Всем привет!!! Я продолжаю свой рассказ. Мама только минут через 5 поняла чем она занимается с моим членом. — Сынок, тебе стало полегче? — спросила она. Что я мог ей сказать, боль ушла, но мой пенис распирало от чувства не удовлетворенности— Мама, спасибо за очень хорошее лечение, но главное заболевание не проходит — ответил я. После моих слов, она встала во весь рост, принесла табурет, не произнося ни единого слова, взяла из банки правой рукой крем, села на табурет и левой рукой оголила головку члена. Она была очень сухой и темно-красного цвета из-за долгой эрекции. Я уже хотел броситься с кухни бежать, но я никак не мог этого сделать, потому что она сидела прям на против выхода из кухни, и чтобы мне выйти надо было ее скинуть со стула. Поэтому я остался сидеть, мысленно решив не сопротивляться тому, что будет сейчас происходить.

**** ***** ******Метэйнэй всегда мечтала увидеть мир. Ведь за свои двадцать зим она нигде не была, кроме своего поселения. А девушка была любознательной, с ясным умом и живым характером. А еще обладала красивым глубоким голосом, отчего и получила свое имя. У нее были длинные черные волосы, красноватая кожа, темные раскосые глаза, и пышная грудь. Многие мужчины племени пытались добиться ее расположения к себе, но девушка оставалась равнодушной к их ухаживаниям. Отец сердился на свою непокорную дочь, но не хотел заставлять ее выбирать себе нелюбимого мужчину. Он помнил, еще давно его младшую сестру отдали за нелюбимого соплеменника, и этот брак не закончился ничем хорошим, поэтому он решил, что его дочь должна сама сделать свой выбор.

Часто новое — хорошо забытое старое. Это я к тому, что иногда ничего придумывать не надо. Можно воспользоваться тем, что уже делали до тебя или слышал где-то.История подлинная. Хотя, за достоверность интимных сцен не ручаюсь, потому сам не присутствовал и свечку не держал. Но, за то, что всё так и было, отвечаю.Так вот. Тянула бригада газопровод мимо одной из деревень, каких в нашей глубинке не счесть. А жителям-то местным обидно, что не в деревеньку, а мимо. А хочется, чтобы газ-то дома был. Это не баллоны из райцентра таскать. Повернул ручку и горит. Удобства, понимаешь ли!Ну и пришли местные жители целой делегацией с поклоном к бригадиру, мол, нам бы тихонечко отвод от вашего газопровода до деревни.

Небольшая романтическая зарисовка. Приятного прочтения!Короче. Некоторые ситуации происходят мгновенно, а некоторые разворачиваются десятками лет. И человек не знает, кто, когда, как и откуда «попадёт» в его жизнь. Так случилось и здесь. Я глубоко замужем, есть маленький ребёнок. «Постучался» ко мне в одну из соцсетей молодой человек, некий М. Посмотрела его профиль, ничего особенного — фотограф, любит фотографировать пейзажи, цветочки, насекомых. Вроде есть девушка, судя по фотографиям. Пригляделась, ба, да это же мой одноклассник, с которым год училась в 8-м классе! Потом моя семья уехала за границу и у меня началась совсем другая жизнь. Его я еле вспомнила. Ну ладно, пусть будет. В общем, переписывались изредка года три. Ничего интересного.

«Ты гей?»Мой брат побледнел:— Ты что? О чем ты меня вообще спрашиваешь?»— Ты гей, тебе, наверное, нравятся мужчины, почему я не вижу тебя с девушками?»— Нет!, Ради Бога нет, я никогда не делал ничего подобного. Что за блажь заставила тебя задать такой идиотский вопрос?— Я, как дура, оправдываю тебя перед твоими знакомыми, что мол, у нас с тобой... короче, понимаешь, в чем дело?— А мои кавалеры, следовательно, пришли к выводу, что моя «поляна занята» и никаких намеков вообще не делают. Я и не хочу их. Я хочу тебя.— Причина моих вопросов в том, что у тебя нет подруг, ты действительно классный и я знаю, что есть некоторые горячие молодые сучки, которых ты уже знаешь, кто был бы не против на полуночной сеанс с тобой хоть раз, хотя бы на час.

ПредисловиеКогда у нас что-то болит, мы бежим к доктору. Глотаем таблетки горстями и удивляемся, почему болезнь не отступает? Когда у нас что-то болит, доктор лечит следствие, но не причину. Причину найти и устранить можем только мы сами. Причина в нас самих, в наших поступках, в наших делах, словах и даже мыслях. Мы годами копим обиды. Мы годами становимся причиной обид других людей. Мы не думаем об этом, мы не замечаем этого. Обижаем, походя, не задумываясь. И обижаемся сами, когда вдруг приспичит. Обида — основная причина любой болезни. И не важно — обидели вы или обидели вас, и вы повелись на эту обиду. Рано или поздно эта пружина выстрелит в самое уязвимое ваше место. Мы проживаем жизнь в двух параллелях, а может, больше. Одна — дом, работа, дом. Вторая, а то и третья, восьмая, сотая, — во сне.

Прошёл год, как мы не вместе... Но я ничего не забыла... Да и смогу ли вообще забыть всё, что случилось с нами? Смогу ли забыть тебя? Говорят, время лечит. Ничего подобного! Если человеку суждено излечиться, он излечится сам. А если нет, то и никакое время ему не поможет. Просто боль станет глубже, уйдёт в самый потайной уголочек, и человек научится пережидать её, закрывая глаза и мысленно считая до десяти. Никто и не заметит, как больно этому человеку. О своём недуге будет знать только он сам.— Привет, Принцесса, — ты, как обычно, позвонил мне вечером.Твой голос звучал как-то непривычно, это «привет», всегда такое радостное, игривое, заставлявшее меня предвкушать сумасшедшую встречу, сейчас было каким-то тусклым, словно ты выдавил его из себя.— Привет, Дёмка! — я постаралась не накручивать себя раньше времени, ответила бодро.

От Иришки очень сильно пахло спиртным, видимо за неимением рядом воды Егор отмывал следы своих преступлений водкой. Она очень плохо стояла на ногах, ещё бы, ведь после столько выпитого с нами она и с охранниками поддала нормально. Для того что бы особо не светится я отвёл Иришку к ближайшим кустам и посадил её на траву. Сняв с неё майку я обнаружил что Егор и не особо старался отмывая мою девушку, вся спина и животик у неё были в следах спермы, он её просто чуть-чуть размазал.Стащив с Иришки юбку я обнаружил что трусов на ней нет. Я залез в сумку но и там трусов не оказалось, а чулки представляли довольно плачевное зрелище и одеть их не представлялось возможности. Видимо спокойно снять с неё одежду у охранников хватило терпения, а на чулки его не осталось.