худших, пришедших в его голову за последнюю неделю. Хуже была только идея отложить его на крайний вечер. Впрочем, деваться было некуда — в туристический вуз без экзамена по истории не брали, а стервозная училка по истории отказывалась при тройке допустить его до ЕГЭ.И деваться некуда.

Багровый рассвет ознаменовал начало нового дня на острове Пяти звезд. Голубоглазая брюнетка, одетая в белую тунику, стояла на коленях у подножья алтаря с закрытыми глазами и сложенными ладонями у груди. Она молила свою покровительницу, богиню амазонок Даут, об успехе в предстоящих переговорах. Вопрос был не из легких — на кону стояло сохранение мира. Стоит отметить, что сохранение мира в данных обстоятельствах было очень непростой задачей даже для такого искушенного дипломата, как Мирель. Несмотря на то, что ей было всего двадцать шесть лет, что несомненно очень молодой возраст для человека от которого зависят такие непростые вопросы, на её счету было множество разрешенных острых ситуаций в пользу амазонок. И с её мнением считалась каждая из лидеров воинственного народа.

ГхонГхон уже неделю воспитывал свою новую подопечную. Её сопротивления хватило лишь на первый день. Тогда она ещё пыталась замышлять побег, пробираться тайком к машине, думая что он не знает и не видит... Однако, через день все попытки прекратились, а ещё через два исчезли и мысли о причинении ему какого-либо вреда. Самка стала безропотным инструментом в его руках.Первое, что решил сделать Гхон, обретя относительную свободу — исследовать этот мир более подробно. Для этого у него были её глаза, уши, руки и маленькое существо внутри неё, которое сохраняло в себе всю полученную информацию. Весь день Элизабет как угорелая носилась по ранчо, работала, ухаживала за животными, за ранчо, что-то где-то ремонтировала.